- Да они как две капли воды! - Нет, она хуже

Приходить в себя было затруднительно. Веки, словно налитые свинцом, не желали приподниматься. Северина чувствовала… точнее не чувствовала тела, словно его не было и она зависла в пространстве. Совладав-таки с веками, Принц открыла глаза, морщась от хлынувшего света. Чувствуя неприятную резь в глазах, волшебница попыталась пошевелить рукой, но не смогла. Переведя взгляд на левую руку, Северина не сдержала нежной улыбки. У ее постели, устроив голову на сложенных на краю кровати руках, на полу сидел ее ученик. Беспокойство было написано на его лице. Однако в больший шок Принц вогнал вид дремлющего в кресле Дрейка. Из его рук выпала книга и именно из-за этого он проснулся. Скользнул глазами по постели, думая, что волшебница еще спит, а когда осознал, что она проснулась, его глаза расширились и он подскочил. - Тш-ш-ш, не буди его, – улыбнувшись, прошептала Принц, невесомо касаясь взъерошенных волос Поттер-Блэка. - Как ты? – подойдя ближе, Дрейк присел на край кровати с правой стороны, также понимая, что студенту Хогвартса следует поспать. - Уже лучше, спасибо, – чуть улыбнулась Принц, скрывая гримасу. - Ты ведь лжешь, – уверенно произнес Дрейк, внимательно посмотрев волшебнице в глаза. - С чего ты взял? - Я вижу, – пожал плечами парень, опуская глаза. – У меня было такое же лицо, когда я отбывал наказание за воровство. - Воровство? - В приюте, – дернул плечом подросток, разглядывая покрывало, словно на нем было что-то интересное. – Зима была холодная, и Джейк сильно простудился. Нас не лечили. Единственное, что мы получали, так это вату и спирт. Даже бинтов нам не давали. Но я знал, что в лазарете есть лекарства. Ночью я пробрался туда и случайно попался. И на чем! На мелочи. Я успел передать лекарства Эллис, а потом меня поймали. - Тебя… наказали? - И еще как, – фыркнул Дрейк, сжав кулаки. – Мне дали выбор. Либо я отбываю свое наказание – неделя в карцере на одной воде и корке хлеба – либо они подвергнут моих друзей этому же наказанию на месяц. Я не мог этого допустить. - Я понимаю, – тихо прошептала Принц, глядя на Дрейка. – А ведь в твоем возрасте я не видела смысла жить. По некоторым причинам я оказалась вдали от брата и росла фактически одна. До тех пор, пока у меня не появился Виктор. Забавно, – горькая усмешка скривила тонкие губы, а в глазах мелькнула тень боли. - Что? - Раньше я не ценила жизнь. Нет, я по-прежнему не боюсь умереть, хотя и понимаю, что вечно жить не выйдет. Больше всего меня страшит мысль о том, что кто-то близкий мне умрет. Я не выдержу, если Смерть заберет кого-то из близких мне людей. Когда умирает кто-то, кем ты дорожил, ты страдаешь. Ты сам медленно умираешь. Умираешь… изнутри. А свою смерть ты не осознаешь. Ты был, проходит мгновение – и тебя нет. Они замолчали. Почему-то сейчас, как никогда ранее, не требовались слова. Им было уютно молчать. - Дрейк, а где Виктор? – задала вопрос Принц, даже не предпринимая попыток хотя бы сесть. Сама чувствовала, что ей это не по силам. - Где она?! – раздался рев гортанный рык на весь этаж, если не дом. - А вот и ответ на твой вопрос, – фыркнул Дрейк, вставая. – Он отлучался в школу. Впрочем, он сам сейчас тебе все расскажет. В комнату, подобно урагану, ворвался взъерошенный и запыхавшийся Виктор. Темные глаза метали молнии, волосы буквально стояли дыбом, а кулаки сжимались. - Севи! Оказавшись рядом с постелью, маг потянул руки, чтобы стиснуть волшебницу в стальных объятиях, когда замер, парализованный. В комнату, легко покачивая палочкой, вошел Северус, в