Уважение

            Утро того дня выдалось теплое и ясное. Солнце встало яркое и сверкающее, и его первые пурпурные лучи рассекали рубинами пенистые гребни волн. Отблески света скользнул по лицу и складывалось впечатление неопределенной войны света и мрака.       Прошло не меньше месяца спустя оглашения ее противника, но с того времени она ни разу не покинула своих покоев. Не говорила. Почти не ела. Не спала… Некоторое время просто лежала, словно прикована к кровати. Не было ни слез, ни улыбок. Не было ничего. Пустота. Небытие… Страшное НИЧЕГО. То, чего так боятся многие из нас…       Хотела ли она умереть? Безусловно… Такие мысли возникали у нее слишком часто. Она уходила в себя, умирала, возрождалась. Что-то останавливало, держало ее душу здесь, рядом с ним. Да, она часто думала и о нем. Он успел стать для нее кем-то важным, значимым за этот месяц. Не было утешений, не было соболезнований. Были лишь разговоры. Серьезные, взрослые, давящие на психику и самолюбие. Но тем не менее ей всегда становилось легче после этих бесед. Он слушал, оставаясь все таким же высокомерным и строгим, но что-то в его глазах заставляло ее доверять ему. Она терялась в самой себе и в то же время делала удивительные открытия.       Анна была хороша. Но было в ней то, что отпугивало многих людей. В самом деле, взглянув на эту девушку, можно было, пожалуй, понять то чувство тревоги при ее виде. Анна Киояма была невероятно красива, но в красоте ее было что-то суровое; волосы ее были прекрасного, живого оттенка белого, более темного, вьющихся от природы, но в их завитках чувствовалось как бы сопротивление желавшей покорить ее руке; глаза ее, черные, с искоркой, под великолепными тонкими бровями, единственным недостатком которых было то, что они иногда хмурились, - поражали выражением твердой воли, не свойственным женскому взгляду; нос ее был слегка вздернутым, что только усиливало придаваемое ее взору величие; яркие губы, резко выделяющиеся на ее бледном лице – все это подчеркивало решительный характер этой личности, что многих удивляло.       На лице ее больше не было той унылости, хотя в глазах ощущалась светлая грусть. Вот и сейчас, пробираясь через бесконечные лабиринты замка, она думала и о радостных, и о тягостных событиях, что произошли с ней здесь… Неожиданно ослепительный свет озарил мысли Анны: все, что прежде казалось ей темным, внезапно засияло в ярких лучах. Больше незачем было печалиться о Йо, ведь ее с ним пути давно разошлись. А если и сойдутся, то ее отношение к нему будет гораздо серьезней. Более грубым. Жестким.       Она шла шагом вольным, свободным, размышляя в очередной раз о победе. Победе над собой. Ах, до чего же приятная легкость возникает в душе, когда начинаешь осознавать всю несерьезность проблемы.       Наконец дойдя до назначенного места, Анна остановилась. Оставшись возле фусума на расстоянии вытянутой руки, Киояма тот час же достала из кармана небольшой сверсток бумаги, на которой аккуратным четким почерком было написано: « В зале для тренировок, семь утра. Кимоно на кровати. Хао» Ее взгляд невольно скользнул на огромные настенные часы, что вот-вот должны были пробить семь. Недолго помешкав и посильней завернувшись в полы кимоно, Анна шагнула вперед и медленно распахнула фусума. В лицо сразу ударил ослепительный яркий свет.

