Искуситель.

Тогда

.       Наша пьянка и гулянка всё набирала обороты. С театральным вздохом, Джей оглядел стол, на котором было всё, кроме мяса, высвободил меня из своих объятий и отправился делать ещё одну партию шашлыка. Он весь вечер вёл себя как хозяин праздника, и то как я это ему позволила — снова давало всем повод, над нами потешаться.       А я этого в голову даже не брала. В конце концов — мы продули игру из-за его красоты. И он добровольно взвалил на себя всю эту гулянку.       — Тебе помогать? — Лениво спросила я вслед. Желания я такого, естественно, не испытывала. Я — и готовка еды?! Нетушки! Это — вещи несовместимые!       — Нет, дорогая! Насаживать и жарить —заложено в мужской природе! — Многозначительно смотрит на меня этот стервец! И, все разговоры, в этот момент, стихают. Все смотрят на нас.       Ещё бы! Я сама охуела, если что!       — Хорошо, дорогой! Тогда насаживай и жарь! — Отвечаю я, и электричество в наших взглядах перекрывает лишь хохот друзей.       Чтобы не залипнуть на мыслях о том: как и что, Джей будет насаживать и жарить, я эффектно ухожу бродить по двору, покинув всю массовку, оставив его наедине с мангалом. И по фиг, что хозяйка здесь, в общем-то, я!       Двор тут огромный, и кроме зоны отдыха, где мы все гомоним и шумим, есть ещё и некое подобие сада и огорода. Я там брожу подшофе, и понимаю, что можно бы и клубнику поискать. Сезон — именно, тот! Только, слишком для этого темно!       Да, и лень. Хоть я и не злоупотребила алкоголем, желания что-то творить, от этого не прибыло. Я просто сижу на траве, в одиночестве, и жду: хватится ли меня хоть кто-нибудь, из моего дружеского коллектива?       И, когда я решила обидеться настолько, чтоб уйти на фиг, бросить всех гостей на произвол судьбы, и где-то лечь спать — то наконец, услышала шаги.       Чтобы никто на меня не наступил, я тронула кнопку телефона и осветила всё вокруг.       Прямо, передо мной застывает Джей, с шампуром в руке.       — Ты чего, от нас что ли, сбежала? — Я молчу. — Или, я помешал твоему уединению, или… — Замолкает он, ожидая моей реакции.       — Ты всё тщательно насадил, старательно прожарил? — Не отвечаю я на его вопрос.       — Прости, мы думаем об одном, и том же? — Плюхается Джей; со мной рядом, на травку.       — Понятия не имею!       — Значит, пробуй! — Протягивает он мне ароматное мясо.       Я откусываю, и понимаю, что такой вкуснятины — сто лет не пробовала. Ну, или ни разу, в жизни.       — Супер, Джей! Это же просто шедевр! Часто ты такое делаешь?       — Ешь, давай! — Не скрывает он своей довольности моими похвалами.       — Девушку нельзя кормить ночью! — В противоречие своим словам, я поглощаю всё с рекордной скоростью.       Джей курит, и я вдыхаю дым, с некоторым даже, удовольствием. Всегда мне нравились курящие мужчины, как ни крути! Что-то было в них такое, что всегда меня очаровывало…       Поэтому, я нагло забираю сигарету из его губ и делаю затяжку. После этого, он просто пялится на меня, что весьма ощутимо, даже при малом свете звёзд.       — Хочешь меня уволить? — Вдруг, спрашивает он.       — Чё ты несёшь? — Не понимаю я.       — За неисполнение особых условий контракта: не давать курить ген-директору? — Бархатно мурлычет Джей.       — Забей! — Отдаю я сигарету, и понимаю, что это — чем-то, сродни поцелую.       — Хорошо, как скажешь! — Жадно докуривает он. — Так чего ты сидишь-то тут, совсем одна?       — Хочу клубники, но не хочу лезть на грядку. Вот, жду, когда она сама ко мне пойдёт.       Джей забирает у меня телефон из рук, и храбро шагает на плантацию. Я даже не прошу его быть осторожнее. Кто-то то же всё это поливает, наверное… Он — мальчик взрослый, сам должен нести ответственность за свои поступки, и за свои белоснежные кроссы…       А мысли меня несут нереально далеко! Я так хочу, чтобы он накормил меня ягодами, прямо из рук, а потом целовал. А потом — мы покатились бы по траве, судорожно стаскивая друг с друга, одежду…       От мечтаний меня нереально бросило в жар! И я даже выпала на эти минуты, из реальности. Я была вся, в этих грёзах, в этих желаемых ласках, и вздрогнула от его голоса, совсем рядом.       — Что-то я даже нашёл! — Садится он на корточки, рядом. — Смотри.       — Чё на них смотреть? Их есть надо! — Бурчу я, и подставляю ладони лодочкой.       — Опять ты какая-то злая, Кристи! Скушай ягодку, улыбнись…       — Чтобы я была не злая — надо было в кармане принести фляжку с коньяком…       — Хорошо, теперь я знаю две твои слабости: клубника и коньяк! — Хихикает он, и смотрит, как я уничтожила тот десяток ягод, что он принёс. — Говорят, девчонкам на земле сидеть нельзя. Мало ли, чего простудите…       — Спасибо, за заботливость, но сейчас — лето, и ничего я не должна простудить.       — Я просто хотел предложить тебе свои колени… — Продолжает он мурлыкать. — Ну, если ты не хочешь продолжить торчать тут, совсем одна?       Да ты что! Флиртуешь со мной, что ли?! Если я сяду к тебе на колени, то сама начну целовать твои красивые губы, и полезу трогать всё твоё зачётное тело! И уложу тебя, на этот газон! Гарантирую!       Поэтому, я даже не знаю: сказать тебе что-то, хлёсткое, в ответ, или промолчать, для разнообразия?       — Кстати, я тебе комнату так и не выделила, пойдём. — Вдруг, поднимаюсь я, и иду, не оборачиваясь.       — Хочешь уложить меня спать? — Послушно топает он следом.       Бог мой, что за намёки? Я почти смущена происходящим…       — Даже не знаю, что ответить. А ты не планировал?       — Не планировал что? — Снова, заводит он меня в тупик.       О чём ты думаешь, Джей? Или может, я не о том думаю, когда ты всё время пытаешься что-то намекнуть?       — Спать ложиться, вообще?       — Нет, не думал. — Соглашается он, — Но, если ты настаиваешь…       — На чём, я настаиваю? — Рявкнула я, и круто развернулась на месте. Что-то не то мы, друг другу говоря, в эти слова вкладываем.       Он едва в меня не врубается на ходу. Но и шага назад при этом, не делает. Мы слишком близко, друг от друга! Так не бывает с просто-друзьями, и уж тем более — между начальником, и подчинённым. Как-то это, нарушает моё личное пространство. И, мой победоносный настрой — тоже.       Тихий гомон друзей сменяется резким хохотом, и электричество между нами сходит на нет. Я устремляюсь на лестницу, и слышу тихие шаги следом. Наобум, открываю первую попавшуюся комнату на третьем этаже, и включаю свет.       В голове от алкоголя шумит всё сильнее, и от пробежки наверх — пульс мой слегка учащён.       Я рассеяно киваю рукой: вот, мол! Твои апартаменты! И хочу покинуть эту спальню.       С грохотом Джей захлопывает дверь перед моим носом, и вдобавок, преграждает её рукой.       — Что, даже одеялко не подоткнёшь? — Прожигает он меня взглядом.       — Что?       — Ты так настаивала на том, чтобы я спать лёг… Я рассчитывал на твоё участие…       — Я путь тебе прописала, на случай того, если не буду последней, кто останется на ногах, к утру.       