После возвращения

Дверь с характерным звуком скрипнула и распахнулась, впуская в темный коридор яркий свет. Тсуна поморщился и прищурил глаза в попытке привыкнуть к светлому помещению. - Вы только посмотрите, кто к нам соизволил спуститься, – прозвучал голос рядового алкоголика. Как понял Савада, принадлежал он Занзасу. Глаза привыкли к свету, и он окинул взглядом помещение, да уж, всё-таки так называемые друзья были в сборе. - Вроооой, мелкий, что за избитый вид? - Ску, не вопи, я только проснулся, и у источника моих проблем чуткий сон. А это, - Тсуна посмотрел на свои сбитые конечности, - бандитская пуля, так сказать. Лучше аптечку, что ли, предложи. Кого же имел в виду Десятый под «источником проблем» поняли только мечник и Луссурия. Все остальные же сослались на ни в чем не повинного Реборна, который сейчас тихо посапывал в своей комнате даже не подозревая, что его ни за что обвинили, ну, почти ни за что. Лусс сочувственно посмотрел на Небо Вонголы и пошел за аптечкой, а найдя то, что искал, он усадил мальца на стул и начал обрабатывать раны. - А сейчас будет немного бо-бо, так что потерпи, - с видом а-ля "я - педиатр" произнёс он. - Я смотрю, мусор, ты опять нашел приключения на свою Вонгольскую задницу. - Ши-ши-ши, рассказывай, нам ведь интересно. Ананасовый педофил? Любитель зефира? - Тсуна на это только фыркнул. Не стоило ему тогда взрываться и рассказывать столько, хотя он был благодарен, что этот шишикающий Ураган не упомянул последние его слова. - Ну, что же мы всё обо мне, давайте лучше поговорим о вашем детстве, – лукаво улыбнулся Савада, изображая психолога. Шутка была воспринята на ура, ибо ржач, что разнёсся по кухне, был явным подтверждением - они многое могли бы рассказать, но, боюсь, ни один психиатр не выдержал бы, и потом ему нужно было бы самому лежать в специальной клинике. - Тогда, может, расскажешь поподробней о том, что говорил мне в конце «того» разговора? – произнёс Занзас как-то не в своей манере. - ... Того? – спросил Тсуна наигранно, делая вид, что усердно думает. - Не беси меня, мелкий, всё ты прекрасно помнишь, – прорычало Небо Варии. - Аааа, это когда я сказал, что есть человек, которому ты нравишься? Суперби поперхнулся и уставился бешеными глазами на мальца. К его везению, этого никто не заметил, ибо остальные были в таком же состоянии. Конечно, они знали, что Занзас был красивым мужчиной, но вот его характер и поведение некоторых просто отталкивали, а остальных заставляли дрожать и забиваться в дальний угол при виде босса Варии. И если он кому-то нравится, то этот человек должен быть либо ярым мазохистом, либо с полным отсутствием инстинкта самосохранения. - Неужели ты хочешь знать, кто это? - … - все притихли, а что, интересно же. Занзас молчал. - А вот и не скажу, и могу поспорить, что ты не найдешь этого человека, – взял на слабо Тсуна. - Мусор. На что спорим и условия? – вызов принят. - Если сможешь найти его за два дня, я… Ну, даже не знаю... - задумался Десятый. - О, придумал, я станцую стриптиз на столе у тебя на Дне рождения. Он, кстати, если я правильно помню, скоро будет, а если не найдёшь, я заберу его себе, уж больно этот человек мне приглянулся. - Лады, мелкий, но я много с кем знаком, может, сузишь круг поиска? - Ну, раз я такой добрый сегодня, могу сказать одно - этот человек сейчас находится в особняке. И да, Ламбо и Реборна можешь исключить - маленькие они еще, хотя за второго я бы не поручился. Да и Хибари-старшего тоже, он появился только сегодня, хотя кто его знает, что там в будущем. - Что? Твой мелкий мусор тоже считается? - Конечно, я же сказал, что он находится в особняке, а это значит, что под это описание подходят Вонгола, Вария, горничные и т.