сопровождении Сейрея и Геллерта. - Какого драккла, Принц? - Ее нельзя пока дергать. Она еще не до конца восстановилась, а ты хотел сдавить ее в своих медвежьих лапах, – невозмутимо объяснил зельевар, замечая сидящего у постели Поттера. Его даже крики Штормова не слишком волновали. Более того, он даже не проснулся. – Какого черта здесь Поттер? - Северус, не нужно, – чуть улыбнулась Северина, поглаживая спящего подростка по голове. Вошедший за взрослыми Драко заметил, с какой заботой преподавательница смотрит и говорит, когда дело касается гриффиндорца. – Он очень за меня переживает. Не нужно будить его. - И не собирался, – хмыкнул Мастер Зелий, подходя ближе и поднимая подопечного сестры на руки. От этой сцены Драко едва не распахнул в удивлении рот. – Однако своим телом он мне мешает, поэтому я отнесу его в соседнюю комнату. Пусть там валяется. - Ну конечно, – хохотнул Виктор, которого нисколько не заботило, что он парализован заклятием. – И одеяло подоткнуть ему не забудь. Принц что-то шепнул себе под нос, а Штормов заржал. Когда попытался что-то сказать, с его губ сорвалось лишь лошадиное ржание. - Северус, – с укоризной протянула Принц, но Мастер Зелий вопросительно на нее посмотрел, изогнув бровь. Но в глазах у него была насмешка. И только волшебница хотела что-то сказать, как послышался оглушительный хохот Гриндевальда. – Гелла, и ты туда же! Воспользовавшись тем, что внимание сестры перешло на старшего мага, Принц вышел из комнаты и вошел в соседнюю комнату. Уложив спящего подростка и с усмешкой вспомнив напутственные слова Штормова, накрыл юношу пледом. Проверив общее состояние, покачал головой. Парень сидел у постели Принц уже сутки и ничего толком не ел. Да, то, что гриффиндорец узнал о состоянии Северины, его промах, но он даже подумать не мог, что подросток может довести себя до такого состояния. Внезапно парень заерзал, а после глаза цвета молодой травы распахнулись. Теперь зеленые глаза Гарри, не скрытые за линзами очков, все сильнее завораживали Северуса. Именно поэтому он старался не смотреть на мальчика. А ведь это по совету той же Северины, за который зельевар готов был наложить на сестру схожие чары, что лежали на Викторе, Гарри исправил свое зрение, перестав носить очки. Сейчас, глядя на студента, Принц все чаще вспоминал Лили. С Джеймсом, что удивительно, теперь не было никаких схожих черт. - Профессор? Простите, а что я здесь делаю? - Я принес вас сюда, это же очевидно. - А зачем? Я ведь был… что с профессором? – подскочил Гарри, глядя на зельевара широко распахнутыми глазами. - Успокойтесь, Гарри. С Севериной все в порядке, она очнулась. Отдохните, вы себя совершенно точно довели практически до того состояния, в каком пребывали у Дурслей. - А вы откуда знаете, сэр? – чуть прищурился Поттер, не понимая, как этот взгляд прищуренных зеленых глаз влияет на зельевара. – Откуда вы знаете, в каком состоянии я был у Дурслей? Что удивляло, парень практически перестал бояться Мастера Зелий. Было подозрение, что к этому приложила руку близняшка, пока Северус не понял, что виноват в этом сам. Так как они оба Лорды, зельевар помогал Поттеру в освоении некоторых вещей, которые просто необходимо знать Главе Рода. Парень отрастил волосы и теперь чем-то напоминал самого Северуса. Иногда, когда волосы мешали, Гарри завязывал хвостик на затылке, как это делает Северус во время варки зелий. Черты лица перестали быть резкими, став более утонченными, да и самоуверенности в парне стало на порядок меньше. Было подозрение, что этим он обязан старшему магу, что по просьбе