Верный принц

Давно, много лет назад, ты последовал за мной. Шел, отставая всего на пол шага, как и положено принцу подле короля. Только я не считал себя королем, лишь Странником. Бродягой со спутанными волосами, исходившим широкие дороги и запутанные тайные тропы, следопытом с поношенными одеждами, читающим по травинкам и камням. Ты без сомнений следовал за мной, не позволяя усомниться в нашей дружбе, всегда оказываясь рядом, когда приходилось туго. Будучи верным другом, ты закрывал мне спину от клинков, когда мы сражались с врагом. На долгом пути, неровном и извилистом, ты стал моим светом. Тонким солнечным лучом. Там, где я не видел пути, где моя решимость таяла, твоя поддержка и вера стали тем, за что я вновь крепко сжимал меч. Ты стал моим воздухом, разделяя вздохи и удары сердца. Привычно сжимая руку на плече, обнимая крепко и искренне, ночами под мерцающими звездами оберегая сон. Вместе пройдены сотни лиг, отмерены шагами тенистые берега рек, залитые солнцем равнины и продуваемые ветрами горы. Сейчас, на площади с Белым древом в Минас-Тирите, где все вокруг заполнено народом, ощущаю на голове, прохладой металла короны, тяжесть ответственности. Теперь я стал королем. Медленно поворачиваюсь под радостный гомон толпы, но ищу глазами лишь тебя. Того, кто был со мной все это время и достоин не меньших почестей. Заметив, ступаю вперед. Твоя обезоруживающая, мягкая улыбка и приветливый, слегка печальный, взгляд привычно адресованы мне. Знаю, что тяготит тебя, о чем молчишь, пряча в себе. Тогда в Хельмовой Пади, мы все были уверены, что нам не пережить ночную бойню. И ты, мой друг, понимая, что это последние часы и минуты, позволил себе быть смелее. Твои слова всплывают в памяти… — Прости, — Леголас тихо говорит, едва слышно. — Я не должен был в тебе сомневаться. Уверенная рука эльфа подает мне меч. Мы стоим в опустевшей оружейной, воины Рохана уже стоят на стенах крепости. Они знают, что погибнут, но храбро сжимают оружие. Им есть за кого сражаться. Склонив голову, принимаю меч. — Арагорн, я всегда следовал за тобой, — словно решившись, ты вскидываешь голову. — И пойду до конца. Нам не выстоять в этой битве. Три сотни против десяти тысяч — сам понимаешь, что надежды глупы. Леголас подходит, обнимая. Его дыхание обжигает щеку. — Послушай меня, — он быстро шепчет, словно боясь остановиться. — Ты стал для меня всем. Больше, чем можешь представить. Я полюбил тебя, мой король, больше, чем позволительно… — отстранившись, Леголас не решается смотреть в глаза. — Мои чувства ни к чему не обязывают. Я справлюсь с ними и больше не подниму эту тему. Прости мою дерзость и предательство нашей дружбы, позволь следовать за тобой. — Ты был моим другом долгое время… Мои слова прерывают раздавшиеся звуки рога. Бросившись к выходу из оружейной, мы спешим встретить отряд подмоги. Сейчас нет времени для выяснения отношений. Смерть дышит нам в лицо, протягивая свои когтистые руки над полем битвы. Чуть улыбнувшись, я внимательно вглядываюсь в знакомую голубизну глаз. Успеваю заметить мелькнувшую в них грусть, тебе больно. Пара секунд и ты отходишь в сторону, оставаясь до конца верным нашей дружбе. Делегация из Имладриса подходит поздравить, как многие до и после них. Развевающиеся на ветру стяги сменяют друг друга, скоро от них зарябит в глазах. Вышедшая Арвен скромно поднимает свои оленьи глаза. Удар сердца, один, другой, но оно так и стучит ровно. Перед глазами всплывает образ Леголаса, заставляя задохнуться от неожиданности: передо мной стоит прекрасная дева, а я думаю о лучшем друге. Вместо темных локонов вижу светлые гладкие пряди, вместо приятных женских форм — угловатость юношеских плеч, а большие синие глаза никогда не смогут блестеть тем азартом жизни. Сморгнув наваждение возвращаюсь к действительности. Арвен стоит передо мной, готовая отдать бессмертие за любовь, но не понимающая, что мне