Искуситель.

Тогда.

      Ночь. Воскресенье. Я пьяна. Гости наконец, все разъехались.       Закрыв за ними все замки и ворота я пытаюсь не думать о том, что Костян умчался на работу. Может, и не на работу, а просто дальше от меня! Фиг знает! Я, например, знать этого уже не хочу! Уехал — освободил меня от своего присутствия!       Я осталась абсолютно одна, в этом поместье! Не только, чтобы все теперь разгребать и убирать, но и просто торчать тут. Со стенами, например, разговаривать!       Я взяла полторашку с водой, и потопала на свой третий этаж, по раскачивающейся лестнице. После сауны — кто прохмелел, а кто напился. Например, я!       Ну, во-первых: потому что лишь я знала, что свалил Костян.       Во-вторых: потому что лишь я его и хватилась.       В третьих: потому что Джей не только сбавил все обороты, но и мне вообще стало казаться, что я сама, всё себе напридумала. И ничего не было: ни обнимашек, ни клубники летней ночью, ни жарких моих порноснов!       Ничего!       Он теперь мерился с Дастином всем, чем только мог! В сауне, в выпивке, в меткости. То есть, совершенно не мешал мне быть с Костяном. Только кто из них заметил, что Костяна-то, с нами и нет!       Я беззвучно босиком топала по лестнице, выговаривая себе за то, что напилась не как все нормальные люди, на выходные, а ночью на понедельник. Чтобы завтра на работу, веселее было ехать!       Сразмаху я врубаюсь в чьё-то живое тело и ору на весь дом! Хотя, какого х… орать? Никого здесь нет! Это тело не даёт мне упасть с лестницы вниз, накрепко пригвождая к себе! ОМГ!       — Тсс, у меня едва уши не лопнули… — Бормочет мне на ухо, голос Джея.       — Какого чёрта ты здесь делаешь? Ты ведь уехал одним из первых! Я сама закрывала за тобой ворота! — Возмущаюсь я.       — Ну, тебе так показалось, или приснилось. Вот он, я! Во плоти, так сказать.       Рывком, он увлекает меня в одну из спален, и прижимает к гулко хлопнувшей двери, изнутри.       Я ловлю тепло его дыхания губами. Потом, ловлю себя на том, что мы давно уже целуемся! И хоть я по-прежнему, вжата в дверь, мне это не мешает расплавляться от желания.       Будто, я собираюсь убегать! Ещё чего!       Бутылки с водой, почему-то тоже, нет в моих туках. Поэтому я смыкаю их на зачётных плечах Джея. Мы жмёмся друг к другу всё теснее и теснее. Всё откровеннее и откровеннее. И нет в нас никакого первого стеснения!       Я, к примеру, сгораю от одного предвкушения, и от того, что он не торопится ничего с меня снять, и даже не стремится нырнуть руками под одежду. А как много на мне одето вообще? Всего лишь, ночнушка. Кстати, синяя и полупрозрачная! Пипец какая, кружевная и завлекательная! И всё!       Так он дразнит меня, или просто не хочет идти дальше?       Может, пусть лучше будет первый вариант?       Иначе, зачем он всё это начал? Зачем затащил меня к себе в спальню? Или, зачем объехал вокруг имения, и вернулся?       Я глажу его шею, его уши, затылок, нежно таскаю за волосы, вынуждая отпрянуть от моих губ.       Он неторопливо облизывается и продолжает смотреть на меня, ничего не предпринимая.       Я тоже, смотрю и стараюсь не моргать. Джей, я стою! Не ускользаю! Почему ты ничего не предпринима….       Он рывком задирает эту самую, развратно тонкую, кружевную лёгкую ткань, и целует мой живот. Потом, опускается ещё пониже, и быстро лизнув, встаёт на ноги.       Я пялюсь на него, не скрывая. Снимай же! Или, позволь снять!       Тащу его боксеры вниз, и тоже, кратко лизнув, быстро поднимаюсь обратно.       