Все будет хорошо

Михаил не хотел идти на свадьбу Жени – слишком больно видеть любимого с другим, но пошел. Злился на себя, на его выбор, только сделать ничего не мог. Школьная любовь, нет первая любовь, не хотела отпускать, держала и заставила в тот вечер напиться. И он пил назло себе, пил за утраченные иллюзии и потерянное счастье. – Привет, – к нему за столик подсел такой же пьяненький молодой рыжеволосый омега. – Ты родственник жениха-омеги? – Угу, – соврал Миха. – Самый близкий и родной. Я так счастлив за Жеку, что напился… – На то она и свадьба, чтоб напиться и порадоваться за молодоженов. Меня Максом зовут, а тебя? – Миха. А ты кто? – спросил альфа, выпив еще рюмочку горячительного, перед глазами все поплыло и лицо омеги стало невыразительно-расплывчатым. – Что ты тут делаешь? – Странный вопрос – праздную свадьбу своего одноклассника Алекса. Потанцуем или выпьем за их счастье? – Выпьем, – ответил Михаил кареглазому омеге и потянулся за бутылкой. Налил обоим и, не дожидаясь тоста и омегу, выпил. Хоть и был пьян, понимал, парнишка его клеит и наверняка хочет затащить в постель. Сегодня, когда иллюзии на совместное счастье с Жекой окончательно развеялись, Миха был не против трахнуть этого смазливого омежку. Теперь ему было плевать на все и всех. – Миш, тебе, пожалуй, хватит пить. – Не хватит. У меня отобрали надежду на счастье. Что ты в этом понимаешь? Молодой совсем, зеленый. Ничего не остается, как захлебнуться в собственной невезучести и выпивке. – У-у-у. Давай я тебя отвезу домой, тебе действительно хватит. Ты где живешь? Я вызову такси. – Не хочу домой. Там все-все будет напоминать о нем… – Ко мне тоже нельзя – родители. Ладно, что-нибудь придумаем, – ответил альфе Макс и засуетился. Куда-то звонил, потом вел, сажал в машину. Потом, что было потом как провал в памяти у Михаила. Вроде на улице хмель немного прошел, но в такси Миху опять развезло, так что как добрались и куда, прошло мимо него. И как оказался раздетым в постели с этим рыжиком тоже. Омега так сладко пах чем-то карамельно-мятным и это возбуждало, несмотря на выпитое на свадьбе. Член стоял колом, и ужасно хотелось секса. Все равно с кем. Пусть даже с этим незнакомцем. Что будет утром, пьяного альфу, вообще не волновало, и о том как будет смотреть утром в глаза этому юному омеге тоже. И секс был. Страстный, возбуждающий и бесконечный. Кажется, омега потек, его запах усилился, стал более притягательным, волнующим и возбуждающим. Крышу окончательно сорвало и унесло, а Миху качало на волнах похоти и животных инстинктов. Он брал его, то нежно-нежно, то сильно и быстро. До конца насаживая на свой член, выходил до конца и вновь входил до основания с пошлым хлюпаньем и звуком хлопка тел друг о друга. Целовал, ласкал, словно изголодавшийся зверь, наконец-то поймавший свою добычу, теперь насыщался ею долго, смакуя каждый кусочек, каждую капельку и облизывался. Выцеловывал, поглаживал, находясь в тумане течки и страсти. Омега казался в тот момент каким-то сказочным персонажем, посланный ему кем-то из высших чтобы заглушить боль от разбившейся мечты на счастье с любимым. Каждый оргазм как зарубка на память о ночи с рыжеволосым чудом, каждая ласка как намек на продолжения их романа. Альфе было так легко и просто, что все остальное, даже Жека, было уже не важно. Только здесь и сейчас он был счастлив, пьян и сыт. Под утро после секс марафона омегу и альфу связал узел, а потом… они оба отрубились и заснули. Утро и пробуждение Михаилу далось тяжело. Голова гудела, во рту было сухо и воспоминание о страстной ночи с незнакомым омегой заставили окончательно проснуться. Оглядеться. Он лежал один на огромной кровати гостиничного номера. Омеги нигде в пределах видимости не было. Не было его и в самом номере. Ушел. Сбежал. С одной стороны избавил альфу от неприятного разговора, но с другой стороны Михе почему-то не хотелось его терять. Запах омеги все еще витал в воздухе, и он возбуждал и манил отыскать парня, найти и все-все повторить. – Вот черт. Кажется, я нашел то, во что сам никогда не верил, – сказал Михаил сам себе тихо-тихо. – И потерял. И что теперь? Где его искать? И надо ли его искать? Секс конечно был хорош и парень ничего вроде, но… Вдруг все опять получится так же, как и с Жекой? Одна сердечная рана еще кровоточит, а я уже думаю о другом… К черту, к дьяволу всех этих омег, не быть мне счастливым никогда. Забыть как сон или пьяный бред… Но забыть не получалось, ни через месяц, ни через два. Омега мерещился везде. На улице, в магазинах, в толпе прохожих, даже в офисе. Его запах манил к себе, заставлял искать, пробуждал инстинкты охотника и толкал на необдуманные поступки. Миха даже хотел позвонить Евгению и спросить о рыжеволосом омеге, не смог. Слишком многое их связывало, и воспоминания об их детстве и школьных годах бередили душевные раны, и они болели, ныли, мучили. Парень сделал свой выбор – выбрав не его. Жека теперь замужем. Раз за разом прокручивал их первое знакомство, понимал, что все его юношеские мечты тогда уже не могли сбыться… «На общей линейке в толпе будущих одноклассников я и не заметил тебя. И только после на переменке… Все дети собирались в кучки, знакомились, а ты стоял в сторонке и смотрел на всех своими, как мне тогда показалось, огромными серыми глазами и жался к стене. Ну, всегда так бывает в первые дни, все выбирают себе школьных друзей и решают, кто и с кем будет сидеть за одной партой. Чтобы потом пронести эту дружбу сквозь года. А этот мальчишка был весь такой светленький, ухоженный, но дикий и не торопился сделать шаг навстречу хоть кому-нибудь. Тогда я еще подумал: неужели ты ни с кем не дружил? Что-то подтолкнуло меня к тебе, и я подошел. – Привет. Меня Миха зовут, а тебя? – Жека, – ответил он, а голосок такой тихий, я чуть расслышал. – Давай дружить? – А зачем? – все так же очень тихо поинтересовался он. – Неужели у тебя нет друзей или хотя бы одного друга? – У меня кот есть, Винни зовут. Мы с ним всегда играем, – ответил он и почему-то засмущался и покраснел. – Ну ты даешь, Жек, кот - это совсем не то! Разве с ним можно поговорить? Поделиться секретами? Попроказничать? – не сдавался я. Теперь из-за принципа хотел получить этого дикого мальца в друзья. – Можно поговорить и секретами поделиться, – продолжал упрямиться будущий одноклассник. – Он ведь не ответит и своими секретами с тобой не поделится. На днюху не позовет и в случае драки на помощь не поспешит! Решено! Мы с тобой вон за ту парту сядем и будем дружить всю жизнь! – Ладно, давай попробуем, – вдруг сдался он и покраснел еще больше. С того разговора прошло десять лет. В выпускном классе мы все так же сидели за одной партой и по-прежнему были друзьями. И за все десять лет ни разу не поссорились. И почему? Я всегда уступал Жеке, брал всю вину на себя, просил прощения, даже когда был виноват друг. Еще тогда он был для меня кем-то особенным, и я дорожил этой дружбой, не задумываясь – почему? Там, в детстве, не было ни омег, ни альф - были просто дети. Только я хотел скорее подрасти и стать взрослым, а мой одноклассник не торопился. У него было две мечты: стать учителем и найти того единственного, настоящего, истинного альфу. На свидания не ходил, даже в выпускных классах утверждая, что в школе нет его пары. Может именно тогда я перестал видеть в нем друга, а стал видеть в нем омегу и свое счастье. Каждое утро я торопился в школу, чтобы увидеть Жеку, посидеть с ним рядом за партой и почувствовать его запах, украсть вынужденную близость. Я шел в школу даже с температурой в любую погоду, ведь там он, он будет сидеть рядом несмотря ни на что, пока не закончатся уроки. Как же я любил это время! Школу! Там мой мир сужался лишь до нас двоих, а все остальное и остальные оставались за пределами этого мира. Только он и я. И как же страшно признаться другу в своих чувствах. Зная, что он не чувствует во мне свою истинную пару, а это значит… его ответ заранее известен. Я долго мучился и ждал подходящего момента, а время летело, и вот уже последний звонок, а этот подходящий момент так и не наступил. Через две недели сразу после экзаменов выпускники