Нехороший дом

— Брр, — сказал Джон, засовывая руки глубоко в карманы. — Уж не знаю, была ли она достаточно умалишённой для того, чтобы прикончить своего бывшего мужа, но в одном она права: место зловещее. Шерлок оторвался от тщательного обыска кухни. — Зловещее. Джон, серьёзно? Уже готовишься к очередной романтической писанине в блоге? Джон покраснел и отвернулся, но ничего интересного вокруг не было. Не дом, а сборник дурацких клише. Ветхое поместье со скрипящими полами, протекающей крышей, утопающими в темноте коридорами, паутиной на веревках, свисающих с потолка, старыми кранами, капанье из которых вызывало эхо в трубах. Была тёмная и бурная ночь. Дождь молотил по рамам, ветви деревьев стучали по крыше, ветер завывал как привидение с легкими слона. И свет продолжал мигать. Включался на секунду, затем выключался так, чтобы заставить тебя подумать о том, что таится в темноте, затем снова освещал пыльные ковры и провалы коридоров, уходящие во мрак. — Зловещее, — снова сказал Джон. Шерлок раздраженно прошипел сквозь зубы, пристально вгляделся в собрание жестянок, бутылок и пакетов и потряс головой. — Очевидно, — он зашагал по направлению к холлу, вверх по главной лестнице. Джон пошел следом. — Едва ли шесть. Но если ты решил быть нелепым до конца, то хотя бы принеси пользу — обыщи второй этаж. Я займусь третьим. — Разделиться? — спросил Джон. — Ты видишь, что вокруг? Ты никогда не смотрел ужастики? Шерлок замер — рука на перилах, нога зависла над следующей ступенькой: — Что? — Забудь, — проворчал Джон, махнув рукой. — После окончания дела я заставлю тебя посмотреть Сияние. Больше всего Джон жаждал именно окончания дела. Было холодно даже внутри, вне ветра — по большей части вне ветра, потому что этот дом старался подвинуть границы определении слова «сквозняк» в направлении «тут вообще есть стены?». Джон вымок до нитки еще когда бежал от машины до дома, и теперь каждое движение воздуха вызывало озноб. Такая ночь точно не подходила для расследования в доме, где, возможно, водятся призраки. Такая ночь вообще не подходила для расследований где-нибудь, кроме чертогов разума, но Шерлок настаивал, что нельзя терять время, и дело будет невозможно раскрыть после установления хорошей погоды. Джон медленно прошел в зал, включая все лампочки в каждой комнате и обшаривая все шкафы и ящики — Шерлок не сказал, что нужно искать, просто бормотнул «что-то спрятанное» тем самым неприятным голосом, которым всегда отсылал Джона, чтобы тот не путался под ногами. По крайней мере, свист утих. Нет, ветер всё ещё завывал под крышей, в мелких трещинках скрипучего пола и крошащихся стен, но внизу был лишь слабый отзвук, из-за чего Джону казалось, что рядом кто-то есть. Следует за ним. Дом был ужасающ: облака пыли поднимались с коробок со старыми шарфами, куклами и шляпами, краски драпировок и обивки выцвели от времени, становясь еще более блёклыми в свете грязных лампочек, куски дерева грудами валялись на полу, но не было ничего спрятанного, кроме забытых в ящиках вещей. И точно ничто не могло объяснить, почему юная Джанет Дорлинг утром приехала на Бейкер-стрит в совершенно ужасном состоянии, уверенная в том, что призрак ее бывшего мужа заставлял её совершить убийство. Джон послал Шерлоку скептический взгляд, но начало уже захватило интерес консультирующего детектива, так что Джанет была усажена в посетительское кресло, и Джон впихнул в её трясущиеся руки чашку чая. Затем они выслушали ее историю: старое имение, заложенное за долги, перешло к ней от её бывшего мужа в качестве извинения за всё, что произошло. она и её новый жених провели там день, проверяя особняк, в итоге решив, что он не стоит растревоживания плохих воспоминаний и уборки перед продажей. Потом случились проблемы с машиной, которые помешали им вернуться тем же днём, и