Просторы интернета.

Она встала с кровати и облокотившись об стену прижалась горячим лбом к холодной стене. Простояв так секунд 15, осознавая, что вообще происходит, она пошла на кухню. На кухне сидела Бриджит, которая посмеялась с внешнего вида Маринетт. Но её это в принципе, не волновало. Укутывая руки в рукава свитера (который был, кстати, больше её) она показала средний палец «сестрёнке» и прошла в ванную. Мари пыталась не смотреть в зеркало. Тихо всхлипнув носом она упёрлась об дверь спиной и закрыла глаза. У неё не было никакого плана. Желания жить. Да и вообще, по её мнению, она уже года 4 как существовала, а не жила. Она ничего не обдумывала в этот момент. Правда, только слова «я хочу умереть». Суицидальные мысли? Да, было такое. Но она этого не делала. Ей не хотелось быть подобием 13-летней девочки, которая режет вены из-за несчастной любви или парней. Без любви и парней, конечно, но всё же. Освежив лицо холодной водой Нетт вышла из ванной и решила что-то поесть. Доставая из холодильника йогурт она взглянула на часы и увидела, что уже 20:51. Завтра в школу, и ей туда обязательно надо идти. Без телефона ей нечего делать, да и так бы её родители заставили бы идти её. Доев йогурт Дюпэн-Чэн встала из-за стола и пошла в свою комнату. Девушка решила сделать уроки. Серьёзно? Последний раз домашнее задание она делала месяца два назад так точно, да и то списывала с ГДЗ. Достав из портфеля учебники и дневник она стала делать уроки. В принципе, что-то она понимала, поэтому синеволосая сделала всё. На часах 23:34. Пора идти спать. Потянув руку к столу по привычке, чтоб взять свой телефон она опомнилась, ничего не обнаружив, и пошла ложиться в кровать. Она побудет пай-девочкой для них, но терпеть всё это не собирается. *** Звенит будильник и Маринетт открывает глаза. Потянув руки в звенящему предмету, который лежал на тумбочке, она отключила трезвон и укрылась одеялом до головы. В такие моменты, она, обычно, продолжала спать, но не сегодня. Приняв сидячее положения девушка просто сидела и пялилась в стену минут 5. Надо держаться, Мариш. Надо терпеть. Почистив зубы и умывшись она одела школьную форму. В первый раз. Ведь она не слушала упрёки учителей и директора про устав школы и про то, что это запрещено. Не то, чтобы она хотела выпендриться перед всеми, нет. Ей просто хотелось бы ходить в удобной ей одежде, а не в той, которая уродская, да ещё и в ней жарко и не комфортно. — Доброе утро! — бодро сказала брюнетка, заходя на кухню. За столом сидели мама и папа. — Доброе утро, — они улыбнулись ей. Уголки губ девушки чуть-чуть приподнялись, создавая лёгкое подобие улыбки. Они никогда так тепло не улыбались ей с того момента, как родилась Бриджит. Все лучшее для любимой дочери. Мари не стала любить их снова, хоть и буквально расплылась от такого. Кидая пакетик чая в кружку, она заметила отсутствие своей сестры. — А где Бриджит? — спросила та, не отвлекаясь. — Она уехала к тёте Авелин в Чехов, — Мари не понимала, кто это. Вообще, она не запоминала имена своих родственников, ибо не ездила к ним так часто, как её сестра. Синеволосая оставалась дома. — Мы поедем к ним в 16 часов, так что ты остаёшься одна, хорошо? — улыбаясь, спросила мама. — Окей, — вздохнула она, сделав глоток горячего напитка.