получат путевку в жизнь и разбредутся кто куда, выбирая свой, только им известный путь. Школьная жизнь останется лишь в воспоминаниях, а стать воспоминанием Жеки я не хотел. И признался…» Именно поэтому Миха не стал звонить ему, спрашивать о Максе, хотя должен был… Теперь одно наваждение сменилось другим. Казалось, что, встретив своего омегу должно стать легче – отпустить, не стало. Наоборот прошлая безответная любовь к Жеке заставляла действовать осторожно и не бросаться, как говорится, в омут с головой. Хотя и бросаться было не куда. Омега то ушел, не оставив контакты, не поговорил, а просто ушел, бросил. Может, испугался, может не почувствовал, ведь тоже был пьяненьким или просто не захотел навязываться после единственной ночи с незнакомцем. Или для него Миха был лишь альфой на течку – одноночкой. Этих может бесчисленное множество, всех вот так и не назовешь с наскока. Но делать что-то надо. Без Макса так тоскливо и одиноко. Все мысли о нем. Работать стало не возможно, цифры не считались, отчеты не проверялись, все валилось из рук. Михаил даже нанял частного детектива. Но, как оказалось, описать омегу было нечем. Красивый, роста среднего, молодой лет восемнадцать не больше может немного меньше, рыжеволосый, кареглазый с запахом мятной карамели. Все. Все что он помнил о нем. Черты лица, губы, нос все расплывчато, размыто выпитым в ту ночь алкоголем. Никаких особых примет. И имя – Макс. Ни фамилии не отчества. – Это почти ничего, – сказал ему детектив при личном разговоре в уютном небольшом кафе. – Остается опросить всех тех, кто был на той свадьбе, может кто-то его знает или видел. – Мне бы не хотелось… Не хотелось чтобы вы опрашивали женихов. Евгения и Алекса. Так получилось… Мы были когда-то очень близкими друзьями еще с детства с Женей. Он будет волноваться, напридумывает себе всякого. – Это осложнит поиск. Подумайте, на свадьбу приглашали гостей именно молодожены и кому как не им знать, кого они приглашали. Но я сначала так и быть опрошу остальных гостей, может кто-то из них знает вашего Макса, – согласился с Михаилом детектив. – Если ничего не узнаю, тогда и будем решать, что делать дальше. Идет? – Идет. После того разговора прошло еще две недели, но детектив ничего не нашел. По его отчету: Да, видели рыжеволосого омегу, но не знают кто он и откуда. Ушел быстро, почти в разгар вечера с каким-то альфой. Оба были пьяны и непонятно, кто кого ведет домой: альфа омегу или омега альфу. Кто-то из молодежи вроде говорил, что тот со стороны жениха. Может даже одноклассник или родственник. Гостей на свадьбе было много. Ведь жених – альфа еще не закончил школу. Многие из гостей осуждали этот странный брак. Жених-омега настолько старше своего мужа. Мало кто верил в их истинность, списывали на бзик и модность жениться на омеге намного старше себя как знаменитости: певцы и актеры. Подражать кумирам во всем - такова нынешняя молодежь. – Вы решили? – спросил детектив Михаила при следующей встрече все в том же кафе. – Будем опрашивать молодых? Похоже, что только они и могут рассказать нам о вашем омеге. – Нет. Я сам поговорю с Жекой, раз так получилось. Сколько я вам должен? – Как договаривались, – ответил детектив и, получив расчет, ушел из кафе, попрощавшись с альфой. А Миха сидел там еще долго, все не решаясь позвонить Жеке. Так и не решился, отложил звонок до завтра. Не хотел ворошить старые душевные раны. Не сегодня… Ни завтра, ни через месяц, так и не смог набраться храбрости и услышать знакомый до боли родной голос. Чем больше времени проходило со свадьбы Жени, тем слабее становились чувства к нему и боль притуплялась. Миша совсем запутался в своих омегах. В свои двадцать шесть лет мог наделать глупостей не хуже подростка. То твердо был уверен, что Жека не будет счастлив со своим юнцом и был готов броситься помогать парню и уговаривать на развод, то тосковал по рыжеволосому омеге и притяжению к нему. Но рыжик был неизвестно где, а Женя здесь рядом, только руку протяни. Размышления об омегах привели его к выводу: неправда, что встретив своего истинного, забудешь все и всех до него. Любовь это одно, а истинность совсем другое. Тут скорее животные инстинкты, страсть, похоть, но не чувства с первой встречи, мгновения знакомства. Любовь еще заслужить нужно – завоевать. Привязаться, срастись, а не просто повалить на любую горизонтальную поверхность и трахать как животное. Им-то, как раз в гон, случки, течки абсолютно все равно кого и с кем. Главное чтобы рядом была течная омега, а все остальное там, в дикой природе, не важно. Но Миша не животное, а человек. Человеку нужна не только похоть в отношениях, но и чувства, а любил он до встречи с Максом Жеку. Очень долго любил… Следующий месяц прошел для альфы как во сне. Он не жил, а существовал. Разрываясь между желанием позвонить Жене, увидеть, украсть, убежать с ним куда-нибудь на необитаемый остров и найти Макса, чего бы, это не стоило. Совсем потерялся, запутался в своих желаниях и мечтах. А по ночам его преследовал рыжеволосый омега и жаркий секс с ним. Похоть, страсть, запах, все перемешивалось, влекло, манило к незнакомцу, и просыпался альфа наутро с железным стояком и желанием заняться сексом почему-то с Женей. – Так недолго сойти с ума, – говорил он сам себе, дроча по утрам в душе представляя себе, то Евгения, то Макса. А когда кончал, перед глазами возникал образ рыжика, он соблазнительно подмигивал. От этого член снова вставал как часовой на посту, и все начиналось сначала. Омеги сменяли друг друга в фантазиях, то делали ему минет, то подставляли свои текущие попки. Макс заводил всем своим видом, фигурой и запахом, а Женя своим печальным и прощающимся взглядом. Альфа никак не мог разобраться в себе и своих чувствах. Понимая, что одноклассника потерял, но он упорно не хотел уходить из души и сердца. А Макс просил, требовал найти и взять, сделать своим, пометить и навсегда связать с ним свою жизнь и судьбу. Год, целый год прошел с той самой свадьбы, но все в жизни Михаила осталось как прежде. Дом – работа – секс во сне. Альфа устал, вымотался и сдался. Пришло время поставить точку и поговорить с Женей. Чтобы ни сойти окончательно с ума. Убедиться что Жека счастлив со своим альфой, смириться и жить дальше. Искать своего омегу и начинать уже с ним отношения и совместную жизнь. Придя вечером с работы, он дрожащими пальцами набрал такой знакомый номер Евгения. Решился. Длинные гудки, омега долго не брал трубку. Миша сдался и почти нажал на сброс… – Алло, – все же ответил на звонок Женя. – Привет, – после не большой паузы выдавил из себя Миха. – Миш? – Я. Прости, что отрываю тебя от важных дел… – Все в порядке, детей спать укладывал, поэтому долго не отвечал на твой вызов. Как ты? – Нормально, – соврал Михаил другу. Ему очень непросто давалось каждое слово. – Ты как? Как дети? Муж? Счастлив? – У нас все хорошо, спасибо. У тебя какое-то дело, или ты соскучился и решил позвонить? Я скучал по нашим разговорам, дружбе… Ты пропал на целый год, рано ушел со свадьбы, мне казалось, что ты обиделся на меня за что-то, поэтому я тебе не звонил… – Раз у вас все хорошо, я счастлив за тебя. Ты ведь знаешь, как я к тебе относился… Свадьба… Я вообще не хотел на нее идти. Но ты бы обиделся на меня, я не смог не придти, хотя бы для того чтобы убедиться, что ты сделал правильный выбор, выбрав вместо меня своего ученика. Ты выглядел таким счастливым, так искренне улыбался своему юнцу… Я ушел… Мне было тяжело, прости… – Это ты меня прости, друг, за все. Но сам пойми: сердцу ведь не прикажешь… Я никогда не скрывал от тебя, что ищу свою пару, не давал пустых обещаний, не обнадеживал, не держал. Давая возможность найти собственное счастье. – Знаю. Но ведь как сам говоришь, сердцу не прикажешь… Но на твоей свадьбе я кажется… Кажется нашел… – Что? – Счастье, пару и потерял… Поэтому и звоню. Мне было не просто обратиться к тебе за помощью. Целый год я откладывал этот звонок, оттягивал неизбежное. Может уже слишком поздно… – Миш, ты меня пугаешь, – разволновался омега за друга. – Чем мне тебе помочь? Ты столько раз меня выручал, помогал, был настоящим другом. Я помогу