Глава 2. Сомнения.
10 апреля 2017 г., 14:08
Зима укрыла сожженный город, И мы уходим подземным ходом, Туда, где снег и белей и чище, Туда, где время нас не отыщет. И ты забудешь мой последний взгляд, Но через сотни лет должна узнать мой голос. Мы будем петь и смеяться, как дети, Мы похоронены на Невском проспекте. Мы будем петь и смеяться, как дети, Мы похоронены на Невском проспекте. А в жерновах не мука,но порох И этот порох взорвется скоро, Ты нарисуешь круги на полу, круги на потолке,круги на стенах, закроешь сына от взрыва телом.
Издавна считается, что Москва и Санкт-Петербург находятся в состоянии непрекращающейся борьбы. Бордюр - поребрик, подъезд - парадная - это лишь малый пример языковых нюансов. Москва, несмотря на обилие современной архитектуры, все равно остается отдаленным образцом типичного русского города: Кремль, витиеватые улочки, характерные русские храмы. В то время как Петербург - город, вобравший в себя культуру таких европейских стран как Голландия, Италия, Германия, что и отразилось на его планировке и архитектурных решениях. Попытка создать русскую Венецию пусть и не увенчалась успехом, многие острова со временем объединили друг с другом, однако множество рек, а также искусственно созданных каналов, все еще напоминают об этой задумке. Здесь особый климат. Обилие воды, высокая влажность, частые дожди и туманы. И совсем особенная атмосфера. Антон почувствовал ее еще в поезде, подъезжая к Московскому вокзалу. Он не сразу уловил, что именно изменилось. Понял лишь когда они с Завулоном вышли из здания вокзала на площадь. Это был Темный город. Нет, он не казался сплошным алтарем для жертвоприношений. Городецкому не было здесь тяжело, но интуитивно он чувствовал, что Светлым здесь живется сложнее, чем Темным. И теперь ситуация, которую ему вкратце описал Гесер, становилась еще более странной. Светлые Иные в Петербурге умудрились получить большое преимущество над Темными. Крепкий штат Ночного Дозора, в который входило несколько магов вне категорий. И, судя по всему, в дозорных спорах Инквизиция зачастую принимала сторону Светлых. Конечно, сомневаться в беспристрастности Серых было не принято, а уж тем более вслух. Но по всему было ясно, что Дневной Дозор здесь на пределе, и не верит уже ни в кого. Они должны были лишь проверить, анализировать сложившуюся ситуацию, возможно, чем-то помочь. По сути своей, выполнить ту работу, которую должна выполнять Инквизиция. Но раз уж все Дозоры страны негласно подчиняются столичным, то им и разбираться. - Вот что бывает, Антош, когда строишь город на костях. -***
На последнем этаже офиса Дневного Дозора располагалось что-то вроде гостиницы. Бывшие там когда-то квартиры были оборудованы всем необходимым, чтобы гость, либо сами сотрудники, по каким-либо причинам не живущие дома, могли спокойно и комфортно спать, есть и отдыхать. Сам Андрей в большинстве своем именно здесь и жил, буквально зарезервировав за собой одну из квартир, перетащив сюда большую часть личных и необходимых вещей, даже год назад умудрился косметический ремонт на свой вкус сделать. У него не было проблем с недвижимостью, все же, каким бы плачевным не было на данный момент положение Дневного Дозора в Санкт-Петербурге, это никогда не сказывалось на материальном положении сотрудников. Рузовский не любил новые спальные районы, пусть и трудно было отрицать качество домов и удачную планировку квартир, наличие мест для парковки, инфраструктуру и все прочие прелести, что зычно описывают застройщики и риэлторы. Андрей видел, как строился этот город. Не с самого начала, конечно, но все же. Возможно именно поэтому все время жил в историческом центре. Он мог бы даже чуть постараться, чтобы его в свое время не коснулась национализация, отобравшая квартиру в "толстовском" доме, но тогда мужчине этого просто-напросто не хотелось. Была у него и еще одна неплохая квартира в самом сердце Васильевского острова, неподалеку от офиса Дозора, но и туда Андрей наведывался лишь изредка. Отчего-то здесь, на последнем этаже, в служебном жилье, так скажем, ему было легче и спокойнее. И если бы Темный попробовал чуть-чуть разобраться в себе, понял бы, наверняка бы понял, что вот уже почти сто лет его гложет ни что иное как одиночество. Он его не боялся, но после смерти любимой женщины научился с ним жить. Была уже ночь, когда Андрей покинул свой кабинет и игнорируя лифты, установка которых в дореволюционном доме, влетела Темным в круглую сумму, поднялся на последний этаж по лестнице. Свет на этаже был приглушен. До сегодняшнего дня здесь жил лишь Рузовский. Отсутствие соседей его вполне устраивало. Но теперь все изменилось. Соседнюю с ним квартиру, с этого вечера, заняла новая сотрудница - Катерина. Андрей замешкался около ее двери. Столь удивительное сходство Темной волшебницы с его трагически погибшей женой не давало мужчине покоя. И ладно бы, если дело было только в том, что она похожа на Вареньку внешне. Есть в конце концов всякие теории о двойниках, хоть они ничем и не подтверждены. Но манера держаться, жесты, мимика, этот