Нельзя отказать.

POV Илья       Дарио оказался непредсказуемым. Утренний секс мне понравился, я даже смог кончить. Так что, может, полгода будут не такими уж плохими.       Правда, спать рядом с кем-то предстояло ещё научиться: непривычное это для меня действие. Вечером я лёг на другой край, чтобы не мешать Дарио. А под утро проснулся чуть ли не на нём. Я закинул на него ногу, обхватил руками и уткнулся в шею.       — Странно… — пробурчал я и переполз обратно на другой край постели.       Дарио на мою возню внимание не обратил, так что я с чистой совестью досыпал, пока не запахло кофе.       И к сестре он меня отпустил, за что ему отдельное спасибо.       — Катюха, я сегодня без подарка, — улыбаясь, с порога выдал я.       Остальные койки в трёхместной палате были пусты. Видимо, соседки где-то на процедурах.       — Доктор сказал про операцию, — буркнула она.       — Так! Не вешать нос! Я сказал, что ты будешь ходить, значит, будешь.       — Илья, это огромные деньги. Где ты их взял? — забеспокоилась она.       — Это не дело пятнадцатилетней пигалице беспокоиться о деньгах.       — Братик, ты же ничего противозаконного не совершил? — глядя несчастными глазами, поинтересовалась она.       — Даю слово! Эти деньги честно отработаются. Дали в долг. Поэтому выброси все посторонние мысли из головы и настройся на положительный результат! — велел я.       — Точно? — глядя исподлобья, уточнила она.       — Точно. Но появляться буду реже. Во-первых, тебя в пансионат перевозят, а он за городом. А во-вторых, меня взяли в большой проект, — немного изменил правду я.       — А звонить? — жалобно спросила она.       — Каждый день! Ты мне будешь звонить после семи и рассказывать о результатах. Договорились? — гладя её по голове, попросил я.       — Да! — просияла она.       — Вот и хорошо.       — Мне страшно, — вновь скуксилась она.       — Мелкая! Отставить упаднический настрой! Мы справимся! Будешь бегать и плясать! Доктора обещали, что всё получится, — подбодрил я.       — А вдруг…       — Никаких «вдруг»! — перебил я. — У них такие пациенты каждый день, не ты первая, не ты последняя. Побольше веры. Самое сложное будет потом, и это точно не операция.       Сестра прикусила губу и кивнула.       — Я справлюсь, — в итоге выдала она.       — Вот это правильный настрой, — улыбнулся я.       Отношение с сестрой у нас всегда были тёплые, хоть я и старше на восемь лет. Так что помощь для неё — это само собой разумеющееся. Я пробыл с ней часа три. Затем Катерину увезли на операцию, обещав мне позвонить. Раз ждать не разрешили, вернулся на работу. Задница побаливает, но не настолько, чтобы на всё забить. Следовало вникнуть в дела должности, которую теперь занимал. Если проявляю себя, можно будет намекнуть на повышение после отъезда иностранного гостя.       — Уже вернулся? — изумился Дарио, увидя меня.       — Освободился раньше, чем думал, — равнодушно пожал плечами я.       — Хорошо. Переведи вот эти договора на русский. И запланируй встречи вот с этими людьми.       Мне дали стопку бумаг и список. Венчал пирамиду ежедневник с пометками. Работа отвлекла от тягостного ожидания. Через четыре часа мне позвонили.       — Операция прошла успешно, осложнений нет. Проснётся часа через три. Завтра можно навестить, — отчиталась медсестра.       — Спасибо, — искренне улыбнулся я.       Операция сестры прошла нормально, я выдохнул с облегчением. И с чистой совестью сосредоточился на остальных делах.       Работа была разнообразнее и интереснее. Мы с Дарио занимали отдельный огромный кабинет. Обычно такую комнату человек шесть-семь делили. Даже уголок для отдыха имелся. За ширмочкой в виде шкафа. Диванчик, столик и кофемашина. Для любителя чайник и набор чаёв. Все удобства. Я боялся, что Дарио меня на этом диванчике разложит. Но он кремень, работу и секс не смешивал. Максимум мог меня чмокнуть, и это если никто не видит. Если я не сразу понимал, что нужно — объяснял, так что работа мне нравилась. Ещё радовало, что упёртым бараном он как начальник не являлся. Вполне мог прислушаться к тому, что я говорю.       Поужинали в кафе.       — Если что-то не любишь, не ешь или аллергия, скажи заранее, — попросил Дарио.       Я немного удивился его ответственному подходу, но ответил:       — Не люблю грибы. Равнодушен к сладкому. Аллергии нет.       — Если тебе интересно, то у меня аллергия на рыбную икру, — неуверенно выдал он.       