всем, чем смогу, не пугай меня, пожалуйста. – Прости. Я встретил своего омегу у тебя на свадьбе, но так получилось – потерялись. Я не знаю ни его фамилии, ни телефона, ни адреса. Вот и подумал, вы ведь с мужем приглашали гостей… – Можешь описать его внешность, сказать имя или еще хоть что-нибудь? – Макс – он так мне назвался. Рыженький такой, кареглазый и пахнет так… Прости. Знаешь кого похожего на него? – Не густо описаний. Не помню, если быть честным, никого похожего. Одно знаю точно: среди моих родственников и друзей нет ни одного рыжеволосого омеги. – Получается, он со стороны твоего мужа. Можешь поспрашивать у него? Может он вспомнит и перезвонит мне. Номер тот же. Я буду ждать, – попросил Михаил Евгения и сбросил вызов попрощавшись. После разговора с омегой стало так тоскливо и пусто на душе, словно вот прямо сейчас потерял важное, необходимое и ценное что-то. Осознал, что школьный друг, и правда, счастлив, разбив в крошку последние крошечные обломки надежды. Точка. Жирная кричащая точка. Все кончено, пришла пора забыть, отпустить и жить дальше. Благо есть ради кого жить – рыжик. Его поиск и новый смысл в жизни. Альфа должен быть сильным и Миха будет сильным, справиться и начнет все сначала. Тихо, осторожно, шаг за шагом, ведь впереди еще долгая-долгая жизнь. Ведь если подумать: в двадцать шесть жизнь только и начинается. Все еще впереди… Женя перезвонил через несколько дней. – Привет. Я поспрашивал мужа, но среди его родственников, приглашенных на свадьбу, тоже нет ни одного рыжеволосого молодого омеги. Не отчаивайся. На празднике было много моих учеников и одноклассников Алекса. Мы пригласили весь мой выпускной класс. Может кто-то из них пришел с рыжеволосым омегой. Я был так счастлив, что мало на что или кого кроме мужа обращал внимания. А мой любимый вообще глаз с меня не спускал, словно боялся, что я передумаю и убегу с собственной свадьбы. Прости, получается, что ничем тебе не смог помочь. – Ясно. Спасибо, – расстроился альфа. Его еще не отстроенный заново мир внезапно стал рушиться, так и не отстроившись до конца. Сердце болезненно сжалось и пропустило удар. Если неудачник, так неудачник во всем. Потерял еще одного омегу и шанс на счастье. Даже не попрощавшись, сбросил вызов и сидел на диване в своей гостиной, пялясь в телефон, будто он мог в данный момент дать ответы на все существующие в целом мире вопросы. Так и заснул с ним в руке. Новый день не принес облегчения. На работе был вялым и сонным. Работал Михаил в строительной фирме сначала после университетского выпуска простым экономистом несколько лет, но полтора года назад получил должность начальника планово-экономического отдела. Естественно не сам дослужился, показывая небывалые успехи в экономике. Нет. Фирма принадлежала семье, и родственники по блату, так сказать, продвинули молодого специалиста на должность начальника отдела. Возложили на него так сказать обязанности и требовали соответствовать занимаемой должности. Миха и старался, очень старался соответствовать. Теперь у него был свой личный отдельный кабинет и мало кто из сотрудников – экономистов мог увидеть или почувствовать, что с начальником который день подряд твориться что-то не то. Скрывать у Миши свое состояния получалось с трудом. Он как мог, старался оставаться хотя бы на работе все тем же ответственным и строгим начальником. А вот дома места себе не находил от безысходности и тоски сначала по двум омегам, теперь по одному – Максу. После разговора с Жекой в его снах произошли перемены. Там был только рыжик и секс с ним. Но под утро перед самым пробуждением Макс исчезал, оставляя своего альфу грустить в одиночестве. Снова и снова дрочить на его почти размытый образ в душе. А это могло значить только одно. Чувства к Жеке притупились, ушли на второй план и мало по малому стирались, забывались, отпускали. День ото дня становилось легче хоть в этом. Теперь Евгений воспринимался альфой как очень-очень близкий друг, не больше. И все же он не торопиться возобновлять свои дружеские отношения с омегой. Пусть сначала рана совсем заживет и сойдет шрам неразделенной любви. Отвлекаться помогали воспоминания той ночи с Максом. Их секс и продолжение его по ночам во снах. Иногда альфе совсем не хотелось просыпаться, остаться там с желанным омегой, пусть пока на животных инстинктах, без чувств, но не просыпаться. Так хорошо и спокойно рядом со своим омегой. Тепло и уютно. Но Миха ведь живой человек! Ему было мало только воспоминаний и эротических снов. Время бежало, а об омеге так больше ничего не удалось выяснить. Еще три года как робот на автомате. Словно его завели, запустили программу и заставили двигаться. А двигаться дальше как раз не хотелось. Наоборот хотелось вернуться в день свадьбы, переделать его, перекроить и, зная, что будет потом никуда и никогда не отпускать от себя кареглазого омегу. Ведь недаром альфа их запомнил. Волосы, запах и ГЛАЗА. Большие, красивые, блестящие. Яркие как солнышко и теплые как его лучи. Манящие, соблазнительно подмигивающие и зовущие себя отыскать. Но жизнь шла вперед, и робот шел по ней. Ел, спал, работал, не делая ошибок, ведь бесчувственная машина не может ошибаться. Делал, спал, ел, работал. Так долгие-долгие и тоскливые три года. Вот и новое утро, снова офис и работа. Обычный день как всегда в последнее время. Михаил сидел, уткнувшись в комп, и работал. Дверь его кабинета тихонько открылась, и в него заглянул, а потом и вовсе зашел маленький светловолосый ребенок – альфа на вид не больше трех лет. Он внимательно посмотрел на Миху своими синими- синими глазами и улыбнулся. Михаил сначала растерялся, понимая, что такому крохе не место в офисе, а тем более в его кабинете. Но ребенка тоже не хотел пугать. Улыбнулся ему в ответ и сказал: – Привет. Где твой папа? – Я убежал. Там скучно. Играть хочу. – А у меня в кабинете значит весело? Но договорить им не дали, в кабинет влетел, запыхавшись, секретарь начальника, облегченно вздохнув, увидев ребенка, и сказал: – Простите. Этот малыш такой любознательный и шустрый… Простите, я не досмотрел, а этот непоседа убежал. – Чей это ребенок? – строго спросил Михаил секретаря. – Ему не место в офисе. – К нам прислали стажера – омегу, так это его сын. Пока тот оформляется, попросил меня присмотреть за ребенком… Такое больше не повторится. – Надеюсь, что омега нашел ему няню или отдаст в детский сад, а не будет таскать кроху через день на работу. Объясни ему это, если он сам не понимает. – Ему сегодня не с кем было оставить ребенка, так он мне объяснил. А оформиться на работу совсем не долго, вот он и взял малыша с собой, – ответил секретарь и как-то странно посмотрел на Михаила, потом перевел взгляд на ребенка, потом опять на Миху, но ничего не сказал. Миша и сам внимательно посмотрел на малыша. Заметил, что глаза у мелкого синие-синие как у него, да и сам малютка внешне напоминал самого его в этом возрасте. Принюхался чисто по интуиции, мелкий альфа пах чем-то знакомым и таким родным. – Как зовут его папу? Имя, фамилия знаешь? – Максим Иванович Морозин. Я носил его бумаги подписывать начальнику вот и обратил на это внимание. Имя Максим заставило вздрогнуть, поддаться моменту, поверить в случайные совпадения всего на мгновения. – Его возраст? Как выглядит, – засомневался Михаил в свою удачу, спросил на всякий случай. – На вид лет двадцать три – двадцать пять. Точно сказать не могу, не видел его паспорта. Светловолосый, кареглазый, симпатичный, а что? Что-то не так? «Светловолосый, не рыжий – не он. А то, что ребенок на меня похож, так все маленькие дети странно не похожие на своих родителей, потом подрастают и становятся похожими» – подумал Миша. – Все нормально. Отведи ребенка папе и займись работой. Секретарь с малышом ушел, а Миха выбросив все это из головы, вновь погрузился в прерванную незваными визитерами работу. Но мысли о синеглазом ребенке не оставляли альфу в покое даже дома. Он сам в детстве был светловолосым, а потом волосы потемнели и стали темными. Дети ведь меняются, пока растут. В выходные Миша не поленился и отыскал свои детские фотографии – сравнил. С фотографий на него