Запрети мне любить

Ранним утром меня разбудил звон дурацкого будильника. Первые секунды я не понимал, что происходит, а потом я вспомнил про поход. Ехать никуда не хотелось, я мечтал закутаться в одеяло с головой и пролежать так до конца дня. Кто вообще придумал в субботу вставать в 5:30? Голова немного гудела, потому что я не спал практически всю ночь. Повалявшись около пятнадцати минут, я всё же отбросил тёплое одеяло и попытался встать. Холодный душ немного взбодрил, но чувствовал я себя всё равно не очень. Придётся спать в автобусе. Я снова встал у зеркала и дотронулся пальцами до засоса. Антон, хватит уже об этом думать. Я бы очень хотел забыть, но не получалось. В ванную вошла сонная мама. Я быстро прикрыл шею рукой. — Доброе утро, Антош, — сказала она, зевая, даже не посмотрев на меня. Она взяла ватные диски и вышла. Собрав до конца всё необходимое, я застегнул полностью набитый рюкзак и нацепил толстовку и джинсы. Надев капюшон, я спустился вниз. — Ты поедешь меня провожать? — обратился я к маме, пьющей кофе. — Конечно, Тош. — А папа где? — Он спит, я не стала его будить. Антон, а чьи это очки? — она показала мне вещь Попова. Он видимо положил их здесь, когда мы готовили пиццу, а забрать забыл. — У тебя вчера разве были гости? — Нет, мам. Мне дал одноклассник поносить, я просто забыл про них. Давай я отдам ему сегодня. — Я забрал у неё очки и положил в карман кофты.

***

Мы приехали как всегда раньше. Автобус уже стоял у школы, но людей было мало. Я быстро попрощался с мамой и двинулся на встречу Павлу Алексеевичу. Он разговаривал с водителем, а когда увидел меня, улыбнулся. — Шастун, привет. Как всегда вовремя. Сейчас отметим тебя, — он открыл блокнот и поставил галочку напротив моей фамилии. — Закидывай вещи и проходи в автобус, скоро поедем. Я залез в автобус и положил рюкзак наверх, над сиденьями. В автобусе было ещё несколько человек. Плюхнувшись на свободное сиденье, я стал смотреть в окно. Людей собиралось всё больше, и я заметил Диму. Он отметился у классного руководителя и тоже залез в автобус. Увидев меня, он улыбнулся. — Привет. Не выспался? — спросил Дима и сел ко мне. — Не очень. А где Серёжа? — Опаздывает, наверное, как всегда. Автобус стал медленно наполняться сонными учениками. Чуть позже к нам присоединился и Матвиенко, сев сзади. Когда все ученики собрались, в автобус вошёл Павел Алексеевич и стал считать людей. — Кого не хватает ещё? — Смирнова и Попова, — крикнула Кира с задних рядов автобуса. — Как обычно. — Попов тоже едет? — спросил я тихо, повернувшись к Сереже. — Да, а что? — Ничего, просто я думал он не любит такие мероприятия. — Не знаю, в этот раз решил поехать, — непринуждённо ответил Матвиенко и продолжил копаться в телефоне. Я отвернулся обратно. Отлично. Я думал, хотя бы немного отвлекусь от всего этого, видимо, не получится. Мы подождали еще несколько минут, пока я не увидел его подъезжающую машину. Забрав из багажника рюкзак и палатку, он захлопнул его и двинулся к автобусу. — Попов, не прошло и года, — недовольным тоном сказал Павел Алексеевич и пропустил его внутрь. Встретившись взглядом с Арсением, я тут же повернулся к окну. Он прошёл в конец автобуса и сел, судя по всему, с Кирой. — Где Смирнова потеряли? Теперь мы его ждём? Что за класс мне попался? Даже выехать не можем, — ругался учитель до тех пор, пока последний парень не прибежал. Автобус, наконец, тронулся. — Итак, надеюсь теперь все в сборе. Направляемся мы с вами в Приозёрск. Ехать нам где-то часа три, если без пробок, а то и четыре. Вернёмся мы завтра вечером на это же место. Надеюсь, все взяли необходимые вещи и палатки. Скорее всего, у нас будет одна остановка по дороге, а пока можете заниматься своими делами, — закончил свою речь учитель и сел. Я наконец-то мог поспать. Воткнув наушники, я отключился. Проснулся я, когда половина дороги уже была позади. У нас была остановка на трассе. Кто-то пошёл в туалет, кто-то в кафе, а я просто остался в автобусе вместе с Димой. Мы приехали на место в одиннадцатом часу утра. Автобус оставил нас около леса и уехал. Всем классом мы побрели к озеру, в поисках хорошего места. Я шёл с Димой и Серёжей практически впереди всех. Не хотелось отстать. Пройдя около километра, мы, наконец, вышли на просторную поляну. Все ученики начали разбирать вещи и ставить палатки. Я стал помогать Диме. — Антон, а где твоя палатка? — спросил Серёжа. — Я с Димой, вроде как. — Я же с Димой всегда. — Не ругайтесь, мальчики. Мы все поместимся. Я всё рассчитал. — подал неуверенный голос Позов, раскладывая основу для палатки. Когда все вещи были разобраны, а палатки поставлены, мы сделали небольшой костёр и расставили вокруг него раскладные стульчики. Некоторые мальчики и Павел Алексеевич занялись шашлыком, мы с Димой решили прогуляться по округе. — Круто здесь. Хорошо, что ты поехал, — сказал Позов, размахивая палкой и скашивая крапиву с дороги. — Ага. — Слушай, а вы с Арсом общались после вечеринки? — спросил Дима, и я немного напрягся. — Эээ... нет. Нет, не общались особо. А что? — Не знаю, он так странно смотрит на тебя весь день. — Смотрит? — Ну да, я как не посмотрю, постоянно поглядывает, — улыбнулся он. — Я и подумал, может, у вас случилось что. — Нет, мы не общаемся. — пришлось соврать мне. Я не мог рассказать Диме ничего, потому что сам ещё не разобрался во всём этом. Я не понимал, что между нами происходит. — Хм, ну ладно. Может, показалось. — Наверное, — дальше мы шли в тишине, пока Поз не заговорил на другую тему.

