Крестные Гарри Поттера

31 октября 1981 год. Годрикова Впадина. Хелен сидела в гостиной дома Поттеров вместе с Лили, Джеймсом и Сириусом. Хэллоуин решили праздновать скромно, в семейном кругу. К тому же, в эти трудные темные времена, находясь под защитой Фиделиуса и зная, что среди своих есть предатель, Лили и Джеймс не хотели зазывать много гостей. Вечер проходил под неспешные разговоры о политике, байки про приключения Сириуса и Джеймса из школьной жизни, про достижения маленького Гарри и планы на дальнейшую жизнь Поттеров. — И все-таки, Джеймс, я считаю, что вам с Лили нужно уехать из страны. Мои родители с радостью примут вас у себя! — с жаром воскликнула Хелен. — Хелен, я уже говорил не раз и повторюсь опять — мы никуда не поедем, — ответил Джеймс. — Я не хочу где-то отсиживаться, пока другие воюют с Волдемортом, рискуя своей жизнью. — Да, но этих других не преследует сумасшедший Темный Лорд. Да и не все готовы биться с ним. Большинство сидят дома взаперти, трусливо поджав хвосты. А некоторые вообще уезжают из страны. — Хелен была настолько возмущена упорством Поттера, что готова была уже обездвижить его, чтобы силой перенаправить в безопасное место вместе с семьей. — В конце концов, подумай о сыне. Ведь именно на него ведется сейчас охота. Будь неладно это проклятое пророчество! — Дорогая, успокойся, — подала голос Лили. — Нет повода для споров. Мы сейчас находимся в относительной безопасности. Дом под Фиделиусом, Джеймс почти никуда не выбирается, впрочем, как и я, Пожирателей потихоньку отлавливают. Думаю, у Волдеморта скоро не останется сподвижников, и одолеть его будет легче. К тому же с нами Дамблдор. — Все равно меня не покидает чувство, что должно случиться что-то ужасное, — нахмурилась Хелен. — И я бы не хотела, чтобы это случилось с вами. Лили беспокойно посмотрела на Джеймса и Сириуса. Зная об обостренном шестом чувстве Хелен, можно было не сомневаться в ее словах. — Ну, хорошо! — наконец, произнесла миссис Поттер. — Давай сделаем так. Если к нам поступит хотя бы одна плохая новость от Ордена, мы начнем паковать вещи. Хелен обреченно выдохнула, но спорить больше не стала. Она хотела сделать все возможное, чтобы обезопасить тех, кто стал для нее родными. Внезапно раздался тихий голос со стороны. Все повернули головы к Гарри, который все это время сидел на полу в окружении игрушек. — Ну вот! — Лили подошла к ребенку, взяла его на руки и подошла к Хелен. — Кажется, твой крестник уже устал и хочет спать. Гарри увидел крестную маму и, воскликнув «Ма!», протянул к ней ручки. Та сразу взяла его к себе и тихонько прижала к себе. Затем посмотрела в завораживающие зеленые глаза крестника, как две капли похожие на глаза Лили, и ласково улыбнулась. Этот малыш с самого его появления на свет будоражил чувства Хелен. Она могла бы, наверно, горы свернуть без всякой магии ради одной улыбки своего крестника. И в ней поднималась волна ярости на Волдеморта, за то, что тот начал охоту на ее сокровище с пухленькими щечками. — Ну что ж, — подал свой голос Сириус. — Кажется, нам пора уже уходить. — Да, конечно! — встрепенулась Хелен. — Вам ведь его еще купать и укладывать. Передавая крестника Поттеру-старшему, Хелен не могла избавиться от чувства приближения чего-то плохого. Она уже открыла рот, чтобы вновь попробовать убедить Джеймса покинуть страну, но ее перебил Сириус. — Хелен, ты как? Камином или трансгрессируешь? — Ты же знаешь, Сириус, я не люблю камины, — недовольно ответила Хелен, мгновенно забыв о своем желании поговорить с Джеймсом. — Ненавижу, когда порох попадает в нос и глаза. Лучше трансгрессирую. — Как скажешь. Тогда я тебя провожу? Хелен посмотрела на Блэка и кивнула. Она знала, что Сириус — тот еще кобель. В первое время, когда