Идеальная комбинация

      Когда кто-то говорит "идеальная комбинация", мы невольно морщимся, презирая все идеальное. Сегодня идеалы вышли из моды и мы пытаемся показать миру наши недостатки, ведь кто-то начал говорить, что они прекрасны. Все вокруг начинают бросаться фразами вроде: "Не бывает в мире ничего идеального" или "Все идеальное ужасно фальшиво". Конечно, в них есть что-то до боли правдивое, но мы же знаем, что у правил есть исключения.       Разглядывая узоры на потертых джинсах при свете тусклой неуместной лампы, Коул медленно курил сигарету. Дым окутывал комнату, навеивая легкую атмосферу небрежности. Сигарета уже почти догорела, но он не спешил. Мысли танцевали у него в голове, овеянные сигаретным дымом. Он откинулся на спинку кресла и в который раз выпустил густой белый дым наружу. Комната таяла в темных тонах и даже тусклый свет лампы ее не спасал.       Он вдруг подумал, что стоит сменить "Camel" на "Marlboro". В последнее время они порядком надоели. В последнее время все порядком надоело. Но тот факт, что он сейчас сидел в гостиничном номере Лили забавлял. Он ухмыльнулся, подумав о ней.       За все это время в ее номере Коул старался не думать о ней, но заметив на прикроватном столике флакон ее любимых духов, он не удержался. Кажется, его тело стало значительно легче при мысли, что она скоро придет. Он взглянул на часы на стене и ему показалось, что минутная стрелка ползет слишком медленно. Сигарет выкурено слишком много и ей это не понравится, но она виновата сама: ждать невозможно.       Время тянулось жвачкой, заставляя Коула снова и снова делать затяжку. Ожидание отравляло и заставляло думать как никогда ясно. Часы тикали и он, казалось, уже почти сочинил симфонию из этого тика. Симфония ожидания была мучительна, но так прекрасна.       Вдруг Коул услышал как ключ в замке провернулся и потушил сигарету. Дверь открылась и Лили вошла в комнату, не замечая в полумраке присутствие Коула. Она неспешно закрыла дверь и, обернувшись, застыла в удивлении. - Что ты здесь делаешь? - спросила она, приподнимая бровь. Ее глаза отчетливо вырисовывались в тусклом свете неуместной лампы. - Забавно, что ты спросила, - ухмыльнулся Коул, доставая из кармана зубочистку. Его привычка держать во рту зубочистку нравилась Лили, но она лишь недовольно хмыкнула. Полумрак не располагал для обычных разговоров. - Решил зайти к тебе, но тебя не было дома, так что мне пришлось воспользоваться своей невозмутимостью и подождать тебя. - Ты воспользовался своей наглостью, а не невозмутимостью, - недовольно сказала Лили, закрывая за собой дверь. - Только не говори, что тебе это не нравится, - протянул он, разглядывая ее, ощущая, что здесь достаточно света для них двоих. Полумрак был как никогда кстати. - Конечно. Я просто обожаю, когда ко мне вламываются, - съязвила Лили, присаживаясь на кресло напротив Коула. Их глаза оказались на одном уровне и она заметила как его глаза хихикают, глядя на нее. Было в них что-то еще, но было слишком темно, чтобы заметить. - Как ты вообще сумел провернуть это? - О, это было довольно просто, - довольно ответил Коул. Ухмылка разрисовала его лицо и уже не покинула его. - Алчность иногда бывает очень полезна. Особенно, если это алчность портье. - Так ты заплатил, чтобы попасть ко мне в номер? - наконец улыбнулась Лили, не отводя взгляда от его насмешливых глаз. - Тебе это льстит? - Нисколько, - уверенно ответила она и он заметил как в полумраке ее глаза блеснули. - Мы оба знаем, что это не так. - Ты слишком самоуверен, - отмахнулась Лили, откинув мягкие пшеничные волосы назад. По ее оголенным