Тайна в их глазах

Время тянулось для Майкла, как потерявшая вкус и цвет жевательная резинка Bazooka. Его спасала только лишь работа. Иначе, он бы давно сошел с ума. Он все чаще и чаще допоздна задерживался в звукозаписывающей студии. Иногда даже оставался там ночевать. Он часто, в темное время суток, бесцельно колесил по спящему городу и его окрестностям, пытаясь хоть как-то унять съедавшую его изнутри смертельную тоску. В поместье он старался бывать как можно реже — слишком многое в нем напоминало о ней. «Надо купить новый дом и как можно скорее», — в конце концов решил для себя певец, и в его сердце поселилась еще одна заветная мечта — большое, красивое ранчо под названием «Неверлэнд». Он даже не пытался завести с кем-нибудь интрижку и на корню пресекал все романтические поползновения со стороны прекрасного пола. Он терпеливо ждал. Ждал когда Наташа снова появится в его жизни… *** Апрель 1987 года  — Билл! — крикнул Майкл, быстро спускаясь по ступенькам в холл первого этажа. — Б-и-и-ил! «Наверное, он в гараже, осматривает машину перед выездом», — так и не дождавшись отклика, подумал мужчина. Вдруг за его спиной мелькнула какая-то странная тень. Майкл даже не успел испугаться, как в его затылок решительно уперся твердый, металлический предмет, и раздался резкий звук взводимого затвора. Джексон в ужасе закрыл глаза и, судорожно сглотнув, мысленно попрощался с жизнью. Прошло несколько долгих, мучительных секунд, но ничего не происходило. «Странно», — подумал перепуганный до смерти певец, который, по его мнению, уже должен был лежать на полу в огромной красной луже из собственной крови. Вдруг за его спиной раздался тихий треск рации, и торжествующий женский голос произнес:  — Билл. Холл первого этажа, центральное здание. Твой клиент мертв. Узнав голос, Майкл выдохнул с облегчением. Билл громко чертыхнулся в трубку и тут же отключился.  — Пиф-паф! — весело произнесла девушка за его спиной, убирая пистолет от его головы. «Нет, она меня когда-нибудь своими выходками точно в гроб загонит», — подумал мужчина, чувствуя, как от мощного выброса адреналина шумит в ушах и бешено колотится сердце. Он резко развернулся к ней лицом, пытаясь принять грозный вид и одновременно подавить подступающую к губам улыбку. Своим победным выражением лица она напоминала ему сейчас мальчишку- сорванца, играющего в войнушку со своими сверстниками.  — По-твоему, это смешно? — наигранно сердито произнес он, глядя в ее смеющиеся изумрудные глаза.  — По-моему, это очень смешно, Джексон. А разве ты так не считаешь?  — Я-то? Я сейчас покажу тебе, как мне весело, — угрожающе прошипел Майкл, хищно надвигаясь на нее и заставляя постепенно отступать к стене. Девушка было дернулась в сторону, но он, просчитав заранее этот маневр, схватил ее за локоть и отбросил спиной на стену. Одним прыжком подскочив к ней, мужчина одной рукой перехватил оба ее запястья и, пригвоздив их к стене высоко над ее головой, тут же впился в женские губы долгим, проникновенным поцелуем.  — Кхм, кхм, — послышалось у него за спиной.  — Билл, исчезни, — коротко бросил Майкл, даже не думая отпускать девушку и совершенно не стесняясь присутствия этого человека, продолжил страстно прижимать Наташу к стене, одновременно целуя ее шею. — Майкл, мне надо поговорить с Биллом до того, как ты уедешь. Поверь мне, это в твоих же интересах.  — Ну класс! Мало того, что ты мной крутишь, как хочешь, теперь ты еще командуешь начальником моей службы безопасности! Состроив возмущенный вид, Майкл нехотя отпустил девушку. ***  — Ну рассказывай, как тебе это удалось? — спросил Билл, разворачивая планы поместья с нанесенными на них объектами охраны.  — Нет, Билл, я тебе лучше покажу, — сказала Наташа, низко склоняясь над планом, и ткнула в него указательным пальцем. —  Вот здесь. — Но там же камера? — удивленно уставился на нее начальник охраны.  — Тогда какого хрена я здесь делаю? И они продолжили обсуждение. Майкл не понимал, о чем они говорят, да особо вникать и не хотел. Он все крутился возле Наташи, с глупой улыбкой на лице, и смотрел на нее, как ребенок на кусок огромного, вкусного торта, который ему разрешили съесть в честь праздника. Он ластился к ней, как маленький пушистый котенок и пытался все время дотронуться, словно боялся, что она просто сон и вот-вот исчезнет. Билл, пытаясь скрыть улыбку умиления, то и дело косился на своего босса. Наташа в шутку ворчала: он совершенно не давал ей сосредоточиться, источая в сторону девушки всю свою неукротимую сексуальную энергию.  — Джексон, — в конце концов рявкнула она на него, — иди отожмись раз пятьдесят. Говорят, помогает.  — Может, мне еще и за чаем для вас сгонять? —  Майкл принял обиженный вид и демонстративно скрестил руки на груди.  — А знаешь, это хорошая мысль! Я буду черный. А ты, Билл? Билл замер на месте, раскрыв рот от удивления. Еще никто и никогда так не разговаривал с боссом в его присутствии. Обычно это Майкл Джексон был пупом Земли, центром Вселенной, и всё крутилось вокруг него и его, порой весьма оригинальных и сумасбродных желаний. Однако Билл довольно быстро пришел в себя и отрицательно покачал головой. Майкл, кивнув, вышел из комнаты.  — Билл, ты, между прочим, зря отказался. Потом бы своим внукам рассказывал, как сам Майкл Джексон тебе чай заваривал.  — Наташа, ты бы с ним поаккуратнее. Его тонкая душевная организация может не выдержать такого напора. «За его потревоженную душевную организацию со мной поквитаются другие части его тела», — хмыкнула девушка про себя, а вслух сказала:  — Ничего, здоровее будет. И его душевная организация в том числе. И они вновь погрузились в обсуждение системы безопасности поместья. На самом деле, опасения Билла были абсолютно беспочвенными: Майклу в Наташе нравилось абсолютно всё. Рядом с ней он чувствовал себя не звездой мировой величины, а обычным, по уши влюбленным, подростком. Он восхищался ее великолепным чувством юмора, обожал, когда она его подкалывала. Иногда она могла и «грубануть», но он списывал это на издержки ее профессии. В ней было какое-то неуловимое чувство неопределенности и недосказанности, которое просто сводило его с ума и держало в постоянном тонусе. То она вела себя как настоящая пацанка, то как утонченная великосветская леди. А что она творила в постели… И он знал, что она ни при каких обстоятельствах не будет заискивать перед ним и, в случае чего, пошлет «к черту», даже не моргнув глазом. Если, конечно, будет за что. *** Джексон, заложив руки в карманы брюк, молча смотрел в окно. От его фигуры веяло такой вселенской скорбью, что сердце Наташи непроизвольно сжалось.  — Майкл, что случилось? — спросила девушка, обнимая его со спины и целуя в плечо через ткань вельветовой рубашки.  — Работа у меня случилась, — грустно произнес он, обхватывая ее руки и пытаясь прижать к себе еще плотнее.  — Ну так ты кончай скорее со своей работой и возвращайся.  — Я бы сейчас с бОльшим удовольствием кое-что другое кончил, — и услышав ее сдавленный смешок за спиной, добавил, — ты ко мне надолго?  — На пару-тройку дней, — промурлыкала девушка и ласково потерлась щекой о его спину. От сковавшей грудь щемящей тоски ему стало трудно дышать. Всего несколько дней. Как безумно мало.  — А потом?  — А потом у меня командировка.  — Куда?  — Ближний Восток. Точнее сказать не могу, сам понимаешь.  — Опять будешь по пустыням террористов гонять? — в голосе мужчины звучали горечь и раздражение. Девушка резко отстранилась от него, но Майкл тут же развернулся и, ловко ее поймав, сгреб в свои крепкие объятия.  — Я ужасно боюсь за тебя, как ты этого не понимаешь? — с грустью в голосе прошептал он, зарываясь лицом в ее волосы и всей грудью вдыхая их неземной и так волнующий его аромат.  — Тебе было бы легче, если бы я продолжала тебя обманывать? — она подняла на него свои изумрудные глаза.  — Честно? Не знаю. Я просто вообще уже ничего не знаю, — сокрушительно покачал он головой и коснулся ее губ легким, невесомым поцелуем.  — Мистер Джексон, — раздалось откуда-то снизу, — нам пора! «Начинается», — вздохнул про себя Майкл и нехотя разомкнул свои объятия.  — Пока, милый. Веди себя хорошо, — девушка нежно чмокнула его в щеку, и он, грустно ей улыбнувшись, скрылся за дверью. *** Как назло в студии сегодня всё шло наперекосяк. Майклу не очень нравилось звучание одной песни для его нового альбома, но объяснять по десятому кругу что да как было выше его сил. Первый раз в жизни ему хотелось оставить всё как есть, чтобы поскорее сбежать домой. Но эта адская черта его характера под названием «перфекционизм» занозой сидела в его мозгу. Майкл не умел работать вполсилы, несмотря на то, что дома его ждала любимая женщина, которая буквально через несколько дней вновь будет для него «вне зоны доступа». В общем то, что Майкл Джексон сильно нервничал, заметили буквально все. В перерывах между записью он пару раз кому-то звонил и разговаривал тихим шепотом, зажимая трубку ладонью. Только в девятом часу вечера Майкл выбрался наконец из студии. И сейчас он мчался на второй этаж своего дома, перескакивая через ступеньки. Он нашел Наташу в отведенной ей комнате. Она спала, лежа на животе поперек кровати и раскинув руки в стороны. «Утомительное это дело — людей убивать», — хмыкнул Майкл про себя и, улыбнувшись своим мыслям, непроизвольно облизал губы. Он присел на кровать рядом с ней и мягко опустил свою ладонь ей на попу. На Наташе были простые велюровые спортивные брюки и белая трикотажная майка. Длинные распущенные волосы мягкими волнами разметались по спине и плечам. Майкл подцепил край майки и слегка отдернул его вверх, обнажая беззащитную полоску загорелой кожи. Он легонько провел самым кончиком языка вдоль пояса брюк, оставляя влажную дорожку на ее теле и убрав волосы от ее лица, нежно провел пальцами по щеке. Девушка смешно сморщила нос во сне, на что мужчина тихо рассмеялся. Он осторожно раздвинул ее ноги и просунул руку между простыней и ее телом. Ткань брюк была очень приятной на ощупь и достаточно тонкой, чтобы не скрывать физиологию женского тела. Быстро нащупав пальцами искомый объект, мужчина положил на него свою ладонь и начал с легким нажимом водить ею вверх-вниз. Девушка пошевелилась во сне, издав тихий стон. Мужчина вновь коснулся губами обнаженного участка на ее спине и начал нежно целовать его, не прекращая массировать ее нежную плоть сквозь тонкую ткань брюк. Девушка вновь пошевелилась и, пробормотав что-то невнятное, вдруг четко произнесла его имя. Майкл понял, что Наташа начала просыпаться и стал быстрее двигать рукой, одновременно вычерчивая языком замысловатые узоры на ее пояснице.  — Джексон, твою же… — девушка вытянула назад руку, пытаясь схватить его. Но он ловко увернулся, тихо рассмеявшись. Наташа, еще плохо соображая спросонья, попыталась перевернуться на спину, но мужчина, чувствуя, как напряглось ее тело в предвкушении приближающейся разрядки, с усилием вдавил ее одной рукой в кровать, другой продолжая наращивать темп. В следующее мгновение ее тело выгнулось дугой, и по нему пробежала чувственная судорога, срывая с ее губ громкий и протяжный стон. Потом все ее мышцы разом расслабились, и девушка обмякла под его рукой.  — Джексон, ты маньяк хренов, — прошипела она, не в силах восстановить сбившееся дыхание. Майкл резко перевернул ее на спину и навис над ней, хищно прищурив свои красивые карие глаза.  — Девочка моя, я еще даже не начинал, — произнес он проникновенным, низким голосом, от которого по ее телу моментально побежали мурашки. Он медленно облизал свои губы, и в его глазах буквально на секунду промелькнуло что-то такое… первобытное… какая-то надменная и нетерпеливая вспышка, заставляя ее сердце с бешеной скоростью гнать кровь по венам. Она чувствовала, как тревожно быстро пустеет ее разум, уступая место одним лишь бессовестным, чувственным желаниям. Но ей было уже всё равно. — Как же я соскучилась по тебе, Джексон. Как же сильно я хочу тебя, — произнесла она, срывающимся от возбуждения голосом, глядя в его прекрасные, бездонные глаза, которые, от затуманившей их страсти, стали практически черными. В следующее мгновение он всем своим весом навалился на нее сверху, и его горячие руки начали страстно сжимать и гладить ее тело. Его язык самым бесстыжим образом хозяйничал у нее во рту, заставляя ее хотеть только одного — незамедлительно отдаться этому великолепному мужчине.  — Детка, эта ночь будет очень долгой, — хрипловатым от вожделения голосом прошептал ей на ухо Майкл, продолжая скользить руками по ее телу. — Я буду таким, как тебе нравится — страстным и диким. Я буду любить тебя до тех пор, пока ты не начнешь умолять меня, чтобы я остановился. Наташа едва успела подумать, что если он продолжит в том же духе, она кончит от одного только звука его голоса, как он вдруг резко отстранился от нее. Усевшись на нее сверху, в области ее бедер, он ухватился своими изящными пальцами за мягкую белую ткань и, издав гортанный рык, рванул ее майку напополам. «Ну все, дорогая, тебе — конец!» — последнее, что успела подумать девушка прежде, чем его горячие губы жадно коснулись ее кожи. *** Наташа медленно открыла глаза и аккуратно пошевелилась. Тело незамедлительно отозвалось слабой ноющей болью в мышцах. Девушка плавно повернула голову и посмотрела в сторону своего «мучителя». Майкл лежал на боку, к ней лицом и, положив ладони под щеку, мирно посапывал во сне. Мелкие кудряшки цвета самой темной калифорнийской ночи рассыпались вокруг его красивого смуглого лица. Он забавно сопел носом, и его длинные ресницы трогательно подрагивали во сне. «Ну просто ангел во плоти», — ухмыльнулась про себя девушка, тихо выскальзывая из кровати. «Мать моя женщина! Как можно быть таким ненасытным самцом?» — усмехнулась Наташа, становясь под теплые водяные струи и смакуя подробности бурной ночи. Выйдя из душа и обнаружив, что Майкл все еще спит, она, крадучись, направилась к двери.  — Далеко собралась? — раздался грозный голос у нее за спиной. Наташа неопределенно пожала плечами, разворачиваясь к сидящему в кровати мужчине.  — Я ухожу! — крикнула ему в лицо девушка, стараясь сделать тон своего голоса как можно серьезнее.  — Куда? — поддержал игру Майкл, прекрасно понимая, что она так шутит.  — В монастырь, в армию, на войну… Да всё равно!  — Что так не понравилось?  — Ооо! Это было феерично. Я думала меня хватит сердечный приступ от сексуального передоза.  — Я обожаю твое чувство юмора, — довольно хихикнул Майкл и раскинул руки в стороны. — Иди ко мне… Девушка нырнула в его теплые объятия и потерлась щекой о его обнаженную грудь.  — С твоим бы энтузиазмом да стадионы трахать, — произнесла она, с наслаждением вдыхая терпкий аромат мужской кожи.  — Хорошая мысль, надо запомнить, — мечтательно отозвался Майкл.  — Джексон, ты — извращенец, — вздохнула она.  — А то ты не знала? И кстати, не пойдешь, а поедешь. В монастырь или куда ты там еще собралась. Сейчас, я быстро. Майкл ненадолго заскочил в душ и, наспех одевшись, потащил Наташу на улицу. Прямо возле парадного крыльца стоял новенький, красный, спортивный BMW, на крыше которого красовался огромный белоснежный бант.  — Тебе надо было вчера показать мне эту красавицу, чтобы я хоть знала, за что страдаю, — схохмила Наташа, с восхищением в глазах обходя шикарную машину.  — Так дрыхнуть меньше надо было! —  пошутил Джексон в ответ.  — Оу! А тут у нас что, бонус-трек? —  сказала девушка, открывая водительскую дверь и останавливаясь взглядом на бархатной коробочке с надписью Cartier.  — Говорят пули от бриллиантов хорошо отскакивают, — добавила она, доставая коробочку из машины. В следующее мгновение она бросила коробку на капот автомобиля и, подскочив к Майклу, начала нежно гладить его по щекам.  — Майкл, прости, прости, пожалуйста… Язык мой- враг мой. Я ляпнула, не подумав. Ну почему я такая зараза. Майкл... — девушка смотрела в его наполнившиеся слезами глаза с искренним сожалением. Потом, оттолкнувшись от его груди обеими руками, девушка быстро забежала в дом.