они только познакомились, он пытался ухлестывать за ней. Но Хелен сразу вправила ему мозги и он отстал. Теперь же Сириус просто привык к ней и относился как к сестре. И его желание проводить до дому было лишь беспокойством за нее в эти темные времена. Хелен подошла к Джеймсу, поцеловала его в щеку и тихо сказала: «Подумай о моем предложении. И береги Лили и Гарри». Затем подошла к миссис Поттер и крепко обняла ее. Почему то чувство опасности усилилось в несколько раз. — Будьте осторожны, — прошептала Хелен, не выпуская Лили из своих объятий. — Хорошо, — ответила та. — Будь здоров, Сохатый, — Сириус и Джеймс тоже обнялись. — Ты тоже, Бродяга. Попрощавшись с хозяевами дома, они вышли на улицу, дошли до калитки, взялись за руки и исчезли с хлопком. Лили же устало выдохнула и попросила Джеймса посидеть с ребенком, пока она отнесет посуду на кухню. Поттер сел на пол с ребенком, отложив подальше палочку, чтобы малыш ненароком не выхватил ее. Гарри, несмотря на усталость, был не против поиграть с папой. Наконец, когда Лили привела в порядок гостиную, Джеймс взял на руки сына и, передав его жене, сел на диван. Лили уже поднималась по лестнице, когда он услышал шорох со стороны прихожей. Подумав, что это, наверное, ребята что-то забыли, Джеймс вышел в коридор, но увидев ночного «гостя», сразу закричал. — Лили, это он! Хватай Гарри и беги! Беги! Быстрее! Я задержу его…*/1/ Лили услышала крик мужа и сразу поняла, о ком говорит Джеймс. Посильнее прижав к себе сына, она преодолела последние ступеньки и побежала в спальню. А в это время Джеймс осознал свою великую ошибку — он не взял с собой палочку! Это был конец!! Его конец!!! Но нужно хотя бы попытаться задержать Волдеморта, а именно он был тем самым «гостем». Джеймс начал пятиться назад, надеясь все-таки успеть добраться до гостиной. — Авада Кедавра! — воскликнул Темный Лорд. Зелёная вспышка наполнила тесный коридорчик, осветила детскую коляску у стены, превратила столбики перил в сверкающие молнии…*/1/ Последней мыслью Джеймса Поттера, перед тем, как он рухнул, как марионетка, у которой перерезали ниточку, была: «Лишь бы Лили с ребенком успели убежать». Сириус и Хелен появились на краю небольшой поляны, окруженной густым лесом. Взглянув прямо на середину поляны, Хелен произнесла: «Открой свой секрет, Кустоди!*/2/». В этот же момент перед ней появился небольшой коттедж, и они с Сириусом двинулись к крыльцу. — С тобой все в порядке? — вдруг спросил Сириус, когда они уже были у двери. — Выглядишь неважно. — Не знаю, — ответила Хелен. — Этот запах. Он преследует меня. — Какой запах? — Блэк принюхался, но ничего не почуял. — Запах опасности. Запах смерти… Не стоило уходить от них. Нужно было уговаривать Джеймса до тех пор, пока он не пошел бы собирать вещи. — Успокойся! Мы пока ничего не можем поделать. Ты же знаешь, если Сохатый упрется, то его уже не переубедить. Хелен продолжала хмуриться. — Слушай! — продолжил Сириус. — Давай-ка, мы с тобой зайдем домой, попьем чайку, успокоимся. А утром на свежую голову придумаем, как убедить Джеймса. — Девушка лишь кивнула в знак согласия. — Ну, вот и отлично! Тогда пошли в дом? Через несколько минут горячий чай был разлит по чашкам, из буфета на стол плавно приземлилась вазочка с конфетками. Сириус уже наслаждался вкусным напитком, а Хелен даже не притронулась к своей чашке. — Нет! Я так не могу, — не выдержала девушка и встала. — Я возвращаюсь к ним! Сириус аж поперхнулся от такого заявления. Откашлявшись, он тоже вскочил. — Подожди! Постой! Не руби с плеча! Ты просто накрутила себя и… — Я чувствую, — перебила его Хелен. — Это как… даже не знаю, как это объяснить… Я просто… Хелен замерла. Ее глаза расширились в ужасе. — Нет! Лили, — прошептала она и рванула