Искуситель.

Тогда. Во время месячного отсутствия Джея в нашем офисе.

      — Наташка, я его хочу! И мне абсолютно похер, на последствия, веришь? — Потягиваю я слабоалкогольную дрянь из бокала. Подруга сказала, что хлестать коньяк при посторонних — моветон. Это делают в своей компании, с близкими людьми, а в клубе, например, при посторонних, надо пить всякий денатурат, который выглядит эффектно.       — А ты понимаешь, что контингент вовсе, не тот? Тема не твоя? — Предпринимает она попытку меня образумить.       — Да и похер!       Конечно, тема не моя. Фитнес-инструктор: сиськи-жопа-кубики-клиент всегда прав… Не припомню место его работы, но густые смоляные волосы и борода с редкой проседью — сорокет, или вроде того…       Недавно «мой контингент» перевалил за тридцатку, не педофил же я, в конце концов… Костян приблизил к тридцати пяти, а сколько же лет этому экземпляру? Понимаю, что он работает на меня, где-то в нашем бизнесе, но что мне, всех упомнить по имени? Ладно бы, в зале, но в ночном клубе…       И он ТАК на меня смотрит! Всё вижу по глазам!       — Костян-то, что скажет? — Снова взывает подруга к некоторым частям моей совести.       Это странно. Она от него не в восторге. Опуская разговор о том, что никакой мой любовник, по её словам, меня и близко, не стоил. Впрочем, у нас это было взаимно, и я всегда считала, что она зарится только на козлов!       — Похер! — Снова отпиваю я свой крашеный денатурат.       Странно, что кого-то может интересовать — что скажет Костян? Он совершенно не пришёлся по душе моей единственной подруге. И вот теперь мы забеспокоились о том, что он подумает или скажет?       Что бы Джей сказал? Где он? Как он? Что с ним? Куда пропал этот засранец, умыкнув в кармане моё сердце, а так же — все мои мысли и сны? Как так можно-то было?       Он хоть вернётся? Буду на это надеяться, чес-слово! А это так становится тяжело. На работе тяжело без его консультаций, ночами тяжело без его объятий…

…Я с ним была совсем другая, Как будто в памяти провал. Его придурочный хозяин, Нас друг от друга оторвал. Может быть, я смогу его забыть. Может быть, я смогу его забыть…

