Как приручить дракона 3: Рагнарок

      — Иккинг, обернись! — крикнула Астрид, подоспевшая как раз вовремя.       Салазар занёс когти для удара в спину вождя, но девушка спутала ему карты. Он едва увернулся от запущенной секиры, прошипел, как змей, и скрылся во мраке пустующей постройки.        — Спасибо, Астрид, — выдохнул Иккинг. — Он промахнулся.        — Не совсем, я опоздала, — виновато проговорила Астрид, указывая на Беззубика, неподвижно лежащего на мёрзлой земле.        — О, брат, что с тобой?! — испугался Иккинг. Он осмотрел дракона и приметил небольшую рану на хвосте. — Салазар ужалил его. Это яд скорожала…        — Похоже на то, — подтвердила Астрид. Она подняла топор и поддалась гневу. — Я этому крысоеду голову снесу за его козни!        — Постой, — остановил Иккинг. — Это должен сделать я. А ты, прошу, останься с Беззубиком.        — Но…       Но Иккинг уже не слушал. Уже позади него горели уличные пожары, яркими факелами освещавшие улицы. Он уверенным шагом направился в пустующий дом, огненным мечом прорезая путь сквозь густой мрак. Все его чувства обострились до предела, будто он стал диким драконом на охоте. Его не пугал ни скрежет повсюду, ни шипящие угрозы покинуть Олух. Благодаря молниеносной реакции Иккинг опалил Салазару правое крыло.        — Где ты встречал ночных фурий? Говори! — крикнул он во тьму.        — На Ясеневом острове, — прошипел Салазар, сбивая искры с крыла. — Да, я там был. Я и есть ключ, — Иккинг на секунду потерял бдительность от этой новости, и Салазар сбил его с ног, едва не получив мечом по руке. — Не понравилось тебе, что я ранил твоего дружка. Не сдаёшься без боя. Ты любишь играть! Что ж, я готов сыграть с тобой партию.        — Булавы и когти? — недоверчиво спросил Иккинг.        — У-ста-ре-ло, — отчеканил Салазар. Его сладкий голос вездесущим эхом летал под крышей. — Видишь ли, я предлагаю соперничество не по лидерским качествам, а по изобретениям. Назовём это просто — «Магниты и компас». Помнишь совершенную перчатку, наше с тобой творенье? А как мы пришли к изобретению нового компаса? Вот пусть он нас и рассудит.       Тут Салазар возник прямо перед Иккингом. На его лице растянулась улыбка, обнажившая ряд тёмных зубов. Иккинг всеми силами скрывал замешательство и не сводил взгляд с ядовитых когтей врага.        — Как это возможно? — спросил он.        — А вот как, — усмехнулся Салазар. — Твоя подруга успела только что подбросить мне синий магнит, а он, насколько я помню, предназначался для врага. К несчастью, ей невдомёк, что я тоже принимал участие в создании перчатки, и мне известны все встроенные хитрости, — он показал свою ладонь. В ней засверкал красный магнит. Иккинг вздрогнул, посмотрев на камень, повешенный на шею. Тот блеснул синим отсветом. Салазар дождался момента нападения. Он царапнул когтем шею Иккинга, выбил у него из рук пламенным меч и прошептал: — Помнишь, что говорил Драго? Сколль подарит тебе мучительную смерть. Наша игра близится к финалу.       Астрид поглаживала уши Беззубика, когда услышала крик Иккинга.        — Громгильда! Стеречь Беззубика, — приказала она дракону.       Полная решимости помочь вождю и сердечному другу, она ворвалась во мрак постройки наперекор страху. Совершенная перчатка, её украшение, защита и гордость, не подводила даже в темноте — стрелки и диски компаса на такой случай подсвечивались особой плёнкой из светящихся водорослей — пищи страхокрыла. Щелчок, и компас переключился на синий диск, на выслеживание коварного врага.       