Дар Феникса или Никогда не говори никогда.

POV Деонон Кто-то довольно ощутимо толкал меня в грудь чем-то большим и тупым, а потом над ухом раздался недовольный гортанный рык. Я открыл глаза и инстинктивно дернулся, неслабо приложившись затылком о твердую шершавую поверхность. Резкая боль чуть не вернула обратно в забытье, но, пересилив себя, я вновь со стоном открыл глаза и уставился в черные, обрамленные желтой радужкой вытянутые зрачки вианависа, пристально рассматривающего и изучающего меня. Ч-что происходит? Дышать тяжело, будто грудную клетку загнали в железный корсет, поломав при этом все ребра. Глотку сдавливали спазмы, голова как будто свинцовая, внутренности горели огнем, точнее, тлели на медленно затухающем огне остывающего пожара. Я превратился в одну большую ноющую рану. Перед глазами все плыло и мелькало в причудливом танце, попытки собраться с мыслями причиняли физическую боль. От всего этого калейдоскопа отвратительных чувств меня подташнивало. Ч-что со мной? Где Саорфа? Я мотнул головой и, щурясь, пытался осмотреть место нашего привала. Все было разворочено, вещи раскиданы, костер затоптан. Панни нигде не было. Где она? Куда подевалась? Я с усилием, словно через плотный и осязаемый туман, пробивался к своим воспоминаниям, отчего меня затошнило еще сильнее. О Великий Анка! Внезапно по щеке прошлось что-то узкое, шершавое и склизкое. Повернувшись, я чуть не задохнулся от ужасного смрада протухшего мяса, что извергала приоткрытая пасть дракона. На этот раз не сумев сдержать рвотных позывов, я чуть не выплюнул желудок вместе с его содержимым. Сплюнув желчь, я почувствовал как накатывает слабость и меня прошиб холодный пот. Да что же это? – Последняя мысль лениво возникла в моем мозгу прежде чем я потерял сознание, погружаясь в спасительную темноту. Во второй раз я очнулся только вечером. Теплые закатные лучи солнца уже не так беспощадно жгли глаза, да и чувствовал я себя уже намного лучше. Лишь слабость обуревала меня, да отдаленные отголоски тупой боли во всем теле. - Саорфа! – Я резко дернулся, желая встать на ноги, но вместо этого согнулся от сильной боли в области пресса. Оказывается, я был привязан к дереву, лишенный возможности хоть как-то пошевелиться. – Панни! – Вновь обеспокоенно крикнув, я чувствовал, как обжигает горло и появилась сильная жажда. Мне никто не ответил, лишь один из вианависов тихо рыкнул, обратив внимание на мои крики. Где она? Где моя госпожа?! Что случилось? Нас ограбили? Ее похитили? Убили? Я сходил с ума не в силах избавиться от жестких пут. От очередного моего истеричного рывка я ощутил как из поврежденного веревками запястья потекла тонкая струйка крови в ладонь. Да за что же мне все это!? Я чувствовал себя беспомощным котенком, запутавшимся и потерянным. Обреченно откинувшись назад, я даже не придал значения яркой вспышке боли в области затылка. Кажется, утром я неплохо приложился головой, что даже шишка вскочила. Закрыв глаза, я замер. Что ж я за неудачник-то? Перед глазами замелькали образы. Вот панни смеется очередной моей шутке, жмурясь от яркого полуденного солнца, вот она с аппетитом поедает приготовленные мной жареные кусочки мяса, вот она выходит из озера, полностью обнаженная и освещенная лишь пламенем костра. Что-то мокрое и соленое оставило свой след на щеке и скатилось в уголок губ, следом еще одно скатилось по виску. Я что, плачу? Когда я последний раз плакал? Слезы сильнее потекли из моих закрытых глаз. Поджав губы, я пытался успокоиться, что очень плохо выходило. Саооорфа! Милая моя девочка, где ты, что с тобой? Меня разрывало от беспомощности и сожаления. Что я натворил?! Зачем потакал ее безумным идеям? Надо было ее вернуть обратно в деревню еще в самом начале. Сейчас бы она была в храме Анки в полной безопасности. Я чувствовал надвигающуюся истерику. Безмолвные рыдания сотрясали мое тело, а горячие слезы безудержно катились по лицу. Вот уж точно... Что имеем - не храним, потерявши - плачем. Только сейчас я осознал, что действительно безумно люблю эту девушку. Не ту, какой была раньше панни, а эту, совершенно мне не знакомую, яркую, непоседливую и странную Саорфу. Сначала я был шокирован ее поведением, но потом не заметил, как полюбил ее всем сердцем. Это было не то теплое и мирное чувство симпатии к маленькой девочке, которая рано осталась без матери или похотливое желание обладать ею, а страстное и порывистое, то сжимающее, то разрывающее сердце, сумасшедшее стремление обнимать ее, целовать, любить, защищать ее от всего до конца своей жизни, стать ей опорой. От понимания всего этого стало еще больнее. В груди все горело, а слезы не переставали течь. Ну что, защитничек, справился? Я истерично рассмеялся. Нужно успокаиваться. Я глубоко вздохнул и открыл глаза. Сначала надо избавиться от