вечер в этом доме с двигающимися по стенам тенями и постоянными паденьями разных вещиц, ужин из мюсли и воды, найденных на кухне. Следующим утром Джанет проснулась рядом с телом своего жениха и канцелярским ножом в руке. Кровь была везде, а призрак её мужа стоял и смеялся, говоря, что она всегда будет его, и что он заставит её убить каждого, кто позарится на неё. Затем привидение пронеслось мимо… И потом она проснулась снова. Спящий жених был жив, простыни чисты, канцелярский нож незапятнан — и всё ещё в её руке. Она вскочила, сказала жениху держаться от неё подальше и не останавливалась, пока не добралась до полиции, где над ней посмеялись, затем побежала, и так очутилась на Бейкер-стрит, надеясь, что Шерлок Холмс поверит рассказу и убережет её жениха. Прежде, чем они успели задать вопросы, пришли Лестрейд и насмешливая Донован с ордером на арест из-за нового витка дела, полученного по почте. Джанет обвинялась в устраивании пожара, который убил и кремировал ее бывшего мужа Джонаса Олдакре. Джанет побледнела и вздрогнула и упоминании его имени, что окончательно убедило Джона в том, что, если — и это было вполне вероятно, учитывая её расшатанные нервы — если она и убила своего бывшего мужа, он явно это заслуживал. Видя панику девушки, Шерлок схватил её за руки и заставил посмотреть себе в глаза, обещая найти ответ и спасти её жениха. Лестрейд и Донован заколебались, и даже Джон почувствовал неуверенность. Только после ухода полиции Шерлок разжал кулак, показал ключи, вытянутые им из её сумочки, и потряс ими, лукаво ухмыляясь Джону. Джон почему-то всегда чувствовал себя лучше, когда выяснялась причина, побуждавшая Шерлока оказать сочувствие жертве или свидетелю. Шерлок умел сочувствовать, это точно, даже если он сам никогда этого не показывал, но видеть его, проявляющего чувства, было немного страшно. Почти страшнее старого особняка, адрес которого Шерлок нашел в интернете, и, за что спасибо ключам Джанет, поездки на поезде до него. Они искали…что-то спрятанное. Что это вообще значит? Следы потенциально смертоносного привидения из снов девушки на грани нервного срыва? Джон открыл очередной шкаф, наполненный наборами фокусов, и наудачу пошерудил внутри: коробки с зеркалами, туннели для метания ножей, куклы и марионетки с пустыми пластиковыми глазами, чей взгляд моментально вернул Джона к мыслям о фильмах ужасов. Снова послышался свистящий звук, гораздо ближе, чем раньше. Джон напрягся, не прекращая перебирать содержимое ящика. Неужели это были шаги сзади? Звук был так близко, что зашевелились короткие волоски на шее. Свет мигнул. Затем ещё раз. Джон не был суеверным. Но было что-то в этом месте. И было что-то… что-то…кто-то… Он осторожно переместил зеркало в коробке так, чтобы заглянуть позади себя, и увидел… — Шерлок! — возмутился Джон. Обернулся вокруг своей оси и пихнул Шерлока в плечо достаточно сильно, чтобы оставить синяк. — Не делай так, засранец. Шерлок еще раз посвистел сквозь зубы и рассмеялся. Через пару секунд Джон тоже расхохотался. — Ну же, Джон, — сказал Шерлок, успокаиваясь, — шкаф, полный фокусов, говорит достаточно. Он жил здесь месяцами, инсценировав свою смерть для кредиторов, но не хотел, чтобы она перестала жить в страхе. И был достаточно глуп, чтобы пользоваться мусорным ведром на кухне. И я нашел наполовину использованный пакет снотворных. Достаточно, чтобы подсыпать в воду и держать её внушаемой, а её жениха — спящим, провернуть весь этот спектакль и скрыться. — Он… Это был трюк? — спросил Джон. — Месть, чтобы подвести её к самому краю? — Очевидно. Может быть, семь, — сказал Шерлок, дернув уголком рта. — Коридор наверху на шесть шагов короче этого, но комнаты одинакового размера. Готов вытащить наружу призраков прошлого мужа? — Готов, — ответил Джон, улыбнувшись в ответ. И они побежали.