Приехала и всё изменила

И вот в кухню вошла Маша, быстро обернулась, как и обещала! Она была вся в синем – тёмно-синяя кожаная юбка по середину бедра, синяя жилетка, кофточка. Этот цвет ей очень шёл, и Вера пробежалась по девочке тёплым взглядом. Они быстро вышли из дома, держась за руки. Вера предложила сперва зайти в кафе, где Машу надо было подкрепить после школьного дня (желательно чем-то вкусным!). Этот план быстро осуществился. Вера давно знала вкусы младшей подружки, ну а сама с удовольствием обнаружила, что здесь подают вкусный кофе. Потом они просто прошлись по улицам, через несколько кварталов натолкнулись на городскую картинную галерею и зашли посмотреть на картины местных художников. При выходе из галереи у Маши зазвонил телефон. - Доченька, - сказала мама, - мы сегодня у друзей застрянем, у них проблемы, надо поговорить с ними, ну и мы уже немного выпили, папа не хочет за руль садиться. Ты ведь не очень возражать будешь, если сегодня одна переночуешь? Еда в холодильнике есть… - Конечно, нет, мама, - уверила Маша, чувствуя, что её сердце начинает биться чаще. Чудесный день может перейти в чудесную ночь, с поцелуями – и не только… Нажав на кнопку окончания разговора, Маша аж подпрыгнула и обняла Веру. - Родители на ночь остаются у друзей! Весь день - наш! Вера обняла девочку, и они звонко рассмеялись. - Судьба работает на нас! - Ага… Куда пойдём сейчас? Маша уже решила. - Идём к нам. Опустошим холодильник, и… - И? - Ну… - Маша потупилась. – Мы же ещё будем целоваться? Вера снова обняла девочку и наклонилась к её уху. - А если мы не только будем целоваться? Маша точно так же в ухо ей прошептала: - Ты можешь делать всё, что захочешь… Я тебя люблю. - И я тебя! «Опустошив холодильник», а вернее, съев огромную кастрюлю картошки с мясом, они вернулись в комнату Маши и уселись на кровать. Девочка прильнула к женщине, а та стала гладить ей длинные волосы, играть с прядками. Так они просидели довольно долго, но потом женщина приподняла лицо девочки за подбородок и уверенно поцеловала. Маша с жаром ответила ей, и повторились тягучие и неторопливые поцелуи, от которых всё внутри Маши таяло… Когда девочка устала, Вера просто немного наклонила её назад и облизывала ей губы острым язычком, заставила её высунуть свой язык и поласкала его своим. Потом они ещё целовались. У Маши всё растаяло, она устала от этого так, как не уставала никогда. В какой-то момент она просто упала на бок и лежала так, почему-то из её глаз начали катиться слёзы. Вера ничего не сказала, сидела рядом с ней, снова перебирая её волосы. - Хватит? Может, опять погуляем? – наконец спросила она. - Нет… - Маша была возмущена. – Я просто устала! Ты не смотри на меня! У нас только один день, и я хочу тебя целиком! – Она резким движением поднялась и села, глядя на женщину горящими глазами. – Я понимаю, ты взрослее, тебе надо больше, чем просто поцелуи! Я же тебе сказала, я – вся твоя! - Ты уверена? – Вера смотрела на неё серьёзным взглядом. - Да! – И Маша взяла руку женщины и сунула себе под юбку. Тогда Вера придвинула к себе свою юную подругу, и, целуя её на этот раз без страсти, с теплотой, стала гладить её ноги, потом между ногами, слегка раздвинув их. Маша немножко смешно засопела ей в лицо. - Я сниму колготки, - проговорила женщина. - Да… - И трусики? - Да, да! Вера опустилась перед ней на корточки, словно это была её пятилетняя дочка, задрала юбку и стянула точными жестами колготки, оставив девочку в белых трусиках. На них уже темнело пятно. Она наклонилась, лизнула его. Зарылась в него носом. Маша прикусила губу. Женщина мягко опрокинула девочку на спину, юбку подняла к самому поясу, подцепила трусики и стянула их, оставив Машу полностью голой ниже пояса. Та закрыла глаза рукой и сильно задышала. - Вера… Ах, Вера…