Он смотрит на меня. Я смотрю на него. О чём ты, милый? Ты же должен уже был вчера убедиться, что я вряд ли скажу тебе своё «нет»? Что у меня это не получается? Уж больно ты, зачётный…       Так что, всё держится лишь на том, что ты не предпринимаешь лишних действий! Не пересекаешь грань…       Так, а о чём это, мы?       Одеяло тебе подоткнуть? А колыбельную не спеть? Я же кошмарно пою! Люди всегда просят замолчать…       Как-то, затянулось наше обоюдное молчание… Тебе не кажется, Джей?       Броситься сейчас на тебя? Завалить, и трахнуть? Ты не отка…. да ты не отмашешься!!!       — Прости, я не… — Делает он шаг, от меня, и от двери.       — Естественно, «ты не…» — передразниваю я, и выскакиваю в освободившийся проход.       Ретируюсь к людям, на гул насмешек о том, что мы отсутствовали вдвоём, и явились уж больно, довольными и расслабленными…

Сейчас

.       А потом — мы уснули надолго и беспробудно! Оба!       Настигающее нас похмелье было необходимо было свести на нет! Поэтому, по возвращении из ванной комнаты, в которой мы делали всё, что угодно, и лишь в последнюю очередь, помылись — так и решили. Сплестись накрепко, в объятиях, и насколько я терпеть не могу, спать с кем-то в обнимку — с ним это было так нереально приятно! Поэтому я прижималась к Джею всем телом, сложив на него свои ноги.       То есть, примерно так, я проснулась. Потому что, за окном было явно, ближе к полудню, и кто-то шуршал в квартире. Наверное, это был его друг, с которым Джей и снимал жильё.       А ещё я поняла, что и сам он, уже не спит, легко поглаживая мою макушку.       — Проснулась? — Мурлычет он.       — Ну, как бы, да. — И я слышу облегчённый вздох. — Что-то, не так?       — Все — супер! — Чмокает он меня в висок, — Но можно, я тогда возьму свою руку? Она совсем онемела уже.       Я приподнимаю голову, и Джей берет одну руку, другой рукой. Как плеть.       — Ты охренел что ли, совсем? Чего раньше не достал-то?       — Да норм! — Начинает он ею размахивать, восстанавливая кровообращение. — Ты так сексуально храпела мне в подмышку, как можно было пошевелиться?       — Врёшь ты всё! Я не храплю!       — Не вру! — Хихикает он.       — Врёшь! — Бросаю я в него подушкой.       — Ну, ладно, вру! Надо же было тебя побесить немного! — Хихикает он. — Встаём? Завтракаем?       — Хм. А сосед твой никуда не собирается?       — Хочешь, чтобы я попросил его уйти? — Перестаёт он вращать рукой, и падает со мной рядом, на постель.       — А ты можешь?       — Могу, но не безвозмездно. Ты как? Я не сильно напоил тебя вчера?       — Да нормально, вроде. Похмелья не наблюдается.       — А не затрахал? — Хитро щурится он.       — Аха-х! Нисколечко!       — Уверена? — Сбрасывает он с меня одеяло, прямо на пол.       — Уйди, ненасытное животное! — Хихикаю я, не больно-то, и вырываясь.       — А если, не уйду? Ты меня зачем подсняла? Беседы вести? — Переворачивает он меня, на живот.       Да, понятливый мальчик! Чтоб не мешал вчерашний перегар, твоё место поутру — сзади…       — Нет! Я тебя подсняла, для прекрасного времяпровождения, дорогуша… — не сдерживаю я громкого стона. Помню, про соседа, но с Джеем тихо не получается.       Никак!       Тем более, он не спешит, дразнит меня, то и дело, перемещая по комнате; от подоконника — межкомнатной двери. Будто, мы проверяли всю мебель в спальне, ограниченные лишь пространством комнаты Джея.       