Судьба?

      После того, как я рассказал Дриму правду о Кроссе и себе, он немного изменился, стал более, то ли аккуратным, то ли пугливым, по отношению ко мне. Я ожидал, что он будет бояться меня, возможно, проявит какую-то ненависть, которой так же само, как и злобы, почти нет. Но он почти не изменился, возможно из-за того, что он, как и я, по профессии психолог, и убедил себя, что в этом нет ничего плохого, хотя плохого в этом достаточно, другого объяснения я не нашел.       Меня радует, что он не отстранился от меня, но теперь возникает вопрос: что будет делать с Кроссом Дрим? Ведь если меня он простил из-за того, что мы братья, то с Кроссом мне ничего не понятно, хотя, скорее всего, более разумным решением будет отказать ему, не давая шанса.       Я собирался на работу, сейчас отлынивать нельзя, но я бы с радостью остался дома, ведь сессии, а это самое худшее время в году, и не только для студентов, но и для преподавателей, которым приходится всё это слушать… В конце дня голова просто трещит, что даже таблетки не помогают. — Так, когда ты будешь официально работать? — Ну, — протянул Дрим. — вообще-то с сентября, вчера я приходил, чтобы меня оформили, ещё пару раз мне нужно будет прийти в августе, чтобы меня ознакомили с графиком и тому подобное. А с сентября я должен буду ходить туда каждый день. — И как ты узнал, что прошлый медбрат ушёл в декрет? — Я сказал… — ответил сонный Палетт. — Зачем? — спросил я. — Дрим искал работу по профессии… — ответил он. — Я что, зря учился? Почему мне нельзя работать по ней, если есть такая возможность? В придачу, ты хотел за мной присматривать, чтобы «никакой альфа не смел меня тронуть», — сказал он повторяя мои слова. — а таким образом, я буду у тебя на виду. — Это да, но — сказал я. — в институте много балованных детишек, у которых родители из достаточно влиятельных семей, так что, дело в том, что из этих «детишек» много альф, которым ничего не стоит изнасиловать кого-то, ведь любимые родители прикроют их. — Это да. — подметил Палетт. — Недавно на Гено трое альф попытались напасть, но, в итоге, тот убежал от них. — Что? — я был удивлен данной новости. — Ну, ты ведь знаешь историю Рипера и Гено? — Да. — кивнул я. — Рипер за ним бегает уже много лет. — Ага, всем прекрасно известно, что Гено давно неравнодушен к Риперу, ну и тот решил ускорить процесс, сказал, как ходят слухи: «Я оставляю тебя…», ну или что-то подобное тому, те парни, разузнав об этом, решили воспользоваться слабостью Гено. Они просто застали его на крыше, ну, а там, каким-то образом, он смог удрать, встретив на лестничной площадке Рипера, тот, понятное дело, разобрался с ними. — И откуда тебе это известно? — Слухи ходят, кто-то был свидетелем и всем рассказал. — Ясно. — вздохнул я.       Таких уродов я ненавижу, ведь зачем лезть к омеге, если он к тебе ничего не испытывает? Захотелось? Так в чем проблема? Начни встречаться с ним, нет, нужно лезть, приставать, а после, получив отказ, насиловать, как по мне, это не в какие ворота не лезет, есть много людей, которые только и рады расставить ноги перед тобой, но тебя заело на нём, хотя другой человек ничем не хуже этого, даже, иногда, лучше. Может я так думаю, потому что на меня всегда вешались, и если мне «захотелось», то достаточно только подманить желанную кандидатуру, и она уже в моей постели. Возможно, дело и правда в этом. — Кто этот Гено? — спросил Дрим. — Младший брат Эррора и Фреша. — ответил я. — Он выжил в сильной аварии, тогда погибли все члены его семьи, один он, четырёхлетний ребенок, выжил, получив сильные раны. — Ох, — Дрим слишком слабохарактерный и мягкий, он ненавидит всё, что связано с насилием, кровью и жестокостью. — Его усыновили после того, как только перевели в детский дом. — Ему очень повезло… — Да. — А насколько сильны были его раны? — Ну, всё, что я знаю, это то, что его тело