смотрел случайно встреченный в офисе малыш. Странно, но так. Точная маленькая копия самого Михаила. «Что-то тут не так. Не может быть таких совпадений. Папа-омега со слов секретаря светловолосый. Перекрасился? Или всегда был светловолосый, а не рыжий? А может это все-таки не мой омега? Но по срокам все сходится. Он может быть моим сыном, а главное похож на меня в детстве. Совпадения? Необходимо все выяснить завтра. Найти того омегу и поговорить. Лица я его не помню, но запах и глаза дадут точный ответ. Хватит гадать, нужно набраться терпения и все узнать завтра», – думал Миха засыпая. Но мечтам альфы не суждено было сбыться. Работа навалилась на него как снежный ком и погрузила под себя. Конец квартала. Отчеты, ошибки сотрудников, злой аки черт начальник фирмы. Все что-то хотели от Михи, требовали, просили, умоляли, спрашивали – аврал. Суматошный день. Некогда было сходить в туалет, не говоря про обед. Пришлось работать даже во время него, оставшись голодным. В конце рабочего дня Михаил был усталый, вымотанный, выжатый. Он вообще ничего не хотел. Напряжение все еще держало и даже двигаться не хотелось. Лишь уснуть, забыться, отречься и все. Омега, его ребенок подождут. Столько лет ждали, подождут еще одни сутки. Думать тоже было лень. В голове до сих пор крутились: цифры, планы, отчеты и злой начальник. Альфа еще чуть-чуть посидел в кабинете, потом заставил себя встать, собраться и поехать домой. Дома даже есть не хотелось, так вымотал его этот бесконечно долгий день. Перекусил и завалился спать. В эту ночь даже сны не снились, словно давая его мозгу отдохнуть, вылечится для нового завтрашнего дня. Утро и новый рабочий день встретил альфу полной тишиной. Вроде отпустило всех. Вчера решив все неотложные задачи, но расслабляться не стоило, это всего-то утро. Дальше все пошло как обычно. Работники исправляли свои ошибки, трудились, начальник остыл и даже в курилке улыбнулся Михе и поболтал с ним не на относящие к работе темы. Все вошло в прежнее более или менее спокойное рабочее русло. Возвращаясь с перекура, Михаил, проходя мимо кабинета своих подчиненных, почувствовал запах. Такой знакомый и родной. Он был чуть слышным, почти неуловимым, но был. Тот самый, разыскиваемый, манящий и возбуждающий. – Макс, – позвал альфа, врываясь в кабинет подчиненных, сходя с ума от запаха мятной карамели. Выискивая взглядом своего рыжеволосого омегу. Но в кабинете не было рыжеволосых, совсем никого. Странно. Он еще раз внимательно всех осмотрел по волосам, не было. Начальник в глазах подчиненных в тот момент, наверное, выглядел странно. Ворвался в кабинет, и смотрит, так, словно хочет просканировать каждого, вытащить все их тайные желания наружу, а потом использовать слабости по собственному усмотрению. – Вы меня спрашиваете? – спросил незнакомый светловолосый омега. Наверное, это и был тот самый стажер. Омега сидел в дальнем уголке за своим столом, поэтому Михаил не сразу обратил на него внимание. Михе ничего не оставалось, как выпутываться из создавшегося странного положения перед подчиненными. – Ты стажер? – Да, – ответил омега и смутился. – Почему меня никто не познакомил с новым сотрудником? Я, по-вашему, сам должен бегать по кабинетам и знакомиться с новыми работниками? – вроде выкрутился альфа перед сотрудниками. – Ко мне в кабинет. Михаил нервничал перед встречей наедине с новеньким. Только непонятно почему? Да, запах схожий, да, глаза карие, но волосы не рыжие. Это не его омега… не его. Жаль. Альфе до боли в груди было жаль, что мечта, о своем омеге, взмахнув на прощание крылом, улетела, даже не попрощавшись. Постучавшись, новый сотрудник вошел, когда получил разрешение, в кабинет. Вид у него был растерянный и какой-то расстроенный. Потерянный. – Проходи, садись, – сказал ему альфа и сам растерялся. Запах омеги стал сильнее, отчетливей, понятней. Он забился в ноздри Миши, щекотал, дурманил, возбуждал. Какая-то до сих пор не изведанная сила притяжения толкала альфу подойти к нему, нежно обнять, зацеловать, не отпускать. Он почти поддался порыву, шагнул к омеге, но остановился, вспомнив, что находиться на работе в кабинете, да и сам является начальником Макса. Ошибки быть не могло – Он. Его омега. Но как? А тот юный парнишка на свадьбе? Снова запутался… – Вызывали? – спросил подчиненный. – Да. Нас с тобой не представили друг другу. Должен ведь начальник знать своих подчиненных хотя бы по имени и в лицо? – Меня зовут Максим Иванович Морозин. Меня из университета направили к вам на стажировку, – ответил омега тихо чуть слышно, смущаясь и почему-то краснея. Голос не разобрать, не сравнить с тем, что слышал альфа после свадебного вечера друга. – Приятно познакомиться. Да и с сыном твоим я уже познакомился в пятницу днем. Осталось с мужем познакомиться, и можно будет дружить семьями, – попытался разрядить напряженную обстановку шуткой в кабинете и заодно узнать замужем ли его омега. – Я не замужем… – Развелись? – спросил Миша, хотя понимал, что лезет не в свое дело. Личная жизнь сотрудников его не касалась. Но выяснить все и до конца необходимо. И про сына как-то, про между прочим, спросить. – Я никогда не был замужем. Папа-одиночка. А почему вы спрашиваете? – смутился и еще больше раскраснелся омега от волнения. – Хочу понять кое-что. – Что? Альфа открыл полку своего стола, что-то там поискал, нашел и протянул омеге фотографии себя в три годика. Омега чисто по интуиции взял то, что ему дали, заглянул и удивился: – Откуда? Откуда у вас фото моего Вадима? – Вот и мне бы хотелось это узнать. Не про фото, а про твоего сына. Почему он похож на меня как две капли воды в детстве? Почему? Как? – Вы?... Вы тот… Самый? – Яснее. Может отвечать яснее? – стал поторапливать с прямым ответом Миха. Неужели, правда? У него есть сын? Это никак не укладывалось в голове альфы, не верилось. Тот рыжеволосый омега, течка, незабываемый секс… И этот … – Ну… я… Свадьба одноклассника, секс с незнакомцем… Течка, выпил лишку… Так это были вы? Вы тот самый альфа? Мой альфа? Миха, услышав все это, понял, что все это время искал рыжика, а его омега вовсе не рыжик и вот ОН. Рядом, руку протяни, обними и никуда не отпускай. Встал из-за стола, быстро обошел его, поднял омегу со стула, притянул к себе и поцеловал. Нежно-нежно. Чтобы не напугать, опять не потерять, не спугнуть своими животными и похотливыми инстинктами. ОМЕГА. ЕГО ОМЕГА. – Мой! – сказал он, когда разорвал поцелуй. – Как же долго я искал тебя, малыш. Все эти годы ты снился мне по ночам, возбуждал, звал к себе. Я искал тебя всюду, но не находил. Сходил с ума от одиночества без тебя. Почему ты сбежал? Бросил меня тем утром? За что? Что я сделал в ту ночь не так? Обидел тебя? Напугал? Зачем ты прятался и прятал от меня нашего сына столько лет? – Я испугался… Тогда я еще школу не закончил… Был выпускником, а ты был таким пьяным в ту ночь… Боялся что на утро ты обзовешь меня «шлюхой», прогонишь, и я потеряю свою пару. Навсегда потеряю. Поэтому ушел. Хотел дать время и тебе и себе, все обдумать… Но вышло… Я потерял тебя. Сам искал, но не находил. Проклинал все эти годы свою трусость … Я так виноват перед тобой, сыном и всеми нами. Если бы я тогда дождался, пока ты проснешься. В тот момент не смог, не стал. Был зол на тебя. Ты всю ночь называл меня Жекой, любимым и просил бросить своего юнца. Я не хотел стать разлучником, разлучить тебя с тем самым Жекой, разрушить ваши чувства. – Дурачок. Жека это мой друг, мой одноклассник и жених-омега на свадьбе. А ты мой омега – единственный. Желанный. Сбежал от меня, заставил тосковать. Оставь мне свои контакты, адрес, чтобы опять не потеряться. Омега взял чистый листок со стола начальника и записал на него все свои контакты. Оставил на столе, вздохнул. – Сегодня же вечером вы с сыном переедете ко мне, – взял все в свои руки альфа, не откладывая в долгий ящик. Столько времени упущено, потеряно, а могли быть все эти годы вместе с парой. – Нет. – Почему? – удивился Миша такому ответу Максима. – Нельзя. Мои родители злы на тебя. Они думают, что ты меня бросил… Беременного. Мы вместе с ними искали тебя. Они затем чтоб заставить тебя жениться