Всего лишь фотографии

      Сидя на солнышке и глядя в блаженное никуда, Дазай думал.       То, что Йосано перекинула фотографии на ноутбук было фактом, в котором можно не сомневаться. Подозрений с ее стороны замечено не было, что весьма облегчало задачу. Опять появлялось несколько вариантов развития событий.       Нападать прямо и пытаться удалить фотографии — плохая идея. Во-первых, Акико не так слаба, как это может показаться.       Шатен надевает наушники и начинает напевать мотивчик, помогающий сосредоточиться на этой игре.       Во-вторых, в десяти шагах от Йосано пишет отчет Куникида, в пятнадцати Наоми, хитро улыбаясь, разговаривает с Танидзаки, а на другом конце офиса — Ацуши, его козырь, если правильно все разыграть.       Объяснять всем причину неадекватного поведения не хотелось. Впрочем, как и встречаться с последствиями, которые могла устроить ему Акико. Все должно пройти тайно.       Ухмылка появляется на губах шатена.       Еще один вариант, попытаться пробраться в дом Йосано и подчистить файлы, был совсем уж неприемлемым. Не хотелось быть пойманным, чтобы вернуться к все тем же последствиям от медика.       И последнее. Взгляд проходится по комнате и упирается в Ацуши. Тихий смешок, и мужчина отворачивается.

***

Акико крадется, подавая знак Ранпо. — Ничего не говори, я уже вижу, — шепчет парень, двигаясь за медиком все дальше в переулок. Машины и тьма скрывали их присутствие. Впереди же выделялся светлый участок прямо под фонарем. — Эдогава, я тебя расцелую, если они будут на месте! — шепотом восклицает Йосано, а затем, понимая, что сказала, довольно резко отворачивается. — Так прямо поцелуешь? — широко улыбаясь, спрашивает Ранпо. — Жду не дождусь, ведь я всегда прав!

***

      Почему Осаму довольно часто начал насмешливо поглядывать на Накаджиму, парень понять не мог. Он вообще случайно это заметил, стараясь игнорировать головную боль и странное ощущение во всем теле. Знал ведь, что не стоило начинать пить. Жил же как-то без алкоголя и вполне себе хорошо. Ровно до тех пор, как не захотелось попробовать, а затем три дня бесследно не стерлись из памяти подростка.       Больше всего Ацуши напрягала боль. Она была везде. На плече нашлись странные синяки, больше похожие на один большой укус, рождающий много вопросов, которые не хватало духу озвучить.       Сегодня на работе никто даже словом не обмолвился о том, что было на их нескончаемом празднике. Из-за этого парень на всех подозрительно косился. И в один из таких разов наткнулся на насмешливый взгляд Дазая.       Этот взгляд заставил похолодеть. Ацуши начал думать, что такого мог натворить, но раз за разом натыкался лишь на жалкие обрывки воспоминаний, не желающие складываться в картину. В основном он помнил, как пил. Потом пил еще. И вкус какой-то красной штуки, которую он легко принял из чьих-то рук.       Накаджима уронил голову на стол, чувствуя себя отбросом общества. Вот за что ему это?       Когда Осаму вернулся за свой стол, продолжая временами поглядывать на подростка, Ацуши все-таки не выдержал.       — Что? — воскликнул, поднимая голову, и чуть сжался, сам не ожидая такого от себя.       Дазай незаметно качает головой и кивает в сторону Акико. Парень смотрит на стол медика, не понимая, почему стоит опасаться члена агентства. Вернув Осаму взгляд, полный немого вопроса, Накаджима начинает волноваться. Что такого ужасного он успел натворить?       Шатен поднимается с места и идет в сторону выхода.       — Я проголода-ался! — беззаботно тянет мужчина. — Ацуши, пойдешь со мной пообедать?       Светловолосый парень смотрит на Осаму немного недоуменно. Это он так его зовет? Зачем он проговорил это вслух? Накаджима и так бы понял, что нужно следовать за шатеном! Не нужно же ему разжевывать все, точно идиоту.       — Так что, ты идешь? — начинает улыбаться Дазай. А Ацуши понимает, что пауза была слишком долгой, и он показался еще большим идиотом, чем его семпай считал. Парень подскакивает, роняя стул с оглушительным грохотом, от которого Акико морщится, проворчав себе под нос:       — И почему я не умею лечить похмелье?       — К-конечно, иду! — чувствуя ужасное смущение, выдавливает с запинкой и вылетает из офиса.       С Осаму они встречаются уже внизу. Ацуши было слишком неловко, чтобы дожидаться у офиса.       Дазай снова улыбается, вызывая тем самым нервный тик. Подросток хочет уже задать вопросы, но духу снова не хватает, а потому он просто плетется за семпаем, улавливая насмешливые взгляды.       В кафе терпению приходит конец.       — Почему вы продолжаете это делать? — восклицает парень, взмахивая руками и чуть не выбивая меню из рук официантки в нежно-розовом кимоно, расписанном золотистыми нитями. — Я что-то сделал не то? — шепотом озвучил страшную мысль, что засела в голове подростка, когда официантка ушла.       Дазай переплетает пальцы и серьезно смотрит на Ацуши.       — А ты не помнишь? — на отрицательный кивок, брюнет вздыхает. — Это к лучшему.       Такой ответ сломал что-то в той жалкой недоцепочке, которая строилась в голове у Ацуши.       — Как? — смотрит широко распахнутыми глазами, пытаясь представить масштабы трагедии.       — Ты танцевал.       — Я что? — в тон Осаму, совершенно впечатлено повторяет мальчишка, не видя в этом ничего такого. Но раз семпай об этом заговорил, должно же что-то быть.       — И еще ты очень много пил, — выражение лица Накаджимы не изменяется. Подросток подается вперед. — И приставал к Йосано, — как приговор бросает Дазай. Ацуши резко отклоняется назад и моргает, чтобы затем схватиться за голову и начать лихорадочно думать.       — Э-это объясняет укус, — смотрит на свою руку, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Неужели, после такого его выгонят из агентства? Акико никогда его не простит! Как он мог так себя вести? О чем он вообще думал? Никчемный! Вечно путается под ногами и делает что-то не то. Ацуши еще не успел полностью утонуть в самобичевании, когда Осаму продолжил.       — Все будет хорошо, если мы достанем фотографии.       Светловолосый поднимает испуганный взгляд на семпая.       — Фотографии? Есть еще и фотографии? — тихо.       — Боюсь, что так, — кивает Дазай.       — И-и что мне теперь делать? — полный надежды взгляд. Подросток даже не думал, почему бы Осаму захотелось ему помочь. Вера в людей была настоящей и непоколебимой.       Шатен тяжело вздыхает.       — Йосано на тебя не зла, — Ацуши становится легче дышать. — Но она обещала показать всем фотографии, которые сделала. Не думаю, что ты хотел бы, чтобы это увидели все.       Подросток бледнеет.       — Ф-фотографии?       — Всего лишь фотографии, — кивает семпай. — Но от них нужно избавиться. И я знаю, как, — уверенно заявляет шатен, вселяя надежду в Накаджиму.       — Спасибо, Дазай-сан! — восклицает парнишка.       На лице Осаму появляется немного кровожадная улыбка.       — А теперь слушай очень внимательно. Звук полученной смс.

«Буду ждать тебя в переулке рядом с агентством через полчаса. Не опаздывай, Д.»