Северины занимался с подростками Боевой магией. Напрямую Северус этим не интересовался, но сдержанность в Гарри появилась точно благодаря Гриндевальду. - Это не важно. Отдыхайте, а мне нужно к Северине, – произнес Северус и собрался уйти, когда Гарри неожиданно ловко перехватил и крепко сжал руку зельевара. – Что-то еще? - Скажите, почему она так долго была без сознания? - Три дня это не долго, Поттер. По крайней мере, по сравнению с месяцами. - Вы не ответили, – твердо произнес подросток, и Северус вздохнул. Научили на свою голову. - Восстановление заняло больше времени, чем мы предполагали. Ее резерв был исчерпан, да и плюс ко всему она не ела больше суток. Оттуда обезвоживание. Не тревожьтесь, – с неожиданной мягкостью произнес Принц, видя, как искренне беспокоится парень. – Она оправится, я обещаю. А теперь вам нужно отдохнуть. - Спасибо вам, профессор. Спасибо. Подросток не уточнял, за что именно благодарит, но зельевар просто кивнул и, скупо улыбнувшись, покинул общество ученика. Вернувшись к сестре, Северус проверил состояние близняшки и был доволен увиденными результатами. Волшебница отдохнула, и ее восстановление лишь вопрос времени. - Ну что, как он? – мягко спросила Северина, взяв брата за руку, когда тот присел на край постели. – Тебя долго не было. - Когда я уже собирался уходить, он проснулся. Спрашивал о тебе. Я все объяснил, теперь он отдыхает. - Вот и хорошо, – чуть улыбнулась Принц, прикрыв глаза. – Он очень переживает за меня. - Еще бы, – хмыкнул Сейрей, сидящий в кресле подле кровати. Дрейка уже не было, он ушел к остальным детям. – После смерти Сириуса Блэка именно ты оказала ему поддержку. Ты, не его друзья. К тому же неудивительно, что ты стала ему так дорога. Теперь ты его воспитатель и до совершеннолетия он под твоей ответственностью, но ты его не ограничиваешь, заботишься и не… - Избиваю регулярно, – закончила за него Принц, заметив заминку наставника. – Он… Гарри не заслуживает такой участи. Участи, уготованной ему директором. - А причем здесь директор? – задал Северус, к удивлению Драко, что остался в комнате, вместе с отцом, ни разу не съязвивший в сторону Поттера. - Север, от кого от кого, а от тебя я не ожидала этого вопроса, – горько усмехнулась Принц, скривив губы. – Пока я была там, этот кретин даже не удосужился усилить защиту разума. Я видела его разговоры со светлейшим магом современности. А также услышала то, что подслушал он. Все испытания были качественно подстроены. Тот, что меня пленил, даже был соучастником нескольких этапов грандиозного плана старого маразматика,… простите, многоуважаемого господина директора. - И что же планирует Альбус? – с интересом протянул Геллерт, нагло разлегшийся в ногах Принц. - Замысел прост до безобразия. И носит гордое название: «Столкнуть Поттера с Реддлом лбами, а после стать героем». Точнее тем, кто был рядом с Героем и сыграл самую главную роль в подготовке и обучении Героя Магической Британии. - А покороче можно? - Можно, – улыбнулась Геллерту Северина, а после перестала, помрачнев. – По замыслу Дамблдора Гарри должен умереть. Как и ты, Северус, – на этих словах зельевар почувствовал усилившуюся хватку, ставшую железной. – Сам он планирует героически умереть, пав от твоей руки. Светлейший уже приходил с просьбой или еще нет? - Вызывал, – неохотно кивнул Принц, понимая, какую свинью бы получил на память от директора. Вот уж действительно, Светлейший маг. В кавычках, разумеется. - Ну да. Чтобы господин директор и спустился в подземелья? Да скорее мандрагоры будут в балетных пачках отплясывать в