всё в шрамах и нет правого глаза, его не смогли спасти, сильные раны были. Сам Гено не любит говорить на эту тему. Он не комплексует из-за глаза, но шрамы его, всё же, беспокоят. — ответил Палетт. — Ещё бы, — ответил я. — ты бы не комплексовал, если твоё тело всё в шрамах? — Наверное, да. — пожал плечами Палетт. — Вот, Дрим, — тот посмотрел на меня вопросительным взглядом. — ты бы комплексовал если на тебе было много шрамов, которые выглядят не очень привлекательно? — Да. — ответил он. — Хэй, омегам важно, чтобы их тело было как можно привлекательней, это природа. Естественно, он чувствует себя нежеланным. — Да Риперу всё равно на те шрамы, — усмехнулся Палетт. — Хех, это да. — согласился я. — Откуда ты вообще всё знаешь? — Я знаком с половиной института, так же душа любой компании, естественно я знаю все сплетни, что ходят по институту. На данный момент самой обговариваемой темой являетесь Вы, Мистер Найт. — Это почему? — Ну как же? Выяснилось, что омега, которым пахнет наш преподаватель, его младший брат, а укус на шее вообще от кого-то непонятного. — Не от кого-то… И это не простой укус, а метка, притом, — я вздохнул. — истинного, теперь она навсегда. — Об этом люди ещё не знают, но это поправимо. — он подмигнул мне, спрашивая можно ли пустить слухи. — Говори что хочешь, может, отстанут с дурацкими вопросами. — вздохнул я. — Хорошо. — Палетт усмехнулся, уходя в ванную. — Ты говорил насчёт ответной метки с Инком, но не забывай, это и тебя касается. — начал Дрим. — Да, знаю, — протянул я. — Тебе не было плохо? — Нет. Лишь голова сильно болит последние пару дней. — это правда так, и болит она не только из-за сессий. — Чем быстрее поставишь, тем лучше. — говорил он. — Я как будто не знаю. — вздохнул я. — Просто омеги переносят это намного тяжелее альф, ты это прекрасно знаешь, так что лучше не тяни. — Я сегодня собирался с ним поговорить, возможно, за одно поставлю метку. — Что насчёт его течки? — Она началась ещё в позапрошлую субботу, уже прошло больше недели. В воскресенье он припёрся и она должна была закончится, но его организм отреагировал на меня, хотя не должен был. — Его течка только закончилась, но организм ещё, в принципе, может отреагировать на альфу, особенно, если он твой истинный. — Знаю, но он, кажись, нет. — Сегодня среда, думаешь, закончилась? — спросил он. — Дрим, ты же у нас омега, что сам-то думаешь? — Он не должен отреагировать на тебя, но всё равно вероятность есть. — вздохнул брат. — Я ещё не встретил своего истинного, поэтому ответить точно не могу. — Ясно. — я усмехнулся. Не встретил он, ты, дорогой мой братец, просто ещё этого не понял, что Кросс твой истинный. — Мне кажется, что проблема в том, не отреагирует ли он, а в том, сможешь ли ты сдержаться. — подметил Палетт, проходя мимо. — После течки запах всё равно сильнее, чем обычно. — Угх… Ты прекрасно знаешь, что у меня отличная выдержка. — ответил я, напоминая ему случай, когда я только начал преподавать. — Ну, да. — ответил он. — Ладно, я пойду уже. — вздохнул я. — До вечера. — ответил Дрим.       Палетт прав, я могу не сдержаться, хоть на меня не влияют феромоны омег, с ним по другому, всё из-за истинности. Меня не интересуют другие запахи, ведь я уже знаю, который мне нравится больше всего, я знаю, который мой любимый, и в этом проблема. Последняя встреча с ним для меня обернулась невыносимым возбуждением, я сам себе удивляюсь как я смог удержаться, оставив его. В этот раз я не смогу сбежать, я это знаю заранее, ведь после того раза моё желание стало лишь больше. Мне, каким-то образом, нужно поставить ему метку, не вызывая у себя эрекцию… — Это невозможно… — я вздохнул, говоря это самому себе.       Я завел машину, выводя её с парковки. Сейчас мне нужно думать не об этом, а о сессиях и предстоящем дне… Который будет ужасен, возможно, у меня даже сил не останется ехать куда-либо.