нужна свобода. Снимаю с шеи кулон. Решение оказывается проще, чем казалось сначала. От этого становится легче. Вложив хрусталь в хрупкую девичью руку, отступаю на шаг назад. Освободив ее и себя, понимаю — так правильно. Я не в праве отнимать у нее жизнь. Честнее сказать правду, чем питать сладкую ложь. Когда с официальной церемонией покончено, народ расходится. Радостный смех разносится по Минас-Тириту, сегодня до глубокой ночи будет слышен шум. Смотря на опустевшую площадь и Белое древо, слышу легкие шаги за спиной. — Мой король, — эльф стоит за спиной, но повернуться нужны силы. — Поздравляю с коронацией… — Иди за мной, — прервав его, ухожу в глубь дворца. Мои шаги отдаются по каменным коридорам, непривычная обувь не позволяет сделать их тише. За мной бесшумно следует эльф. Он тот, кто свободен и волен делать что пожелает, не являясь моим подданным. Только вот покорно идет следом, как много раз до этого, принимая приказ. Мои слова прозвучали слишком резко, но сейчас нужно отложить выпавшую мне судьбу. Слишком мало воздуха в каменных стенах цитадели, слишком трудно принять новую ношу и отпустить прошлую жизнь. Сейчас нужно отложить тяжесть принятия новых решений, на несколько часов вновь становясь Странником. Толкнув дверь, вхожу в свои покои. Леголас тенью остается у двери, но я чувствую его взгляд. Оставив лишнее и положив корону на стол, сменив обувь на походные сапоги, накидываю на плечи привычный, непримечательный глазу, плащ. Взяв с вешалки второй, бросаю эльфу. Скрыв лица капюшонами, мы выскальзываем, никем не узнанные, покидая город по людным сегодня улицам. Свернув от ворот в сторону, мы обходим вдоль светлой стены Минас-Тирит и поднимаемся на скалы. Уйдя на приличное расстояние, так что крепость скрылась из виду, останавливаюсь. Сумерки едва подступают, окрашивая серостью все вокруг. Так и у меня на душе. Короткая передышка между жизнью старой и новой, но легче не становится. Отчего-то боюсь, что упущу время, и оно незаметно пролетит, как легкие облака бегущие по небосклону. Боюсь, что не успею жить, погрязнув в делах государства. — Лас, я ведь не хотел власти, — поджимаю губы, смотря в даль. — Меня влечет свобода, пронизывающий ветер, хлещущие дожди… — Арагорн, ты всегда останешься вольным, — отзывается эльф. — Сам-то в это веришь? — усмехаюсь, повернувшись и встречаясь взглядом с моим спутником. — Знаешь, я всегда верил тебе, мой король, — легкая и несмелая улыбка трогает его губы. Такая знакомая и дорогая сердцу. — Поэтому я верю, что ты станешь великим королем, достойным своих предков. Надеюсь, что тебе удастся сохранить самого себя… Его тщательно скрываемая грусть проступает едва уловимо. Вижу, как трепетная душа мечется, разрываясь от предстоящей безысходности его будущего. Тонкий и ранимый эльф, готовый без страха биться бок о бок рядом, не боящийся ран и боли, без раздумий готовый пожертвовать собой, сейчас был почти на краю. Пока война обагряла земли, заставляя сражаться, мы дышали и жили. Каждый день готовился убить нас, но за ним наступал следующий, когда вновь находилось желание выживать. Но трубы радостно возвестили о победе, начиная наш конец. Леголас отдалился, став тенью себя. Всегда легкий, теперь он робко проявлял эмоции. Пытаясь не показывать этого, но мне было видно, слишком хорошо я его знаю. Он обреченно принимал неизбежное, смирившись, что его чувства не будут взаимны. — Лас, ты помнишь, что сказал в Хельмовой Пади? Эльф замирает, пытаясь сообразить, о чем именно я спрашиваю. В два шага сокращаю расстояние между нами. Осторожно сняв капюшон с его головы, слышу оглушительный стук своего сердца. Пальцами касаюсь его щеки. Непонимание отражается в ясных глазах, но эльф стоит не сопротивляясь. Мгновение, когда мне нужно решиться. Принять до конца его и себя. Легко касаюсь губами, оставляя мягкий поцелуй. Прикосновение разгоняет кровь, заставляя отбросить