Часть 1
12 апреля 2017 г., 19:09
Сидя снаружи на старой каменной колонне, Старскрим вздрогнул, когда дождь потрепал его спину и крылья, отказываясь войти в пещеру клана. Он оплакивал потерю своего нерождённого яйца. Мало того, что это была его первая попытка, кто-то из бойцов подарил малышу большой уровень травмы. Мегатрон был родоначальником. Как только от Старскрима стало исходить тепло, лидер стаи стал преследовать его. Несколько дней. Конечно, это преследование был своего рода способ ухаживания, но оно очень раздражало, до тех пор пока тепло внезапно не пронзило первого. К тому времени он уже поднял хвост и позволил Мегатрону отнести его на гору и заявить о себе как о надежном гнезде в его первом году в совершенно взрослой жизни. Честно говоря, инстинкты были болезнью на протяжении всего брачного сезона. Старскрим был главной целью Мегатрона в этом сезоне, и несмотря на его потребность в независимости, он не мог бороться с необходимостью своего тела размножаться с самым сильным самцом. Поскольку Мегатрон был самым большим и самым сильным противником, он, конечно, сдался. Кроме того, ни один из драконов-автоботов не хотел ухаживать за ним, даже если он и представлял себе своего носителя, который, надо сказать, был довольно редкой добычей для драконов.
Еще одна причина, по которой его первое выведение было так мучительно, было то, что он потерял малыша до начала. Это было не из-за того, что он был в сражении или на драке вообще; Это было потому, что он ступил на каменистую поверхность, пытаясь найти солнечное место, чтобы расслабиться. Только камень, сломался под ним, и он поскользнулся и врезался прямо на неровную сторону скалы. Хотя она и не была острой, скала выпирала, и удар был достаточным, чтобы вызвать катастрофу. Следующим, что помнил Старскрим, были Саундвейв и Шоквейв, которые пытались доставить его в пещеру к Кнокауту, а затем все потемнело. Конечно, он проснулся от боли, и Нокаут сказал ему, чтобы он подождал, пока медик выглаживал его живот. Сначала Старскрим не знал, что происходит, но истина медленно осенила его.
Случился выкидыш, задолго до появления малыша на свет:
— Нет! Праймус, Пожалуйста, Нет! — Старскрим взвыл от боли, не в силах сделать что-то другое, что-то что требовали естественные инстинкты и Кнокаут. Каждый толчок причинял боль, и казалось, что его разорвали.
Наконец, после того что казалось путешествием на самой глубине ада, завершилось. Уставший и ослабленный, Старскрим не мог ничего сделать, кроме как лежать на полу в пещере Кнокаута, в пустом изумлении над тем, что только что произошло.
— «В конце концов я пришел к цели, и после всех усилий, которые я вложил в это… Все пропало. Я даже старался держаться подальше от пути Мегатрона и в его благосклонности, чтобы я мог подарить ему здоровое потомство. Теперь все напрасно, и я даже могу быть объявлен бесплодным после всего этого. Это нечестно; Это был мой первенец! " — Старскрим мысленно бушевал и кричал, страх взял вверх над ним, предполагая о том, что Мегатрон думает теперь о нем.
Его голова раскалывалась, когда он услышал, как кто-то произнес имя Мегатрона. Казалось, что лидер пошел в пещеру медика, и Брейкдаун поприветствовал его, прежде чем Кнокаут объяснил, что случилось. Конечно, слова Кнокаута были только белым шумом для Старскрима, который смотрел на лидера в панике и страхе, опасаясь, что последний назовет его слабым и жалким за то, что он потерял единственного наследника.
Мегатрон лишь кивнул когда Кнокаут закончил, а затем посмотрел на своего измученного партнера. На его лице не было никакого выражения, никаких эмоций, а потом он просто повернулся и вышел из пещеры. Старскриму показалось, что он был раздавлен под горой одним взглядом, и он начал бесконтрольно всхлипывать.
— Я знал это! Он думает, что я слаб! Не достоин! — пронеслось в его голове.