плечам побежали крошечные мурашки. - Это давно вышло из моды. - Ты боишься признаться себе в том, что мы с тобой давно уже не друзья и это тоже уже вышло из моды. Может, именно поэтому мы сейчас сидим здесь вдвоем. - Мы сидим здесь вдвоем, потому что ты вломился в мой номер, - едко ответила она, нетерпеливо постукивая пальцами по обивке кресла. - Но ты ведь не выгнала меня, - улыбнулся он. Комната расплылась в смешанных красках его ухмылки и ее нерешительности. - Пока не выгнала. - Ты и не собиралась, - хмыкнул Коул, вставая, отбрасывая зубочистку и медленно шагая по комнате. - Мы оба знаем зачем я здесь и мы оба знаем почему ты злишься. Вчера на вечеринке со мной была одна из моих моделей и, кажется, тебе это не понравилось. - Правда? Забавно, потому что мне плевать, - рассмеялась она фальшивее, чем хотелось. - Просто убирайся, - уже серьезнее добавила она, резко поднимаясь с кресла. Молчание повисло в воздухе.       Они разглядывали друг друга в полумраке, который не мог рассеять свет тусклой неуместной лампы. Часы тикали слишком громко и уже почему-то изрядно надоели. На улице шум машин говорил о существовании мира вне гостиничной комнаты, которая кружилась у них над головами. На прикроватном столике стоял флакон любимых духов Лили, а в пепельнице тлела последняя выкуренная сигарета Коула.       Коул подошел ближе и взял ее руку в свою, разглядывая ее нерешительность на дрожащих тонких пальцах. Он поднял глаза и заметил персиковую помаду на ее губах, которую было сложно заметить издалека. Ее глаза говорили о чем-то очень важном. Жаль, что в полумраке это совершенно нельзя было разгадать. - Я знаю, что ты врешь мне, но это ничего. Я ведь уже слишком давно знаю правду. И, честно говоря, я бы слушал твою ложь вечно, потому что всегда буду знать правду. Я увижу ложь в твоих глазах и скажу, что это самое лучшее, что я когда-либо видел, - сказал Коул, глядя ей в глаза. Он медленно наклонился и прикоснулся к ее персиковым губам. Ее сбивчивое дыхание обожгло его, но лишь на мгновение.       Кто-то взял палитру и смешал все их чувства в этой гостиничной комнате. Часы тикали напрасно, потому что они совершенно их не слышали. Они стояли и целовались, оставаясь идеальной комбинацией, которую так презирают люди. Кто-то точно поспорит, но я скажу, что они, все-таки, были тем самым исключением из правила. - Все это так странно, - наконец грустно усмехнулась Лили, отстранившись. - Посмотри на нас. Мы вышли из моды. У тебя рубашка как у Билли Фьюри и выцветшие потертые джинсы, а у меня шифоновое платье в цветочек. Слишком идеально для 50-ых и этого полумрака, но недостаточно хорошо для нового века. - И как же это сейчас называется? - насмешливо спросил Коул, приподняв брови. - Сейчас об этом говорят "старомодно". - Ты даже не представляешь как я люблю все старомодное, - ухмыльнулся он, растягивая слова. - Особенно твое платье в цветочек. По-моему, такое же носила моя бабуля. - О, заткнись, - улыбнулась она, разрисовывая лицо своей самой красивой улыбкой, которую он так любил и получая в замен его самую довольную и наглую ухмылку в мире.       Вы, наверное, совершенно не поверили в то, что они идеальная комбинация. Ну и пусть. Они ведь тоже ни за чтобы не поверили.       Стоя друг напротив друга в гостиничном номере можно в полумраке увидеть миллионы самых удивительных вещей, которые ни за что не заметить при свете дня. Может, в отдельности они совершенно непохожи, но вместе они составляют идеальную комбинацию. И хотя все идеальное уже давно вышло из моды и она диктует нам новые правила, даже у новых правил есть свои исключения.