Дороги фэйри (Перекресток - 1)

      Вот уже три дня все обитатели замка в Лабиринте ходили на цыпочках и разговаривали исключительно жестами. В крайнем случае — придушенным шепотом. Король изволил хандрить. На Перекресток он так и не собрался. На четвертый день Джарет всё-таки поднялся с постели и обнаружил на туалетном столике схему дорог и карту, про которые совсем забыл. Он разыскал в шкафу жилет, в кармашке которого лежал железный перстень. Возможно, осмотр неожиданного наследства его развлечет?       Джарет принялся собираться в дорогу. Дорожный плащ, надежные сапоги, кожаная куртка, перчатки, трость. По возвращении обязательно надо сделать новый стек, взамен потерянного в Запределье.       Джарет повертелся перед зеркалом и вызвал командора, чтобы отдать распоряжения на время своего отсутствия. Против обыкновения, Бор выслушал своего повелителя с мрачной миной, не поднимая глаз. От произошедших перемен командор не ждал ничего хорошего. Алиссу гоблины любили, с ней можно было не беспокоиться, что Лабиринт снова придет в упадок. А что будет теперь?        Джарет настроение командора предпочел не заметить. Выйдя из замка, он свернул на потайную тропу, ведущую к каменному гроту. Дверь в него запиралась заклинаниями повышенной надежности. Джарет вошел в прохладный полумрак. Посреди грота на невысоком постаменте стояло ложе со спящей женщиной. Над ее головой вращалась хрустальная сфера. Последний миг жизни можно растянуть на вечность. По крайней мере, пока стоит Лабиринт.        — Ты говорила, что вечность со мной — это слишком жестоко, Хельга? — Джарет улыбнулся. — Я могу быть жестоким, моя дорогая. И я никого не прощаю. Ты знала это, потому вела себя так осторожно в конце первой жизни. И все же я тебя заполучил. Но не тревожься, об этом никто не узнает.       Джарет послал Хельге воздушный поцелуй, покинул грот и через неприметную калитку вышел прямо на дороги. И сразу же услыхал резкую мелодию флейты, раздражающую до зубной боли. Джарет любил музыку, но композиции, которые порой наигрывал Ганконер, терзали идеальный слух короля гоблинов. Скорее всего, для этого они и предназначались.       Музыкант сидел прямо на дороге, преграждая путь.        — Тебя поздравить или посочувствовать, кузен? — он легко вскочил и спрятал флейту за пазуху.        — Исчезни, — попросил Джарет без особой, впрочем, надежды.        — Хотел бы я видеть лицо Мэб, когда ей придется подписывать договор с новой Хранительницей, — Ганконер пошел рядом с ним, не дожидаясь приглашения. — Да и Брайан будет, мягко говоря, удивлен. Джарет, ты с ума сошел? — он внезапно перешел с легкомысленного на серьезный тон. — Согласен, Алисса не была идеалом, но ты же сам десять лет назад сказал, что наконец-то нашел женщину, с которой готов разделить бессмертие?        — Я ошибался.        — Это с тобой регулярно случается. Ты идешь куда-то конкретно или просто решил развеять тоску дорожными впечатлениями? Не возражаешь, если составлю компанию?       Джарет искоса взглянул на него. Пожалуй, Музыкант может пригодиться. Вдруг Джодок оставил для нового владельца своих земель какую-нибудь изощренную ловушку?        — Знаешь этот мир? — Джарет передал Ганконеру схему дорог.        — Никогда там не был. Даже странно, в тех краях я изучил все миры, а этот почему-то не заметил. Он был скрыт?        — Скорее всего.        — А чьи это владения?        — Теперь мои.        — Вот как? — Ганконер приподнял бровь. — Не знал, что ты вел войну.        — А я и не вел.       Ганконер подождал, понял, что объяснений не получит и прекратил расспросы. Некоторое время они шли молча. Джарет снова начал насвистывать.        — Она любит тебя, — негромко произнес Ганконер, когда они остановились на очередной развилке.        — Знаю, — Джарет сверился с планом и свернул направо. — Не смотри на меня так. Я ее не выгонял.        — Зато позаботился, чтобы она не смогла вернуться.        — Заткнись! Ты навязался мне в попутчики, чтобы нервы трепать?!       Ганконер обиженно замолк. Так, в напряженной тишине, они дошли до последней развилки. Дальше начинались земли, заросшие лесом. Джарет развернул карту. Судя по ней, людских поселений в этом мире было немного. Один крупный город-государство на весь материк. И маленькие поселки на островах.        — А это что? — вопрос Ганконера прозвучал тревожно. Джарет поднял голову, оторвавшись от карты.       Дорога вывернула на большую поляну. В ее центре стояла массивная черная башня без окон, словно бы целиком высеченная из одной глыбы камня. Высоты в ней было не меньше десяти метров и впечатление она производила гнетущее.        — Ты уверен, что нам сюда? — Ганконер остановился.        — Можешь остаться снаружи, — Джарет решительно зашагал ко входу, нашаривая в кармане перстень.       