в прихожую. Сириус побежал за ней, но та уже открыла дверь и побежала к калитке — границе антитрансгрессионных чар. Сириус только успел схватить Хелен за руку, как она трансгрессировала. Они появились возле дома Поттеров. Хелен сначала стояла, рассматривая дом, и уже сделала шаг в сторону дома. — Стой, — тихо сказал Сириус. — Дверь открыта, — и, достав палочку, подошел к калитке. Хелен ахнула и, тоже достав палочку, пошла за ним. Но не успели они войти на территорию дома, как в окнах дома вспыхнул зеленый свет и раздался оглушительный взрыв. Сириус и Хелен одновременно пригнулись и закрыли головы. Через несколько секунд, они, откашлявшись от пыли, встали. — Нет! Нет!! Нет!!! — запричитала Хелен и побежала к дому, вернее к тому, что от него осталось. Сириус побежал за ней. — Стой! Подожди! — вдруг остановилась она. — Ты слышишь? Сириус прислушался. Где-то среди развалин плакал ребенок. — Это Гарри! — воскликнула Хелен. — Надо скорее найти его! С помощью заклятий левитации, они быстро убрали завалы и добрались до малыша. Не считая раны на лбу, в виде молнии, и пары царапин, Гарри был в полном порядке. — Нужно отвести его домой, — сказал Сириус. — А как же Лили и Джеймс? Мы не можем оставить их здесь. — Я останусь здесь. Нужно вызвать авроров и Дамблдора, чтобы… — Сириус замер. — Вот черт! Дамблдор думает, что я Хранитель дома. Нужно как-то объяснять еще и это. Ладно, разберемся. А сейчас, тебе нужно уходить. Сириус махнул головой в сторону улицы. Из домов начали выходить разбуженные взрывом люди. И теперь они направлялись прямо к дому Поттеров. — Уходи, Хелен! Тебя никто не должен видеть! По крайней мере, сейчас! — Береги себя, — успела прошептать Хелен, крепче прижала к себе уже успокоившегося Гарри и, побоявшись трансгрессировать с ребенком, сжала кулон (портал к дому) и исчезла. Сириус выдохнул, собрался с мыслями и вызвал патронуса — большую собаку. — «Срочно! На дом Поттеров напали!». Передай Дамблдору… и Грюму. Патронус умчался куда-то вдаль. Сириус посмотрел на приближающихся жителей Годриковой впадины и, наплевав на конспирацию (все равно им сотрут память), начал при помощи палочки разбирать завалы, надеясь найти Джеймса и Лили. Хогвартс. Кабинет директора. Профессор Дамблдор сидел у себя в кабинете и, в очередной раз, занимался тем, чем занимался последние несколько месяцев — вычислением шпиона в Ордене. На эту роль, вероятнее всего, подходили только двое — Люпин и Петтигрю. Первый, потому что был оборотнем и мог соблазниться предложением Волдеморта, а второй вел себя очень подозрительно в последнее время. Хотя к варианту с Питером он был склонен больше — Римус был очень привязан к друзьям. С этими мыслями директор уже собирался идти ложится спать, как вдруг влетел патронус. — Сириус? — удивился директор. — «Срочно! На дом Поттеров напали!» — передал патронус и растаял. «Кто напал? Как напали? Дом ведь под защитой! Кстати, Сириус же хранитель! Или… он и есть шпион? И это сообщение — ловушка! Тогда нужно поторопиться. Вдруг сообщение получил и Орден?». С этими мыслями директор сам не заметил, как оказался у выхода из замка. Уже спускаясь по ступеням крыльца, он вдруг кое-что вспомнил и взмахнул палочкой, вызывая патронуса. Появившийся серебристый феникс стал кружить вокруг своего хозяина. — Передай Минерве, — сказал Альбус патронусу. — «На Поттеров напали. Я к ним. Оставайся в замке и будь начеку». Феникс взмыл наверх, а его хозяин, пройдя через ворота, с хлопком исчез. Аластор Грюм, по кличке «Грозный Глаз», несмотря на позднее время, сидел у себя в гостиной с газетой в руках. Читая про очередные нападения Пожирателей, он хмурился и сам для себя комментировал, куда и как нужно отправить этих преступников. Когда в дом влетел патронус