Поворот судьбы

      Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, директор школы Хогвартс и ещё куча званий, которыми он достал всю магическую Британию, мерил шагами свой кабинет. Причина такого поведения крылась в недавних событиях, а именно новость о том, что Снейп— биологический отец Гарри Поттера. Плюс Грейнджер с Рональдом возомнили о себе что-то там и перестали дружить с мальчиком. И самое главное— это закончились лимонные дольки, а их можно достать только у маглов, и то не везде. Дамблдор ещё немного позанимался зарядкой и решил начать решать проблемы. Подойдя к камину, он бросил в огонь летучий порох, засунул туда голову и проговорил: — Кабинет Северуса Снейпа. Кабинет был пуст. Тогда директор начал сходить с ума (хотя он уже давно немного ку-ку): — Северус, ты где? Выходи, подлый трус! Я все равно найду тебя и съем!       В это время Северус Снейп, которого Дамблдор позвал, но, видимо, забыл об этом, вошёл в кабинет директора и ему предстала дивная картина: директор школы стоял на четвереньках, засунув голову в камин и напевал: — Северус, выходи! Северус, выходи! Северус, выходи! Севушка, меня ты найди!       Снейп ещё простоял в шоке, перекрестился от греха подальше, а потом негромко кашлянул, привлекая внимание к своей персоне. Услышав это, Дамблдор подпрыгнул от неожиданности, ударился головой о камин и начал отползать от камина. Все было хорошо, почти. Альбус чихнул, а камин, как назло, не чистился несколько дней. Поэтому когда директор смог полностью выпрямиться, то на полу уже валялся Снейп, ржущий громче коня. — Северус, перестань! — в ответ на это уже со стороны стола послышались странные звуки. Дамблдор обернулся и остолбенел— он никогда не видел смеющегося феникса.        Всеобщая истерика закончилась только через полчаса и Альбус решил перейти к делу, для которого и звал Снейпа. — Северус, а что это за письма получили ты и мистер Поттер? Причём одновременно. Снейп замялся, не зная, стоит ли ему рассказывать об отцовстве, но решив, что Дамблдор все равно узнает, ответил: — Вы не поверите, Альбус. Те письма были от Лили. Оказывается Поттер— мой родной сын. Челюсть Дамблдора упала на пол. В прямом смысле. Он опять плохо закрепил протез. Из-за этого Фоукс снова зашелся в смехе. — А ну фыф, пока на фуп не пофел! — пригрозил директор, протирая протез полой своей мантии. Наконец зубы нашли своё место и Альбус-много-имен продолжил: — Ничего себе, ну, Лили, надо же. Но Северус, за все время обучения Гарри ты ужасно относился к нему, теперь тебе нужно поменять взгляд на него и наладить отношения. — Да ни за что! Никаких изменений в отношениях, пока он сам не изменит свой взгляд на окружающих и не научится уважать взрослых. — Не будь ребёнком, Северус, ты в школе был таким же. Теперь хоть видно, что он в тебя. Ладно, можешь идти. Когда Снейп вышел, задев полой мантии дверь, Дамблдор ещё раз грозно взглянул на фамильяра и пригрозил: — Смотри у меня! Отправиться на суп— делов-то на пару минут!       Феникс лишь насмешливо взглянул на своего хозяина, фыркнул, засунул голову под крыло и заснул, ведь он знал, что другой птицы Дамблдору не видать, как своих родных зубов.

***

Следующий день не задался у Дамблдора с самого начала. Только спустив ноги с кровати, он обнаружил, что чей-то фамилиар перепутал его тапочки с туалетом, причём в список подозреваемых можно было внести даже Минерву. Следом Альбус обнаружил, что в туалете закончилась туалетная бумага и пришлось воспользоваться тем, что было под рукой. Как назло, это была книга «Свод законов Древнейшего и Могучего Хогвартса». А бумага там старая и ой какая жёсткая. По пути в Большой зал Дамблдор поскользнулся на невесть как оказавшейся в школе банановой шкурке и чуть не упал, но успех схватиться за стоящие рядом доспехи, отчего те с грохотом повалилились и директор, как преступник, резво начал убегать с места преступления. В Большой зал Альбус-много-имен вошёл последним из преподавательского состава. —Альбус, что с вами произошло? Почему ваша мантия в пыли? — Макгонагалл первая обратила внимание на внешний вид своего начальника. — Это плохо чистят доспехи, — пробубнил директор в ответ, садясь на свой трон, но не был услышан, так как Минерва вела разговор с Флитвиком. Дамблдор взял ложку и начал съедать овсянку. Через некоторое время директор заметил, что его тело наполняется небывалой для его возраста легкостью, а сама жизнь начинает казаться проще и веселее.