взгляд... Рузовский не спутал бы их ни с чьими другими. Боясь показаться дураком, спустя столетие, все еще цепляющимся за прошлое, которого не вернуть, Андрей не сказал об этом даже Рихтеру, хотя поведение последнего тоже оставляло за собой множество вопросов. Может и правда просто устал? Может дождаться, когда обстановка в городе чуть поутихнет, да и взять отпуск месяца на два. Уехать в Европу, благо есть домик на Лазурном берегу. Или навестить какую-нибудь Азиатскую страну? Пожить вдали от цивилизации и больших городов. Звонок мобильного заставил отложить планирование отпуска на далекое "потом". Звонил дежурный. Устанавливать ментальную связь с вампирами и оборотнями низшего уровня было делом неблагодарным, поэтому если что-то случалось, они просто звонили Андрею или Рихтеру. Короткий разговор с дежурным заставил Рузовского практически бежать вниз по лестнице. Он сбавил шаг лишь в конце пути. Не хватало еще, чтобы московский гость подумал, что здесь все будут вокруг него бегать и на цыпочках ходить. Мужчина в строгом сером костюме ожидал Андрея около поста дежурных. И хоть Рузовский и видел главу Дневного Дозора Москвы впервые, он бы узнал его, как говорится, из тысячи. Маги, возраст которых перевалил за несколько тысяч лет, никогда не прекращавшие пользоваться своими силами по-полной, излучают особую энергию. Сейчас перед Андреем стоял хозяин жизни, как сказали бы обычные люди. Наверное так и выглядят те, кто на самом деле вершит судьбы мира. Вроде бы не слишком заметные, не вычурные, не пытающиеся эпатировать и привлекать к себе внимание, но при детальном рассмотрении ты улавливаешь нечто особенное во взгляде, в поведении, в манере разговаривать, что не оставляет ровным счетом никаких сомнений. С Завулоном Андрей уже встречался несколько раз, хотя далеко не факт, что Темнейший его вообще помнил. Все же по возрастным и магическим меркам они были слишком далеки друг от друга. - Добро пожаловать, Завулон, - Рузовский с трудом удержался от вопросительной интонации, ибо сама постановка фразы ее просто-напросто требовала. В конце концов, добром тут никаким и не пахло. С одной стороны, и они с Рихтером это уже не раз обсуждали, от главы московских Темных здесь ждали помощи, так как ситуация давно уже превратилась в катастрофическую, с другой же стороны - никто доподлинно не мог знать, что Завулон может захотеть получить взамен за вышеназванную помощь, или же каким образом он ее обернет, для собственной выгоды, конечно же. - Скромно встречаете, - Темнейший ухмыльнулся, - И погода у вас тут... - наверное, Завулон хотел как-то изощренно выругаться, но все же не стал. - Все рабочие разговоры завтра, Андрей, - Рузовский не подал виду, но все же отчасти было приятно, что имя его запомнили. - Рихтер сказал, что пожить у вас тут можно. Так сказать, в самом сердце Темного города, который Светом уже захлебнулся по самые гланды. - Андрей молча кивнул московскому гостю, проводя его к лифту, поднимаясь на оном на последний этаж, и затем отпирая дверь в одну из квартир, заранее приготовленных для Завулона. - Если что-то будет нужно, зовите. - лишние церемонии тут никому нужны не были, так что оба мага просто кивнули друг другу, расходясь по своим временным пристанищам. 1917 - Рихтер, посуди сам, куда она могла отправиться в одиночку? В такое время?! - Андрей физически не мог усидеть на месте, а потому мерил шагами кабинет, намотав уже, наверняка, несколько сотен метров. - Она оставила амулет дома, хотя ни разу с того дня, когда я ей его подарил, даже не снимала. Нет, Рихтер, я не верю в случайности. Только не сейчас. Старший по возрасту, званию и положению Темный устало взирал на своего бывшего ученика, а ныне лучшего друга, даже не зная толком, что именно может на все это ответить. В оконные стекла исступленно бился проливной дождь, заглушая шум, доносящийся с улицы. Ощущение, что весь мир катится в бездну, не только не проходило, но и усиливалось с каждым днем, порождая некоторую беспомощность, от которой становилось мерзко и противно. - Не знаю, что тебе сказать, Андрей, - Рихтер устало пожал плечами, - Весь аналитический отдел сейчас занят поисками Варвары. Все наши, кто еще в состоянии выходить на улицы, тоже уведомлены, и если они что-то заметят или узнают, ты узнаешь об этом первым. После меня, конечно же. Начальство тоже в курсе. - Владимир потянулся за графином, наливая две рюмки водки, полные до краев. - Выпей и перестань уже маячить перед глазами! - нервы сдавали у всех. Кто бы что ни говорил о Темных, но они умели дружить. По-настоящему. И Рихтер сейчас прекрасно понимал все, что творится в душе его лучшего друга. Вот только помочь чем-либо еще все равно не мог. Андрей выпил водку залпом, даже не поморщившись, как будто бы и не заметив, что это был напиток, мягко говоря, отличный от родниковой воды. - Я ее не чувствую, понимаешь? - Темный вновь заговорил, но теперь тихо и спокойно. Казалось это спокойствием, на самом же деле было лишь иллюзией, под которую неумело маскировалось тягчайшее отчаяние.
