Если я скажу, что люблю тебя?

После того происшествия прошла неделя. Саша в университете не появлялся. Трудно признавать, но я очень соскучился по Морозову. Каждый день проходил словно в тумане, я ложился спать, думая о Саше и просыпался с теми же мыслями. И вот, наконец наступил день, когда он пришел. Я одновременно был рад и зол. Как оказалось, Морозов сильно болел, я узнал это от его однокурсницы. Началось занятие, вроде все шло гладко, но Саша не обращал на меня никакого внимания, это раздражало. Он лишь изредка прислушивался к моей лекции. Я решил не придавать этому значения. Спустя 15 минут рассказа нового материала, я не выдержал. -Морозов!-грозно прикрикнул я. -Да?-лениво спросил тот. -Расскажите нам пожалуйста то, о чем я рассказывал сейчас. -Я не слушал,-ухмыльнулся он. Странно, но он совсем не был похож на человека, который лежал "с серьёзным гриппом"-цитирую его однокурсницу. Морозов выглядел очень даже хорошо, не считая небольших синяков под глазами. -Тогда зачем вы явились на моё занятие? Если вам неинтересно, вы можете идти,-начал закипать я. -Меньше народу, больше кислороду. -Вы не имеете право выгонять меня,- посерьезнел Саша. -Имею, еще как имею. -В аудитории больше 60 процентам неинтересно, о чем вы там говорите, они занимаются своими делами . Так почему же вы акцентируете свое внимание именно на мне? И правда. Я мельком осмотрел аудиторию и поймал себя на мысли, что мне хочется "придраться" к Морозову. -Морозов, вон. -Только с вами,- вновь ухмыльнулся Саша. -К директору, живо!-я уже был на пределе. Да как он, студент, имеет право переговариваться со мной, учителем?! Саша неожиданно для меня, резко встал и поплелся к выходу. Когда он проходил мимо меня, хитро ухмыльнулся и я пошел к выходу вслед за ним. Когда я закрыл дверь в аудиторию, мы остановились . -Морозов...,-я не успел продолжить. -Дмитрий Андреевич? Вы сказали мне пойти к директору, так пойдемте,-спокойно произнес тот, но в глазах бесились чертенята. Я махнул рукой в сторону лестницы, так как его кабинет этажом ниже. Мы уже спускались по лестнице, (я шел впереди) как услышал грохот позади. Когда я повернулся в сторону Саши, он полулежал-полусидел на ступеньках и выл от боли. -Ну ебана! -выпалил он. -Черт, как больно! -Ты в порядке?-растерялся я. -Да зашибись! Спускаюсь я, значит по лестнице, и тут на! Почему бы не поваляться на лестнице и не подумать о смысле жизни?! Черт!- Саша держался рукой за свою ступню. -Так, поход к директору сменяется на поход в медпункт. Я помог встать ему и Морозов, перекинув руку через мою шею, поковылял со мной до места назначения. Придя в медпункт, медсестра приказала Саше снять обувь и лечь на койку. Саша сквозь боль и шипение начал снимать кроссовок с левой ноги. Медсестра подошла к нему, начала щупать ступню и попросила говорить, где болит. -Да,блять! Везде болит!-поскуливал от боли Саша. -Юноша, прошу вас не выражаться. Ага, все понятно. У вас растяжение, перелома нет. Мне нужно наложить давящую повязку - этого будет достаточно для ограничения подвижности и предотвращения углубления разрыва. -Приступайте уже. -Будет довольно боль...- Саша не дал ей договорить. -Приступайте! Медсестра, засуетившись, начала искать повязку, а я решил сесть на стулик напротив Морозова, чтобы видеть его. Его лицо было, мягко говоря, не очень. Ну конечно, такая боль. Своими голубыми глазами он разглядывал меня и взгляд у него был, как и в большинстве случаев: высокомерный, говорящий - все равно я лучше тебя! Но когда к нему подошла медсестра, от этого взгляда не осталось ничего, лишь небольшой страх. Когда медсестра начала накладывать повязку , Саша закрыл глаза и сморщился. Я видел, как ему было больно и как он сдерживался, чтобы не заскулить. Я не выдержал, взял мой стул, пододвинул к койке и сел. Рука Морозова лежала на койке и чуть вздрагивала. Мне очень хотелось взять его за руку и успокоить. Я не понимал своих мыслей и действий. Дальше, я просто не понимал, что делаю. Я взял его руку в свою. Саша распахнул глаза и уставился на меня. Я ожидал, что он завопит и ударит меня, но он сделал совсем не то, о чём я думал. Саша лишь крепче сжал ее, смотря мне в глаза. Никакой насмешки я не видел.