***

      И я был почти прав, все эти сессии меня ужасно вымотали, как и морально, так и физически, после этого жить не хочется, а ведь завтра точно такой же день… Что не радует меня ничуть.       После работы, как я и хотел, я всё же собрался с последними силами и поехал к нему, перед этим заехав домой, переодеться, ведь, хоть прикид преподавателя мне и идёт, но всё же мне удобней в своих брюках и толстовке, да и так меньше вероятность, что меня узнает кто-то из студентов.       Я довольно быстро добрался до него, он живёт недалеко от института, так что много времени у меня это не заняло. Я ещё минут пятнадцать думал, стоит ли мне идти, или всё же ещё подождать, ну, хотя бы пару дней.       Это достаточно сложный выбор, ведь метку мне нужно поставить, как и для своего, так и его блага, ведь отсутствие взаимной метки может привести к печальным последствиям. Прошло всего три дня, за это время ничего случится не должно, но ему явно плохо, хотя и у меня головные боли стали сильнее. — Была не была, начнет течь, значит сама судьба хочет, чтобы мы потрахались… — вздохнул я, выходя из машины и ставя её на сигнализацию.       Где он живёт, я знаю и уже достаточно давно. Он переехал от родителей в пятнадцать лет, у него не сложились отношения с ними, на сколько я знаю, были частые конфликты и ссоры, из-за его буйного характера.       Я нашёл его подъезд, квартиру, в которой он живёт и, не долго думая, я постучал в дверь. — Да? — спросил голос за дверью. — Это я. — Найт? — его голос был удивлён. Я услышал щелчок замка, но двери я открыть ему не дал. — Не открывай, — ответил я. — твоя течка закончилась? — Да. — Точно? — Да точно, не потеку, не бойся. — я дал ему открыть двери. Он стоял передо мною в своей домашней одежде, футболке, достаточно коротких шортах и домашних тапочках. — С тобой всё в порядке? — Да. — ответил он. — Ты можешь выйти? Я хотел поговорить. — Думаю, могу, я только переоденусь. — ответил он. — Зайдёшь? — Нет. — Ну, как хочешь. — он прикрыл двери, я остался на лестничной площадке, смотря в окно на детишек, которые играли на улице.       Через минут десять ко мне вышел уже не такой замученный и помятый омега. Он выглядел бледно, видно, что течка была недавно. — Ты плохо выглядишь. — А как я буду выглядеть после того, как меня, течного, кинул альфа? — Ты и сам понимаешь… — Угх… Да, просто, в этот раз обошлось не только течкой и желанием, а ещё и рвотой, я ничего не ел… — Ты знаешь, из-за чего это? — Из-за метки. — он вздохнул. — Ты должен поставить мне взаимную. — А что, если я скажу нет? — он в ответ одарил меня раздражённым взглядом. — Я поставлю её, но сейчас не об этом. — я вздохнул. — Ты знаешь, что сам поставил себя в тупик? — начал я, параллельно спускаясь со ступенек. — Что? — удивился он, идя за мной. — Собираясь поступать в институт, в котором я преподаю, ты делаешь только хуже. — И чем же? Я поступаю не только, чтобы быть ближе, но и для того, чтобы получить образование, а этот институт ближе всего, я не хочу ездить на другой конец города… Но всё же первой причиной, почему я поступаю именно туда, это ты… — Вступительные экзамены через две недели, ты точно подготовился? — Да, ты и сам знаешь, что я не глупый, и в школе учусь достаточно хорошо. — Знаю. — ответил я. — Но в чём проблема? Что из того, что я хочу поступить туда, где ты работаешь? — спросил он. — Мы истинные, в этом и сомневаться не нужно, но… Во-первых: поступая в институт, мы не можем быть в отношениях. По двум причинам, первая: у меня договор, следуя которому, я не должен встречаться с учениками и преподавателями. А вторая причина в том, что тебя задавит конкуренция… — Это из-за того, что ты у нас умный, красивый и просто «вау»? — я себя таким не считаю, но так считают все мои знакомые, Киллер тоже. — Имей ввиду, за четыре года, я уже привык, что на тебя смотрят такими взглядами, которые так и говорят: «Трахни меня!», мне всё равно на конкуренцию, я за себя постоять могу. — Это я знаю, но не против табуна бет и омег. — мы вышли из подъезда, направляясь вдоль домов. — Я могу альфу на лопатки уложить, а пару бет, а тем более омег, я смогу. — Ну, хорошо, что тогда насчёт договора? — спросил я. — Мне, лично, всё равно. Директор не может сделать исключение для истинных? — Нет. — я не знаю, что он скажет на это, но пусть