Помощь

Северус Снейп сидел в кресле в кабинете директора. Он уже минут десять пытался объяснить Дамблдору , что Гарри у его родственников живётся плохо. Но директор продолжал убеждать его, что это не так. -Вот, посмотрите это, — сказал Снейп доставая из кармана мантии пустую колбу. Он вытянул из виска серебряную нить и поместил её в колбу, передав воспоминания Дамболдору, он принялся ждать. Директор не спеша, встал со своего кресла и достал из шкафа Омут памяти. Он вылил в него серебряную субстанцию и склонился над Омутом. Северус ждал около десяти минут, пока Альбус «не вынырнул» из воспоминаний. Он тяжело вздохнул и опустился обратно в своё кресло. — Послушай, Северус, я не могу с этим ничего сделать. Он там находится под защитой, понимаешь. — А какой толк в этой защите, если Вы не можете защитить его от его же родственников. Они убьют его раньше, чем Тёмный Лорд! — вспылил Снейп. — Я не могу ничего с этим сделать. Мне его некуда больше отправить. Я не хотел для него такого. Я думал, что родная тётя будет его любить и заботиться о нём. Но я забыл, что она не любила свою собственную сестру, — вздохнул Дамблдор. -Почему Вы не можете ничего сделать? Вы же Альбус Дамблдор. Вы же человек, с которым считается министерство. — Не всё так просто, Северус. Нужно искать новый дом для мальчика, но какая гарантия, что там к нему будут относиться не также? — Снейп задумался: « А ведь действительно. Какая гарантия того, что в новой семье к Гарри будут относиться хорошо? Почему с Героем Магического Мира обращаются, как…как со мной? Господи… ». Северуса захлестнули воспоминания о детстве. -Северус. Северус! — зельевар повернулся к директору. — Я знаю, о чём ты думаешь. Прекрати терзать себя этим. — Альбус, а…а мог бы я стать опекуном мальчика? — маска с лица Снейпа была снята и он смотрел на Дамблдора с надеждой. Он действительно мог бы забрать к себе Гарри, мог бы помочь ему, тем более, что между ними установилась связь и ребёнок доверяет ему. — Ты уверен? — спросил директор. -Да. — Я постараюсь устроить это, но будут некоторые проблемы, ты же понимаешь? Но этим летом Гарри останется у родственников. Так надо, Северус, — сказал директор, увидев, что Снейп хочет возразить. -Будут проблемы с документами. *** Тем временем Гарри сидел в больничном крыле со своими друзьями. -Мы думаем, что это Снейп хочет украсть Философский камень, -тихо сказал Рон. -Профессор Снейп, Рон, — поправила его Гермиона. -Но, если на самом деле, Гарри, то он действительно может украсть его. Он был Пожирателем смерти. Говорят, что профессор был в близком кругу… -Гермиона, ты действительно думаешь, что это Снейп? Я в этом как-то не уверен, — Гарри вообще не хотелось в это верить. За все эти годы, только профессор заботится о нём. -Да, он тогда заколдовывал твою метлу. А ещё, когда в школе оказался тролль, то у профессора была ранена нога, ты же сам говорил. -Я не уверен. Может есть кто-то ещё. -Нет, Гарри, -вместе сказали Рон и Гермиона. В этот момент двери больничного крыла открылись и вошёл сам подозреваемый. -Мы лучше пойдём, пока, — Гарри кивнул и друзья быстро ушли. — Ты как себя чувствуешь? — спросил Снейп подойдя к кровати. -Нормально, — Гарри всё мучили слова Гермионы: «Он был Пожирателем смерти. » -Тебя что-то беспокоит? — заметил Северус грустное лицо мальчика. — Нет, ничего. Когда я могу уйти отсюда? -Уж точно не сегодня. Думаю, завтра к обеду. *** Трое друзей обедали в Большом зале, когда прилетела Букля с письмом. Гарри был удивлён потому, что некому было ему писать. Письмо оказалось от Хагрида, он звал их к себе показать что-то очень важное. После отбоя трое друзей, одев мантию невидимку отправились к Хагриду. Дойдя до выхода, они услышали чьи-то шаги, которые приближались. Прижавшись к стене и немного присев, чтобы не было видно ног, они затаили дыхание. Мимо прошёл Снейп, у друзей сердца бились так, что казалось профессор их услышит, но он даже не повернулся в их сторону. Подождав пока профессор зельеварения скроется за поворотом, они быстро вышли из замка и направились в сторону хижины Хагрида. Когда они дошли до хижины, то уже после первого стука дверь открылась. Дети сбросили с себя мантию. -Заходите быстрее, — сказал лесничий. В хижине было ужасно жарко, а над огромным пламенем в камине висел котёл и в нём что-то постукивало. — Хагрид, что происходит? — тихо спросила Гермиона. Надев огромные перчатки, Хагрид достал из котла тёмно коричневое яйцо. — Он скоро вылупится, — благоговейно сказал лесничий. — Помнишь, Гарри, я тебе говорил что хочу завести дракона? — Откуда он у тебя? — перебил его Рон. — Выиграл. — Это же не законно, Хагрид.