***

      Зал был пуст, в прямом смысле этого слова. Не было ни мебели, ни чудесных гобеленов, которыми было обвешено каждое помещение, ни канделябров со свечами... Деревянный пол, голые стены, что вдоль и поперек были рассеченными гигантскими трещинами, напоминающие вспышки молнии; потолок, с которого то и дело сыпалась штукатурка, - все это заставляло Анну чувствовать себя совсем непривычно и скудно. Лишь семь огромных размеров окон, из которых исходил прямо-таки волшебный, теплый свет, оживляли это богом забытое место.       Анна немного побродила вокруг до окала. Удивительно, насколько сильно она привыкла к роскоши. Обстановка, подобно этой, давила на нее. На кое-что все же было довольно странным для этого места. В зале, не смотря на разруху, было очень чисто. Пол приятно пах древесиной, окна были кристально чистыми, а стены, хоть наполовину и были разрушены, не утратили своей былой белизны. Но не успела Анна погрузится в размышления по этому поводу, как невдалеке от нее, с шорохом раздвинулись фусума (единственное в этой комнате, подходящее под определение роскоши). Хао, войдя, окинул комнату испытующим взглядом, но там не было ничего, что могло бы вызвать в нем подозрения или же укрепить их. Он был как всегда безупречен. Черное шелковое кимоно, на которое спадали такие же черные волосы, непреклонный взгляд со смешинкой на губах, правильная, стройная осанка.       - Доброе утро, - сказал Хао, растягивая слова в обычной для него манере.       - Доброе…       Анна почувствовала какую-то непонятную неловкость. Она попросту не понимала, что ей предстоит делать. Она не знала, как нужно тренироваться именно ей – медиуму…       Насколько ей известно, нет больше медиумов, что участвуют в турнире. Да и она бы не принимала, если бы не особые обстоятельства. Сколько раз она могла расторгнуть эту договоренность! Но не сделал это до сих пор. Теперь она почему-то не могла противиться словам Хао, даже если считала их неверными.       Асакура медлить не стал. Он скорым шагом дошел до крайней стены, где красовалась самая огромная трещина, в отверстие которой, пожалуй, поместился бы ребенок. Остановился. Немного повернул голову. Это было очень странно с его стороны. Он молчал. Только искоса смотрел на нее. Становилось не по себе.       - Посмотрим, как ты выдержишь это…       Анна и слова не успела вымолвить. Все произошло слишком быстро. Он положил руку на ту самую трещину. Что произошло? Послышался жуткий рев, заполняющий все помещение и даже весь замок. Это напоминало раскаты грома во время страшной грозовой ночи. Невероятное давление… От такого невольно превращаешься в статую, боишься шелохнутся.       Неожиданно былая комната начала плавно уходить под землю, стены двигаться, создавая при этом сильные толчки, сбивающие с ног. Свет превратился в непонятный туман, украшенный голубоватой дымкой. Анна невольно вскрикнула, но ее никто не услышал. Никто и ничто. Даже она сама, так как отовсюду доносился пронзительный вой, с каждой секундой превращающийся в рев, разрывающий перепонки.       В одно мгновенье все прекратилось. В ушах звенело. Помещение было укутано кромешной тьмой. Она ощутила, как теряет над собой контроль. Паникует. Но молчит. Не шевелится. Не дышит. Не живет?..       Где она? Что происходит? Может быть ее здесь нет? Сон? Реальность?       Анна судорожно захлопала ресницами, стараясь углядеть хоть малейший источник света, но все было напрасным. За что можно ухватиться в такие минуты? Если даже жизнь кажется совсем призрачной?       - Х-хао… - Жалобно простонала Анна, надеясь, что ей ответят. Ее собственный голос исходил не изнутри, а откуда-то со стороны. Как будто кто-то говорит, а она только открывает рот.       - Действуй. – Послышалось откуда-то издали. Это был он – Хао. Анна не верила своему счастью. Наверно впервые в жизни она так рада была его….слышать. Ей уже было показалось, что все это плод ее воображение, или же (что еще хуже), ее неуравновешенной психики. Она с легкостью выдохнула, но облегчения не наступало. Помнится, она уже ощущала нечто подобное. Она все еще находилась на грани срыва.       Темнота. Тишина. Покой? Нет… Страх. Страх…       Хао сказал совсем не то, что она надеялась услышать. В сущности он не сказал ничего, что могло бы повлиять на ее состояние, что могло бы успокоить…       - Я… Хао, я не понимаю…       - Открой глаза. И сумей закрыть их в нужный момент. Если ты откроешь глаза не в нужный момент – погибнешь.       Голос стих. Наступила тишина. Что все это значит? Как понимать его слова? Неожиданно Анна ощутила, что в ладони ее находятся четки, которые она крепко сжимает. Анна задумалась над его словами. Как ей понять, закрытые ее глаза или нет? Нужно попробовать. Нет, а если это окажется неправильным? Нужно…нужно что-то делать.       Анне показалось, что она закрыла глаза. Чернота. Выбраться из этой бездны нелегко. Напряжение усиливалось, дышать становилось все трудней. Она чувствовала, как стремительно ее окутывает волна пронзительного холода, который сразу же начал распространятся по всему телу. Но что это за холод?       Вдруг где-то неподалеку появился луч света. Но затем так же резко исчез.       - Постой! – Крикнула Анна. Голос ее был строгим и уверенным, но приказ был проигнорированным кем-то…или же чем-то. Она слышала шум, что доносился откуда-то из далека. Она неуверенно шагнула. Ни звука.       Сердце начало выпрыгивать из груди. Куда-то пропадал кислород. Она задыхалась. Вздохи стали частыми и глубокими, но легче не становилось. Как будто кто-то душит ее, а она не может ничего сделать. Куда пропали все звуки? Она не слышит даже себя. Она не слышит ничего.       Неожиданно Анна взметнула вверх. Точней, ей так показалось. На самом же деле она просто поднялась на ноги, очевидно, перед этим находясь на коленях. Грудь резко поднималась и опускалась от вздохов. Она чувствовала лишь холод. Он пожирал ее, как и эта темнота. Она растворяется. Прекращает жить, существовать. Рука самовольно вытянулась вперед, четки угрожающе щелкали. Глаза ее были закрыты? Или открыты? В любом случае она смотрела во тьму. И, о чудо! Огонек! Мерцающий, маленький голубоватый огонек!       Анна вздрогнула - что-то прикоснулось к ее плечу. Огонек исчез.       Мрак неисчерпаем. Оно вероломно таит в себе неисчислимые ловушки и козни. Человек же быстро расходует все свои средства. Человек выдыхается; бездна неистощима.       Анна сильней зажала четки. Наверняка от этого ее пальцы побелели. «Духи, помогите мне…» - крутилось в ее голове. Дернув руку в сторону, она ощутила, как к ней с удивительной скоростью возвращаются силы. Холод почти исчез. Даже мрак теперь казался не таким чужим и устрашающим.       - Иди ко мне… - сказал кто-то близ нее. – Иди на мой голос… Увидь меня… найди меня…       Анна замерла. Это не было похоже на человеческий голос. Нечто потустороннее, больше похожее на шипение. Оно было то совсем рядом, то постепенно отдалялось. Оно играло с ней.       - Я убью тебя, если не найдешь… - Продолжал голос. – Ищи… ищи…       Звук почти исчез. Анна, пересилив себя, резко двинулась с места и принялась бежать вдогонку. Бежать? А может идти?, А может она стоит? Сидит? Лежит?.. Что она делает?       Руки ее были вытянуты. Зачем?.. Как они спасут ее от столкновения?.. Какова ее скорость?.. Неожиданно прямо перед ней всплыло нечто непонятное, окутанное все тем же голубым сиянием. Анна метнулась в сторону. Обернулась. Сплошь темнота.       - Нет… Нет!       - Ищи… Я убью тебя…       - Нет!..Постой! Кто ты?       Еще рывки вперед, в сторону. Барьер! Так близко… Со всем рядом…       Поздно… Сильный звон в голове. Вновь. Горячая волна по всему телу… Боль…. Настолько сильная, что, казалось, голова разломится на две части с минуты на минуту. Глаза залились слезами. По лбу текло что-то теплое и вязкое… Она чувствует. Чувствует! Холод. Боль. Страх. Тишина. Но она чувствует!       - Убью… Убью…       - Не посмеешь. Только не сейчас.       Усилие… Еще одно невероятное усилие. Боль была настолько острой, что даже в этом мраке Анне мерещился туман. Положение становилось безвыходным. Голос постоянно пропадал, затем появлялся из неоткуда. Может быть он ведет ее куда-то? Но куда? Ноги больше не слушались. Голова кружилась, а на губах блестела багровая соленая кровь. Но что это?       Анна начала присматриваться. Свет! Очень мутный, но свет! А может галлюцинация?       Она, собрав всю свою силу воли, метнулась в его сторону. Вот она уже отчетливо видит переход. Переход куда? Какая разница… Вот он, совсем рядом. Совсем рядом… Яркий, ослепляющий поток энергии света молнией ударил ей в лицо. Больше не было сил. Ни на что. И снова мрак…