Большом зале на столе преподавателей, – съязвила Принц, а после продолжила: – В общем, понятно. Он умирает, Северуса ненавидит вся школа и половина магического мира, Реддл ликует и ослабляет бдительность. Схватка Гарри с Реддлом, Реддл гибнет, Дамблдор чудесным образом воскресает, говоря, что это было спланировано и вообще, все было под контролем. - А дальше? - Дальше? А дальше конец. Гарри объявляют едва не новым Темным Лордом, появляется герой и так по кругу. И это я не говорю о том, что старикан может согласиться на руководящий пост. Подумайте, оно нам надо? Лично я умирать не собираюсь. И Северу не позволю. А Гарри я этому дряхлому выкидышу драккла не отдам, так и знайте. - Вы все складно говорите, мисс – подал голос Люциус, стоя в стороне. – Директор уже одной ногой в могиле из-за проклятья. С его смертью многое станет проще. Темный…. То есть Том Реддл ослаб из-за своего безумия. С ним легче будет справиться сейчас. Да и разве разумно возвращать Лорда? Он ведь псих и тиран. По возвращению… - Во-первых, – перебила Малфоя Принц, даже чуть приподнявшись. Сейрей поправил подушки и помог сесть, чем смутил волшебницу. Тот шутливо щелкнул ее по носу и с улыбкой сел рядом, в изголовье кровати, строго глядя на Малфоя. – Во-первых, это еще не доказано. Как бы мы не хотели это признавать, Дамблдор силен магически. Это невозможно не признать. Вы же не думаете, что он просто так умрет? Он хитрый интриган и просто умный человек. Не зелье или заклинание, так ритуал сохранит ему жизнь. И не обязательно светлый. Да и с имитацией смерти это вполне можно провернуть. - Но… - Я не договорила, – ее голос был таким твердым и хлестким, что аристократ замолк. – Что же до второго, то вы не правы. Я узнавала у преподавателей и старых знакомых из Англии. Том Реддл был лучшим учеником. И не курса / факультета. Он был лучшим учеником школы. Полукровка со Слизерина, до поступления в школу не знавший, что такое магия, придя в Хогвартс из приюта, стал лучшим учеником школы. Тони вспоминает о нем, как о волевом человеке. Умном, харизматичном и очень хорошо воспитанном молодом человеке. Также Тони сказал, что психопатом Реддл стал неожиданно и резко. Он предполагает, и я склонна с ним согласиться, что в этой истории с Реддлом фигурирует некто с очень длинной бородой. Том начал бредить о приближающейся смерти. Ему было всего семнадцать лет. К чему мысли о скорой кончине в столь нежном возрасте? Не знаете? Вот и я не знаю. Да и поведение у него резко стало меняться. И никто, никто из преподавательского состава этого не замечал. Разве это не странно? - Так рабским клеймом мы были обязаны не обезумевшему Реддлу, а директору? Он сам нас метил. Он, не Дамблдор. - Том ставил эти метки, это правда, но началось-то все в школе. Поначалу вы были просто группой студентов с общими интересами. Вы были друзьями, я знаю. В трудный час рядом,… рядом должен быть друг. На некоторое время в комнате повисла тишина. Кто-то задумался над словами Принц, а кто-то раздумывал, что делать дальше. Северус, поняв, что Штормов буянить не будет, снял проклятья и погрузился в себя. После слов сестры многое открылось с той стороны, с которой зельевар сложившуюся ситуацию не рассматривал. Да и слова близняшки о Поттере не давали покоя. - Севи, что ты имела в виду, говоря, что Поттер и я должны были умереть? – подал голос зельевар, подняв глаза на сестру и наткнулся на нежную улыбку. – Что? - Я знала, что ты неравнодушен к нему, Северус. Если бы тебе было все равно на Гарри, то спросил бы только про себя. Ты привязался к мальчику и