Иккинг всеми силами драл цепочку на шее, но никак не мог её ни порвать, ни ослабить. То был по-настоящему дьявольский силок, сдавливающий шею.        — Иккинг, отзовись! — шепнула Астрид.       Он попытался окликнуть её, но не смог выжать ни звука. Маленькая концентрация яда скорожала, введённого в шею, парализовала голосовые связки.        — О, Астрид, добро пожаловать, — загоготал Салазар.        — Что ты сделал с Иккингом?! Отвечай, крысоед!        — Он пока жив, — ответил он, нарочно говоря за Иккингом, чтобы компас указывал в сторону его голоса. — Убьёшь меня, и он твой.        — Как скажешь!       Глаза Иккинга привыкли к мраку. В сумеречном свете он видел Астрид, его давнюю боевую подругу и верную спутницу, идущую на него с поднятой секирой. За что?! За что норны уготовили ему такую страшную смерть? Неужели он умрёт от той руки, за которую всегда боролся?       Иккинг осторожно поднялся на ноги. Шорох выдал его. Сверившись с компасом, Астрид вычислила, что перед ней враг. Она немедля махнула секирой, но не попала по цели. Иккинг увернулся.        — Сражайся, трус! — вызывающе крикнула она и исполосовала воздух перед собой ещё тройку раз. — Бейся!       Тут Иккинг понял, что единственное спасение для него — свет. Но до выхода ещё нужно было добраться. Живым! Нужно пройти через Астрид, встретившись в поединке, в котором он никогда не выходил победителем. Салазар как будто и это просчитал. Он видел всех жителей острова насквозь! Этот хитрый змей служил Хакону Всевидящему и в одиночку почти одержал победу над Олухом. А что будет, если Хакону, имеющему ключ, никто не помешает завладеть Ясеневым островом? Что если Иккинг сдастся? Не только он потерпит поражение. Весь драконий род ждёт вымирание, а его верный Беззубик никогда не увидит свою семью…       Нет, Иккинг твёрдо решил, что время его гибели не наступило. Вальхалла подождёт! Два человека сошлись в битве насмерть. Иккинг увернулся от секиры и схватил за рукоять. Астрид занесла оружие для удара сверху, но он остановил его. Острое лезвие повисло прямо над его лбом, дрожа, как осиновый лист, под напором противодействующих сил.        — Сдавайся, — прошипела Астрид.       Иккинг не мог ответить — голосовые связки всё ещё связывались в узел парализующим ядом. За его плечами сладко шептал Салазар:        — Убей меня, с-с-с-с, накажи меня, ш-ш-ш-ш, раскрои мне череп…       С криком Астрид пересилила Иккинга. Тот сумел лишь перенаправить секиру вбок. Лезвие оцарапало ему лоб и щёку, чудом минуя глаз. Иккинг почувствовал железистый привкус крови на губах. Он увильнул от скользящего удара, а после еле сохранил голову на плечах, спасаясь от летящей секиры. Она с хрустом вонзилась в деревянную стену, и Иккинг спешно рванул к дверному проёму на улицу, где свет ярким ковром выстилал выход. Под ногами он услышал шипение и тут же споткнулся о драконий хвост Салазара.        — Тебе не уйти! — донёсся сзади надрывающийся голос Астрид.       Иккинг вскочил на ноги. Его правый глаз слепила горячая кровь, но он видел спасение. До света оставалось пару шагов! Один рывок! Он собрал силы в кулак, но вдруг Астрид набросилась на него со спины бесшумно, как кошка. Выхватив блестящий нож, она приставила лезвие к горлу врага. Она одержала верх! И вдруг в свете тусклого огня девушка увидела знакомое лицо. Кровь располосовала правую его половину, а сажа — левую, но она узнала бы эти наполненные добротой, отвагой и мудростью зелёные глаза из тысячи.        — Иккинг?       