на мне, а я для того чтобы рассказать о ребенке. Не нашли. На свадьбе моего классного и после нее никто тебя не помнил, не знал. А у Алекса я как-то постеснялся спросить, мы с ним даже друзьями не были в школьные годы. Да и к классному руководителю не стал подходить и спрашивать о тебе. Что бы он подумал обо мне? Теперь понимаю, что именно у них я должен был спрашивать про тебя, прости. – Понимаю, сам был в похожей ситуации. Долго не мог заставить себя позвонить Евгению и спросить про тебя. А с родителями твоими нужно что-то решать. Рассказать им как все было на самом деле. Они поймут и простят и тебя и меня, на то они и родители. – Может быть, но не так вот сразу. Сначала мне нужно их подготовить, выждать подходящий момент, а уж потом вываливать на них всю правду. Мой отец-альфа довольно вспыльчив, но отходит быстро. – Уговорил, – согласился Михаил с доводами омеги. – Только не затягивай с разговором, пожалуйста. И с сыном познакомь. Пусть хоть мальчик знает, что у него есть я – отец. Давай в выходные все вместе погуляем, пообщаемся и познакомимся. – Можно. Встретимся в центральном парке. Вадик любит там гулять. – Так и сделаем. А до выходных все-таки постарайся поговорить с родителями, подготовить их к нашей встрече. Так и сделали. Рабочая неделя для обоих тянулось медленно – не торопясь. Миша весь испереживался, изнервничался. Ему во всем мерещился облом. Да и чувства к омеге стали проявляться. Все эти годы пока искал Макса, эротические сны с ним, заставили влюбиться в незнакомца с расплывчатым лицом, а теперь крепли день ото дня в редкие часы общения по телефону или тайным разговорам в офисе. Альфа сам не заметил, как влип в них как муха в сладкую медовую массу. Неделя всего неделя и он понял, что любит омегу по-настоящему сильно. Может так у всех бывает после встречи с истинной парой? Хотелось быть с ней, видеть постоянно, засыпать, вдыхая запах мятной карамели и просыпаться вместе каждое утро. Чувствовать рядом, обнимать, целовать защищать от всего мира, стать опорой во всем и всегда. Миха не понимал, как он мог жить без Макса раньше. Это словно к нему вернулся смысл в жизни, и мир вокруг обрел яркие краски. Хотелось летать, порхать вокруг своего омеги и во всем ему угождать. Альфа чуть дождался субботы и запланированной встречи с омегой и сыном в парке. Купил огромный букет из красных роз для Макса и радиоуправляемую дорогую машинку для сына. А на встречу буквально летел, сначала на машине превышая установленную скорость, а потом и по парку. Боясь опоздать, упустить и снова потерять обретенное двойное счастье. Пришел почти на целый час раньше. Нервничал, чтобы успокоиться, зашел в кафе недалеко от места встречи и выпил кофе. Время тянулось медленно, альфа ходил взад-вперед по парковой дорожке и посматривал по сторонам. – Папа, – внезапно услышал голосок своего альфочки. Малыш бежал к нему на встречу, широко расставив ручки. За ним шел Макс и улыбался, глядя как сын радуется встрече с отцом. Омега не удержался и рассказал сыну про Михаила, подготовил, так сказать, к встрече. – Сын, – обнял малыша альфа, прижал к себе, взял на руки и от счастья подкинул мелкого вверх, поймал, чмокнул в нежную щечку и слушал, как сын радостно и громко смеется. – Как же я по вас с папой соскучился. – Привет, – поздоровался с Михаилом Макс. – Прости, я не удержался и рассказал про тебя сыну. – Правильно сделал. Смотри, как он радуется и улыбается мне. Вот оно, оказывается, какое счастье отцовства. Самому хочется улыбаться и гордиться своим альфочкой. Спасибо тебе за такое маленькое и родное чудо. Спасибо за то, что не сделал аборт и сохранил его для меня – нас. Спасибо тебе за то, что ты есть, – растаял альфа, от всего этого и сыпал благодарности своему омеге. – Это тебе, вам. Миша отдал пакет с подарком для сына и букет еще раньше Максу, когда ловил своего сына так доверчиво бежавшего ему на встречу. Чтоб освободить руки и поймать свое маленькое чудо. Прижать к себе такого родного и маленького человечка, которого он теперь никуда и ни за что не отпустит от себя, чего бы это ему не стоило. – Спасибо. Родителей я подготовил и даже осторожно рассказал, что нашел тебя. Они готовы встретиться с тобой и поговорить, – рассказал омега о том, что произошло на этой недели. – Это очень хорошая новость. Своим пока ничего не говорил, сначала хотел увидеть реакцию твоих на мое появление. – Могут возникнуть проблемы? – Не знаю, не уверен. Они давно нашли мне нужного, по их мнению, омегу, стараясь правдами и не правдами сосватать нас. Мне уже тридцатник стукнул, а им так хочется внуков понянчить. Теперь, когда внук у них есть, может, оставят пустую затею женить меня на том омеге. Давай не будем загадывать наперед – все будет хорошо. Я уверен в этом. Мы пришли гулять по парку куда пойдем? – перевел разговор в другое русло альфа, чтоб заранее не расстраивать омегу предположениями, которые могут и не сбыться. – Там впереди есть детская площадка, Вадик любит там играть. И не смотря на то, что мал совсем, даже завел себе друзей. Двойняшек омегу и альфу. Они всего на год старше, а приняли его и играют с ним как ровесники по выходным, когда мы сюда приходим. – Пойдем. Я тоже хочу познакомиться с друзьями моего сына. Столько всего пропустил. Его рождение, первые шаги, первое слово. Нужно наверстывать, – сказал альфа, и они всей семьей не спеша пошли к детской площадке. А там альфа встретил того кого меньше все ожидал встретить – Жеку. И его двойняшек. Именно они и были первыми друзьями сына. Теперь после стольких лет на бывшего любимого одноклассника смотрелось легко и непринужденно. Словно и не было тех лет безответной любви и страданий. Стерлось, забылось, оставив лишь горький осадок не больше. Но дружба не ушла, осталась, въелась в душу, спряталась под кожу и жила все эти годы разлуки. – Привет, – обрадовался и удивился встрече с Михаилом Женя, когда они пришли на детскую площадку. – Как дела? Почему пропал на столько лет, друг называется? – Дела, работа, поиски пары… Кстати познакомься, это он и есть мой истинный – Максим. А это мой сынуля Вадик. – Так мы знакомы. Макс мой бывший ученик. Никогда бы не мог подумать, что он и есть твоя пара. Особенно тогда когда ты спрашивал у меня про него после встречи с ним на моей свадьбе. Этот хитрец перекрасился в рыжий цвет, поэтому никто его не запомнил рыжим в тот вечер. Привыкли что он светло-русый в жизни. – Хотелось быть красивым на свадьбе классного руководителя и одноклассника. Как чувствовал что там встречу свою пару – прихорошился, – вступил в разговор двух друзей Максим, поясняя события того вечера. – И нас всех запутал. – Простите, сам не ожидал, что так получится и новая встреча с Мишей отложится на столько лет. – И когда свадьба? – спросил у них Евгений, не заметив на руках обручальных колец. – Когда все уладим и разберемся с прошлыми ошибками и недомолвками. С родителями и сами с собой, – твердо ответил Миша, ведь решил, что больше никогда и никуда не отпустит омегу и сына от себя надолго. – Рад за вас. Будьте счастливы как я со своим мужем, нет, пусть у вас будет еще больше счастья, – порадовался за них Жека. – Спасибо. Значит, ты счастлив с Алексом? – спросил альфа друга. – Очень-очень счастлив. И муж у меня замечательный и дети. Никогда бы себе не простил, если б не стал дожидаться свою пару и выскочил бы замуж за любого альфу, как мне советовали в мои двадцать пять лет все вокруг. Так бы не попробовал, не испытал что значит любовь истинного. И пусть на нас все осуждающе смотрят из-за разницы в возрасте, мне плевать. Главное нам с Алексом хорошо, остальное и остальные пусть говорят и думают что хотят. – Правильно, Жека. Это ваша жизнь, ваша любовь и ваше счастье, – согласился с бывшим одноклассником Михаил. – Живите, так как хотите и будьте счастливы. Потом они еще долго болтали обо всем на свете. Им всем было о чем поговорить и вспомнить, и школьные годы, и прошлое. Время пролетело незаметно за разговорами. Дети проголодались и устали, пришлось прощаться и расходиться по домам. Но они не расстраивались, решив каждые выходные встречаться тут на детской