      — Кри идёт на войну? — Со вздохом смиряются с моим грядущим блядством. И от этого начинают воскресать некоторые проблески совести. Ну, мне почти стыдно! Едва не убедила!       — Да ты только посмотри! Это же почти Джо Манганьелло, во плоти! — Пытаюсь я себя оправдать. В своих глазах, в её глазах.       — Хватит так восторженно мне его описывать! А то придётся делиться! — Хихикает подруга.       Описывать…       Я бы восторженно описала это всё. Сначала — кончиками пальцев: и нос с горбинкой, и высокий лоб, и красивые, бессовестные карие глаза. И красиво очерченный рот. И великолепные плечищи под его тонкой рубашкой, и неожиданно тонкую для таких плеч — талию…       Я же сейчас не слушаю программу клуба? Не слушаю трёп на сцене? Я смотрю, что кто-то слишком часто стал кидать на меня, не менее оценивающие взгляды.       … Делиться?       — Ээ, нет, подруга! Я согласна только на полное и безраздельное пользование…       Он смотрит на меня снова, и идёт к сцене. Милый, лучше бы ты шёл ко мне!       Я понимаю, что я — та ещё, сука! Что мой сожитель в извечной командировке! Что я — и босс у этого стриптизера — или, кто он там? — да, и пофиг!       Надо поискать его глазами поубедительнее, ответить на улыбку. А то вечер закончится — как и предыдущий…       — Привет. — Слышу я за спиной приятный бархатистый голос, и испуганно оборачиваюсь. Он!       — Ну, привет. — Смотрю я повнимательнее на этот экземпляр, которому позволили ко мне подойти настолько близко. Мои друзья, охрана, и даже Наташка. Значит, стопроцентно — свой.       — Куда ушла твоя подруга?       — На охоту. — Жму я плечами. Куда ушла моя подруга? Наверное, завидела издалека твои телодвижения, красавчик, и освободила фарватер.       — Надеюсь, удача ей улыбнётся. — Белозубо скалится он.       — Я тоже на это надеюсь. Ты работаешь где-то в нашем предприятии? — Отстранённо оглядываю я его повнимательнее.       — Совершенно верно.       — Тренер? — Осматриваю я более оценивающе.       — Не-а. — Продолжает он улыбаться.       — Бармен? — Делаю я совсем отстранённый вид, оглядев страшный цвет своего алкогольного денатурата.       — Не-а. — Ставит он мой страшный стакан на стойку. Смелый.       — Неужто, стриптизер? — Продолжаю я играть с его восхищенным взглядом. Стакан беру обратно. Пить не обязательно, но расставить приоритеты уже необходимо.       — Если захочешь. — Улыбается он.       — В смысле? — Я снова пробую это пойло, которое и пить страшно.       — Если ты пожелаешь, могу и им быть… для тебя…       — Хм. Звучит слишком заманчиво, чтобы я могла отказаться.       — Я хорошо танцую. — Протягивает он руку, вынуждая отставить стакан, с которым я так удачно ему поморгала.       — Я не пожалею? — Говорю я скорее для рисовки, потому что с детства чувствую, с кем стоит потанцевать, а с кем — идея обречена на провал.       Вот с таким партнером — стоило! В его руках я была мягким воском, и не глядя на наших распиздяев — я наслаждалась танцами несколько часов кряду. Да, он был прекрасным танцором в паре, и ещё более прекрасным соло. Он так эффектно вокруг меня круги описывал, что будь у нас хоть один стрип-бар, я бы этого парня перекупила! Сколько бы он ни стоил!       Потому что с ним я на целый вечер забыла о Джее. О том, что он пропал без следа и сегодняшние пару десятков звонков ушли туда же, куда и ежедневно. Вникуда.       Я кружилась в танце, смотрела в карие знойные глаза, и целый вечер не видела в них другие, такие же карие, тёплые, как крепкий чёрный кофе…       — Мне кажется, или ты подустала танцевать?       — Я?! Да с чего бы?! — С трудом перевожу я дух. Ведь нам не пора расстаться? Не хочешь же ты попрощаться? Сыграть в рыцаря? Я на это не рассчитываю? Я согласна лишь с тем, что наше общение давно пора перевести в более интимное русло.       — Может, стоит перевести дух или просто выпить?       — Может. — Позволяю я приобнять себя за талию.       Попутно я замечаю, что моего коллектива давно и след простыл. Конечно, где-то сидит человек Пита, меня охраняет, не привлекая к себе внимания, но это не в счёт. Смотрю на кучу прощальных смсок: мне желают приятно провести остаток ночи. Не скучать без Костяна, и времени даром не терять, если вдруг что…       — Подруга тебя оставила? — Продолжает он стрелять глазищами.       — Не только подруга. Ты так и не сказал — кем работаешь.       — Тебе это настолько принципиально?       — Нет, просто спросила. Тебе этот гвалт ещё не надоел?       — Я в нём работаю, я — привычный. Спешишь со мной распрощаться? Оставь хоть надежду на новую встречу. — Преграждает он мне путь. Так, на всякий случай.       — Отнюдь. Я рассчитываю на всё и сразу.       В его глазах мелькает проблеск того, что дошло именно всё, и сразу. Повторно намекать не придётся. Что же, к мясу прилагается неплохая оперативная память? Пора уже проверить и остальную комплектацию… Межденно веду кончиками пальцев по его ключицам, упираясь в вырез рубашки.       — Ты хоть помнишь, что мы уже встречались? — Усмехается он.       — Данунах! Хочешь сказать, что я бы тебя не запомнила?       — Как знать. — Достает он смартфон, и через несколько секунд показывает фотографии: этот самый клуб, этот самый мужик, и я — на его коленках! Ну, пяток фотографий, одного и того же в разных ракурсах. Убей — не помню, когда это было, и как быть могло?!       — И чем же это всё тогда закончилось? — Делаю я вид, что мне ничуть не стыдно. А как ты хотел, красавчик? Это — мезальянс, я и не обязана видеть в тебе личность.       — Даже это не освежило тебе память? — Щурится он.       — Девичья, что уж тут поделать. — Жму я плечами. Уже прекрасно понятно, что дальше бара дело не ушло, иначе бы я помнила. Да, и ладно! — Так как насчёт сегодня? Сделаешь так, чтобы я тебя запомнила?

Сейчас. Ну, в каком смысле, сейчас? После второго теннисного баттла, в разгаре нашей вечеринки.