Ганконер выругался, но догнал его. Печатка перстня точно совпала со впадиной замка. Дверь отворилась со зловещим скрипом. Джарет поморщился. Такого рода эффекты он считал слишком грубыми. Внутри пространство ярко освещалось магическими шарами. Неподалеку от двери стояли, нервно переминаясь с ноги на ногу, двое здоровенных мужланов в кожаной одежде. Лица их — тупые и грубые — искажала гримаса страха.        — Господин… — они дружно упали на колени, стукнувшись лбами об пол. Говорили они на сносном всеобщем языке. — Что желает новый господин?       Ганконер с беспокойством взглянул на Джарета.        — Они больше похожи на палачей, чем на слуг, — он перешел на язык сидов.       Король гоблинов поморщился.        — Мне они тоже не нравятся. Пусть покажут башню, а потом катятся на все четыре стороны, — и добавил уже на всеобщем, — Я желаю осмотреть здесь всё.        — Да, господин! Следуйте за нами, господин!       Они резво поднялись и тяжело затопали по лестнице. Магические шары летели над головами, освещая неприятно гладкие стены.       В башне оказалось всего три этажа. Первый был пустой, на втором обнаружилась библиотека, при виде которой Ганконер присвистнул. Книги по магии здесь стояли вперемешку с анатомическими атласами всех разумных видов. Джарет насторожился. «Что за эксперименты проводил Джодок? И не остались ли в башне результаты этих экспериментов?»        — Потом будешь любоваться, — он оторвал Ганконера от огромного анатомического атласа человека. — Прежде осмотрим верхний этаж.        Поднявшись по последним виткам лестницы, они попали в огромную лабораторию. На столах и полках в идеальном порядке был разложены медицинские приборы и инструменты. А еще здесь обнаружилась самая впечатляющая коллекция пыточных приспособлений из всех, какие доводилось видеть Джарету.        Ганконер оглядывался вокруг со всё возрастающим ужасом. Джарет, сцепив зубы, прошелся вдоль стен. Кроме банальных дыбы и «железной девы» он увидел более изощренные приспособления. Пару минут Джарет размышлял, как их можно использовать, и ему стало противно до тошноты. Он отвернулся и заметил металлическое кресло с прикрепленными к нему ремнями. Сверкающая поверхность была подозрительно чистой, как будто его совсем недавно вымыли.        — В башне есть пленники? — Джарет обернулся к слугам.       Те замялись, опустив глаза.        — Я не привык повторять свои вопросы дважды! — Джарет выбросил вперед трость. Слуги в воплями покатились по полу, опрокинув на себя один из стеллажей. Инструменты раскатились во все стороны. Джарет брезгливо отпихнул носком сапога что-то, напоминающее круглый рыцарский шлем.        — Господин, помилуйте! — один из слуг поднялся на колени и пополз к Джарету. Второй, похоже, был оглушен. — Двое, господин! Старый хозяин приказал всех сжечь, но… Простите, господин! Мы их сейчас же…       Ганконер тронул Джарета за рукав.        — Кто был хозяином этой башни?        — Демон, — коротко ответил Джарет, не сводя глаз со скулящего слуги. — Где пленники?        — В подвале, господин, — слуга заискивающе улыбнулся, пытаясь угадать, каких действий от него ждут.        — Покажи.       Подвал оказался большим, с тремя рядами железных клеток. Запах здесь стоял такой, что Ганконер мгновенно выскочил за дверь. Джарет задержался, разглядев за одной решеткой два скрюченных тела.        — Вынеси наружу, — приказал он.       Король гоблинов повидал многое. Ему случалось пытать пленных. Он не раз участвовал в Дикой охоте и знал, как возбуждает запах страха. Но на охоте жертве всегда оставляли шанс на спасение, пусть и небольшой. А эта башня была пропитана безнадежным страхом и такой сильной болью, что недавние страдания самого Джарета выглядели не страшнее разбитой коленки.       Слуга легко вскинул бесчувственные тела на плечи и потащил к выходу. Джарет поднялся за ним, остановился у лестницы и завертел на ладонях прозрачные кристаллы. Один за другим они полетели вверх. Отпустив десятый, Джарет вышел из башни. Ганконер стоял, прислонившись к ближайшему дереву. У его ног лежали пленники. Слуга топтался поотдаль.        — Вернись в башню, — Джарет запер за ним дверь.        — Надорвешься, — негромко предупредил Ганконер. — Здесь накапливалась такая магия…        — Но сейчас ее здесь нет, — Джарет взмахнул тростью, как дирижерской палочкой. — А хозяин башни далеко.        — В Преисподней?        — Да. Не отвлекай меня.       Джарет чувствовал, как внутри башни взрываются кристаллы. Стены дрогнули. Башня сложилась внутрь себя и рассыпалась пылью. Джарет сел на траву. Руки тряслись. Ганконер опустился рядом.        — Библиотеку жаль. А что делать с ними? — он кивнул в сторону неподвижных тел. — Они еще дышат.        — Добить.       «Даже если их поймали перед уходом Джодока, — прикинул про себя Джарет, — выходит не менее шести дней. Более чем достаточно, чтобы сойти с ума».       Ганконер со вздохом встал, подошел к пленникам.        — Дети еще совсем… — и вдруг вскрикнул. — Джарет!       Король гоблинов неохотно повернулся.        — Нет, ты подойди. Это нужно увидеть!       Джарет со стоном поднялся, опираясь на трость. Следует прекращать тенденцию работать на износ.        — И что я должен увидеть?       Не такие уж и дети, это кузен преувеличил. Мальчику лет тринадцать, девочке, вероятно, около шестнадцати. Тела истерзаны, раны совсем свежие, но… Джарет затаил дыхание. Они регенерировали. С такой скоростью, словно над ними читал заклинания профессиональный маг-целитель.        — Их изменили, — хрипло сказал Ганконер, — чтобы можно было пытать снова и снова.       Он представил себе, каково это, когда раз за разом ломают один и тот же постоянно заживающий палец. А здесь — не только пальцы. О боги, но зачем? Какой смысл в такой жестокости?       Мальчик слабо шевельнулся, не приходя в сознание.        — А может попробуем доставить их в местный город? У тебя же есть карта.        — Я в этом мире не ориентируюсь. Даже если мы выясним, откуда эта парочка, ты можешь предсказать, что с ними сделают? Если местные платили демону дань детьми, их могут, в лучшем случае, не принять обратно.        — А если к тебе?        — У меня что, богадельня? — Джарет снова сел. — Нет, конечно, мне интересно узнать, на что они способны. Но куда я их потом дену? Они слишком взрослые, чтобы стать гоблинами.        — Предложишь пройти Лабиринт, — Ганконер не собирался отступать. — Дескать, если выберутся, вернешь их домой, куда скажут. Заодно проверишь их способности.        — А по Лабиринту их поведешь ты, — Джарет хмыкнул. Однажды Ганконер на спор попытался пройти Лабиринт. Не прошел. Джарет постарался, устроил ему веселую жизнь. Сто лет потом не разговаривали.        — На это я не согласен, но до Лабиринта донесу, так уж и быть, — Ганконер начал стаскивать зеленую куртку, но передумал. — Твоего плаща хватит на них обоих. И нести легче будет.        — Делай что хочешь, — Джарет расстегнул плащ. — Только оставь меня в покое на полчаса.       ***       Ганконер исчез уже на подходе к Подземелью, предоставив Джарету нести найденышей самому. Проклиная Музыканта последними словами, король пинками разогнал встретивших его любопытных гоблинов и вызвал Хоггла.        — Пригласи Милену, — карлица прекрасно умела выхаживать больных, хотя в Лабиринте ее способности почти не находили применения.        Милена явилась хмурая. На Джарета она бросала далеко не сочувственные взгляды. Но при виде истерзанных подростков тут же забыла о всех обидах и рьяно принялась за дело. Джарет вздохнул с облегчением и ушел к себе — отсыпаться.       На следующий день короля разбудил деликатный стук.        — Ну?! — заспанный, взлохмаченный Джарет распахнул дверь. В коридоре стоял Хоггл и сиял, как магический шар.        — Сир, мальчишка пришел в себя. И уже требует, чтобы ему вернули сестру и провели к хозяину этого замка.        — Требует?!        «Похоже, я был прав, — подумал Джарет, — Разум у них помутился».        Однако, на безумца рыжий мальчишка не походил ни в малейшей степени. Отмытый, одетый в забавную смесь из набранной по замку одежды подходящего размера, он стоял перед троном короля гоблинов, гордо вытянувшись и смотрел с вызовом. Внешние раны уже затянулись. Но тени под глазами и что-то затаенное в глубине этих глаз выдавали блеф подростка. Держался он исключительно на силе духа.        — Итак, — заканчивая тщательно отредактированную версию событий, подытожил Джарет, — если ты пройдешь мой Лабиринт за тринадцать часов, получишь свою… — Джарет выдержал многозначительную паузу. Подростки друг на друга не походили совершенно. — Подружку. И я лично доставлю вас, куда скажете. Не пройдешь — она останется здесь.       В конце концов, если что-то пойдет не по плану, девчонку пристроить легче. К тому же, ей больше досталось, и она приходила в себя медленнее. По категорично выраженному мнению Милены, Лабиринт был ей сейчас не по силам.       Мальчишка молча кивнул. Джарет подмигнул Бору.        — Проводи… кстати, как тебя зовут?        — Гленн, — подросток явно хотел что-то добавить к имени, но спохватился и замолчал. Говорил он на языке, похожем на всеобщий, только с непривычным произношением.        — А ее?        — Лана, — он покраснел.       «Или врет, или чего-то не договаривает. Кто же она ему на самом деле?» — подумал Джарет. Ему стало интересно. Детки-то, похоже, не из простых семей.        — Допустим, — король гоблинов выразительно указал на большие настенные часы. — Твое время пошло, Гленн.