сомнения. Мягкие губы эльфа, приоткрывшиеся в ответ, его пальцы вцепившиеся в мою одежду, судорожный выдох в мой рот убеждают в правильности. — Без тебя я не смогу, — сжав пальцами плечи Леголаса, улавливаю легкую дрожь. — Прости, ты разглядел свои чувства давно, а я только сейчас. Мой принц, ты пойдешь со мной? Дрожь передается и мне. Замерев, ожидаю ответа. — Но Арвен… — даже сейчас Зеленолист думает о других. — Я не принял ее жертву в Ривенделле, не приму и сейчас, — прямо смотря в родные голубые глаза, твердо отвечаю. — Она просила не торопиться перед сгущающейся тьмой и подождать. Я вернул ей кулон, даже в лучах света мне претит принять ее дар. — Королю нужна королева, — от упрямства Леголаса хочется зарычать. — А Страннику нужна жизнь, — тихо добавляю, зная, что он слушает каждое слово. — Ты моя жизнь. Теперь уже целую требовательнее: прижимая хрупкое тело к себе и чувствуя, как эльф доверчиво подается навстречу. Зарываясь рукой в шелковые пряди светлых волос, другой провожу по спине, осторожно спускаясь вдоль позвоночника к пояснице и ниже. Сминая нежные губы, вступая языком в возбуждающий танец, желаю стать ближе, почувствовать всего эльфа. Кинув плащи на нагретые дневным солнцем камни и опустившись на них, разрываю поцелуй. Руки ловко избавляют нас от остальной одежды, мы знаем движения друг друга ни разу не помешавшись. Остановившись, рассматриваю эльфа. Его тонкая, светлая кожа, обтягивающая мышцы, тонкий, вечно юный стан и красота заставляют скользить по нему взглядом. Уловив его смущение, мягко касаюсь руки. Переплетая пальцы, отмечаю, что ладонь эльфа узкая, а запястье тонкое. Эта, пусть и обманчивая, хрупкость заставляет быть осторожным. Уложив Леголаса на спину, медленно скольжу ладонью по изгибам тела. Вздымающаяся грудная клетка, где учащенно бьется сердце, подтянутый живот, вздрогнувший от моего прикосновения. Пальцы перемещаются на бедра, медленно разводя их в стороны. Когда эльф едва заметно вздрагивает, я останавливаюсь. Подняв глаза, вижу как его щеки алеют. — Ты прекрасен, — мой голос стал ниже и глубже. — Я постараюсь быть осторожным. — Не в этом дело, — лишь на краткий миг он встречается со мной взглядом. — Просто это так… откровенно. Тихо усмехнувшись, опускаюсь рядом с ним. Через секунду Леголас приподнимается на локте, непонимающе глядя на меня. — Делай то, что ты считаешь менее откровенным, — поясняю для непонятливых, наблюдая за его реакцией. Трепетный поцелуй служит мне ответом. Невесомые пальцы эльфа посылают по телу мурашки. Скользнувшая по моему животу вниз, рука заставляет застонать в рот Леголаса. Осмелев, он перекидывает ногу, садясь верхом. Его светлые волосы разметались по плечам, выбиваясь из тонких косичек, заплетенных от висков. Склонившись ко мне, он прижимается всем телом. — Арагорн, — мое имя слетает с его губ мольбой. Перевернувшись, нависаю над эльфом. Его распахнутые глаза всматриваются в мое лицо, не в силах оторваться. Признаться, я тоже любуюсь знакомыми и привычными чертами. Его мимика чарующе меняется, такой эльф мне еще не знаком. Словно сквозь приоткрытую занавесь, я узнаю его нового. Касаюсь двумя пальцами его приоткрытых губ. Леголас понимает и вбирает их, пропуская в жар и влагу своего рта. Язык дразняще скользит по ним, сводя меня с ума прикосновениями. Когда пальцы стали достаточно влажные, мне приходится призвать весь свой контроль, чтобы не взять эльфа прямо так, без подготовки. Медленно входя в него сначала одним, а затем двумя пальцами, неторопливо растягиваю, вырывая из его груди стоны. Мы пьянеем от близости друг друга. От смущения эльфа не осталось и следа. Он подается навстречу моим пальцам, желая стать ближе. Когда я задеваю чувствительные точки, Леголас стонет в голос. — Лас, — на мой невысказанный вопрос, сформулировать который сейчас мне будет очень сложно, он кивает. Поцеловав его, я толкаюсь вперед, медленно