Заряжай в область груди

Ну и сука же ты, Слава. Ты пришел ко мне тогда, три года назад, словно маленький побитый котёнок дождливой осенью, прося моей защиты и укрытия. Расцеплял скрюченные от холода руки, которые я держал тебе под тёплой водой. Глаз заплыл, на щеке виднелась царапина. А сам ты был слишком худым. Ты просил еды и тепла и тогда я всё это дал тебе. А вскоре я узнал о том, что ты любишь выпечку. Узнал, какую. И ты расцвёл буквально за неделю, освоился и встречал меня уже в разноцветных шортах и солнечных очках, шаркая босыми ногами по полу в сторону кухни, где нас уже ждал твой фирменный облепиховый чай. Не знаю, почему ты так любил эти очки, но они уже попросту стали частью тебя. И сложно было бы сравнить тебя с каким-то домашним животным, ведь ты — человек. Но слишком схоже с котом ластился ко мне перед сном, а я только с удовольствием чесал тебя за ухом. До сих пор не помню, как вышло так, что я позволил себе подвинуться и уступить место рядом с собой. -Слав? Я изумлённо изгибаю бровь, чувствуя посреди ночи, как ты целуешь мою шею. До невозможности приятно, горячо. Опаляешь своим дыханием чувствительную кожу. Давлю мысль о сопротивлении в утробе. Потому что никто не поверит тебе, что сам Оксимирон делит кровать со Славой КПСС, участником Слово СПБ, который сейчас терпит поражение в своей карьере из-за наркотиков. Не знаю, зачем ты это начал. Ведь всё было хорошо, что случилось? За всю эту неделю ты мне совсем ничего толкового даже не рассказывал. А сейчас ты сбрасываешь с себя одеяло и ложишься под моё, решительно обхватывая губами мои. И я поддаюсь на провокацию, пока твои ладони гладят моё тело. -Меня бросила она. –шепчешь ты в мои губы. –Бросила, мразь, я ей всего себя отдавал… Понимаю, что я лишь замена, но сейчас меня это не волнует. Знаю, что потом пожалею, потому что сейчас завороженно смотрю на тебя, стягивающего футболку и оставляя на своём месте. Удобно устраиваешься между моих разведённых ног, целуешь, гладишь, заставляешь забыться. Ведь меня тоже когда-то бросили, сбежали. И до сих пор я не смог найти того самого человека. Свято верю в то, что мы сможем друг другу помочь. Ведь пока что всё так хорошо складывается. Ты обхватываешь мой член рукой, изучаешь поцелуями тело, а я невозмутимо позволяю это. Ты как будто знал, как будто хотел этого изначально и просто ждал момента. От твоего пальца в себе я невольно начал ёрзать. Тебя не волнует, что для меня это — первый опыт. Не знаю, как так. Как так вышло, что я решил отдаться и что за этим последует, просто сейчас я доверяю. Просто с тобой мне нравится находиться рядом. Ты заполняешь меня, а я весь изгибаюсь, потому что удовольствие граничит с болью, ты слишком плохо растянул меня, но я не буду жаловаться, тихо зашипев и вцепившись пальцами в твои плечи. Что-то успокаивающе шепчешь и начинаешь двигаться во мне. И я не чувствую сейчас совершенно никакого удовольствия. Но стоит твоей руке вновь сжать мой член и задвигать быстро вверх-вниз, как я меняю своё мнение. Раздвигаю ноги шире, терзаю губами твои губы, прошу не останавливаться. А ты бы и не остановился, я вижу это по твоему взгляду. Изливаюсь тебе в руку, прислонив кулак к своим губам, всё же издав паскудный стон, чувствуя, как следом и ты спускаешь мне внутрь. И теперь ты устраиваешься рядом со мной. Одно одеяло, одна подушка, одни объятия. Какая же ты сука, Слава. Ведь я поднял тебя на ноги. Со мной ты спал, со мной делил ужины. Я выслушивал тебя. Я был всегда рядом, когда ты этого хотел. Но стоило тебе познакомиться на Слове с Замаем, как всё изменилось. Безусловно, ты открыл аттракцион невиданной щедрости, фонд помощи обездоленным, да и просто — проявил свою благосклонность к этому человеку, видимо решив, что если тебе в этой жизни помогли, то надо протянуть руку помощи тоже. Но, сука, не мне. Потому что я нуждался в тебе. И когда я нуждался, ты был занят. Занят со своим Андреем. Занимался всем, чем угодно: писал вместе с ним альбомы, снимался в клипах, был на Слове, пил. Но только не рядом со мной. Всего лишь за год я тебя потерял как человека, который мне стал ближе всех остальных. Я доверял тебе полностью, но ты растоптал это доверие, а следом и перешел все границы, начиная дисить меня со всеми. Не знаю, что я тебе сделал. Ты просто без слов собрал однажды свои вещи и уехал. Зависть? Ненависть? Скорей