Сириуса, он резко вскочил и вытащил палочку. Прослушав сообщение, Грюм сам отправил патронус в Аврорат и вышел из дома, чтобы через несколько секунд с хлопком исчезнуть. Возле дома Поттеров Грюм появился на полминуты раньше Дамблдора. Увидев разрушенный дом, он чертыхнулся и направился к сидящему среди завалов Сириусу. Тот откровенно плакал возле тела Джеймса. Сзади послышался хлопок. Аластор обернулся и увидел директора Хогвартса, который теперь стоял с открытым ртом, разглядывая развалины. Но быстро пришел в себя и зашагал в сторону Сириуса и Грюма. — Что произошло? — холодно спросил Дамблдор, глядя на Сириуса. Палочка уже была в руках. Но ответить ему не успели. Послышались хлопки трансгрессии. Это прибыли авроры. Грюм подошел к ним, велел разогнать людей (всех расспросить, маглам стереть память) и вернулся обратно к Блэку и Дамблдору. Директор не обращал внимания на команды Аластора, он не сводил глаз с Блэка. А тот за все время не проронил и слова. Было такое ощущение, что он не заметил их прибытия. — Сириус! — начал Дамблдор. Голос его был напряжен, но палочку он убрал. — Кто на самом деле был Хранителем? Блэк вздрогнул и поднял голову на профессора. — Откуда вы знаете, что не я был Хранителем? — Увидел в твоей голове… и на твоем лице, — ответил директор. Сириус кивнул. Кажется, он был не против, что его пролегилиментили — не нужно ничего объяснять. — Тогда кто был Хранителем? — нахмурился Грюм. — Петтигрю, — сказал Блэк с отвращением. — Петтигрю? — удивился аврор. — Да. В общем… — замялся Блэк, — Джеймс действительно вначале хотел сделать меня Хранителем. Но, я был против. Пожиратели преследовали меня не хуже, чем самого Джеймса. И если бы я, будучи Хранителем, вдруг был бы убит, то чары бы распались. Вот я и предложил выбрать Питера, но всем Орденовцам сказать, что Хранитель — я. А Питер… Ну, кто мог подумать, что Питер может быть Хранителем? Он же такой тихий… такой неприметный… Мы и выбрали его, потому что Пожиратели на него даже не охотились. А он… Сам к ним… Предатель! Дамблдор и Грюм, молча, переваривали полученную информацию. — Кажется, все встало на свои места, — начал директор, но, увидев удивленные взгляды собеседников, поспешил объяснить. — Видите ли, я подозревал Питера, что он и есть шпион. Но, кроме него я подозревал еще и Люпина. — Я тоже его подозревал, — нахмурился Грюм. — Да, что там говорить? Я и сам подозревал Римуса, — признался Сириус. Все опять замолчали. — Так! — голос Грюма заставил всех вздрогнуть. - Нужно предупредить Орден. Про Петтигрю никто не знает. Сириус! Ты знаешь, где он может быть? — Не знаю, — неопределенно пожал плечами Блэк. — У себя дома и у матери он, вряд ли появится, потому, что я знаю адреса. А так… — Сириус запнулся. — Какой же я идиот! Я должен был сразу вам сказать. Об этом знают только Римус и Джеймс… вернее знал… В общем! Питер — анимаг. Незарегистрированный анимаг. Причем его форма позволяет ему быть практически неуловимым. — Правда? — заинтересовался Дамблдор. — И кто же он у нас? — Крыса, — выплюнул Блэк. — И почему-то я не удивлен, — нахмурился директор. — Волшебник всегда принимает анимагическую форму того животного, которое лучше всего подходит по характеру и сущности. А крысы, как известно, первыми покидают тонущий корабль. — Да уж, — протянул Сириус. — Я должен был догадаться. Какой же я идиот! — Ну-ну, не вини себя мой мальчик, — сказал Дамблдор. — Ты не виноват, что не хотел видеть в друге предателя. — Но ведь Римуса то я подозревал. — У Римуса ситуация другая. Не бери на себя лишний груз вины. Питер сам выбрал свой путь. — Альбус немного помолчал. — И если уж на то пошло… Я тоже виноват в смерти Лили и Джеймса. Я должен был вовремя найти шпиона, не подвергая Орден