***

Highasakite – God Dont Leave Me

Вечером мы все собрались у костра, ели шашлыки, и кто-то даже пел песни под гитару. В какой-то момент я действительно забыл обо всём и просто наслаждался природой и компанией. Длилось это недолго. Когда я увидел Арсения вместе с Кирой, настроение пропало. Не знаю, может, я действительно ревновал. Это было глупо, конечно. Он мне никто, но мне были неприятны их объятия, поцелуи. Буквально вчера эти губы целовали меня, а сейчас я должен смотреть на это всё. Нет, спасибо. Хватит с меня. Я встал и уже хотел пойти в сторону палатки. — Уже уходишь? — остановив меня, спросил Матвиенко. — Да, устал чего-то. — Ещё же рано. Посиди немного. — Я пойду, — поймав на себе взгляд Попова, я двинулся к палатке и залез внутрь. Тут было хорошо и спокойно. Я будто бы отгородился от всего внешнего мира. С улицы слышались громкий голоса, смех, песни, а я просто закутался в одеяло и лежал. Через полчаса я не заметил, как отключился. Разбудили меня хихикающие Дима с Серёжей, которые забирались в палатку. Они улеглись по обе стороны от меня. Внутри стало слишком душно, и я снова не мог уснуть. С обеих сторон на меня давили, дышать становилось всё сложнее. Да всё-таки двухместная палатка, наверное, рассчитана на двух человек, что вполне логично. Я кое-как попытался вылезти на свежий воздух, не потревожив спящих парней. Заглянув в телефон, я обнаружил, что было около двух ночи. Я спустился к воде и пошёл вдоль берега. Свет луны и фонари на той стороне озера немного освещали мне дорогу. Я просто шёл в своих мыслях и дышал свежим воздухом, пока мой взгляд не наткнулся на фигуру, сидящую на земле. Знакомую мне фигуру... Арсений сидел, вытянув ноги, и курил. Он смотрел куда-то вдаль, на зеркальную гладь воды. Я быстро развернулся и пошёл в обратном направлении, но было поздно. Меня заметили. — Антон? — тихо позвал парень. Я медленно обернулся. — Посидишь со мной? Незаметно кивнув, я двинулся к Арсению и присел на остывшую землю рядом с ним. Пару минут он молчал, просто выдыхая дым. Я вспомнил про очки. Достав из кармана толстовки, я протянул их парню. — Ты забыл вчера, — Попов взял аксессуар и улыбнулся, вспомнив, наверное, вчерашний вечер, а может, мне просто показалось. — Почему не спишь? — спросил он, убирая очки к себе. — Меня немного выселили из палатки. Там слишком мало места для троих. — рассказал я. — А ты? — Не знаю, не хочется чего-то. Здесь так спокойно, да? — посмотрел на меня он, вновь затянувшись. — Ага, — я поднял голову к небу. Тут было действительно красиво. Все давно уже спали, вокруг было так хорошо и тихо. Романтика прям. Ну да, конечно. Интересно, почему он не говорит о вчерашнем, почему не поднимает одну из тем, которую стоило бы обсудить. Или нет? Такие темы обсуждают вообще? Мы же прекрасно помним, что произошло. А вдруг для него это ничего не значит, он уже забыл, наверное, а я тут сижу второй день, только об этом и думаю. Молчание снова затянулось, и я всё же решился спросить: — Арс, мы тогда... — Арррс, — улыбнулся Попов. — Ты меня никогда так не называл. Хм, мне нравится. Хочешь? — он протянул мне сигарету. — Нет, спасибо. — Как можно быть таким правильным? Мм? Я ничего не имею против, но неужели тебя никогда не бесило, что за тебя всё решают. Постоянно говорят, что можно, а что нельзя. Я бы так не смог. — Если ты думаешь, что у меня нет собственного мнения, ты ошибаешься. Я просто привык к такой жизни. За прошедшую неделю я и так натворил много всего, чего не стоило. — И что, ты жалеешь об этом? — он повернулся и заглянул мне в глаза. Я не знал, что ответить. Этот вопрос