даже не пытайся это отрицать. Я все видела, – хохотнула Северина, а после произнесла, не дав зельевару и рта раскрыть, чтобы объясниться: – Ты уже слышал и знаешь, что Гарри невольно стал крестражем Реддла. Гарри рассказал мне, что было в пророчестве. Ни один из них не сможет жить спокойно, пока жив другой. Это как раз о том, что Гарри должен умереть от Авады Реддла. - Ты думаешь, если восстановить душу Реддла, этого не произойдет? - Сейчас Реддл психопат. Даже если ничего не изменится, я не позволю ему убить Гарри. Он мой подопечный и я не дам причинить ему вред. Все это было сказано с такой непоколебимостью, что ни у одного представителя мужского пола не возникло даже мысли о том, что у нее ничего не получится. Большая часть присутствующих в комнате, вообще сомневалась в том, что волшебнице может что-то не удаться. - Но от нашей помощи ты никак не отбрехаешься, малая, – фыркнул Геллерт, закинув руки за голову. Ничто в нем не напоминало того беспощадного мага, чья ярость ощущалась на уровне инстинктов. – Я по любому должен свидеться с Реддлом. Целым Реддлом, естественно. Учить уму-разуму какой-то ошметок… Пф, да ни за какие коврижки не буду. - Сам-то давно уму-разуму набрался? – хмыкнул Сейрей, понимая, что Северина уже потихоньку начала набираться сил, а значит, ее нужно развеселить. – Не замечал за тобой особо умных решений. - Чья бы мандрагора визжала, Сей, – в тон ему хмыкнул Гриндевальд, приподнявшись на локте. – Тебе напомнить, как ты в деревню оборотней в одиночку поперся? Нет, чтобы подождать. - В таком случае, конечно, – голос Сволочевского был наполнен сарказмом и уже им сочился. Впрочем, маг даже не думал это скрывать. – Я же поперся в Хогвартс, не восстановившись до конца. И это я явился в Большой зал в разгар обеда, пользуясь воронкой перемещения. И конечно, я же пошел на бой с Пожирателями. - Да там же одни сопляки были! – воскликнул Гриндевальд, возмущенно глядя на друга. – Мы с тобой в былые времена с толпами таких малолеток бились! - Не спорю, – покладисто кивнул Сейрей, не пряча усмешки. – Однако даже так, ты был слишком самонадеян. Палочки нет, посохом ты не владеешь, да еще и магический резерв не восстановился. О чем ты тогда думал, соплохвост тебя знает. - Твою задницу пошел спасать, дурья твоя башка. И не отрицай, что к нашему приходу ты сдавал позиции. Их ты бы обманул, но не меня. Я твою породу знаю. - А я и не спорю. Но не забывай, что и я твою породу выучил. - Господа, это все крайне занимательно, – оборвал их перепалку Северус, вставая, – но Севи спит и нам не помешало бы тоже. Никто из нас не спал трое суток, так что предлагаю хорошенько выспаться. Все посмотрели на волшебницу и узрели сопящую Принц. Ее голова покоилась на плече Сейрея, а он, увлеченный перепалкой с Геллертом, этого даже не заметил. Аккуратно уложив сестру, Северус увидел, что Штормов не собирается никуда уходить и лишь покачал головой, промолчав. Он решил, что не ему учить мага понятным истинам, а потому ушел. Не пинками же его отсюда выгонять, в конце-то концов. Виктор, устроившись на соседней подушке, еще некоторое время просто наблюдал за безмятежным лицом волшебницы, а после все же заснул. Проснувшись посреди ночи, Принц обнаружила себя в кольце знакомых рук. Подняв взгляд, волшебница принялась разглядывать такое знакомое лицо жениха. Густые брови, чуть потрескавшиеся губы, длинные черные ресницы, волевой подбородок, трехдневная щетина. В тусклом теплом свете его смуглая кожа, казалось, подсвечивалась изнутри, смягчая острые черты лица. Едва ощутимо касаясь лица