будет «нет». — Это нечестно. — пробубнил он. — Истинных очень мало, из всех омег, найти своего альфу удаётся только 5-10%, это очень мало… А они ещё и не дают… — Киллер вздохнул. — Я хочу быть с тобой, мне было достаточно четырех лет одиноких течек, ты мне нравишься и как альфа, и как мужчина. Мы не можем это скрыть, да? — Нет, на мне будет твой феромон, на тебе – мой, всё сразу будет понятно. — Тогда, что если сказать, что мы уже давно в отношениях? — От меня тобой не пахнет, по крайней мере, не так сильно. Так не может быть, чтобы мы были вместе долгое время, и я не стал пахнуть тобой. — Угх… — он задумался. — Он точно не может сделать исключение для истинных? — Нет. — А, что если сказать… — Я не знаю… — я перебил его. — Мы ведь знакомы четыре года, что, если объяснить ему ситуацию, почему ты не хотел быть со мной? — Это можно попробовать, но я не знаю, как он на это среагирует. — Какого он пола? — Что удивительно, но омега. — Омегам редко достаются какие-то высшие места, такие как: директор, заместитель директора и тому подобное, ведь этот пол считается самым слабым и бесполезным, хотя некоторые альфы, которые такую политику пропагандируют, забывают, что они могут родиться только от омеги, что уже является неуважением к своим родителям. — Думаю, он поймёт. — Он довольно строгий и серьёзный человек, не думаю, что его это как-то заденет. — Ещё увидим.       Мы пошли дальше, неспешно, идя куда ноги несут, продолжая перебирать варианты, как нам быть в отношениях, при этом, чтобы он мог учится, а я работать. Мы шли, пока Киллер не остановился, приседая на корточки и не закрывая глаза ладонями. — Тебе плохо? — спросил я, приседая рядом. — В глазах темнеет. — тихо ответил он. — Ясно… — я вздохнул. Всё это из-за метки, мне нужно поставить ответную. — Давай отнесу тебя назад в квартиру. — я поднялся, поднимая его и беря под зад, сажая себе на руку, он же опустил голову мне на плечо.       Как только мы вошли в подъезд и я вызвал лифт, он начал прижиматься ко мне. Я опустил его на пол, он встал на ноги и всё равно продолжил жаться. — Киллер… — протянул я. — Что? — наигранно спросил он. — Прекрати. — Я ничего не сделал. — Я серьёзно. — Я тоже. — он нагло усмехнулся. — Хватит жаться ко мне. — А то, что? — он усмехнулся. — Выебу так, что сидеть не сможешь и шепотом говорить будешь. — его мой ответ удивил и слегка смутил, но не на долго, он лишь встал на носочки, оплетая руки вокруг моей шеи. — Я согласен. — ответил он, легко целуя меня. Это была провокация, он с полуоткрытыми глазами смотрел, при этом нахально усмехаясь в поцелуй. Сам виноват.       Я подхватил его, поддерживая за задницу, мы вошли в лифт, там я быстро нажал на нужный нам этаж и страстно целуясь, мы поехали, от поцелуя из него вырвались стоны, которые я тут же прерывал, углубляя его. — Ты понимаешь, какие проблемы у тебя могут быть? — Мне всё равно, я хочу тебя… — последнее он прошептал, снова потянувшись за поцелуем. — Как знаешь… — прошептал я в ответ, целуя его.       Я долго его целовал, он явно был доволен тем, что наконец-то я ответил ему, наконец-то это произойдет. Я и сам был рад, ведь спать с бетами и омегами, которые тебе не нравятся, не приносит того удовольствия, которое можно получить с настоящим желанием.       Лифт быстро добрался до пункта назначения, я, отстранившись от него, понёс в квартиру, он лишь тянулся к моей шее, оставляя на ней засосы и легко кусая.       Довольно быстро справившись с входными дверьми, я вошёл в небольшую квартиру, сразу прижимая Киллера к дверям, продолжая начатое.       Он лишь стонал в поцелуй, чувствуя руку на своей талии, которую я не спешно поднимал всё выше и выше, проводя по не сильно выделяющемуся торсу, груди, задевая чувствительные соски, от последнего он вздрогнул, отстраняясь от поцелуя. — Что такое? — наигранно спросил я, спуская руку по спине к его заднице. — Ничего. — так же ответил он, протягивая свои ручонки к моему ремню.       Я усмехнулся. Ну, ну, он так уверенно себя ведёт, но на долго ли? Я пробрался рукой ему в брюки, сжимая его задницу и в очередной раз целуя.       В том, что я хорошо целуюсь, я не сомневался, что же насчёт его, то он тоже был не плох, лишь иногда, когда я становился более напористый, он терялся, явно не зная, как отвечать, но это было достаточно редко.       