д. - Меня можешь сразу вычёркивать, - прозвучал голос из-за спины Тсуны. Хибари шумно звякнул кружкой с ароматным зелёным чаем о блюдце, - … а хотя нет, ты же знаешь, обезьян, как я тебя обожаю. Кёю, конечно, не радовало, что рядом с его зверьком будет кто-то еще, но больше его не радовала мысль о стриптизе при всех. Все остальные, кто находились в помещении, ловили свой челюсти, дабы не уронить их и пытались отгадать реакцию босса Варии на такое заявление. Но тот лишь «засмеялся» и повернулся к мечнику, от чего того немного передёрнуло. - Мусор, завтра с утра чтобы список всех, кто находится сейчас в особняке, был у меня на столе. Суперби лишь утвердительно кивнул головой, такой резкий поворот событий словно выбивал почву из-под ног. Он не то, что сказать ничего не мог, он забыл даже, как нужно правильно вройкать и возмущаться на вечные затеи своего босса. И вообще, вся эта ситуация заводила в тупик всё его обычное поведение, если начнешь возмущаться этой затеей - попадёшь под подозрение, согласишься - тоже, так как в подобных ситуациях капитан всегда вставлял своё резкое «Вроой». После так называемого пари эту тему решили закрыть, до поры до времени, ведь просто наблюдать за методами поиска Занзаса тоже будет интересно. - Ши-ши-ши, принц чувствует потеху, - лишь тихо прошишикал Бел в ход своим мыслям. Обработав ссадины Тсуны, Лусс сделал несколько бутербродов и чай, предложив это в качестве ночного перекуса. Хибари ушел сразу после своей тирады по поводу обожания босса Варии. Они еще долго сидели на кухне, рассказывая всякие истории. Бел рассказывал, как он «обожал» своего братишку, Лусс - о новых тенденциях в моде, Ску, отойдя от шока, украдкой гневно поглядывал на младшего босса и критиковал рассказанные истории, Занзас потихоньку поглощал виски и, в качестве комментариев, иногда вставлял свое любимое «мусор». Посидев еще примерно час, они разошлись по комнатам, завтрашний день двух боссов обещал быть насыщенным. Савада тихо приоткрыл дверь в свою комнату и прошел внутрь, настроение после посиделок немного поднялось. Но после мысли о том, что выспаться ему сегодня опять не даст злополучный кошмар, ложиться спать совсем не хотелось. А завтра предстоял бой со взрослым Хибари, и отдохнуть нужно было обязательно. Пройдя по комнате, он остановился между двух кроватей и посмотрел на Кёю. «А вчера, после кошмара, я ведь хорошо выспался вместе с ним, но, боюсь, что если попрошусь к нему, он потом со своим камикоросом достанет меня. Стоп, он же вроде недавно приставал ко мне, или я что-то не так понял? М-да, какие же эти Хибари сложные люди - никогда не мог понять, что думает ни первый, ни второй». - размышлял Тсуна, смотря на своего хранителя. Сам же хранитель не спал, ему уже начинало надоедать, что зверёк стоит и тупо пялится на него, ничего не предпринимая. Конечно, он понял, чего хотел его босс. Когда недавно он буквально заполз в комнату и уснул возле двери, Кёя был зол, понимая, что его зверёк в таком состоянии из-за его взрослой версии. Тогда он просто перенёс его в постель и свалил из комнаты, дабы не наброситься на него с расспросами или же чем другим. А спросить много чего хотелось, и этих вопросов с каждым днём становилось всё больше и больше, так же, как и чувств к нему. Хотя сейчас его волновало лишь два вопроса: что же всё-таки произошло ночью, и что до сих пор он чувствует к взрослому брюнету. Хибари резко приподнимается на кровати и поворачивается в сторону Савады, всматриваясь в темноте в его лицо. Тот лишь дернулся от неожиданности, они просто смотрели в глаза друг другу, ничего не говоря. Первому игра в гляделки надоела Кёе. Он немного отодвинулся к дальнему краю кровати, приподнял одеяло и похлопал по свободному месту, приглашая. Тсуна распахнул в удивлении и без того большие медовые глаза, а затем мягко улыбнулся и заполз на чужую кровать, попутно раздеваясь, так ничего и не сказав. Он поближе подполз к соседу по кровати и, уткнувшись носом в его плечо, прикрыл глаза, похоже, хороший сон ему сегодня был обеспечен. Но всё же проснулся он буквально через час. Нет, не от того, что ему приснился кошмар, а от того, что ему стало ужасно жарко, такое ощущение, будто к спине привязали обогреватель. Медленно раскрыв глаза, он обнаружил у себя под головой чужую руку, другая же находилась на талии, крепко прижимая спиной к горячему телу хранителя Облака. Решив выбраться из крепких объятий, Тсуна пошевелился, а затем замер. Почему же замер, а потому, что ощутил своей так называемой филейной частью чужой стояк, в шею ударило рваное опаляющее дыхание... Глубоко вздохнув, он собрался повернуться к Кёе, но хватка на талии усилилась, не давая ему этого сделать. - Ха, неужто наш великий и ужасный