всего. Но я всегда правил твои, сука, текста. Всегда поддерживал во всех начинаниях, а ты выбросил все мои чувства на помойку. Что двигало тобой? Услышу ли я когда-нибудь ответы на свои вопросы? Видимо, уже нет. Я знаю, что теперь Замай для тебя идол. Вы уверенно идёте вместе в гору. Нет, я вовсе не слежу за тобой. Просто слышу рассказы от друзей и фанатов. Мне жаль, что так всё вышло. Сри на меня дальше, если тебе проще меня ненавидеть, чем объяснить причину. Знаешь, да мне уже и неважно это всё. Ты сделал свой выбор, пусть он останется при тебе. Я никогда не думал, что до этого дойдёт, но ты бросаешь мне вызов. Вот значит как, да, Слава? Успокоиться ты просто так не мог. Что же, я спущу тебя с небес на землю. В «1703» слишком много людей. В «1703» слишком жарко. В «1703» слишком много внимания для моей скромной персоны. И я вижу тебя. Ты в своей любимой куртке и солнечных очках. Слишком весёлый, сжимаешь в руках пиво, а рядом с тобой трётся твоя шавка — Андрей. Наверное, будь его воля, он бы уже давно тебе туза лизнул, да только ты не такой, не он тебе нужен. Ты замечаешь меня, но я не отвожу взгляд. Версус — моя территория, а ты тут просто гость. Вот и веди себя как гость, не зазнавайся, мальчик. Не подходишь ко мне даже поздороваться, ну и хуй с тобой. Я вынесу тебя, Слава, будь уверен. Наверное, ещё никогда и ни с кем я так не играл эмоциями как с тобой на этом Версусе. Это был больше, чем реп, больше, чем Версус. Я не замечал никого вокруг. Мы были слишком близко друг к другу и даже не спешили отходить, когда Ресторатор просил это сделать. Нам плевать. Сейчас игра шла по нашим правилам. Я подготовился не хуже тебя, вылив целую тонну говна тебе на голову и размазав. -…ведь ты организовал притон для ущербных, выставил себя идолом для подражания, но совсем забыл, кто расправил тебе крылья для полёта. –говорю это ему уже почти в губы, но тот не спешит отстраняться, скалится. –Все твои фиты — это подражание мне. –развожу руками и смотрю в камеру. –Но скажи мне, Слава. Что будет, когда прилетит и тебе? Когда-то тебя бросила одна шалава и ты пришел размазывать слёзки по подушке мне. –меняю интонацию и гадко ухмыляюсь, войдя в роль окончательно, пытаюсь задеть его как можно больней. –А ты решил уйти потому что нашел себе хуй получ… Но я не успеваю договорить, как происходит то, чего я совершенно не ожидаю. Ты с отчаянием толкаешь меня в грудь, валишь на пол, и твой кулак мне врезается прямиком в нос. Сука ты, Слава. Не помню, как нас расцепили, как Ресторатор остановил съёмку, как я вытирал кровь, и меня трясло от злости и обиды. Тебя вывели из клуба, а я готов был тебя убить. То, как ты поступил сегодня — это перебор для любого участника. Дома я пью уже третий стакан бурбона. Не знаю, почему так плохо. Я чувствую себя опустошенным. И когда звонят в дверь, я открываю далеко не сразу. Но делаю это, замечая на пороге именно тебя. Как ты набрался смелости? Как посмел прийти снова на мою территорию. -Мирон… -Пошел на хуй. Пытаюсь закрыть дверь, но ты не даёшь, вваливаясь в мой дом. Я заношу руку для того, что бы пиздануть тебе по роже, а ты и не уворачиваешься, и я бью тебе в скулу. Раз, два, три. До тех пор, пока ты не сплёвываешь сгустком крови в сторону. -А теперь уёбывай. -Нет. -Теперь ты меня послушаешь. – я удивлён, хочу возразить, ведь мне уже не интересно, но Слава умеет сделать так, чтобы было интересно, ловя меня за руки и рывком притягивая к себе, блокируя любую попытку вырваться. –Сука, я люблю тебя. И всё это время отвергал свои чувства к тебе. Потому что думал, что ты тоже сможешь меня предать, как она. Уйти, бросить. Я поступил, как мудак. Это была лишь защитная реакция. -Уже не важно. –холодно бросаю я. –Проваливай, Гнойный. –шиплю эти слова, прорезая тишину в квартире. –Ты жалкий. -Прости, а. –опускаешь взгляд. –Дай шанс, Мир. –тихо просишь ты и дотрагиваешься окровавленными губами до моего лица, оставляя красный смазанный след. –Я обещаю всё исправить. Обещаю. Просто поверь и увидишь. -Нет. -Да. Решаешь за меня, прижимая сильнее к себе и властно целуя в губы. Я скучал, Слава. Потому что я тоже люблю тебя. Есть ли смысл давать шанс тому, без кого тебе плохо и кто всё-таки что-то переосмыслил в жизни? Думаю — есть. А время покажет. На данный момент только оно могло что-то решить и раскрыть истинную картину.