***

      - Совсем неплохо, Анна…       - Правда?       - Я не стал бы врать тебе в таких вещах.       - Я знаю.       - Ты ничего не знаешь…       Анна открыла глаза. Смутная дымка сливалась с окружающим. Глаза, руки, ноги были не просто тяжелыми. Их невозможно было поднять.       - Где ты? – выпалила Анна, все еще не различая ничего вокруг. Было тепло. Не было мрака. Послышался приятный, знакомый бархатный смех.       - Ты оригинальна, Анна. Обычно спрашивают: «Где я» … Но тебе видимо это не интересно.       Он сидел рядом, нагнувшись к ее лицу так, что его волосы падали ей на шею. Он улыбался. Он был доволен. И она не смогла сдержать улыбки.       - А… Куда исчез голос? – прохрипела она, поднимаясь на локти. Их лица стали ближе, но ни она, ни он даже не подумали отстраниться.       - Голос? Ах, ты о иллюзии? Она не исчезла, просто ты нашла выход. Никогда еще не видел, чтобы так кричали… - Хао широко улыбнулся, объясняя все это самым обычным тоном, как будто они говорили о приготовлении риса.       - Хао! – вскрикнула Анна и припала к нему. Нельзя сказать, кто был удивлен больше. Анна или Хао. НО в сущности это было уже не так уж важно. Он улыбнулся. Ничего не ответил. Анна показала слабину – значит она стала сильней. Она крепко сжимала его в объятьях, забыв о любом смущении. Тяжело всхлипнула, выдохнула…       - Теперь ты готова… - Тихо, но с долей восторга сказал он. Воцарилось молчание. Слова больше не нужны.       - Хао… Но что же все-таки произошло?       - Ты победила себя. Ты нашла выход из своих страхов.

***

      За окном уже давно стояла ночь. На удивление теплая, звездная. Она спала.       Крепко, спокойно. Впервые за весь этот месяц.       Он сидел рядом. И просто смотрел на нее.       - Все изменилось… - Прошептал он и, скользнув в проем между фусума. – Время заканчивается…       Он скрылся во мраке. А она безмятежно спала, наконец, найдя долгожданный покой.