Я быстро лишил его одежды, бросая её на пол, возвращаясь к худому телу, лаская его, ставя засосы, небольшие укусы, царапая нежную кожу шеи клыками. Он от этого стонал, то тише, то громче. От ласки сосков, он стонал громко, выгибаясь мне навстречу.       Я ласкал его довольно долго, пока не стал чувствовать, что мне ужасно тесно и жарко, с другими было похожее чувство, но это в сотни раз сильнее, от чего хочется его ещё больше.       Я рывком закинул его себе на бедра, он сразу обхватил меня ногами и руками. Отнеся его в спальню, мы вместе так и упали на не особо просторную кровать.       Снимая с него брюки, я заметил страх в его глазах, он растерялся. Шутить над девственником, что он не знает, что делать — глупо, ведь неопытность, всё же, даёт о себе знать. Но во мне есть та язва, которая просыпаясь, начинает подкалывать людей на неуместные темы. — И куда же подевалась вся твоя уверенность? — спросил я. Он в ответ обиженно отвёл взгляд. — Угх… Всё, что тебе нужно сейчас делать, так это расслабиться и наслаждаться. — Ну, уж это я знаю. — он легко усмехнулся.       Я начал снимать толстовку, откидывая её в сторону. Киллер уже разбирался с ремнем, что у него вышло быстро, дальше брюки я снял сам.       Всё лишнее с него снялось в туже минуту, из-за чего он остался голышом. Теперь он смущался на самом деле, он сильно покраснел, не желая смотреть мне в глаза, отводя взгляд куда-то в бок. Я на это лишь хмыкнул, как я и думал, его уверенность с каждым разом становилась всё меньше и меньше.       Он достаточно сильно потек, всё из-за недавней течки, от чего проникнуть в него сразу двумя пальцами не составило труда.       Первое проникновение сопровождалось сладким стоном, что ласкало мне слух. Спустя несколько минут растягивания, когда в нём вольно двигалось уже три пальца, я заметил, что он сам насаживается на них и ему явно было мало и хотелось большего. Я лишь дразнил его, специально задевая чувствительные точки, от которых он громко стонал, выгибаясь в спине. — Н-найт… — голос дрожал, да и не только он, всё его тело трясло, требуя разрядки.       Я взял его член, специально медленно лаская его, от этого ему окончательно сносило крышу, он стонал, пытался сам помочь себе, за что получал по заднице. Но продержался он недолго, после кончая себе на живот.       Теперь моя очередь. — Дам тебе возможность выбрать позу, в которой тебе будет наиболее удобно. — я потянулся за брюками, в которые я предусмотрительно положил несколько презервативов, всё же, я догадывался, что всё так будет. — Пусть будет так, как мы сейчас лежим, всё, что я сейчас хочу – это тебя… — он говорил это тихо, с тяжёлым дыханием. — Как пожелаешь. — я усмехнулся, надевая презерватив.       Я подтянул его ближе к себе, его ноги обхватили меня, а руки лежали на плечах.       Я ждал этого чёртового момента четыре года, даже тогда, маленькое, не совсем готовое, ещё детское тело, меня возбуждало, но разве я мог показать это? Конечно нет.       Медлить в данной ситуации было очень сложно, моё напряжение лишь росло от его вида. Хоть это и был его первый раз, войти в него получилось достаточно быстро. Я дал ему время привыкнуть. — Кое-кто недавно себя растягивал… — усмехнулся я. Он в ответ хмыкнул. — Легко понять, по тому насколько ты податливый. — Ты бросил меня течного… Мне не оставалось ничего, как снимать напряжение самому, ты как будто после того, как ушёл, не помогал сам себе? — он нахально усмехнулся, но эта усмешка продержалась не долго, после того как я сделал небольшой толчок, который для него был болезненным. — С-стой не н-надо… — прошипел он, задерживая дыхание и вонзая свои ноготки мне в плечи. — Хорошо. — ответил я, спускаясь за поцелуями. Лаская его шею, ключицы, я оставлял засосы, лёгкие укусы.       Спустя время, я заметил, что он сам пытается двигаться, медленно и неуверенно, вскоре его темп стал быстрее, после чего инициативу движения я взял в свои руки, задавая свой ритм, начиная медленным и заканчивая сумасшедшим, от которого он стонал во весь голос, да так громко, что не только весь дом слышал, но и улица.       Закончил я, кончая в него и кусая в самое, как по мне, видное место, слыша в ответ его довольное урчание.       Немного отдышавшись, он уснул, я же, немного прибрав за собой, тоже уложился рядом с ним, обнимая за талию.