Она была права...

Многие ли слышали про эффект бабочки? Название-то знакомое, это точно. Но что, если этот эффект случится с вами? Интересно, будет ли это заметно…

      На следующий день все было странно. Из-за вчерашних ярких эмоциональных потрясений на меня с утра накатила мучительная усталость. Она словно текла по моим венам, заставляя кровь течь как желе. А ведь это первый рабочий день! Тот день, когда ты должен быть на высоте и способен противодействовать злу. А точнее, Луи. Хотя велика-то разница? Этот ублюдок намеренно портит мне жизнь. И портит ее уверенно с холодной спокойствием.       Проработав неделю, я взвыл. Это было скучно! В чем заключалась работа? Да мы целый день просто читали материал, который мог бы, цитирую, «помочь в реализации столь важного проекта». А на деле он читал художественную литературу, пока я перебирал тонны бумаг и документов. Так как их оказалось слишком много, а кабинет весьма просторный, Луи велел мне работать на полу. Честно, я даже был рад. Пол был словно полностью сделан из нежного белого ковра. Правда, от этого больше хотелось спать. А как на зло еще и его одеколон! Со своим телом я был плохим начальником, так что невольно ловил себя на том, что внюхиваюсь в этот дурманящий запах, а порой слежу за его движениями. Чёрт! А на самом деле было за чем следить. Я еще с той слегка смутной ночи помню его. Его сильные руки, которые могли с легкостью схватить мои и обездвижить мое тело, или голос, что рвется из-за обрывистого дыхания. Все это так сильно меня мучило, что порой приходилось выходить из кабинета куда подальше.       Хорошо, что чаще всего десятый этаж пустовал. Хотя хорошо ли? Это только накаляло внутри меня что-то, что только и думало об этом холодном мерзавце. Ну и куда делось его обещание? «Ты будешь моим»… плейбой недоделанный.       Порой бывало полегче. Правда полегче. В эти дни он не приходил на работу и дышать становилось свободнее. Но не только в легких наконец было достаточно места…       Внутри я себя презирал или даже гнобил из-за глупого увлечения. Это ведь может мне стоить работы. Я не могу вести себя как мой брат. Это будет непозволительно, но что же делать, когда ты хочешь прижать своего начальника в нежный ковер и слышать теперь уже его стоны, а не свои…       Ковер. Точно. Работа… Да уж, нынче в моей голове только больше путаницы, чем яви. Хотя бы сейчас рядом нет Луи.       Точно… пока его нет, я могу спуститься к ней.        Выйдя из кабинета и закрыв дверь на ключ я наткнулся на того хама, что тут же просверлил во мне дыру. Я видел, как медленно словно взрыв вулкана поднимается его злость.  — Эй ты! Что здесь делаешь? Какого черта тебя еще не уволили? — тут же накинулся он на меня.  — Прошу извинить, но обращайтесь ко мне на «вы». А я здесь работаю за компанию с Луи. Мы вместе создаем проект.       Ох… все стоило этого лица, которое раздувается в немом крике гнева.  — А теперь мне пора. До свидания.        Тут же мои ноги повели куда подальше от этого типа. Сейчас они были намного увереннее, да и лифт смело поднимал и опускал на необходимый этаж, не стесняясь разрушить тишину своим звоном.        На седьмом этаже я сразу заметил ее. Эх, эти красные губы. Она может быть сравнится с Луи. Может быть. Но это не факт.        Вот я вижу ее улыбку, а вот она ведёт меня за собой, и вот я вжимаю ее в маленький столик в подсобке. Как всегда стоны Елены были прикрыты ее изящной ладонью… Что ж. Вот мы и вновь выходим, в очередной раз, из подсобки. Иногда мы с ней встречались не только на работе, а, например, у меня. Тогда обычно мы вместе смотрели фильмы и сериалы, плавно переходя на секс. В такие моменты я ненавидел себя за мысли о кретине начальнике, о том придурке, что даже сейчас мешает жить.       Как всегда по обыкновению я направился к лифту. Хорошо, что сейчас у меня практически свободный график. Хотя те муки, которые я ощущаю рядом с Луи, порой кажется не стоят всего этого. Так почему не уйду? Ну да, точно. Я не могу потерять работу.        