опасности. — Кстати о Поттерах! — оживился Грюм. — А где их сын? — Действительно! — воскликнул Альбус. — Где Гарри, Сириус? — Я направил его в безопасное место, сразу, как нашел его. Он в надежных руках. — Сириус. Ты и про Питера думал, что он надежен… — Нет-нет, профессор! Все в порядке. Этот человек надежнее банка Гринготтс и Хогвартса вместе взятых. — И кто же это? — настаивал Дамблдор. Сириус в нерешительности жевал нижнюю губу. — Хелен, крестная Гарри, — наконец выдал он. — Крестная? — хором спросили директор и аврор. — Да. Но я не могу что-либо рассказать вам о ней. Я дал клятву. Магическую клятву на крови, — увидев вопросительные взгляды, Сириус поспешил объяснить. — Но она — не предатель. Она дала "Непреложный Обет" — мне, Джеймсу и Лили. Поклялась, что никогда не служила и не служит Волдеморту, что будет оберегать Лили, Джеймса и Гарри ценой своей жизни. — Почему вы не рассказали мне о ней? — нахмурился Дамблдор. — Есть причина, почему нужно скрывать ее личность. Если бы Пожиратели узнали — на нее началась бы охота. Поэтому Хелен и Лили заставили меня дать клятву, что никому не расскажу о ней. Было видно, что Грюм отнесся к новости о крестной с подозрением. Дамблдор же, был заинтересован. — Кстати! — продолжил Сириус. — Сюда я прибыл именно с ней. Она ушла сразу, как мы нашли Гарри. — А как вы узнали про нападение? — спросил Дамблдор. — У Хелен хорошо развито шестое чувство. В последнее время она все время говорила про приближающуюся опасность. Даже сегодня, после ужина, она уговаривала Джеймса и Лили уехать из страны. Но Джеймс не согласился. Сириус рассказал, как Хелен что-то почувствовала, как прибыли сюда, про открытую дверь и взрыв. — Что же здесь произошло? — задумчиво спросил Дамблдор. — Аластор! Спроси у авроров, свидетели есть? — Грюм кивнул и отошел, а директор повернулся к Сириусу. — Мальчик мой, я… хотел бы тебя попросить… познакомить меня с этой Хелен. — Я поговорю с ней, профессор. Но ничего не обещаю. Дамблдор понимающе кивнул. Еще с минуту они помолчали, пока не подошел Грюм. — Свидетелей нет. Только слышали взрыв. Да, кстати! Что будем делать с Лили и Джеймсом? — Может… в церковь? — предложил Дамблдор. — Я думаю, народ захочет проститься с ними. — Да… наверно, — рассеяно ответил Блэк и оглянулся. — Так будет лучше, — затем помолчал немного и продолжил. — Пожалуй, я пойду. Нужно проведать Гарри. — Конечно, мой мальчик, иди — ответил директор. — Тебе нужно отдохнуть. Мы сами здесь управимся. Сириус уже хотел трансгрессировать, как, вдруг, услышал знакомый писк Волшебный глаз Грюма, до этого бешено вертящийся, резко замер, глядя в сторону куста. Сириус и Дамблдор не успели даже палочку выхватить. — Остолбеней! Homorphus Charm*/3/! — выкрикнул Аластор. Все кругом озарилось бело-голубой вспышкой, появившаяся из кустов крыса взлетела и зависла в воздухе. Дамблдор и Сириус уже стояли с палочками в вытянутой руке. На крики прибежали два аврора с улицы. А в это время крыса с негромким стуком упала на землю. Сверкнула еще одна слепящая вспышка и тогда... Как будто они наблюдали за ростом дерева в замедленной киносъемке. Проклюнулась и стала увеличиваться голова, появились побеги-конечности. Еще миг — и на том месте, где только что была крыса, стоял человечек.