веревок, а потом уже и думать что делать дальше. Резко рванув руками в разные стороны, я лишь сильнее повредил себе запястья, чувствуя, как свежие струйки крови текли из ран. И как… Тут меня осенило и я мысленно дал себе по лбу - идиот! Закрыв глаза, я успокоил дыхание и испепелил веревки, что меня опутывали. - И я тот, кого хвалили за рассудительность и холодный ум? – Тихо пробормотал себе под нос, поднимаясь с земли и направляясь в сторону разбросанных вещей. Завидев меня, вианависы оживились и, радостно порыкивая, понеслись ко мне со всех ног. Я улыбнулся. Бедные. Кинув каждому по огромному куску вяленого мяса, я быстро собрал все вещи по холщовым дорожным сумкам. Пока драконы жадно поглощали еду, я подошел к растоптанному кострищу, где недавно плясали языки пламени, а сейчас осталась одна зола, и задумчиво уставился на то место, где еще вчера спала девушка. Судя по тому, как я чувствовал себя утром, мне явно дали какой-то яд. Но кто и когда мог бы его подсыпать или подлить? Напрашивался один единственный и логичный ответ, но… Саорфа точно такого бы не сделала! Я был в этом абсолютно уверен. Рассеянно скользя взглядом по земле, я думал о том, куда могла пропасть панни. Случайно наткнувшись на свежие чужие следы, я мгновенно среагировал, словно охотничья птица, и быстро направился по их траектории. Помимо наших, тут оказалось еще три других отпечатков обуви. Разбойники? Я шел вдоль следов, которые вели к дороге. Тогда почему они ничего не тронули? Пропала лишь госпожа. Значит похищение? Если так, то это дело рук работорговцев. Я резко остановился. - Ублюдки! Кровь вскипела, сердце забилось чаще, а руки сами тянулись к аканемам. Я вернулся к животным. Те уже расправились с едой и с любопытством на меня поглядывали. Привязав уздечку одного из вианависов к седлу другого, я схватил первого под уздцы и с силой заставил пригнуть морду к земле, а точнее к оставленным похитителями следам. Тот недовольно рыкнул, однако понял что от него требуется. Узким раздвоенным языком ящер стал распознавать запахи, а затем, мотнув головой, медленно двинулся по следу. К небольшой деревеньке я добрался уже затемно. Нагов на улицах почти не было, но от одного более крупного дома, чем другие, доносились громкие разговоры, смех и музыка. К нему я и направился. Привязав драконов к небольшому заборчику, я, поглубже накинув капюшон плаща, вошел в местную таверну. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, я проскользнул вдоль стены и пробрался к небольшой барной стойке, за которой возвышался хозяин. - Вечер добрый. Мне кружечку браги, да побольше. – Мужчина сухо кивнул и удалился за дверь, которая вела скорее всего на кухню. Я присел на краешек стула, что стоял у стойки и стал внимательно прислушиваться к разговорам. Ничего путного, к сожалению, я не услышал. Откуда же мне вести поиски? Здесь их явно нет – слишком маленькая деревенька, да и по следам вряд ли теперь их реально найти. Слишком уж тут много кто проезжал. От раздумий меня отвлек стук кружки о деревянную поверхность прямо передо мной. - С вас два динасса (серебро). Я сделал несколько крупных глотков холодной браги и достал из кармана целый ссахилл (золото). - Я дам тебе в пять раз больше, если ты мне кое-что расскажешь. – Тихо, но уверенно проговорил я. - Что желаете знать, дорогой клиент? – Я усмехнулся уголками губ. Какой сговорчивый. - Здесь недавно не проходили наемники или работорговцы? – Положив золотую монетку на стол, я пододвинул ее ближе к нагу. - Под утро проходили одни, но в деревне не задерживались. – Хозяин таверны сверлил меня взглядом, пытаясь что-то для себя понять. - А куда они держали путь? – Я сделал еще один глоток алкогольного напитка. - Хоть подобные личности и редкость в наших местах, я не в курсе. - А если хорошо подумать? – Я достал еще один ссахилл. - Обычно все работорговцы или наемники с окраин идут в столицу, уважаемый. – Мужчина опять выжидательно замолчал. Вот же ж! Я достал еще одну монету. - А поподробнее? - Если двинетесь по западной дороге, то к утру доберетесь до Кувеса. Это небольшой городок, играющий роль перевалочной базы. А оттуда два дня до Сеэлинеса. – Глаза нага алчно блестели от полученной суммы. – Но большего, я к сожалению, не знаю. - Спасибо и на этом. – Я усмехнулся и вновь отпил еще немного браги. Хоть что-то. Может в этом Кувесе я что-нибудь разузнаю? Все-таки город по словам этого мужика просто кишел наемниками и прочими нарушителями закона. Допив кружку, я молча кивнул хозяину и незаметно вышел из таверны. Отвязав вианависов, я забрался на одного и, пришпорив, понесся по главной дороге деревни. На выходе из нее свернул на западную дорогу и направился в сторону Кувеса. Времени терять нельзя! Как ты там, Саорфа? Надеюсь, с тобой все хорошо. Дождись меня!