Это явно была попытка узнать друг друга получше. Я понял, что он не собирается относиться ко мне как к шлюхе. Тех не стараются узнать поближе. Это порадовало. Можно было рассчитывать на нормальные отношения. Я с радостью поддержал благородный порыв. Нормальные отношения, пусть и с парнем, это же хорошо.       Вечером меня не трахали, но утром долго и со вкусом имели в кои-то веки в кровати. В этот раз кончить получилось быстрее.       — Вхожу во вкус, — пожаловался я зеркалу в ванной.       Депрессировать над потерянной честью я не собирался. А с учётом того, что и удовольствие получить удалось, жизнь вообще заиграла в новом свете. Дарио по большей части являлся нежным партнёром, его лишь изредка клинило на грубость. Видимо, при первой встрече запугивал. Так и повелось: обязательный утренний секс, работа, вечер вдвоем. Кафе, ресторан, изредка дома. В офисе Дарио сдерживался. Хотя я видел, что ему хочется разложить меня на столе или зажать в зоне отдыха. Фетиш у него, что ли?       Сорвался на грубость он через месяц. Это был первый случай.       Я вышел из кабинета в квартире, вдоволь налюбезничавшись с сестрой, и наткнулся на бешенный взгляд.       — Иди в душ и подготовься, — приказал он.       Не понял??? Но подчинился.       Вернувшись, обнаружил на кровати две пары наручников.       — А почему две? — поинтересовался я.       — Узнаешь, — прошипел Дарио.       Мне очень не понравилась его злость. Люди в раздражении могут совершить непоправимое.       — Напоминаю: никакого серьезного вреда.       — Помню. Ложись. Согни ноги в коленях и прижми руки к щиколоткам.       Теперь я понял, почему наручников две пары. В такой позе дёргаться я не мог. Да и ноги свести не получалось.       — Замечательно, — восторженно протянул Дарио.       Из сумки были извлечены кольцо на замке и шарики с вибрацией. Дарио погладил мой член, и тот начал наливаться силой. Я, затаив дыхание, ждал продолжения. Кольцо защелкнули, болезненно сжимая член.       — Ты теперь долго не сможешь кончить, — сказал он с улыбкой, больше похожей на оскал. Потом, покрутив шарики, отложил. — Это позже!       Покопавшись, достал нечто продолговатое.       — Это что? — полюбопытствовал я.       — Виброяйцо. Тебе понравится, — пообещал он.       — Сомневаюсь, — буркнул я.       Яйцо было смазано и аккуратно протолкнуто в задний проход.       — Вроде на месте, — довольно выдал он.       А затем нажал на пульт. Меня выгнуло. Удовольствие прострелило позвоночник.       — Ах!.. — стон сдержать не удалось.       Штучка внутри, вибрируя, посыла импульсы, я корчился от воздействия на простату.       Дарио наблюдал, иногда поглаживая себя через штаны. Когда мой организм приспособился, этот садист поменял режим, и меня скрутило по новой. Удовольствие то возрастало, то спадало, я дрожал, не имея возможности разрядиться.       — Открой рот, — приказал Дарио.       Я послушно выполнил требуемое. Тошноты не было — видать, привык к чужому органу. Мужчина, придерживая рукой член, трахал мой рот. А потом с удовольствием кончил на лицо. А прибор продолжал исправно работать. Разноцветные круги появились перед глазами. Было всё равно, что со мной делают. Это была пытка.       — Дай мне кончить, — взмолился я.       — Рано, — отвечал садист.       — Умоляю!.. — скулил я.       — Тогда будь хорошим мальчиком и говори «Я люблю тебя», «дай мне кончить, любимый», — прошептал он мне.       Мне уже было похер, что говорить и о чём просить. Такого сильного возбуждения я не испытывал ни разу в жизни       — Люблю тебя… Не мучай… любимый. дай кончить… Люблю… — послушно выкрикивал я.       Замок расстегнули, освобождая замученную плоть. Игрушку поменяли на член.       — Говори, — требовал Дарио.       — Люблю… Умоляю… люблю! — кричал и метался я под ним.       Кончил я бурно, выгибаясь до боли в сцепленных руках. А потом потерял сознание. Организм не выдержал такого стресса.       В себя пришел лежащим на груди у Дарио.       — Ты как? — обеспокоенно поинтересовался он.       — Хуй его знает, — хрипло ответил я. — Кажется, голос сорвал.       — Прости. Я перестарался. Отлежись завтра. Крем для запястий я привезу.       Я с интересом осмотрел кисти рук. На запястьях была содрана кожа. Я даже удивился. Ведь прекрасно знал, что на наручниках со внутренней стороны защитный матерчатый слой. Не хило я рвался.       