Виктора, Северина наслаждалась теплом, исходящим от мужчины. Рядом. Живой. Чувствующий. Он лениво, словно наглый кот, наевшийся сметаны, приоткрыл один глаз и смешно фыркнул, заметив пристальный взгляд возлюбленной, а потом без слов обнял волшебницу за талию, крепче прижав к себе. Принц улыбнулась и снова удобно устроила голову на его груди. Она чувствовала, ее место здесь, рядом с ним. Тук-тук. Тук-тук. Слушая биение сердца мага, Северина едва сдерживала слезы. Теперь, когда никого рядом не было, когда на нее никто не смотрел, она могла побыть слабой рядом с любимым мужчиной, который ни за что не осудит и останется рядом, оказывая поддержку. Услышав сдавленный всхлип, Виктор распахнул глаза и узрел черную макушку, обладательница которой окропила его грудь горючими слезами. - Севи. Ну, маленькая моя. Тише, я рядом. Я не оставлю тебя, слышишь? - Витя, – всхлипнула Принц, садясь в постели. Сон помог ей восстановиться, поэтому у волшебницы были для этого силы. Спрятав глаза за ладонями, Северина выдавила: – То, что там было… он… я… - Ну, милая. Это в прошлом, – Штормов сел рядом и притянул вздрагивающую волшебницу к себе, отстранив ладони от лица и осыпав поцелуями, ловя слезинки губами. – Тише, успокойся. Я рядом, тебя больше никто не тронет. Я не позволю. Все-все, тихо, малыш. Я рядом и не допущу, чтобы с тобой что-то произошло. Постепенно истерика отступала, и Принц практически перестала дрожать. Хотя Северина продолжала судорожно цепляться за жениха, боясь, что это сон, и она снова очнется в том ужасном месте. - Я люблю тебя, Вить. Люблю так сильно, что не могу выразить этого словами. И так боюсь тебя потерять… - Ты меня не потеряешь, – уверенно произнес Штормов, проводя ладонью по волосам волшебницы. – А я не потеряю тебя. Ты для меня все и не важно, как думают другие. - Витя. - Что? - Поцелуй меня, – тихонько попросила Принц, словно боялась, что мужчина ей откажет. Штормов отстранился, обхватив лицо Северины ладонями. Его и без того темные глаза потемнели еще сильнее, становясь почти черными. Медленно приблизившись, Виктор дыхнул в приоткрытые губы невесты, а после припал к губам. Поцелуй показался наиболее естественным развитием событий, но Северина все равно дернулась так, словно не ожидала ничего подобного. Однако довольно быстро пришла в себя, отвечая и зарываясь пальцами в вихры Штормова. Тот, завладев инициативой, надежно обхватив Принц руками за талию, не давая отстраниться. Справедливости ради стоило заметить, что Северина не очень-то и стремилась это сделать. Наутро, проснувшись в кольце рук возлюбленного, Принц не сдержала нежной улыбки. Приподнявшись на локте, она коснулась губ жениха и тихо взвизгнула, когда ее неожиданно подмяли под себя, настойчиво целуя. Ответив, Северина обхватила Штормова руками за шею, притягивая ближе. - Севи, если мы продолжим, я не смогу остановиться, – хрипло произнес Виктор, отстранившись от невесты. Спускаясь на завтрак, Северина цеплялась за локоть Штормова, что поддерживал ее все время пути по столовой. - Ты не поторопилась спускаться? Может, стоило еще немного подождать? - Вить, я в порядке. Просто ноги еще не разработала. Надо показаться детям, чтобы они не переживали. Спустившись в столовую, Штормов понял, о чем говорила невеста. Едва они отошли от лестницы и вошли в двери, как дети повыскакивали из-за стола и облепили Принц, как пчелы не опыленный цветок. - И я рада вас видеть, – улыбалась Северина, поглаживая детей по головам и спинам. Дети-то разного роста. – Но давайте мы все же сядем за стол и позавтракаем. Лично я