      Что за парень? Он ведёт себя так, будто мы знакомы. А мы знакомы?       Рядом со мной сидит Джей, который так охуительно харизматично поднял бровь, когда я в ответ кивнула парню, который мне подмигнул.       — Ты себе ещё мужика завела, помимо майора? — Откровенно спрашивает он, потому что вечеринка набирает обороты, а мы пожелали не «ВИПиться», а просто развлекаться в самом людном зале.       — А разве я должна перед тобой отчитываться, мой крышесносный аналитик? — Продолжаю я улыбаться постороннему человеку.       — Да нет, конечно. А спросить тоже нельзя? — Опустошает он свой бокал, а наливает нам, обоим, причем щедро!       — Раньше ты не спрашивал, если что.       — Ну, может мне стоит стульчик от тебя подальше отодвинуть? Вдруг он подумает, что мы вместе? А на самом деле это не так, и ты останешься этой ночью без грелки.       Бог мой, что ты несёшь, пьяный Джей? Это тебя бы я хотела видеть, в роли грелки, в моей постели. Только не сегодня, а наверное всегда…       — Не парься! — Встаю я под ударные аккорды «Kill of Cure», потому что Наташка это делает одновременно со мной. Да, зачем просто пить, если можно задать урагана в танце? Даже, если мой победитель и триумфатор, лишь высунул язык, когда снова осушил свой виски.       Наш дуэт моментально превращается в трио, и я понимаю, что эти «грязные танцы» будут увековечены в нашем фильме о втором бое на ракетках. Этот самый, высоченный и грациозный мужик присоединился к нам, и умудряется солировать с обоими.       Своими танцами он напомнил мне кого угодно, из «Великолепного Майка». То бишь, умелого стриптизера. Который ненавязчиво оказался за нашим столом, и я украдкой смотрела, как Джей рвёт и мечет. Как пускает дым из ноздрей, когда думает, что я не смотрю на него.       Милый, что происходит? Что творится? Если тебе не нравится, что я не с тобой — так дай мне это понять! Покажи! Черт знает, о чем я спьяну думаю сейчас, но ты же… Я же… при виде тебя — сама не своя! А ты об этом так и не знаешь!       Да мы после проигрыша были ближе, чем сейчас, после чистой победы! А я бы хотела просто наслаждаться… и победой и тобой, милый…       Но, ты не то, что не пошёл с нами танцевать, а просто обнял вискарь и смотришь на нас, как волк. Боги, что же тебя так обидело? Не этот же милый аполлон, с которым я танцую весь вечер? Да даже если я его и утащу в кровать, имени-то всёравно, не спрошу! Ты же должен чувствовать разницу?       Не знаю, что он там чувствует, набираясь алкоголем с рекордной скоростью. Я-то не на это рассчитывала? Я весь день таяла под его взглядами, едва держала себя в руках, когда он изящно обольщал меня. Я боялась и ждала, когда мы, окрылённые победой, напьёмся, и границы меж нами снова станут падать! Мы напиваемся, но они не падают, а растут. И воздвигаешь их ты, Джей, вот сию минуту! Зачем?! Что не так?! Что случилось, и в какой именно, момент? Что переменилось? Ты перестал меня прилюдно обнимать, и схватился за бутылку!       — Джей, всё нормально? — Спрашиваю я. Ведь я достаточно пьяна, чтобы припереть его к стенке. Чтобы выяснить — почему у нас в первый раз, не ладится вечеринка.       — Тебя ждут. — Кивает он в ту сторону, где сидит мой сегодняшний стриптизёр.       — Подождут. — Я и ухом не веду. — Мой победитель невесел, буйну голову повесил. Я должна знать причину, дабы такое не повторилось в будущем.       — Забей, босс! Простая алкогольная хандра.       — Так отдай бутылку!       — Прости, но нет! Я это переживу, и в Питер ты поедешь с нормальным партнером, а не депессующим.       — То есть, поговорить ты не хочешь.       — Прости, не могу и не буду. У меня полно своих заморочек, в которые ты не обязана вникать, поверь.       — Я просто оставлю тебя в покое, Джей. Только потом не говори, что нет в нашей компании дружеского участия.       — Не скажу.       — Джей, я отваливаю.       — Вперёд! — Широко машет он рукой.       — Я правда, больше не буду тебя доставать.       — Ты и не обязана. — Наливает он себе из бутылки ещё.       — Не можешь ты просто насладиться победой? — Отбираю я остатки.       — Не сегодня! — Выхватывает он бутылку из моих рук. — Ты что, не можешь просто дать победителю напиться в хлам?! Дастина со всех вечеринок уносят на руках, чего ты ко мне прицепилась?       — Всё, я отцепилась! — Поднимаю я руки вверх. — До встречи в офисе, мой прекрасный аналитик! — И приказываю ребятам проследить, чтобы возможные дрова отвезли по назначению, и нигде не потеряли, если что…       — Что-то не так? — Спрашивает более лояльный, из моих кавалеров, к которому я уселась на колени.       — Всё в норме. Как руководитель — я здесь больше не присутствую. Только — как женщина… — Снова тянутся мои руки в вырез его рубашки. Его прокаченные грудные мышцы не скрыть ни одной тканью.       — Прекрасно. Потанцуем, или? — Позволяет он мне так прилюдно его тискать.       — Или, что?       — Или я буду тем, кем ты сегодня захочешь.       — Станцуй для меня с раздеванием!       — Прямо здесь? — Оглядывается он.       — Могу тебя отвести в свой кабинет. Могу — в кабинет Биг Босса всего этого заведения…