Он снова вжимает меня в стену, и кладёт мои руки на свои плечи! И я закрываю глаза: так, на всякий случай. Что, прямо у двери и стоя?       Да как пожелаешь!       Я повисаю на его плечах, и тут же он подхватывает мои бёдра и рывком входит весь!       Твою ж мать! Мои глаза наверное, слишком полезли из орбит, что он прошептал в мои губы: «Прости-прости. Не подумал.»       О чём ты не подумал, милый? Ты едва меня к двери не пригвоздил насквозь… Да и по фиг! Мне нравится то, как ты продолжил, и я уже вцепилась в тебя мертвым замком. Ногами и руками! Губами! Всем телом!       Сокрушительный оргазм!       И я криком вскакиваю на постели!       Блядство!       Приснилось!       Джей приснился!       Я дома! Костян дома! Мы в постели, и гости реально, давно все разошлись.       — Кристина, что происходит? Может тебе расслабиться? — Костян привычно тянется рукой под эту сорочку, которая мне сейчас приснилась.       — Вообще-то, я уже. — Прячу я глаза.       — Чего, уже? — Не понимает он.       — Расслабилась! Слышь, ты! Я во сне кончаю, а не наяву! Как школьница! Долго это будет продолжаться-то?       Я с себя одежду сбрасываю. Одеяло с постели сбрасываю. Куда ему деваться? Мой центнер охуенности сбрасывает в этот момент трусы сам. Без намёков!

Сейчас.

      Я не успела даже до работы потом доехать, когда он позвонил.       — Да, Джей. — Мурлычу я в трубку. Блин, как фантастически я провела эти дни… С тобой теперь только мурлыкать, от воспоминаний….       — Ты можешь отпустить меня с работы на неопределённый срок?       — Куда?! — Вмиг теряюсь я. Как, так? Отпустить тебя от себя? Такого держать надо только под одеялом!       — Ну… Мне надо домой уехать. В родной город. Там возникли проблемы.       — Конечно, можешь. На сколько?       Молчание длится несколько секунд.       — Я не знаю, Кристи. Правда, не знаю.       Что-то было в этом голосе такое, что я безоговорочно ему поверила. Хотя, после таких ночей, что у нас были — он мог бы мной вертеть, как пожелал… И не только буквально!       — Ладно, поезжай, конечно. — Вздыхаю я.       — Мне… будет, куда возвратиться, если отсутствие затянется?       Да что такое? Что случилось у тебя?       — Если ты этого хочешь.       — Разумеется, я хочу сохранить работу. Если это возможно, в данной ситуации.       — Помощь нужна?       — Я буду иметь в виду. Спасибо.       — Ты по телефону сможешь работать?       — Кристи, я не знаю! Правда! — Повышает он голос.       — Хорошо. Я тебя поняла, Джей. — Говорю я тихо и рассудительно. Не навсегда же ты со мной прощаешься. Так, денька на три…       — Всё, я тогда полетел!       Не успела я распрощаться, как позвонил Костян, с желанием обличить меня во всех смертных грехах, совершенных за время его командировки, из которой он сорвался. Ради меня.       Ну, и попробовал заодно, припереть к стенке. Где я была, и чем занималась…       Месяц, этот стервец где-то пропадал, отключив телефон. А я его не увольняла! Более того, я приказала кадрам, ставить ему рабочие дни!       Я — главный босс, вашу мать, или кто?!       Ну, и нахуевертили мы однако, без помощи нашего аналитика, в тот месяц…       Итак, настал тот день, когда он явился. Без звонка, без предупреждения с проходной, он просто вошёл в мой кабинет. Даже, без стука.       — Привет. Могу войти?       — Конечно.       Блин-блин-блин! Как я рада тебя видеть-то!!! И как босс, и как женщина!!! Ай-я-яйй! Не показать бы вида!!!       Я едва не роняю на пол всё, что было нагромождено на моём столе!       — Я… могу вернуться? — Даже, не садится он. Даже не проходит дальше!       Собственно, я же из-за стола тоже, не вышла. А хотелось! Броситься ему на шею, и хотя бы расцеловать. Если не уложить, прямо здесь, на лопатки…       — А карточка тебе твоя зарплатная, этого не сказала? — Язвлю я, вместо этого.       — Ты ждала меня? — Вдруг выпаливает он. Видимо, быстрее, чем он мог себе позволить запретить.       — Конечно! Кофе будешь? — Расцветаю я в дежурной улыбке.       — Нет, спасибо. Так я могу идти, работать? — Снова, уточняет он.       — Можешь. Тебе разгребать, и разгребать теперь, за нами!       — Понял. — Поворачивается он, к выходу. — Солнце ещё высоко.       — Джей, а ты окончательно, вернулся? — Я тоже, не даю себе подумать, прежде чем сказать.       — Надеюсь. — Не оборачивается он. — Ты намекаешь на то, что больше меня так не отпустишь?       — Да. Я просила оставаться на связи, а не обрубать все концы!       — Хорошо. Больше ты меня не прикроешь. Уяснил. — Покидает он кабинет.       Вот так! Сухие привет-пока, после такого жаркого расставания. После трёх ночей, и почти трёх дней, невылезания из постели! После того, как я решила остаться с ним!       Как пообещала не только ему, но и себе, порвать наконец, с Костяном! Хорошо, что я опрометчиво не сделала этого. Не успела!       И так — всю рабочую неделю. Ни одной фразы, мимо работы! Всё исключительно — по делу! Да что он там, женился что ли, за этот месяц?!       Ладно, как знаешь, милый!       Я месяц пропадала без тебя!       Потеряла сон и аппетит. Почти уже привыкла! И ты явился, такой же охуительно горячий, на вид! На запах!       Проверить бы, на вкус…       Но, увы… Ведёшь себя так, будто не было у нас ни крышесносных потрахушек, ни твоих высказанных: «не намерен ни с кем тобой делиться… »       Чувствую себя отматрошенной и брошенной! Кстати, прижимать тебя к стене, и спрашивать: что это за блядство происходит — я тоже, не намерена. Вот!       Поэтому, так и веду себя. Почти не замечая его, рядом! Не ощущаю твоих прежних, раздевающих взглядов. И не дарю их, тебе, в ответ!       Ты очень вовремя сделал ноги, и я не наломала дров. С лёгкостью отбрехалась тогда, по поводу того, где ночевала. Вот, буду всё пожинать теперь, со своим «центнером охуенности»…       После первых выходных его возвращения, проведённых, естествннно, на разных концах Москвы, меня чёрт приносит на работу пораньше. Тут я и застаю Джея, с костюмами наперевес, идущего к служебной машине. Он делает попытку спрятаться, но бесполезную.       — На работу, как из прачечной? — Не могу я сдержаться, чтоб не уколоть.       — А что, нельзя? — Ощетинивается он в ответ.       — Да всё нормально, не пыли. — Прохожу я мимо. Потому, что мне же почти всеравно? Или потому, что у него звонит телефон. Стремно так, полифонически. Милый, а где твоё надкушенное яблоко?       Не хочу, но слышу уходя, что он ищет квартиру.       — Тебе жить что ли, негде? — Останавливаюсь я перед тем, как открыть двери в офис.       Блин! Если что — имею право! Я же — его босс!       — Да, есть временные трудности. — Снова, не смотрит он в мои глаза.       — Так ты в кабинете что ли, спишь? — Продолжаю я озвучивать логический ход своих мыслей.       — А что? Вполне комфортно! — Пытается он пошутить. И фальшиво улыбаться.       Я шарю по карманам, и не давая себе подумать, вручаю ему ключи.       — Что это? — Подозрительно смотрит на меня Джей. А я подозрительно смотрю на него.       — Квартира. Ты знаешь адрес. — Настала моя очередь прятать взгляд.       — Кристи, зачем? — Он и не делает попытки взять брелок.       — Ну, поживи что ли, пока ищешь.       Блин, ещё несколько секунд — и я отзову своё предложение! Ей-богу, Джей!       — А что скажет твой мужчина? — Ехидно спрашивает он, но ключики берет. В самый последний момент!       — Это — моя квартира. И я в ней не живу. Я кагбэ, с ним, живу. За городом. Со своим мужчиной…       — Я не знаю, что сказать.       — Скажи мне «спасибо», Джей.       — Спасибо, Кристи! — Заулыбался он. — Мне неудобно, я недолго там задержусь, и… Спасибо.       Вечер того же дня.       Вместо того, чтобы работать — я весь день вспоминаю о том: как же всё выглядит? Там, в квартире-то? Я же бываю такой свиньей, время от времени…       Еду, вслед за Джеем, и звоню, в дверь. Он ошалело смотрит на меня, и спрашивает, почему я просто не вошла.       — Прости, я хочу прибрать за собой. Ну, и взять запасные ключи.       Он молча даёт мне пройти. Телевизор орёт по полной, и в проходе сумка и несколько коробок. Не густо и вещей-то, у него.       Я хаотично освобождаю ему полки в шкафу и объясняю — что да как, в системе кодовых замков. И стремительно несусь прочь. Пока обуваюсь — он преграждает дверь рукой.       — Что, даже, кофе мне не сваришь?       — Ну, я не хочу, чтобы ты думал, будто я…       Он заставляет меня заткнуться поцелуем. Самым верным, из всех способов, заткнуть женщину.       Боги, как я могла от этого, добровольно отказаться? Как я жила, думала, дышала, без него, так долго?       Смыкаю руки на его шее, привычно и забыто, перебираю пальчиками волосы на его голове, ласкаю уши, скулы, глажу по вискам.       А он, будто насилует меня в поцелуе! Он будто злится, и пытается до меня это донести, своим языком. Мы несколько раз, стукаемся зубами, и судя по солоноватому привкусу, губы у кого-то из нас, даже уже травмированы.       Ну, мне на это совершенно, наплевать, и ему, похоже, тоже.       Вдруг, он прерывает это опьяняющее безумие, и смотрит на меня, оттопыривая пальцем, мою нижнюю губу. Черт! Это же я так, с тобой всегда делаю! Плагиатор!       — Скучала по мне?       Ну, неужели, мне надо польстить твоё самолюбие словами? Ну неужели, ты это не понял, и так?!       — Да! — Не отвожу я взгляда, хоть это и нелегко. Его глазища продолжают делать то, что перестали губы…       — Ты не ушла от него. Хоть и обещала. — Продолжает он тереть пальцем, мою губу. Так, прокушена, кажется, она.       Хочется просто ухватить его, за этот палец. Но, поймать его мне никак, не удаётся. Блядь!       — Так и ты, съебался без следа! — Парирую я. — Нехорошо так, вырубив все средства связи с тобой!       — Прости, были на то причины. Из прошлой жизни.- На миг отводит он свои глаза.       — Не указанные в твоём личном деле? — Сразу, цепляюсь я за нестыковки.       — Да стопудово, не указанные! Мы не об этом сейчас говорим, Кристи!       — Джей, пойми меня правильно, я сюда пришла не за этим, я просто хотела тебя обустроить, и…       — По хер, на самом деле — что ты хотела… — Низко рокочет он, и я офигеваю. — Потому, что я хочу ТЕБЯ!       Ну, после таких слов, Джей, обольщать надо, в полный рост! А ты продолжаешь, насиловать меня глазами.       — Я… Что-то должна ответить тебе? — Первой, не выдерживаю я этого удушливого молчания.       — Хорошо, с ним, живётся-то? Как там ты говорила: он надёжный… Положительный… Майор ФСБ, блядь… Что, ещё? Трахает хорошо, да? — Продолжает он.       — Да пошёл ты, в пень! — Делаю я шаг, от него. Недалеко мне это удаётся! Потому, что он рывком, прижимает меня, к себе, да так, что мы снова, сталкиваемся лицами. Я просто беру, и кусаю его нижнюю губу. Всерьёз!       Тут же, он гулко впечатывает меня в дверь, и мы продолжаем болезненно целоваться.       Я тоже, дорогой, соскучилась! Я хочу причинить тебе ту боль, что ты пытаешься причинить мне.       В кармане вибрирует и поёт мой телефон. Сири нам объявила, что звонит «Костяныч, любовь моя» и телефон летит куда-то, жалобно звякнув по полу. Потому что, Джей швыряет его подальше.       Хм. Я, кажется, попалась! И с радостью, отдаюсь на милость своего победителя. Который не спешит всё это брать…       Я дёргаю его рубашку, и пуговички с тихим звуком осыпаются к нашим ногам.       Да, дорогой, я тоже могу быть агрессивна… И кусать твои ключицы, пока ты вгрызаешься в мою шею. Какого она завтра будет цвета — я даже думать, не хочу…       — Ну, так как? — Вдруг спрашивает он, и я будто упала откуда-то, с гулким шлепком, в эту реальность.       — А мы сейчас что, о чём-то разговариваем?       — Хорошо тебе, живётся-то? Может, не будем совершать непоправимое?       — Хорошо, я пошла! — Вскипаю я. — Да что за блядство здесь творится?!       — Далеко? — Скрещивает он руки на груди, и при этом, языком исследует свои губы.       Да, дорогой, укусила я тебя знатно! Сама горда! А ты — напросился! За неделю этого показного равнодушия!       — Что ты хочешь услышать, Джей? — Повышаю я голос.       — Что ты по мне хотя бы, скучала. — Рявкает он, в ответ.       — Иииии? Это польстит твоему самолюбию сильнее, чем поступки, которые я совершаю в отношении тебя? И ты блядь, уверен, что сейчас — самое время поговорить?!       — Я разбил твой телефон. Кое-кто сейчас, поставит раком всю вашу службу безопасности! А кавалерия вынесет дверь!       Я рывком выскакиваю из квартиры и игнорируя звонок, я стучу кулаком в двери, на противоположном конце нашей площадки. Пит ошалело распахивает дверь и пытается втолкнуть меня в свою квартиру.       — Не-не-не! Всё хорошо, я просто хочу тебе сказать, что нечаянно разбила телефон. Я здесь, дома, и я пошла!       — Ничего не хорошо! Кто разбил айфон? Ты с Костяном? Это он тебя ударил по лицу? — Возмущён мой старый друг.       — Я сказала, всё норм, я в квартире. НЕ с Костяном. И никто меня не бил! Это мы так целуемся. Подробности-потом!       Пит к такому привычный. Всё он с меня спросит, когда придёт время. А сейчас — мешать нам стопроцентно, не будут.       Вхожу обратно, на свою территорию. Джей курит, подпирая дверной косяк, не думая о том, что его видит Пит. Да и камеры наблюдения-тоже. Впрочем, они и транслируют только на сервер Пита.       Я надеюсь на это.       От его взгляда можно либо превратиться в соляной столб, либо стечь в лужу. К его ногам. Дверь я запираю на все замки, отрезая себе путь назад. А могла бы, всего лишь, сбежать к лифту, и отправиться восвояси. А не перечеркивать сейчас все, чего достигла за это время.       Он тушит сигарету, и подходит ко мне, вплотную.       — А я давал тебе шанс. Только, ты им не воспользовалась!       Ни слова, более!       Мы начинаем так же, жадно целоваться, и он тащит с меня всю одежду, прочь. А потом разворачивает спиной, подавляет все мои инициативы, до самого головокружительного фейерверка.       Раз, за разом, сегодня, он подавляет все мои инициативы! Он дразнит меня, он будоражит, доводит до белого каления! До оглушительной брани во весь голос, и до сокрушительных и феерических секунд финала.