смертельно голодна. Завтрак прошел в веселой, семейной обстановке. Джейк и девочки что-то обсуждали с Гарри, а тот с легкой улыбкой им что-то отвечал. Северина даже не обратила внимания на их перешептывания, если бы они не бросали на нее странные взгляды. Принц, улыбаясь, краем глаза следила за ними. Гарри, встретившись глазами с преподавателем, едва заметно улыбнулся и поспешил отвести взгляд, закрыв свои мысли, чем изрядно удивил волшебницу. - Гарри, кто занимался с тобой окклюменцией? - Никто, – признался Гарри, подняв на нее глаза. – Мастер Сволочевский посоветовал мне обзавестись артефактом, защищающим разум. Он сказал, у нас уже нет на это времени. А артефакт незаметен и не затрачивает много магии. Я его уже напитал своей магией. Мне ваш друг показал. При его словах Ян чуть улыбнулся и Принц не сумела не улыбнуться в ответ. Она была благодарна, что детям не сказали, где она пропадала на самом деле. Ей не хотелось заставлять их волноваться. Все они, не только детдомовцы, Гарри и Драко тоже, многое пережили, а потому не стоит им знать о том, в какой опасности они все сейчас находятся. И какую опасную игру они затеяли. А в это же время Драко Люциус Малфой тоже напряженно размышлял, но предметом его размышлений был Гарри Поттер. Мальчик, который когда-то отказался пожать ему руку, теперь постоянно занимал его мысли. Оказавшись в этом поместье, полном разных и непонятных магов, Драко уже не знал, что и думать. Даже его крестный, который терпеть не мог Поттера, ни разу не повысил голос на гриффиндорца. Хотя справедливости ради стоило замесить, что постоянные нападки на Гарри на самом деле были лишь ради одной цели – обратить его внимание на себя. Драко очень хотел с ним подружиться, но не смог. А так хотелось... А в последнее время Драко все больше одолевали дурные предчувствия. Да и взрослые стали подозрительно часто собираться, не пуская его на свои собрания. Даже его мать приглашали на обсуждения, а его принимали за… ребенка. Но что действительно раздражало юного аристократа, так это то, что Поттера допускают на советы. А ведь они сверстники! Однако отец, когда Драко коснулся этой темы, сказал: - Мистер Поттер признан Главой Рода Блэк. Он теперь Лорд. К тому же это дело касается и его. Прости, Драко, но так нужно. Тебе лучше не знать о том, что готовится. И от этого становилось только еще хуже. Хотя Малфой и понимал, почему и что предстоит пережить, все равно не мог забыть слова, сказанные ему профессором Снейп в малой библиотеке этого особняка на первом этаже на счет того, что у Драко перед Поттером есть преимущество. - У тебя есть семья, – тихо произнесла Принц, глядя на подростка с некой смесью грусти и улыбки, – а у Гарри ее нет. Гарри отдали в семью его близкой родственницы, тети, которая не обладает магическим даром. Им он был не нужен. У них был собственный ребенок, которого они любили. Именно ему они отдавали свою любовь, а Гарри... Гарри доставались крики, удары и понукания. Я… для меня Гарри значит больше, чем просто студент, которого я обучаю. Если бы я знала его раньше, то хотела бы, чтобы он стал моим сыном. А если не родным сыном, так хотя бы приемным ребенком. То, что пережил этот ребенок,… поверь, об этом не мечтают. Кстати, Гарри вполне мог оказаться на Слизерине. Как думаешь, в этом случае вы бы подружились? Подумай об этом и реши, а стоит ли вам продолжать враждовать? И Драко посетила мысль: «Может, она была права? Нам ведь нечего делить. Если он прекратит общение с грязнокровкой Грейнджер и нищебродом Уизли, то может быть, мы сможем подружиться».