Когда он позволил мне отдышаться, и просто вернуться в кровать, я пялилась на то, как он курит в открытое окно, совершенно без одежды.       — Провокатор! — Мурлычу я, отбрасывая подальше боксеры, за которые он было — взялся. Ещё чего удумал! Одеваться в моём присутствии!       Хотя, кушать уже хочется всерьёз, и не нагишом же его отправлять? Но, почему бы и нет? Он вроде, живет здесь!       Телефон.       Его телефон разрывает все мои мечты эротического характера.       — Да! — Ржёт он, глядя на адресата. — Чё, завидно? Или, обдрочился уже — сил нет?       Ответа я не слышу, но Джей виновато смотрит на меня, и говорит, что наверное, не сможет… Да, потому, что занят… Потому что у него в гостях девушка, и бла-бла-бла!       — Что? — Спрашиваю я, когда он садится рядышком.       — Если честно, то я с ним каждую субботу провожу пол дня в спортзале. Мы отрываемся за всю неделю. Вот он и спрашивает: в состоянии ли я сегодня?       — А ты сегодня, уже не в состоянии? — хихикаю я, запуская руки в тёмную шёрстку ниже его пупка.       — Сегодня я подснят тобой, до понедельника, и думаю, что придётся пропустить зал. В виде исключения. — Откидывается он на спину. Явно, предлагая продолжать трогать его везде, где мне вздумается.       — Не, ты лучше сходи! Прокачай свою зачётность! — Убираю я руки, как назло.       — Ну, уж нет! А ты тут одна сидеть что ли, будешь? — Снова, поворачивается он на бок, поближе ко мне.       — Не бойся, я к себе уеду!       — Кристи, так не честно! Никуда ты из моего логова, носа не высунешь! — Собственнически прижимает он меня к себе.       — Нормально. Ты — в зал, я — в СПА. Ничего исключительного. — Смыкаю я руки на его шее. Прижимаюсь к нему всем телом. Мы по-прежнему, абсолютно обнажены, и во мне ещё не улеглись все утренние страсти…       — У нас ещё два дня и две ночи! Я был так плох, что ты уходишь раньше?! — Начинает он рисоваться, и ослабляет свою крепкую хватку.       Ведь знает, что был хорош! Что он был охуительно, хорош!       — Я в состоянии прерваться, да и тебе это необходимо, чтобы в следующий раз, не облажаться! — Вожу я длинным ногтем по его груди, обводя красиво очерченные соски.       — Так ты настаиваешь? — Мурлычет он.       — Я тебя не удерживаю. Займись спортом и покажи мне вечерком результат.       — Где, и во сколько?       — Например, в моей квартире. Соседей — нет! Гарантирую!       — То есть, моя роль не простирается дальше спальни? — Вмиг становится он серьёзным. И даже больше: каким-то уж чересчур, серьёзным!       — Квартира со многими комнатами, можешь выбирать любую. — Пытаюсь я отшутиться, хотя понимаю, что уже не прокатит.       — Я для тебя — подснятый хуй, на время отсутствия основного?!       — Где-то я вчера это уже слышала… Ответ мой помнишь, или был пьян? Твои предложения?       — Парадная форма одежды и гастроль по империи развлечений! Без поправок на то, что тебя могут увидеть. Со мной. Без вариантов!       — Так ты меня приглашаешь, или отпугиваешь, бескомпромиссный мой?       И тут он впадает в короткий ступор. Покомандовать не получилось? Я согласна без долгих уговоров?       — Приглашаю. Реально, осознавая последствия. Обещание оторвать мою голову, и выкинуть бродячим собакам. Ну, или то, что это будет взрыв в нашем курятнике, в понедельник. Я тобой делиться ни с кем, не намерен, и только так, Кристи. Либо ты согласна, либо мы ставим жирную точку, прямо сейчас. Я не шучу.