площадке в парке, писать и звонить друг другу. Макс с сыном тоже пошли домой. Договорившись, прощаясь, что Миша завтра придет к ним на обед и познакомиться с родителями омеги. Встреча прошла можно сказать легко и непринужденно. Родители Макса радовались за сына и его пару и искренне желали им счастья. После стольких лет поисков и расставания считали чудом, то, что они встретились в таком большом мире вновь и обрели друг друга. Но жить Макса с сыном к альфе не отпустили. – Сначала свадьба, потом переезд и новые дети, – твердо сказал отец-альфа. – Хватит незаконнорожденных детей плодить. Все в жизни необходимо делать правильно. Михаил был с ним согласен в принципе, но хотелось сделать все быстрее. Чтобы с парой не расставаться ни на секунду. Пришлось смириться и ждать. У него впереди был еще трудный разговор со своими родителями. Миша пока им ничего не рассказывал. Те тоже были приверженцами старых правил и традиций. Сначала брак потом дети. Тем более у них на сына были совсем другие планы. Неизвестно как они отреагируют на Макса и сына. Откладывать и тянуть с разговором Миша не стал. В эти же выходные напросился к родителям на ужин, пока один. Сначала нужно прощупать почву, подготовить, а уж потом вести к ним свою пару. Родители были рады видеть сына. И почти сразу еще в коридоре стали уговаривать жениться, наконец. – Я как раз к вам по поводу женитьбы и пришел поговорить, – обрадовал родственников Михаил. – Вот, давно бы так, – похвалил отец-альфа сына. – Пока папа готовит нам ужин, пойдем-ка сын в мой кабинет поговорим. Пошли. Михе трудно было начать разговор, ведь точно знал, что женитьба на Максе им не понравиться. Старался в уме подобрать правильные и убедительные слова. Проблема была в том, что они не верили в истинные пары и считали их пережитком прошлого. И для семейного бизнеса недопустимые. Жениться нужно на полезных для него омегах, а не на первобытных инстинктах. Семейный бизнес, в котором сейчас работал Михаил, был в полном смысле слова семейным. Он был разделен еще дедом Миши на троих братьев. То есть не было единственного старшего сына-наследника. Наследниками в нем были все трое сыновей деда. Ну и перейти он должен был по завещанию деда всем-всем внукам. А Миха был одним из них. Именно поэтому не мог жениться на ком-то по любви или истинности. Ему родственные связи и бизнес не оставляли право выбора. – Так я звоню Скворцовым и назначаю дату свадьбы? – прервал размышления альфы отец. – Подожди. У меня к тебе разговор личный, но важный. – Что может быть важнее твоей свадьбы со Скворцовым-младшим? – Мой сын и твой внук, отец, – решился сказать правду Миша. Пока за него все опять не решили и не сделали. – Сын? Когда вы с Лешкой успели его сделать? Ты ведь не особо рвался с ним встречаться даже на совместных встречах с нашими инвесторами нос воротил от омеги. – Все не так. Сын у меня не от Алексея, а от совсем другого омеги. Подожди не перебивай, выслушай. Я встретил своего истинного почти четыре года назад… – Вот только не надо мне сказки про пары рассказывать. Нет их, и не было никогда. Это придумали для того чтоб оправдать свою похоть и страсть, низменные животные инстинкты наши предки. Ты, сын, выбрось эти бредни из головы и думай о бизнесе. Он важнее всего для семьи. Твой долг продолжить дело, начатое еще твоим дедом. А любовь и все остальное в браке с нужным омегой приложиться в процессе семейной жизни. Вон я женился на твоем папе без всякой там истинности, и живем душа в душу столько лет. – Я так не могу, отец. Мой сын не будет расти сиротой при живом отце. – Если дело только в ребенке, то ноу проблем. Отсудим его у омеги и все дела. Кстати малыш хоть альфа? – Альфа. Вадимом зовут. И что значит отсудим? Я не собираюсь забирать ребенка у Макса. Ты о нем подумал? Он его вынашивал, рожал, растил три года и потеряет? Ты в своем уме или совсем помешался на цифрах, прибыли, доходах и капитале? – не выдержал давление отца Миша и вспылил. – Щенок, что ты себе позволяешь? Как со мной разговариваешь? Я твой отец! И только мне решать на ком тебе жениться и когда. Иначе… – Что иначе? Лишишь меня наследства? Лишай. – Ты всегда был странным ребенком. Деньги тебя не интересовали. Поэтому лишением наследства тебя не остановить, не отвлечь от глупых поступков. А вот признать тебя недееспособным и запереть в психушке пока не поумнеешь, могу. – Не посмеешь, – испугался Миша. – Имя свое порочить не дашь. А если меня признают сумасшедшим – это ляжет клеймом на нем. – Еще как посмею. А имя и сплетни? Поговорят, поговорят и забудут. Зато ты станешь шелковым и послушным. Я найду, что сказать прессе и знакомым. Мол, переволновался, депресснулся, сорвался и все дела. Депрессия – это не смертный приговор. Отдохнет, подлечиться, и станет как новенький. Михаилу стало страшно. Неужели отец пойдет на это? Запихнет в психушку, чтобы заставить жениться на нелюбимой омеге? А вид у отца был сейчас такой грозный и решительный, что альфа поверил – сделает. Испугался не только за себя, но и за Макса. – Я подумаю над твоим предложением, отец. – Ты мне уже четыре года это говоришь. Не подумаешь, а сделаешь. Точка – я сказал. Даю тебе месяц. Разорви все отношения со своим омегой. Если переживаешь за сына, то один звонок нашему юристу и малыш будет жить с тобой. Решать тебе. Помни через месяц твоя свадьба, никаких больше отговорок, – сказал отец Мише как отрезал. – Это жестоко, отец. Разве ты не хочешь мне счастья? – Стерпится слюбится. Положение в обществе, престиж, деньги, власть – смысл в жизни. Не чувства, не счастье, а все выше сказанное. Когда ты уже это поймешь? Будут деньги, за них можно купить все что пожелаешь. – И любовь? Не секс со шлюшками, а истинную и единственную любовь? – спросил Михаил отца, заранее зная, что тот ответит. – И ее тоже. Глупый, кто тебе мешает любиться со своим омегой уже после свадьбы со Скворцовым? Сделай его любовником и люби на здоровье, да так чтоб это было тайно и не выплыло наружу. – Я так не могу отец. Не смогу изменять мужу и Максу. Это подло по отношению к обоим. А если я откажусь от своей доли в семейной компании, к примеру, в твою пользу? Ты – вы оставите меня в покое? Дадите жить собственной жизнью? – пришлось уточнить Мише, но он и тут не надеялся на положительный ответ отца. – Нет. Ты этого не сделаешь. Не бросишь дело всей жизни твоего деда из-за какого-то нищего омеги. – Откуда ты знаешь, что семья Макса не нашего круга? – Сам посуди, если делал выбор ты, то и к гадалке ходить не надо, выкопал его из бедного района, небось. Ты всю жизнь не умел делать правильный выбор. Папа твой тебя разбаловал и воспитал слабаком. Не альфой, который ценит то, что имеет и стремится к большему, а безэмоциональной бетой, которому все равно как есть, главное чтоб уж не совсем плохо. Кроме того, ты, наверное, забыл про охрану, что тебя сопровождает и днем и ночью, везде и всегда? Миша совсем забыл о псах-охранниках отца. Эти амбалы были теми еще стукачами. Теперь у семьи есть точный адрес Максима и сына. Это плохо, очень плохо. – Так что подумай хорошенько за этот месяц, все взвесь, если тебе и, правда, дорог тот омега. – Я подумаю, отец, – согласился Михаил с отцом только для того что бы выиграть время и решить что делать дальше.