погружаясь в податливое тело. От узости и жара кружится голова. Хочется упиваться нашей близостью, нашим соединением. Делаю новое движение, еще глубже проникая в его идеальное тело. Заметив, что Леголас закусил губу и прикрыл глаза, сдерживая болезненный стон, останавливаюсь. Руками оглаживая его торс, нежно целую в шею. — Почему ты остановился? — тихо интересуется эльф, переведя дыхание. — Тебе больно. — Я могу потерпеть… — Нет, Лас, я не буду причинять тебе боль. Он встречается со мной глазами, рукой переплетая наши пальцы и плотнее обхватывая ногами. — Тогда двигайся чуть медленнее, — просьба слетает с его губ. Теперь мы двигаемся вместе, даря друг другу размеренные и неторопливые движения. Чуть сменив угол, толкаюсь глубже заставляя Леголаса забиться подо мной. Прижимаясь плотнее, он не в силах сдержать стоны. Ускорившись, чувствую, что мы близки к концу. Обхватив ладонью плоть эльфа, подвожу его вместе с собой, заставляя его забиться в моих руках. Большим пальцем размазываю выступившую капельку смазки. Каждое движение сейчас вызывает стон, который никто из нас не в силах сдержать. Наши чувства обострены до предела, когда стирается грань между каждым и все становится единым. Тела покрылись испариной, сильнее переплетаясь. Последний глубокий толчок, и с приоткрытого рта Леголаса слетает вскриком мое имя. Его семя выплескивается на его живот и мне на ладонь, а тело сжимается вокруг моей плоти, при каждом движении продлевая удовольствие. — Я люблю тебя, Лас, — выдыхаю в его губы. — Я люблю тебя, мой Король, — эльф целует, притягивая меня ближе к себе. Обессилевшие, мы лежим в объятиях друг друга, восстанавливая дыхание и биение сердца. Я лениво отмечаю, что уже стемнело и надо бы возвращаться. Притихший эльф, вероятно думает о том же, наблюдая за мелкими, белесыми на фоне стемневшего неба клочками облаков, которые все также бегут к горизонту. Реальность возвращает нас, убеждая в своей незыблемой твердости. Прощаясь с Леголасом в коридорах цитадели, я незаметно переплетаю с ним пальцы — благодаря широким рукавам плащей, никто ничего не заподозрит. От прикосновения к тонким пальцам моего эльфа внутри разливается тепло. Я буду биться за твое счастье хоть всю свою жизнь. Эльф легко сжимает руку в ответ, пряча в синеве глаз капельки грусти. — Друг мой, надеюсь мы продолжим нашу увлекательную беседу следующим вечером, — на несколько мгновений Леголас оторопело смотрит на меня, еще раз прокручивая услышанное. — Разумеется, ведь она очень интересна, — румянец чуть выступает на щеках Леголаса. — Доброй ночи, meletron (любимый). — Доброй, meleth nin (любовь моя). Вытянувшись на широкой кровати, смотрю в темный потолок. Королю нужна королева, которая должна родить наследника. Да, но это будет позже, гораздо позже. Перед глазами всплывает забившийся в руках прекрасный принц. Его соблазнительные изгибы, припухшие от поцелуев губы и возбуждающие стоны станут моим наваждением до завтрашнего вечера. Я подумаю над решением маячившей проблемы, мы подумаем. Завтра будет новый день. Когда король будет сидеть на троне, принимая мудрые и справедливые решения. Когда честностью и здравомыслием будет укрепляться власть короля. Лишь на несколько часов будет проступать Странник, смелый и вольный. Тот, которому любимый эльф отдал свое сердце и себя и которому нельзя потерять это. За свою любовь нужно бороться, и я буду. Обязательно. На губах сидящего на подоконнике эльфа гуляла легкая улыбка. Его сердце пело, впервые за последние несколько недель. Любовь, жившая в груди, проросла прекрасным цветком. Леголас верил Арагорну, всегда следуя за своим королем. Задыхаясь от боли, порой ослепнув от нее, он упрямо шел за ним. Верностью доказывая возможность быть рядом. Теперь все отступило, и искреннее счастье заливало душу эльфа. Разве может быть большее счастье, чем взаимная любовь? Нет. Вместе, до конца.