Хибари Кёя стесняется? Хм-м, а вот это уже интересно, у него, с его-то характером, хоть девушка была? – размышлял про себя Савада. Немного поразмыслив, он умышленно потёрся бёдрами об эрекцию, за что и был вознаграждён тихим стоном в шею, а после и неслабым укусам туда же. Затем босс Вонголы сделал то, чего и сам не мог ожидать от себя. Закинув руку себе за спину, он нащупал сквозь одежду член Хибари и не сильно сжал его. Кёя дернулся и ослабил хватку, чем и воспользовался его босс. Он резко перевернулся на другой бок и сразу же просунул свою руку под пижамные штаны своего хранителя, снова беря в нежную хватку его член. - Что… ,- только и успел сказать Облако перед тем, как ловкая ручка Десятого начала скользить по его набухшей, источающей смазку, плоти. Тсуна нагнулся к возбужденному брюнету, нежно провёл языком по ушку и, легонько покусывая мочку, прошептал: - Просто воспринимай это как плату за охрану моего сна. Когда Савада перешел от уха на шею, Хибари запрокинул голову назад, предоставляя больше доступа к своему телу. Он понимал, что это всего лишь плата, и его босс не испытывает к нему чувств, но это давало хоть маленькую, но надежду. После появления его взрослой версии, и когда он увидел, как же он смотрит на его зверька, Кёя, который долго не понимал своих чувств по отношению к Саваде, понял, что влюбился. Раньше он даже не подозревал, что способен на что-то подобное. Было много травоядных, которые крутились возле него, но ничего кроме как раздражения, они не вызывали. Рука Десятого резко остановилась, вызвав недовольное рычание со стороны брюнета, и снова подобравшись к ушку главы ДК, он зашептал: - Прости, но сегодня мне надо хорошо выспаться, так что я закончу по- быстрому. Тсуна отстранился, и послышался шелест постельного белья. Кёя посмотрел вниз, чтобы понять, что же удумал его босс, но заметил лишь, как лохматая макушка скрылась под одеялом. А затем почувствовал, как уверенные руки стягивают с него пижамные штаны вместе с бельём, а сам Тсуна устраивается у него между ног. Савада замер, Хибари же приподнялся на локтях и в ожидании смотрел на одеяло, под которым находился его босс. Ему безумно хотелось сдёрнуть ненавистный предмет, что мешал увидеть желанную картину, с другой стороны, ожидание и неведенье возбуждало не меньше. Влажный язычок коснулся кончика члена, заставив брюнета простонать сквозь сжатые зубы. Возбуждение было на пределе, и оба понимали, что глава ДК долго не продержится. Вспомнив все чувствительные места взрослого Хибари, Тсуна решил, что у младшенького они вряд ли другие. Еще раз лизнув головку и проведя языком по стволу, он максимально расслабил горло и вобрал весь член. И, слегка сглотнув, сжал горло. Кёя застонал, уже не сдерживаясь, запрокидывая голову. Движения вверх-вниз и юркий язычок давали неописуемые ощущения. Одна рука босса Вонголы находилась на подтянутом животе брюнета, нежно поглаживая, другая же играла с яичками. Сладкая пытка долго продолжатся не могла и, почувствовав приближающийся оргазм, хранитель кольца Облака просунул руку под одеяло и ухватился за волосы босса. - Я сейчас... – буквально прорычал он, пытаясь оттянуть его за волосы от себя. На что Тсуна лишь глубже вобрал член, буквально уткнувшись носом в завитки черных волосков. Кёя содрогнулся, изливаясь глубоко в горло и всё также сжимая карамельные волосы в руке. Проглотив всю вязкую жидкость, Савада выпустил обмякшую плоть и выбрался из-под одеяла. Глава ДК лежал, откинув голову на подушку, и приходил в себя после сладкого оргазма. Через несколько минут он натянул обратно штаны и посмотрел на человека, который несколькими минутами раннее одарил его потрясающем минетом. Тот сидел на кровати в ожидании реакции брюнета и потирал уставшую челюсть. Хибари улыбнулся про себя такой картине и, взяв за руку своего босса, потянул на себя, укладывая его на своем плече и приобнимая рукой. Сам же босс, поняв, что камикоросить его не собираются, ну, по крайней мере, сегодня, прикрыл глаза. Думать о случившемся не хотелось, и вопросы типа «Почему и зачем я это сделал?» были оставлены на завтра. Через несколько минут Тсуна сладко засопел, так и не почувствовал нежный поцелуй своего хранителя. Хочу каментов Т_Т