Астрид отпрянула. Опомнившись, она взглянула на компас, а затем на его цепочку. У него на шее блестел синий магнит! А рядом чернела царапина от жала. Тогда девушка всё осознала. Как она могла так легко попасться на уловку коварного змея?        — Прости меня, — не сдерживая слёз, просипела Астрид. — Если бы я знала…       Она подрезала цепочку на его шее.        — Ничего, — прохрипел Иккинг, откашлявшись. — Могло быть… хуже. Салазар… он помог мне изобрести… твою перчатку. И он использовал её… против нас.        — Это позади! Слава Тору, ты жив!       Из тьмы вынырнул Салазар. Иккинг и Астрид без резких движений поднялись и направили на него испепеляющие взгляды.        — Мы победили, — заявила Астрид.        — О, я так не думаю, — помотал головой тот. — Ваш народ ушёл по ледяному перешейку в сторону Острова Отбросов, и будь я на вашем месте, то последовал бы за ним сейчас же.        — Конечно, ушёл, — усмехнулась Астрид. — Думаешь, мы поверим твоим словам? Да никогда в жизни!        — Астрид, — шепнул Иккинг. — Улицы пусты…        — Что? — девушка опасливо оглянулась. И правда, нигде не осталось и следа викингов. — Но почему?        — Сколль, опаснейший дракон, выгнал их из домов, — прошипел Салазар. — Сжёг деревянные дома и забрал сотни жизней. У них не осталось выбора.        — Но он же был здесь всё это время, — заметил Иккинг. — Сколль стоит перед нами.        — А ты уверен, что я перед вами? — осклабился Салазар. Он исчез. Появился справа. На мгновенье возник слева. Протяжно загоготал сверху. Иккинг и Астрид встали спина к спине, чтобы исключить возможность атаки с тыла. Салазар перемещался незаметно, словно бестелесный призрак. В конце концов, он выпрыгнул из тьмы и зашипел: — Я повсюду! Уходите с острова, живо! Да, и забери свою игрушку, драконий пастырь.       Перед Иккингом в сугроб воткнулся дымящийся меч. Горящие глаза и тёмная улыбка Салазара растаяли во мраке. Настала тишина, прерываемая одиноким свистом ветра. Мороз, снег, зола и безжизненность витали в воздухе. Битва за Олух кончилась.        — Нам нельзя здесь оставаться, — вздохнула Астрид.        — Как же так… — еле слышно прошептал Иккинг, глядя стеклянным взором вдаль, на горящие дома покинутой деревни. — Я не удержал родной остров.        — Идём скорей, — позвала Астрид, подходя к драконам. — Беззубик очнулся, нам нужно лететь!       Иккинг дрожащей рукой поднял меч. Измотанный и подавленный, он умылся снегом, чтобы снять маску из крови и сажи, а затем безвольно прошёлся к своему другу.        — Тебе лучше, Беззубик? — сочувственно произнёс он. Дракон согласно проурчал и помог взобраться всаднику на спину.        — Эй, Иккинг, — окликнула Астрид. — Мне очень жаль… Но это ещё не конец! Не волнуйся, мы вернём наш дом. Даю слово!       Он взглянул на неё и вымучил улыбку, которая потребовала больше усилий, нежели сражение. Они полетели вслед за изгнанным народом, шагающим по ледяному мосту к соседнему острову. Глядя на бредущих викингов и драконов, Иккинг едва не поддался отчаянию. Его спасли слова Астрид. Они прогнали страх в поверженном виде предстать перед своими людьми.        — Ничего не бойся, — сказала она. — Ты видишь их горе, верно? Они тоскуют, да, но не только по потерянному дому. Приглядись, Иккинг! Видишь в их руках еле заметные огоньки? Это свечи. Они поминают любимого вождя, который, как они думают, пал смертью храбрых. Они тоскуют по тебе, Иккинг, и не винят тебя ни в чём. Сейчас ты нужен им, как никогда. Стань путеводной звездой для своих людей. Они верят в тебя, как и я.