Zugzwang

5 лет спустя.

Я с Луны, а ты с Марса. Ведь ты помнишь, как сильно любил Солнце?

Маленькие пальчики удивлённо скользили по сенсорному дисплею, перелистывая различные схемы и даты. Мама никогда не рассказывала ему о прошлой планете, о голубом небе и океанах, которые простирались за бескрайний горизонт, унося с шумом волн все грустные мысли. О жарких песках, зелёной траве и чистом воздухе, которым был пропитан каждый уголок планеты. Сейчас же его мама тихонько сжимала в ладонях ручку Тэхёна и с улыбкой смотрела на купол, сменяющийся на ночное небо. — А как же Солнце, оно всегда существовало? Почему ты плачешь, мама? — Мой отец рассказывал, что Солнце всегда грело их, скользя золотистыми лучами между пальцев, вызывало радугу и могло остановить дождь. Оно было источником жизни и частичкой души человека, в каждом из нас есть его частичка. Пообещай мне, малыш, чтобы ни случилось, найди его и не переживай, если мама уйдёт. Я всегда буду в твоём сердце, вот здесь, подобно солнечному лучу. Тэхён соврёт, если скажет, что за всё время пребывания в Мейроне ни разу на вспомнил о Чимине. Он часто прокручивал в своей голове их общие воспоминания, холодные руки мальчишки, которыми Пак любил касаться Тэхёна после очередных гонок. Тот жутко не любил холод, и друг прекрасно об этом знал, пользуясь этой слабостью при каждом удобном случае. Нельзя сказать, что пять лет обустройства и восстановления Мейрона вместе с Чонгуком смогли заполнить небольшое белое пятно в его душе, скорее наоборот. Ким сожалел о том, что поддался эмоциям и исчез из жизни лучшего друга, даже не удосужившись нормально попрощаться. Он из раза в раз вспоминал глаза Чимина, когда тот украдкой смотрел на его очередные приступы. Боялся, сам бился в агонии, лишь бы ему стало легче. Пак всегда был замкнутым парнем и за всю свою жизнь привык справляться сам, стараясь не проявлять слабости при других, но с Тэхёном всё было иначе. Ким часто видел его ранимую сторону, ту самую, которую все так сильно не любили. Ведь так здорово быть уверенным, спокойным и сильным в то время, когда душа трещала по швам. В такие моменты парень любил смотреть на Луну, даже не замечая тихий смех друга рядом. Тэхён принял Чимина таким, какой он есть. Они оба были механизированными существами, которыми пугали многие поколения, пока это не стало нормой в обществе, и полностью механическими деталями было никого не удивить. Отец Кима постарался на славу, используя данные с эксперимента на его теле в своих собственных целях. Гнусный и мелочный характер мужчины не позволял даже взглянуть на сына, которого он привык считать мёртвым. В такие случайные встречи Тэхён закусывал губы от боли, пронизывающей каждую клеточку тела, не понимая, как такое можно сотворить с собственным сыном. Такому нет прощения. И Чимин прекрасно понимал гнев парня по отношению к предательству самого дорогого человека, на чьих руках была кровь собственной жены и испорченная жизнь единственного ребёнка. Лучший друг Тэ всегда старался вытянуть его из любых передряг, причитая всю оставшуюся дорогу о том, что он слишком сумасбродный человек, с полным отсутствием инстинкта самосохранения. А ведь он просто хотел проверить свои догадки о том, не стал ли он бездушной механической куклой? Только вот Пак был ярким примером того, что все его доводы были полным заблуждением. Он был эмоционально привязан к парню, за исключением тех моментов, когда приходилось прощаться на несколько дней.

Прости, что не сдержал обещание...

Я приму любое твоё решение, Тэхён, только сделай всё, чтобы потом не сожалеть о содеянном. Сидя на старом мосту, Ким судорожно дёргал ногами и с каким-то волнением смотрел на проплывающие облака. Как сложилась судьба Чимина? Держит ли на него обиду за всё, что он сделал? Он был так погружён в свои мысли, что даже не сразу заметил подошедшего к нему мальчика с маленьким свёртком бумаги. Тот выжидающе смотрел на него своими карими глазами, прикусывая полноватые губы. Такой знакомый жест. — Это мне? — мальчик кивнул, вручая ему письмо. Для парня стало странным то, что письмо не содержало ни имя отправителя, ни дату. Будто его и вовсе не должно было существовать. Нервно взглянув на ребёнка, от развернул бумагу и тут же замер, вчитываясь в слова.

Moon ~Как давно я ждал тот день, когда снова смогу увидеть тебя, Тэхён. Мне так не хотелось испортить тот трепетный момент, когда маленький солнечный огонёк начинал метаться под стеклянным куполом, предвещая твоё скорое возвращение. За несколько лет ты перестаёшь считать ночи. На Земле время эфемерно, один сплошной миг, который ты стараешься всеми силами поймать. Люди мечтают достать до лунных бликов каждый подобный раз, когда медленно пишут очередные поэмы. А ведь я всё так же остаюсь пленником космоса, как и ты, Тэхён. Разве именно это не сближает нас в те моменты, когда мы находимся по разным сторонам планеты и временных рамок, видя лишь небольшие участки собственных светил. Надеюсь, ты смог исполнить мечту и нашёл Чонгука на просторах Мейрона. Я правда искренне рад за тебя, ты должен быть счастлив. Ты ведь, наверное не знал, что изменив что-то в прошлом, будущее перестаёт существовать, будто его и не было. Наш мир постепенно разрушается и это значит, что ты на верном пути. Я не знаю, останутся ли мои воспоминания, когда Солнце погаснет, но я надеюсь, что смогу отыскать тебя. Давай останемся вместе. Навсегда. My alien.~

Вновь посмотрев на мальчишку, Тэхён прижал ладонь ко рту и просто не смог сдержать эмоций после того, как заметил шрам в виде звезды на его щеке. Вот почему его глаза и жест показался ему столь знакомым. Его волосы, родинки... Но ведь такого просто не может быть. Ким улыбнулся сквозь слёзы и тихонько произнёс, не веря своим глазам: — Чимин? — Я так скучал... — тихо ответил мальчишка.