Оказавшись в кабинете я устроился на полу и разлегся на белом ковре. Ничего не хотелось делать, совершенно ничего. Даже Луи видеть не хочется, совсем. И правда, зачем ему было тогда давать обещание, что я стану его, если он даже не обращает на меня внимания? И та квартирка… чья она была? Наврятли его, ведь Луи начальник фирмы.       Все таки мысли медленно сморили меня в сон, заставляя напрочь позабыть о бумагах.       Проснулся я от приятных запахов кофе и одеколона моего ненавистного начальника. Они сливались в один, создавая ощущение уюта и нежности. Даже глаза не хочется открывать. Но надо ведь? Приоткрыв один глаз я заметил, как Луи с чашкой кофе сидит на моем месте и перебирает бумаги. Он внимательно все читал и не отвлекался, что было мне на руку. Взглянув на часы, я заметил время: «03:04». Три ночи? Я так поздно проснулся? Но почему он работает в такое время? Вот парень поставил кружку и потер лицо, видимо, чтобы оживиться и вновь стать бодрым. Хотя по следующему печальному стону стало ясно. Не вышло. Тогда Луи вновь отпил кофе, но продолжил кропотливо нависать над бумагами под тусклый свет лампы. От окон, что стояли во всю длину от пола до потолка, света можно было не ждать, хотя вид должно быть красивый.  — Почему не спишь? — услышал я хриплый голос.        От этого резкого вопроса, я чуть не вздрогнул. Видимо зря засмотрелся на окно.  — Просто…, а ты? —просто? Просто?  — Работаю. А теперь спи дальше и не мешай хорошим рабочим выполнять свое дело.        Как всегда язвит и грубит порой. Для него работа и правда занимала значительное место в жизни, и он очень внимателен к ней. А ко мне нет. Встав, мое тело направилось к нему, а вскоре, проигнорировав все, повалило Луи на ковер. Наконец-то! Внутреннее ликование под сонные мысли ощущалось довольно ярко, а смятение начальника только больше меня радовало.  — Крис. Не твори ерунды. А если бы кофе осталось? Ты бы его разлил, — все так же сухо и хрипло произнес его голос.  — Тебе не о кофе нужно волноваться, а о себе. Это ведь не первый раз, когда ты так работаешь? — я стал опускаться к его шее, чтобы чувствовать запах тела. — Я заметил в шкафу плед. Ты тут явно ночуешь и довольно часто, — мои губы уже ласкали его сладкую кожу. — Если ты сейчас не пойдешь со мной спать, я наплюю на все и возьму тебя прямо сейчас на этом ковре. И плевать, что завтра ты даже встать не сможешь, не то что ходить.       Я ощущал его возбуждение, ощущал и еле сдерживался, чтобы не ответить тем же. Он молчал непростительно долго, словно выбирая, но я не позволю ему сделать выбор легко. Мои губы продолжили ласкать его шею, пока рука уже опускалась с волос к пуговичкам на рубашке.  — Хорошо, — еле как прохрипел Луи, — идем спать.       Внутри даже появилась жалость от того, что не вышли вновь мои задумки с ковром на свет. В последний раз поцеловав его кожу, я слез с Луи и позволил ему встать. Парень теперь на себя был не похож. В его глазах было темное и страстное вожделение. Даже словами не описать, как это приятно наблюдать! Я медленно двинулся к дивану и залез вновь под плед, ожидая, когда Луи выключит лампу и устроится рядом. Долго ждать не пришлось, вскоре его руки уже обхватывали меня, прижимая к твердой груди. И вновь этот одеколон… как же он бурлил во мне кровь.  — Что с тобой не так? Домогаться начальства плохо, — сонно шептал юноша в мою макушку.  — Так что же вы тогда ведётесь, господин начальник?        Я услышал его короткий смешок, он и правда очень устал.  — И правда. Чего же? — я ощутил, как он вдыхает воздух в легкие возле моих волос, от чего внутри опять все вскипело. — Обожаю твой запах. С ума сойти…        На этих словах Луи и правда уснул, от чего на моих губах появилась улыбка. Это было так приятно. Что ж. А у него получилось. Я сейчас и правда принадлежал ему.       Но что будет, когда мы проснемся?