***

За неделю до свадьбы отец-альфа снова позвал Мишу в свой кабинет. – Смотри, на ком ты хотел жениться, – сказал он и протянул Мише планшет с порно видео. Ну, так альфе показалось сначала, пока лиц не видно было. Двое здоровенных накаченных альф в масках трахали во все дыры щуплого светловолосого омегу. – Видишь? Он шлюшка и ему это нравится. – Ты это о ком? Лиц ведь не видно. И причем тут Макс? Ты ведь на него намекаешь? – Ты дальше смотри. Прозрей, наконец. Смотри, как он увлеченно сосет одному член, пока второй натягивает его на себя, – сказал отец сыну, а камера снимавшее это видео сместилась и приблизилась к лицу омеги так близко, что его можно было хорошо рассмотреть. Ошибки быть не могло – Макс. Это был его Макс. – Признайся, что он течная шлюха готовая лечь под любого и женись на Скворцове с чистой совестью. Спасибо мне скажи, что я уберег тебя от такого распутного супруга. Небось, и тебя он подловил в течку и в постель затащил лишь потому, что у тебя денег много, а не, потому, что он там истинный какой-то тебе. Женить тебя на себе хотел, планы вынашивал, ловушку поставил, а ты в нее попал по молодости и глупости. Мише стало так погано на душе. Неужели правда все то, что говорит отец? Стоны и пошлое хлюпанье с планшета подтверждали, что омеге все это нравилось. Макс сам без какого-либо принуждения сосал член и подмахивал двум альфам. И так стонал, выгибался, подстраивался, чтобы как можно больше получить ласки и комфорта от секса втроем. Михаил было ломанулся к двери, но отец его удержал, остановил, развернул к себе и спросил: – Куда ты? Если к этой шлюшке, то его нет в городе. Он уехал вместе со всей семьей. – Не правда. Он сам бы никогда не уехал, не поговорив со мной. Это ты? Ты на него надавил и заставил уехать? Зачем? Я ведь согласился… – Я ему денег предлагал, по-хорошему просил отказаться от тебя и сына, но он уперся и не в какую. Пришлось поговорить по-плохому, он сдался. Собрал свои вещички и сбежал. – Ты хотел отобрать у него сына? Как? Неужели ты так очерствел со своим бизнесом, что смог потребовать у омеги добровольно отдать или продать своего сына? – разозлился и расстроился Миша за поступки отца. – Мог и сделал. Он мой внук и должен расти и воспитываться в правильной обстановке. Спасибо скажи, теперь сын будет расти с тобой и Алексеем после вашей свадьбы. – Ты чудовище! Не мой отец, не мой. Мой так бы не поступил со своим внуком… – Ничего-ничего, это ты от счастья сходишь с ума. Остынешь, успокоишься и примешь все как есть. – Никогда! Слышишь меня? Никогда я не приму того, что ты наворотил. А знаешь что? – разошелся Миша, ему все равно терять больше нечего. Омега ему никогда не простит поступки отца. – Сам женись на Леше или еще ком, я умываю руки. Ты разрушил мое счастье, выгнал любимого с города, опоил чем-то, подложил сразу под двух альф, угрожал ему, отобрал сына… – Ни куда ты не пойдешь! Твой Вадик у меня, если ты забыл. Хочешь потерять еще и сына? Иди, но тогда ты никогда его не увидишь больше! – Ты не убьешь собственного внука. – И не собирался. А вот отдать его куда-нибудь в детский приют за границей – легко. Ты не увидишь его, не найдешь. А когда его отдадут на усыновление, вообще потеряешь на ребенка всякие права. – Ты мне больше не отец! – отрекся Михаил от своего отца-альфы. – Знать тебя больше не знаю. Делай что хочешь, но помни, я остановлю тебя, пусть даже это будет стоить мне жизни, но остановлю. Миха вылетел из кабинета отца, громко хлопнув дверью. Дорогу ему преградил папа. – Сын, послушай, не делай глупостей, пожалуйста. Одумайся. – Папа и ты туда же. Как вы не понимаете? Макс мой истинный, мне никто другой не нужен. Раньше я тоже думал, что все это сказки, но сначала увидел яркий пример пары: Жени и Алекса. Потом когда встретил своего омегу, сам не заметил, как влюбился. Меня к нему тянет и только его запах привлекает. А от остальных запахов омег тошнит, выворачивает. Как я буду жить со Скворцовым? Если меня от него тошнит? А если меня стошнит на него, прямо на свадьбе. Папочка, пойми, мне никто кроме Макса не нужен. – Фильтры носовые могут помочь, но отца нужно слушать. Он плохого не посоветует. Ты у нас единственный сын. Отец для тебя старается. Омегу богатого подобрал, судьбу твою хочет устроить, акции компании тебе после женитьбы передать, а ты психуешь. Все для тебя, малыш, все для тебя. – А если я этого всего не хочу? Вы у меня спросили? – Ты устал, тебе отдохнуть нужно, поспать, – перевел разговор в другую сторону папа Миши, – утром поговорим обо всем. Как в детстве помнишь? Перед сном ты мне все-все свои секреты рассказывал, а я тебе свои. Пойдем, я тебя в твоей комнате спать уложу, рядышком посижу. Давай, давай, малыш, не капризничай. Альфа как не упирался, все равно папа сделал все по-своему. В комнату отвел, на постель уложил и сам рядом прилег. – Потерпи, немного, пожалуйста, сыночек. Я все понимаю, – стал нашептывать папа-омега, сыну гладя его как в детстве по голове, – как не понять, не зверь же. Ты влюбился, сына нашел после стольких лет поисков, а тут свадьба с другим. Но и отца пойми. Он болен. Сильно болен. Врачи ему меньше года дают… Вот он и старается тебя пристроить во всем. И в семью хорошую и в семейном бизнесе повыше поднять. К твоим десяти процентам акций свои двадцать добавить. В совет директоров вместо себя ввести. Торопится времени у него мало и тебя со свадьбой торопит. Согласен даже эти двадцать процентов акций на твоего сына описать. Видишь, и о внуке своем помнит. Вадик такой хороший мальчик. Хоть маленький, а такой умненький и любознательный. А на тебя похож ого как. Сразу видно, что твой сынок. – Па, ты его видел? Познакомился? Где? Когда? – Так он тут у нас в доме живет уже неделю, – ответил правду папа Михаилу. – Сейчас он спит. Завтра его увидишь. Чудо, а не ребенок. А ты убегать хотел. Здесь твой дом и сын, а скоро и мужа Лешеньку сюда приведешь. Сделай отца счастливым в последние его дни, пожалуйста. – Не хочу жениться на Скворцове, папа. – Сынок, ну что тебе стоит? Женись, через год-два разведешься. Найдешь своего Макса и будешь жить, как хочешь. Но сейчас отца уважь, сделай, так как он хочет, уступи. Пожалуйста. Не делай отцу еще больнее! – Макс меня не простит. Я у него получается, сына отобрал, с города выгнал. Если бы не нашел, жил бы он сейчас с родителями в нашем городе и горя не знал… – Простит, он же истинный. – Так ты тоже в истинность веришь? – Верю. Я даже в молодости встретил своего… Любили мы друг друга сильно-сильно… – Это ведь не отец? – заинтересовался откровениями папы Миша. – И что было потом? – Меня родители заставили выйти замуж за твоего отца. Так что я тебя очень понимаю, но таковы традиции в нашей семье… – Почему ты не развелся через несколько лет, как мне советуешь? Они его убили, чтобы вас разлучить? Или тоже с города выгнали? – Я омега, а ты альфа. Тебе проще. Я забеременел тобой… Куда я потом пойду с ребенком крошечным на руках? Без денег и поддержки семьи? Да и мой альфа через год женился, плюнув на нашу истинность. Денег тогда ему мои родители хорошо заплатили. Живет теперь богато, наверное, обо мне и не вспоминает. Дети у него есть, двое. Омега и бета. – Но как, же так, папа? Ведь вы оба несчастны. Всю жизнь жить с нелюбимым, зная, что где-то там живет твоя пара тяжело, – посочувствовал омеге сын. – Сначала было сложно, потом я привык и даже полюбил твоего отца. И у тебя все получиться сын. Верь… – Все так сложно, папа. Но я обязательно его найду. Буду на коленях стоять сутками, умолять, если потребуется, но вымолю у него прощения, верну ему сына. И заживем мы вместе счастливо. – Все будет хорошо. – Хочется в это верить. – Верь. Все будет хорошо. Ты будешь счастлив… – Я буду счастлив, – повторил за папой Михаил и, смирившись с неизбежным заснул. *** Свадьба. Вот ее как раз Миша и не заметил. Вроде был на ней главным действующим лицом, а видел ее словно со стороны, как в тумане. Жених раздражал страшно, нервировал. Альфа чуть вытерпел праздничный вечер и поздравления родственников и знакомых. А гостей было много, половины из них Михаил не знал. Всех гостей приглашали естественно родители обоих женихов. Сжимал кулаки и терпел… Да и совместная жизнь с мужем с самого начала не заладилась. Характер у омеги был скверным. А может альфе все это только казалось из-за предвзятого отношения к мужу. Как не старался Миша не получалось смириться и терпеть как предлагал ему папа. С первых дней ссоры, крики скандалы. Омега требовал к себе внимания двадцать четыре часа в сутки. Вздорный, высокомерный привык, что все вокруг плясали около него, выполняя любые требования и желания. Альфе хотелось послать этого мужа так сказать и броситься искать Макса, не мог, продолжал терпеть и мечтать о своей паре. Что бы ни сделать ему еще хуже. Боялся за него больше чем за себя. Ведь с отцом как оказалось шутки плохи. Лишь по ночам отрывался во сне с Максимом. Вдыхал его запах, ласкал, занимался любовью. Отдыхая с парой от той ужасной жизни в