- на это великан ничего не ответил. Яйцо начало шевелиться и потрескивать. На нём образовались трещины и через пару секунд оно развалилось. На них смотрел маленький зелёный дракончик. Открыв рот, он изверг струйку огня и подпалил бороду Хагриду. — Знает свою мамочку, — гордо сказал Хагрид и мимолётно взглянул на окно, но быстро вернул взгляд обратно. В окне от керосиновой лампы светилась голова Малфоя, но она быстро исчезла, как только он заметил, что на него смотрят. — Чёрт! Вам лучше уходить, — трое друзей накинули на себя мантию и быстро отправились к замку. Как только они до него дошли, то увидели, что возле дверей стоит профессор МакГонагалл, а рядом с ней Драко Малфой. Они попытались обойти их, но их прервал холодный голос декана. — Стоять! Все четверо, за мной, — профессор развернулась и отправилась в сторону своего кабинета. Когда они дошли, то их уже ждал профессор Снейп. Он смерил их холодным взглядом, задержавшись на Гарри. Мальчик поспешно опустил глаза в пол, лишь бы не видеть этого взгляда. Два декана и четверо первокурсников зашли в кабинет. — Почему вы после отбоя не в постелях? — начала профессор МакГонагалл. Дети ничего не ответили, лишь Малфой противно ухмылялся. — А Вы чего радуетесь, мистер Малфой? Вы тоже после отбоя не в постели, — холодно сказала профессор. — Простите, профессор, — тихо сказала Гермиона. — Отработка у всех четверых и по пятьдесят баллов с каждого, — Гарри первый раз за всё это время оторвал взгляд от пола и уставился на декана Гриффиндора. Краем глаза он увидел холодную ухмылку Снейпа и в его груди начало что-то расти. Неприятное чувство и чтобы ничего не сказать, он опустил глаза обратно в пол и закусил щёку изнутри. Было обидно, что Снейп, которому, как казалось Гарри, не безразлично то, как он живёт, сейчас ухмылялся, наслаждаясь тем, что с Гриффиндора сняли сто пятьдесят баллов. «Сто пятьдесят! черт, да нас возненавидят на собственном же факультете. » — думал Гарри. — Отработка завтра. В десять часов мистер Филч будет ждать вас у главного входа в замок. А сейчас марш по своим спальням, — строго сказала МакГонагалл. До гостиной Гриффиндора шли тихо, никому не хотелось говорить, не сейчас. Так же молча, только пожелав доброй ночи друг другу, разошлись по спальням. Ночь для Гарри прошла ужасно. Всю ночь ему снились кошмары и он часто просыпался. Утром, когда ему наконец удалось уснуть нормально, его разбудил Рон. Неохотно встав с кровати, умывшись и переодевшись, они вышли в гостиную факультета. Ребята со всех курсов столпились у доски объявлений, а когда заметили вышедших Гарри и Рона, то посмотрели на них так, как-будто готовы были прямо сейчас их закопать. Мальчики почти бегом вышли из гостиной и отправились в большой зал. Когда они дошли, то увидели, что Гермиона уже сидит там, читая какую-то книгу. Со стороны стола Слизерина послышались выкрики: « Спасибо, Поттер! ». Гарри было ужасно стыдно перед своим факультетом, да и из-за почти бессонной ночи это чувство только усиливалось. Мальчик быстро кинул взгляд на стол преподавателей и заметил довольного Снейпа. Чувство обиды опять захлестнуло его и он поспешил отвести взгляд. Целый день с ними никто не разговаривал, лишь кидали взгляды полные ненависти. Под вечер Гарри начало клонить в сон. Кошмары стали мучить его чаще. Раньше они не были настолько реалистичными. Последнее время самое страшное, что происходило в его жизни, стало сниться гораздо чаще. Он уже давно не мог выспаться нормально. А сегодня ещё отработка. Сумерки сгущались и без десяти трое ребят вышли из Граффиндорской башни и отправились к выходу из замка. Через пять минут они дошли, там их уже ждал Филч и Малфой. — Наконец —то, — прокаркал Филч и двинулся к выходу. Пока они шли до хижины Хагрида, Филч жалел о том, что отменили телесные наказания. Гарри вздохнул спокойно, когда увидел Хагрида. — Сегодня вы пойдёте в лес, я сомневаюсь, что оттуда вы вернётесь целыми и невредимыми. — В лес? — с ужасом воскликнул Малфой. — Мой отец узнает об этом. Филч ушёл проигнорировав Малфоя-младшего. -Значит так, слушайте меня. В лесу ходит раненый единорог и его нужно найти. Идите за мной и ни в коем случае не сворачивайте с тропинки, понятно? — четверо детей кивнули в знак согласия. Они шли за Хагридом уже минут пятнадцать, темнота становилась гуще, а шорохи всё отчетливее. Лесничий резко остановился и присел, чтобы разглядеть следы. Везде были пятна стального цвета. — Значит так, — сказал он, поворачиваясь к детям. — тут мы разделимся. Гарри ты пойдёшь с Малфоем. А вы оба со мной, — он посмотрел на Рона и Гермиону. -Хорошо, но я возьму Клыка, — сказал Драко. -Хорошо. Это кровь единорога, -он указал на стальные пятна. -Если найдёте его, то выпускаете зелёные искры. А если в беду попадёте, то красные искры, поняли? Попробуйте. Отлично. А теперь вы двое идите в ту сторону, — Хагрид махнул рукой на право. — А мы туда пойдём. И смотрите с тропинки не сходить. — наказал лесничий. Гарри с Малфоем пошли по тропинке на право. Они шли молча по следам и через десять минут вышли к небольшому оврагу. Там лежал белоснежный единорог, а над ним нависло какое-то существо в чёрном плаще и с капюшоном на голове, оно пило кровь бедняги. От крика Драко Гарри подскочил и обернулся, но увидел лишь убегающего слизеринца. От крика существо оторвалось от единорога и подняло голову на Поттера. В темноте блеснули красные глаза и Гарри показалось, что он их уже где-то видел. Существо медленно поплыло к мальчику и он начал отступать назад, но за что-то заступился и упал. Оно нависло над Гарри, но кроме горящих огнём глаз он больше ничего не видел. Резко существо отпрянуло от него и Гарри кто-то загородил. -Не самое лучшее время Вы выбрали, чтобы посетить запретный лес, мистер Поттер, — сказал полу-человек, полу -конь. — С Вами всё в порядке? -Да, спасибо. А что это было? — кентавр не ответил. — Вы сын Поттеров. — кентавр не спрашивал, он знал, кто перед ним стоит. — Меня зовут Флоренц. — Гарри, — послышался позади него голос Хагрида. — Гарри, ты в порядке? -Да, всё нормально, Хагрид. — Спасибо, Флоренц. — взгляд лесника упал на убитого единорога. — Ты не знаешь, кто его так? — спросил он у кентавра. — Мы не произносим его имени. Тот, кто пьёт кровь единорогов накладывает на себя вечное проклятие. Обрекает себя на муки. — Но кому это нужно? — подал голос Гарри, но ему не ответили. — Я думаю, нам пора, — сказал Хагрид. — Ещё раз спасибо, Флоренц. Они пошли обратно, была уже глубокая ночь и весь Хогвартс спал. Этой ночью Гарри опять не мог уснуть из-за того, что видел в лесу. Утром Поттер еле уговорил себя подняться и отправиться на уроки. Урок Истории магии он проспал, на трансфигурации не смог палочку превратить в спицу, а на зельях просто сидел и пытался понять состав зелья, чтобы не получилось как в тот раз. В итоге Гарри не успел сварить зелье и получил «Т». — Поттер, задержитесь, — послышался холодный голос за спиной. Мальчик подошёл к столу профессора Снейпа. — Что с Вами происходит, Поттер? — дождавшись пока все уйдут, спросил он. -Эм… В смысле? — На прошлом уроке Вы взорвали котёл, на этом вообще ничего не сделали. Так что с Вами происходит. — Ничего, сэр. Всё нормально. — Гарри продолжало клонить в сон и он на мгновение прикрыл глаза. Ему было всё равно, что на него смотрит профессор, он просто хотел спать. Спать и не видеть кошмаров. — Гарри, — тихо и мягко произнёс Северус. — скажи мне, ты спал этой ночью. — Ммм… Да. — Гарри, скажи честно. Ты спал ночью или опять были кошмары? — Кошмары, — вздохнув, тихо сказал мальчик. Северус подошёл к шкафу возле стены и достал оттуда зелье. — Вот, выпьешь перед сном, хорошо? — Гарри кивнул. — Можешь идти. Это была первая ночь за последнее время, когда Гарри выспался. Ему не снились кошмары, ему вообще ничего не снилось. Он всю ночь пребывал в тёплой, непроглядной тьме.