***

      Все ученики и преподаватели перестали есть и уставились на директора. Тот сидел с глупой улыбкой, уставившись в одну точку. Внезапно он вскочил со своего места, сорвал с себя мантию, щедро усыпанную золотистой и серебристой вышивкой, оставшись в белой майке и в…розовых панталончиках. Хагрид аж подавился и начал безудержно кашлять, а Макгонагалл возмущенно воскликнула: — Альбус! Как это понимать? Это же мои панталоны! — Минни, ты все равно говорила, что тебе они не нравятся, — Большой зал наполнился смехом. Гарри Поттер со спокойной душой смеялся наряду со всеми, все получилось, как и планировалось, да и Винки не подвела. Ему не о чем было беспокоиться: ничего не могло указать, что это его рук дело, даже Снейп.       Тем временем представление продолжалось: Дамблдор, пошатываясь, будто пьяница со стажем, подошел к ошарашенной Амбридж, взял её за руку и потащил в центр зала, где было свободное пространство. Напевая мотив, директор начал танцевать. Профессор ЗОТИ попробовала было начать сопротивляться, но её рука держалась с завидным упорством.       Наконец это решили прекратить. Флитвик кинул оглушающее заклинание, но Дамблдор от него закрылся Амбридж, от второго тоже и оно попало в Рона Уизли и он упал лицом в свою тарелку, полную еды. Лишь третье попало в десятку. Профессор заклинаний наколдовал носилки и, при помощи Спраут, отлевитировал Амбридж и Дамблдора в Больничное крыло.       Снейпу первому надоел этот балаган и он, при помощи крика и огромным количеством назначенных отработок отправил учеников на уроки, кроме 7 курса, у которых должны были быть ЗОТИ.       На истории магии Бинс, как обычно, начал бубнить лекцию, а ученики, игнорируя его, стали обсуждать произошедшее. Рон, которого быстро привели в чувства, но умыли плохо и поэтому его лицо было в соусе от яичницы, начал всех перекрикивать: — Видали? Только мои братья способны на такое, у любого из вас мозгов на такое не хватит. — Уизли, заткнись! Ты выглядишь умнее, когда держишь рот закрытым. Твои братья умны, не отрицаю, но они не настолько отбитые, чтобы подливать такое директору. Это сделал тот, кому старикашка сильно насолил. Такие зелья чаще всего являются семейными тайнами.       Рыжик сжал кулаки и кинулся на Малфоя, в надежде хоть разок врезать этому белобрысому хорьку, но Драко неспешно отошел в сторону и Уизли влетел в Гойла, ни на каплю не смягчив свой полет. — Мистер Малфой, мистер Уизли, что происходит? — это смогло даже Бинса отвлечь от лекции. — Ничего, профессор Бинс, просто Рональд решил показать классу полет гоблина до изобретения метлы.

***

      Ученики отсчитывали минуты до конца урока, как в кабинет влетела потрепанная Амбридж. В руках она держала кучу бумаг, перевязанную резинкой. — Кхе-кхе, попрошу минуточку внимания! После сегодняшнего проишествия мы с учителями провели собрание и решили, что виновные будут строго наказаны. Мистер Уизли, вы твердили, что это сделали ваши братья? Прискорбно, очень прискорбно, так подпортить репутацию отцу. Ну что же, жду вас в кабинете директора, вместе с братьями и сестрой, после ужина. Спасибо.       Рональд с убитым видом опустился на стул. — Ну ты и дебил, Уизли. Хотя нет, дибил— это мягко сказано, ты крыса, самая натуральная крыса,— проговорил Малфой, отсаживаясь от Уизли подальше. Его примеру последовали остальные змейки.       На обеде Фреда и Джорджа не было. Они появились лишь под конец и сели в конец стола, недалеко от Гарри. Джинни подошла к братьям, что-то спросила у них, а затем крепко обняла их, причем взгляд, которым она наградила Рона, должен был, как минимум, расчленить его. Поттер почувствовал укол совести и наметил себе в планах разговор с близнецами, против них он ничего не имел, они не кричали на каждом углу о его сумасшествии и не отворачивались от него, в отличии от брата.       На тарелку Гарри приземлилась Букля с запиской-приглашением от Хагрида. Сам великан на обеде отсутствовал, видимо был сильно занят, поэтому визит решено было не откладывать. К тому же уроков после обеда не было.       Около хижины Гарри чуть не сбил с ног беззаботный Клык, пес Хагрида. Сам Хагрид нашелся около грядок с тыквами, каждая из которых была с две головы мальчика. —А, привет, Гарри. Ты проходи в дом, я сейчас подойду. Ты пока воду поставь, я сейчас закончу с тыквами и подойду.       Поттер любил бывать у Хагрида. Ему нравилось отпивать вкуснейший травяной чай и слушать забавные истории. Даже каменная выпечка не портила ничего. Вот и сейчас Гарри слушал историю, как его отец с Сириусом решили выловить кальмара из озера, будучи на втором курсе. Мало того, что сами чуть не утонули, так они утопили метлы Гриффиндорских законщиков, которые взяли напрокат. Мальчик от души посмеялся, поморщившись, когда представил реакцию законщиков. — Спасибо, Хагрид, но мне уже пора идти,— попрощался Гарри с добродушным великаном и неспешно отправился в замок.       В гостиной назревала самая настоящая война. Близнецы решили наказать брата, используя его в качестве подопытного в своих последних разработках. Все прекратила вернувшаяся с библиотеки Гермиона. Она сняла со своего факультета 50 очков и пошла отводить пострадавшего в Больничное крыло. Разочарованные быстрым окончанием шоу ученики вернулись к своим делам, а Гарри сел за свободный стол и начал выполнять домашнее задание. Оно оказалось настолько трудным, что мальчик решил пропустить ужин, зато он с уверенностью мог сказать, что сделал все хорошо. Поттер поднялся в спальню, одел под мантию свитер и пошел на Астрономическую башню, взяв с собой все необходимое для практического урока.