*/4/ Это был Петтигрю. Грюм тут же связал его волшебными веревками, надел на шею цепочку с кулоном, не позволяющий обернуться обратно, обыскал его и забрал палочку. — Ты-ы-ы! — взревел Сириус, пока аврор выполнял все манипуляции, и уже дернулся, чтобы достать Питера голыми руками, но Дамблдор остановил его. — Предатель! Как ты посмел прийти сюда?! Отпустите меня, профессор! Я задушу его голыми руками! — Успокойся, Сириус! — гаркнул Грозный Глаз. — Смерть для него будет слишком легким наказанием. К тому же, его показания будут гарантией твоей невиновности. Блэк взглянул на аврора, пару раз моргнул, подумал и перестал вырываться от хватки Дамблдора. — Да… ты прав, Грюм. Смерть будет для него легким наказанием. Я только хочу спросить. Зачем ты это сделал, Питер? Они же были твоими друзьями. Они доверились тебе! — Сириус, Сириус, что я мог поделать? — начал оправдываться Петтигрю. — Темный Лорд... ты себе не представляешь... У него такое оружие, что уму непостижимо... Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс... Я не хотел того, что случилось... Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть. — Не лги! Ты стал его шпионом еще год назад! Ты был его осведомителем! — Его... его власть была безгранична, — хлюпнул Петтигрю. — Что бы я выиграл, если бы стал противиться ему? — Да. Что бы ты выиграл, Питер, в борьбе с самым злым волшебником всех времен? — Блэк клокотал от ярости. — Всего-навсего несколько невинных жизней. — Ты не понимаешь, Сириус! — проскулил Петтигрю. — Он убил бы меня. — Значит, надо было умереть, — прорычал Блэк. — Умереть, а не предавать друзей. Мы бы все так поступили ради тебя!*/5/ Петтигрю зарыдал. — Хватит нюни распускать, предатель! — крикнул Грюм. — Лучше расскажи, что здесь произошло. Будешь сотрудничать — может, и срок поменьше дадут. Питер в последний раз всхлипнул и начал рассказывать. После его сообщения о доме Поттеров, Волдеморт отправился в Годрикову впадину. Питер решил за ним проследить. Темный Лорд без препятствий зашел в дом, убил Джеймса и поднялся наверх, где спряталась Лили с ребенком. Вначале Волдеморт не хотел убивать Лили и гнал ее прочь, но она умоляла убить ее, вместо Гарри. Тогда Темный Лорд выполнил ее просьбу. А когда пустил заклятие в мальчика, луч, почему-то, отрикошетил и попал в самого Волдеморта. Сразу раздался взрыв. Самого Питера оглушило. Очнулся за пару минут, как его поймали. Сначала, он хотел уйти, но вспомнил про палочку Хозяина и решил поискать ее, когда все уйдут. Петтигрю замолчал, а Дамблдор призвал палочку "Тома Реддла". - Приори Инкантатем, - произнес директор, когда палочка Темного Лорда легла к нему в руки, – Три Авады… Так и есть, - и передал ее Грюму. Тот забрал улику, спрятал в карман и приказал аврорам отправить Петтигрю в специальную антианимагическую камеру в Аврорате. — А он не сбежит оттуда? — засомневался Сириус. — Нет. Камера окружена специальными рунами и чарами. Он не сможет там трансформироваться, — объяснил Грюм. — Кстати, в Азкабане тоже есть такая камера. — Серьезно? — удивился Блэк. — А ты как думал? Раньше анимагов было больше. И некоторые из них были шпионами. Поймать их, конечно, было трудно, но все-таки, иногда удавалось. Поэтому и создали такие камеры, чтобы они не могли сбежать. Хорошо, что ты успел рассказать, что он анимаг. Иначе я бы подумал, что это просто крыса. Кстати! Волдеморт! Почему его заклятие не убило мальчика, а обратилось к нему самому? — Я тоже не совсем понял, — посмотрел на директора Сириус. — Кажется, я знаю, что произошло, — тихо сказал Дамблдор. — Это очень древняя и мало кому известная магия. Лили пожертвовала собой, чтобы спасти сына. Она просила убить ЕЕ, вместо Гарри. И когда Волдеморт убил ее, он, сам того не зная, принял ее жертву. А так как он принял жертву Лили, то он не должен был убивать Гарри. — А когда он попытался убить малыша, то получил огромный магический откат за нарушение условия жертвоприношения! — догадался Сириус. — Точно! — ответил профессор. — Вот почему заклинание смерти на Гарри не подействовало, а вернулось к Волдеморту. И не просто убило, а уничтожило, потому, что человеческая жизнь — очень большая жертва. А Лили была не просто жертвой — она была добровольной