Мужчина выглядел слегка виноватым. Он весь вечер обнимал меня и невесомо целовал, то в губы, то в щеку, то в висок. Странный он. Весь следующий день я посвятил ничегонеделанию. Заодно познакомился с Марией Ивановной. Эта замечательная женщина держала нашу квартиру в приличном состоянии. Стирка, уборка, готовка (по звонку!).       На обед и ужин мне принесли доставки из ресторанов.       — Это он типа извиняется? — не въехал я, получив на обед отбивную с хитроумным соусом, который мне так понравился. — Будем наслаждаться!       Дарио не отказался от игрушек, но стал более сдержанным. Больше сознание я не терял. Хотя стонать как шлюхе приходилось. Да и на столе оказывался регулярно. Если Дарио чувствовал себя виноватым, то я получал выходной и вкусный обед. Один раз он приволок подарок — часы очень дорогой фирмы. Я на них давно облизывался, но позволить себе не мог.       — Я приму подарок, так как очень их хочу. Но прошу больше так не делать, — попросил я.       — Почему? — не понял тот.       — Это выглядит как плата за секс. Мне неприятно, — пояснил я.       Давно стало понятно, что проще поговорить и объяснить, чем отмалчиваться. Дарио адекватный человек, готовый выслушать и понять. Мне это в нём очень нравилось.       — Я не это имел ввиду… — забеспокоился он.       — В общем, вкусную еду я готов принимать, но подарки — только на праздник. Особенно такие дорогие. Ладно? — попросил я.       — Хорошо, — смирился он.       И действительно учёл мою просьбу о подарках. Дарио решил покупать мне цветы. Это оказалось неожиданно приятно.       — Спасибо, — смущенно улыбнулся я, прижимая к себе розы.       — Тебе идут цветы, — обнимая меня и целуя в висок, заявил он.       — Мне первый раз цветы дарят, — сознался я.       — Если ты не против, то буду чаще.       — Не против, — решил я.       Свободное время, которого было ужасно мало, мы проводили как пара: прогулки, кино, походы по магазинам. Ещё мужчина как помешался, требуя от меня признаний в любви. Это его прям с ума сводило.       На работе за моей спиной шушукались. Но не об отношениях, тут Дарио умело шифровался, а о карьерном взлёте. Я слышал разговоры о том, как мне повезло, но молчал. «Повезло», тут я согласен.       Не к месту проснулась ревность, которую по большей части давил в зародыше. Но Дарио каким-то образом просёк.       — Почему тебе так не нравится Наденька? Умная же девочка! — поинтересовался он после очередного визита этой самой девушки.       — С чего ты взял?! — ушёл в несознанку я. — Всё норм.       — Нет, — мотнул головой он и, подойдя, присел на край стола. — Сознавайся. Я же вижу, как ты морщился при её появлении.       Я откинулся и скрестил руки на груди в неосознанном защитном жесте.       — Врать не смей! Я вижу, что уже собрался, — наклоняясь немного ко мне, рыкнул Дарио, из-за раздражения полностью переходя на родной итальянский.       Я сдулся и нехотя признался:       — Она каждый раз тебе глазки строит. Юбки всё короче и короче. А вырез на блузке вскоре откроет пупок! Бесит этот её настрой на тебя. Так и видно по глазам, что сожрать хочет, — прошипел я.       Дарио откинул голову и рассмеялся.       — Чего ржешь?! — возмутился я.       — Ты так мило ревнуешь. Мне приятно это видеть. И не отнекивайся!       — И не собирался! — скуксился окончательно я.       — Дорогой…       Я вскинул глаза на Дарио. Он первый раз на работе позволил себе позвать меня так ласкательно.       — Я не интересуюсь женщинами. Вообще ни в какой форме. Максимум могу отметить, что она красива, и всё. У меня на них не стоит. Даже если она будет голой передо мной танцевать, это не поможет. Выброси глупые мысли из головы. Сейчас я полностью твой.       Его заявление польстило моему самолюбию, и я несмело улыбнулся.       — Вот так лучше. Заканчивай поскорее работу. Мне очень хочется отправиться домой, — провокационно облизываясь, закончил он.       Я неосознанно тоже облизнулся. В животе скрутился узел. Член шевельнулся и немного напрягся. Я тряхнул головой, прогоняя наваждение. Дарио умел соблазнять.       — Вали за свой стол и дай мне закончить!       — А разве я мешаю? — изумился он.       — Провоцируешь и соблазняешь! Так что не отвлекай, — возмутился я.       Дарио счастливо заулыбался, но подчинился и, насвистывая, направился к своему столу.       Раз в неделю я ездил к сестре. Осложнений не было. Ей ещё предстояла реабилитация. Пока денег на всё хватало, и я радовался её успехам.