заставил меня задуматься. А действительно, жалел ли я? Нет, ни капли. — Не жалею, — я выхватил из его пальцев сигарету и тоже попытался покурить. Горький дым проник ненадолго внутрь, но я тут же выкашлял его обратно. Арсений забрал сигарету, рассмеявшись. — Нет, ты неправильно делаешь. Не вдыхай так много. Постарайся сначала совсем чуть-чуть, — он поднёс её к своим губам и сделал небольшую затяжку, выдохнув мятный дым мне в лицо, заставляя зажмуриться. — Попробуй. Не торопись. Я аккуратно взял сигарету и сделал, как он говорил. На этот раз получилось лучше. — Мне стыдно за то, что я тебя порчу, — отбирая обратно сигарету, сказал Попов и засмеялся. — Зато ты делаешь меня лучше, — он вновь посмотрел на меня этими глазами-океанами, которые сводили с ума даже в темноте. Я опустил взгляд. — Можно я попробую кое-что? — спросил он. Увидев мой вопросительный взгляд, брюнет пояснил. — Сделай губы трубочкой и попробуй вдохнуть дым, ладно? — загадочно сказал он. Я сделал, как он говорил. Арсений, сильно затянувшись, приблизился к моим губам своими. Вытаращив глаза, я замер. Он выдохнул мятный дым тонкой струйкой прямо мне в рот. Вдохнув его, я снова захотел кашлянуть, но сдержался. Попов, позволив выдохнуть дым обратно, припал к моим губам, взяв меня за подбородок. Закрыв глаза, я, не раздумывая, ответил на поцелуй, с осторожностью двигая губами. В этот раз всё было по-другому, он целовал меня аккуратно, с трепетом и нежностью. Я полностью отключился от реальности, просто превратившись в пепел. Не знаю, почему рядом с ним я забывал о существовании окружающего мира, но сейчас меня не заботило ничего, кроме этих губ. Понятия не имею, сколько прошло секунд, а может минут, но брюнет всё же медленно отстранился от моих уже немного опухших губ. — Что ты делаешь со мной, а? — закрыв глаза и улыбнувшись, шёпотом спросил Арсений, прислонившись своим лбом к моему. Я не знал, что ответить, и нужно ли было на это что-то отвечать? Для себя я точно признал одно, мне нравится Арсений, очень нравится. Мне наплевать, что он парень, сейчас мне просто наплевать на всё. Мне хорошо рядом с ним. Может, для него это ничего не значило, но в этот момент я был собой и был счастлив. Мы просидели так некоторое время, пока Попов не увидел, как я подавил в себе лёгкий зевок. Он засмеялся и заговорил вновь. — Наверное, пора спать идти, — поцеловав куда-то в макушку, он поднялся с холодной земли и подал мне руку. — Не хочу будить Диму с Серёжей, — ухватившись за его ладонь, я медленно встал. — Тебе и не придётся, — не выпуская мою руку, брюнет потащил меня за собой. Мы тихо дошли до лагеря и аккуратно пробрались между чужих палаток. Небо незаметно стало светлеть. Попов, найдя свою палатку, расстегнул молнию и пропустил меня внутрь. Оглянувшись вокруг, я забрался в палатку. Тут было просторнее, чем у Димы. Арсений залез следом и закрыл её изнутри. Он подал мне одеяло и запасную подушку. Я, полностью укутавшись в него, лёг на надувной матрас. — Спасибо, — высунув голову из-под одеяла, сказал я с улыбкой. — Спокойной ночи, Антон, — Арсений лег рядом, укрывшись своим пледом, который был немного мал. Я отдал ему часть одеяла, накрыв нас обоих. Было так комфортно и спокойно рядом с ним, что я не заметил, как задремал. Все посторонние проблемы забылись. Я даже не задумывался о том, что я скажу Диме и Серёже, которые проснутся утром без меня. Мне всё равно, что подумают люди, увидевшие меня в этой палатке рядом с Арсением. Мы так и не поговорили о нас и о том, что между нами происходит, но прямо здесь и сейчас мне было хорошо, а это, наверное, самое главное.