реале. Утром не хотел просыпаться, никогда. Хотел остаться там во сне и быть счастливым. Год, целый год терпел, ждал не понятно чего или кого. Он и согласился на эту женитьбу только ради Макса, его благополучия. Не последнюю роль в принятом решении была и болезнь отца. Папа не обманул. Отец-альфа и, правда, был болен. И в конце этого года сдал совсем. Побледнел, осунулся, выглядел болезненным и слабым. За сутки до своей смерти позвал Мишу к себе для последнего разговора. Как бы ненавидел альфа своего отца, не пойти к постели умирающего не смог. – Прости меня сын, – сказал отец сыну слабым чуть слышным голосом. – Я сломал тебе жизнь, разрушил твое счастье… Прости. Я хотел как лучше. Но видя, как вы с мужем ругаетесь, день за днем все это время, понял, что совершил ошибку. Сделал своим выбором несчастными вас обоих. – Все родители хотят счастья и благополучия для своих детей. Жаль, что их выбор не всегда совпадает с выбором самих детей, – ответил отцу Миша. – Сделанного не воротишь, мой омега меня никогда не простит… – Простит, уже простил… Я нашел его… Рассказал ему правду. Правду о том, что все это моя вина, не твоя. Просил прощения у него, у его родителей, у своего внука. Я так виноват перед всеми вами, – слабый голос отца дрогнул, и на его глазах навернулись слезы. Михаил видел, чувствовал, что эти слова сожаления были искренними. – Они вернулись в наш город. Вот адрес… – Спасибо, отец. Мне стало легче от твоих слов… – Прости меня. Там на столе в моем кабинете лежат бумаги на развод подписанные Лешей. Оказывается, я сломал жизнь не только тебе, но и ему… Я ведь не знал, что у него уже есть любимый, настаивая на вашей с ним свадьбе. Не хотел знать. Думал только о семейном бизнесе, деньгах и связях, которые откроются через ваш брак… Теперь на пороге смерти я понял, что натворил своим эгоизмом. Подпиши и отдай бумаги нашему юристу… развод…, вы оба будете свободны, – быстро-быстро заговорил отец, словно боясь не успеть их сказать эти последние слова. – Теперь иди. Устал я. Мне надо отдохнуть… Михаил не верил собственным ушам. Неужели он теперь свободен? От всех обязательств перед отцом и может строить свою жизнь, так считает нужным сам. Не было уверенности, что Макс его простит… Но попытаться стоит. Нельзя вот так просто взять и отказаться от пары он это понимал и Макс должен понимать… В ту ночь ему спалось так спокойно, словно с плеч свалился огромный груз перед семьей, родителями и самим собой. Альфа сделал все как хотел папа, пожертвовал частью своей жизни, что бы увидеть счастливые последние месяцы своего умирающего отца. Выполнил сыновний долг. Потом были похороны. Снова множество незнакомых людей пришедших попрощаться с отцом и провести его в последний путь. Плачущий и почти теряющий сознания папа. Его приходилось все время поддерживать во время похорон, не давать упасть, дать опору в своей руке и сильном плече. Он смог прожить всю свою жизнь без пары, а Миша не смог бы. Смириться и плыть по течению. Бедный-бедный папа. Но теперь у него есть шанс тоже найти свою пару и попробовать начать все сначала… Миша чуть дождался утра. Крутился всю ночь, никак не мог заснуть, теряя терпение. Так хотелось вскочить с постели и помчаться к Максу посреди ночи. Вдохнуть такой родной запах, прижать омегу к себе, обнять и больше никогда никуда не отпускать. Нельзя, неприлично врываться ночью в чужой дом и личную жизнь. Впереди очень трудный разговор с истинным. Оставалось ждать утра и верить, что омега простит… Утром Миха был не выспавшимся и потерянным. Мчался по указанному отцом адресу к своему омеге. Быстро доехал, но выйти из машины вот так просто не мог. Растерялся, старался собраться с мыслями, подобрать правильные и нужные слова. Не получалось. Какими словами можно оправдать поступки отца? Его жестокость по отношению к омеге и их сыну. Он долго-долго сидел в машине, может целую вечность перед домом истинного, все, не решаясь выйти и начать неприятный разговор. Оттягивал, старался собраться духом и силами, не заметил, как вечер наступил. – Миша? – отвлек его от роящихся мыслей в голове знакомый голос. – Макс…Прости… Прости меня за все, – ответил любимому Михаил когда вышел из машины. – Я так виноват перед тобой, так виноват. – Миш, это не ты… Твой отец был у меня. Все рассказал, просил прощения и у меня и у моих родителей. Помог с переездом в родной город. – Ты его простил? За все, что он сделал с тобой? С нами? – Такое не прощается, Миш. Но извинения его принял. Альфа шагнул ближе к своему омеге, заглянул в глаза, обнял и прошептал: – Я так перед тобой виноват, Макс. Я боялся за тебя, твою семью, сына, поэтому поддался на его угрозы и шантаж. Согласился на свадьбу со Скворцовым, лишь бы он тебя оставил в покое. А когда увидел, то видео сразу понял, как он заставил вас уехать из города… Шантажом и угрозами, как и меня. Даже не подозревал до этого, что мой отец способен на такое. – Значит, он тебе показал, то видео. Прости. Меня поймали в переулке города, затолкали в машину и отвезли в какой-то подвал. Все произошло так быстро, что вначале я даже испугаться не успел. Потом чем-то опоили… Я не соображал в тот момент что делаю. И течка почему-то началась внезапно незапланированная. Прости… у меня есть ребенок… от тех альф. Двое. Двойняшки. Не смог сделать аборт, да и врачи не советовали… – Прости - это моя вина. Вместе мы справимся, – расстроился от услышанного альфа и попытался успокоить Максима. – Вырастим. Если позволишь быть рядом, заботиться о тебе и детях. Отец и моя семья больше не смогут помешать, нам быть вместе. Дай мне еще один шанс, пожалуйста. Вадик очень по тебе скучает… – И я по нему соскучился. Не знаю, Миш, не знаю. Я очень хочу попробовать начать все сначала, но каждый раз глядя на тебя и сына, буду вспоминать все, то, что так хочу забыть как страшный сон. – Пожалуйста, дай мне шанс все исправить. Хочешь, мы уедем отсюда, куда скажешь? Или будем путешествовать всю оставшуюся жизнь. – Миш, у меня грудные дети, куда мне уезжать или путешествовать с такими крохами? Но попробовать можно… Только не торопи меня, не дави напором и страстью, дай сначала поверить, что все плохое закончилось, осталось в прошлом… – Как скажешь, любимый, так и будет, – согласился на все условия пары Михаил. – Только не бросай меня, не отворачивайся, позволь быть рядом и помогать тебе во всем. Даже если на это потребуются годы, я буду ждать столько, сколько понадобиться. Пять лет спустя По офису уверенно шагал маленький светловолосый омега и заглядывал во все кабинеты. Все сотрудники улыбались этому маленькому чуду и спрашивали: – Ты потерялся малыш? Где твой папа? – Нет, я играю в прятки со своим отцом. Убегаю от него, а он ищет… – Кто-нибудь знает, чей это ребенок? – спрашивали они друг друга. – Вы на него внимательно посмотрите. Он вам никого не напоминает? – спросил у всех темноволосый бета. – Напоминает. Он очень похож на нашего фин. директора, – удивились все присутствующие такому сходству малыша с начальником. К ним подлетел запыхавшись секретарь того самого директора. Увидев малыша целым и невредимым, облегченно вздохнул. – Эта точная маленькая копия своего отца еще шустрее, чем предыдущая, – сказал им секретарь. – Еле его нашел. – Точно-точно, – вспомнили некоторые сотрудники предыдущего отпрыска своего начальника. – Несколько лет назад бегал по офису маленький альфочка, а теперь важно омега вышагивает. – А дети, дети так похожи на отца, словно он конвейер открыл и выпускает точные копии самого себя, – пошутил кто-то из сотрудников. – Только разного пола и возраста, – засмеялись все. – Молодец, правильно делает. Дети ведь наши цветы и счастье. Они связывают наше прошлое и будущее. Делают нас живыми и счастливыми. Мы учим их, они учат нас, – похвалил начальника и его детей секретарь. А тем временем Миха и Макс, запершись в кабинете, целовались. Им было так хорошо вместе, что на все остальное они мало обращали внимание. Они ведь заслужили это счастье, вместе через столько прошли, поэтому наслаждались каждой минутой счастья, любви и совместной жизни. В этот момент каждый из них верил - все будет хорошо!