Позже он медленно вставая на ноги, но Кнокаут запротестовал, выкрикивая, что он слишком слаб, чтобы передвигаться. Старскриму было все равно. Ему нужно было уйти. Возвращаясь к настоящему, когда дождь начал стихать тяжелыми каплями, Старскрим всхлипнул, прежде чем боль надавила на него, сохранив его безутешное положение. Он знал, что он не одинок на том месте, где сидел на вершине колонны. На базе Кнокаут ждал его, когда Старскрим спустится и можно было поговорить с ним. Ни одна идея не кажется привлекательной для скорбящего дракона. Что можно сказать кроме:
-Я потерял своего первенца, Мегатрон явно обвиняет меня в этом, так что теперь меня объявят бесплодным, и теперь он никогда не захочет меня увидеть снова. — Старскрим думал, что равные части опустошены и саркастичны.
— Это естественно, ты знаешь. — Нокаут спокойно погрузился в свои мысли. — Избавится после того, если бы он упал так сильно на край скалы, как ты. Скрим, ты действительно хорошо справился с удалением яиц. Если бы ты этого не сделал, все стало бы хуже. Ты мог умереть, — Медик закончил шепотом.
-Хотел бы я, — пробормотал Старскрим. — Мегатрон обвиняет меня, а остальные будут думать, что я бесплоден. Моя первое соитие и носительство, и я теряю все это. И еще хуже, — он продолжал, его голос дрожал, когда он разделял его панику, — Это было надеждой для нашего лидера, которому я нес. Я не смог доставить ему то, что хотел.
— Это неправда, Старскрим! Ты не смог бы воспрепятствовать или камню, развалившемся под тобой, или тому, как ты падал. Это случается иногда, потому что жизнь полна неизвестного, — Нокаут запротестовал, взбешенный на Старскрима, который бесполезно обвиняет себя.
— Мегатрон ничего не сказал. Он просто посмотрел на меня и ушел. Что еще это могло значить? — прошипел Старскрим.
— Я знаю, и пока я признаю, что это было не самое лучшее, что он смог сделать, я думаю, он просто не знал, что сказать, — предположил Нокаут неуверенно. Оба молча посидели. — Пожалуйста, спустись — попросил Нокаут.
— Зачем? — прорычал Старскрим, снова всхлипывая, когда он посмотрел на его теперь плоский живот, который больше не держал заветное яйцо. — Почему ты беспокоишься, Нокаут? Теперь я бесполезный дракон в нашем клане.
— Ты забери слова назад, Старскрим! Ты не бесполезный. Что касается «Почему я беспокоюсь?», это просто. Я твой друг, а не просто медик клана. Мы не можем изменить то, что произошло, или то, как Мегатрон отреагировал. Но ты никогда не был бесполезным, и я сомневаюсь, что ты способен на это сейчас, — строго отругал Нокаут.
Старскрим запнулся, не зная, как это принять.
— Я буду после этого, — опроверг он, — меня объявят бесплодным.
Нокаут нахмурился и успокоил его:
-Нет, ты не будешь. Поскольку я медик клана, я определенно могу это предотвратить. Старскрим, ты далеко не бесплодный. Наоборот, ты зачал раньше, чем большинство драконов во время спаривания и вполне здоров. Кроме того, способ, которым твое тело отреагировало во время выкидыша, еще раз доказывает, что ты не бесплоден. Если бы ты не смог выгнать яйца так быстро, как требовало твое тело, я бы беспокоился о том, что у тебя есть будущие сомнения. Вместо этого ты сделал все хорошо. Хотя ты, будучи на вершине этой опоры после такого испытания, беспокоишь меня.
— Смогу ли я скоро забеременеть? — шепотом спросил Старскрим. Нокаут вздохнул.
— Боюсь, только в следующем году. Если я не упущу свое предположение, ты сейчас не в ногу со временем. Хотя я не могу быть полностью уверен, так как драконы-искатели немного отличаются от остальных, — честно ответил он, прежде чем спросить — ты действительно хочешь так быстро возобновить с Мегатроном, или предпочтешь подождать, пока ты не поправишься первый?
Старскрим ничего не ответил, а просто сел на столб. Нокаут оставался спокойным, позволяя ему не спешить. Медик подождал, пока другой выйдет из-под проливного дождя, потому что друзья всегда поступают друг с другом, и он знал, что Старскрим сделал бы то же самое для него.