жертвой! Магия не простила Волдеморту такой ошибки! Повисла тишина. Каждый думал о своем. — Даже не представляю себе, как я буду докладывать всю эту ахинею перед Багнолд и Краучем*/6/, — недовольно произнес Грюм. — Не волнуйся, Аластор, — успокаивал Дамблдор. — В конце концов, у тебя есть два свидетеля, которые могут все подтвердить. Ах, да! С Питером — три. Да и воспоминания при тебе. — Если только так. Только, боюсь, Сириусу придется дать Сыворотку Правды. — Я согласен! — кивнул Блэк. — Вот и чудненько! Жду вас завтра утром в аврорате. Точное время сообщу позже. Альбус! Когда Орден собирать будешь? — Сегодня. Но попозже. — Только имей в виду. Сегодня я, скорее всего, просижу с докладом, и на собрание не приду. — Хорошо, Аластор. Все равно ты уже в курсе дел. — Пойду, проверю этих охламонов, — кивнул Грюм в сторону авроров и отошел. Дамблдор повернулся к Блэку. — Я хочу поговорить с тобой, Сириус. — Что-то не так, профессор? — спросил тот. — Да, мой мальчик, — вздохнул Дамблдор. — Я знаю, что ты и… эта Хелен, являетесь крестными. Но я бы хотел попросить вас отдать мальчика Петунье, сестре Лили. — С какой это стати? — возмутился Сириус. — Мы крестные Гарри, между прочим, официально! У нас есть документ, подтверждающий это! А значит, мы теперь опекуны Гарри. — Я знаю, мой мальчик. Но, пожалуйста, выслушай меня. Это очень важно! Сириус нетерпеливо смотрел на директора. — Видишь ли, в чем дело, — начал объяснять Альбус. - Сегодня ночью Лили, жертвуя собой, защитила Гарри не только от смерти. Она оставила ему защиту, куда более сильную, чем Фиделиус. Защиту на крови. В Петунье течет кровь Лили. И если она примет Гарри к себе домой — мальчик будет в безопасности. Ни одно заклятие, ни один поисковик, ни один волшебник не найдет его. Кровь Петуньи, а значит и Лили, будет защищать Гарри. Он будет в полной безопасности. Сириус с облегчением выдохнул. — Вам не о чем беспокоиться, профессор, — сказал он. — Гарри даже в большей безопасности, чем вы думаете. — Ты не понимаешь, Сириус. Мальчика нужно отдать… — Нет, профессор, — перебил его Блэк. — Повторяю, Гарри, даже с учетом того, что вы сказали, в полной безопасности. Я обязательно вам все расскажу, профессор. Но попозже. А сейчас просто доверьтесь мне. Дамблдор хотел еще что-то сказать, но, с сожалением, выдохнул и кивнул. Сириус посмотрел на развалины. — Надо унести их отсюда, — сказал он. — Не беспокойся об этом, мой мальчик, — сказал директор. — Тебе нужно отдохнуть. Выглядишь неважно. А о Джеймсе и Лили мы позаботимся, не волнуйся. Ты только скажи, когда будут похороны. — Думаю, послезавтра, — Сириус нахмурился. — Хорошо. Мы все подготовим. — Да, кстати, — вспомнил Сириус и вытащил из кошелька мешочек, в котором звякнули монеты. — Возьмите деньги. Купите все, что необходимо… Я хочу достойно проводить своих друзей. Дамблдор сначала хотел воспротивиться, но потом кивнул и, молча, взял мешочек. — Не беспокойся, все сделаем в лучшем виде. Сириус попрощался и трансгрессировал. К Хелен. К Гарри. */1/ Взято из канона. Все права принадлежат Роулинг. */2/ Кустоди (от латинского Сustodi) — «хранитель». */3/ Homorphus Charm (Заклинание Обращения) — заклинание, которое возвращает объекту первоначальный вид. Есть также вероятность, что это выдуманное заклинание.Информация из сайта «ГарриПоттерВики». */4/ Трансформационная часть взята из книги «Гарри Поттер и Узник Азкабана». Все права принадлежат Роулинг. */5/ Диалог Питера и Сириуса взят из «Узника Азкабана». Все права принадлежат Роулинг. */6/ Миллисента Багнолд — министр Магии (1980-1990). Информация из сайта «ГарриПоттерВики». Барти Крауч (старший) — глава Отдела Магического правопорядка (1970-е — 1982 год). Информация из сайта «ГарриПоттерВики».