Запрети мне любить

Я стоял перед входной дверью своего дома уже около двадцати минут и не решался войти. Проснувшись, я решил не беспокоить спящего парня, а быстрее поехать домой, пока родители не заметили пропажу. Но, увидев пропущенные вызовы и кучу сообщений, я понял, что уже слишком поздно. Как же я устал придумывать вечные оправдания, подставляя друзей и самого себя. Я бы хотел рассказать родителям правду, очень хотел, но… боялся. Да, я безумно боялся даже думать о таком разговоре. Я много раз пытался представить их реакцию у себя в голове, и во всех случаях меня либо выгоняли из дома, либо отказывались от меня, отдавая в детдом. Но как бы я не старался и не оттягивал время, этому разговору суждено было состояться. Чем дольше я его откладывал, тем хуже становилась ситуация. Нужно было что-то делать. В любом случае, я всё равно не смогу скрывать это от родителей вечно. Набравшись смелости, я дернул за ручку и прошёл внутрь. В доме стояла какая-то напряжённая тишина, и на кухне я слышал негромкие голоса родителей. Мой внешний вид был, грубо говоря, не очень. Грязная толстовка и штаны, яркие засосы, которые скрыть я уже не мог, даже надев капюшон, синяки под глазами и болезненная походка, ну, никак не соответствовали образу приличного мальчика-отличника. Пистолет я убрал в карман, в надежде, что смогу положить его обратно незаметно, и хотя бы за это мне не попадёт. Но, конечно же, я снова ошибался. Естественно. Медленно зайдя на кухню, я облокотился о косяк двери, наблюдая за родителями. Они сидели и, кажется, не замечали меня, попивая утренний кофе. Лишь пару секунд спустя отец поднял взгляд и встретился со мной глазами. Я нервно сглотнул. Чуть позже и мама перевела на меня взгляд. — Доброе утро, — только и смог вымолвить я тихим сорвавшимся голосом. Кажется, пауза затянулась. Мама в шоке смотрела на мой внешний вид, внимательно изучая с ног до головы, будто в первый раз меня видит. — Антон? — только спустя несколько минут молчания, произнесла она. — Где ты был? — самый любимый и часто задаваемый вопрос за последнее время. — Я могу объяснить всё. — Что с тобой случилось? Почему ты так выглядишь? — она встала из-за стола и подошла ко мне. — Антон, нам с отцом страшно за тебя, — спокойный тоном сказала она. — Что происходит? Где ты был всю ночь? — Я должен был помочь одному человеку. Это правда было очень важно. — Господи, Антон. О чём ты? Какому человеку? — давай, скажи Антон. Хоть раз скажи правду. Обожаю разговоры с самим собой. — Арсению, — ну, всё. Пора заказывать гроб. Кто тянул меня за язык. — Арсению? Тому самому Арсению, который приходил к нам? — меня пугал такой спокойный тон мамы. Лучше бы она просто наорала на меня, вот честно. — Да. — Интересно, и какая же помощь ему понадобилась в два часа ночи? — она схватила меня за толстовку. — Посмотри на кого ты похож, — почувствовав что-то тяжелое в кармане, она тут же опустила туда руку, достав папину вещь. — Это ещё что? — отец вскочил и выхватил из рук испуганной матери пистолет. — Кто тебе разрешал это брать? — Я же говорю. Моему знакомому нужна была помощь. Я не мог поступить иначе, я должен был его выручить. — Антон, я, конечно, всё понимала. Да, ты подросток, бывают трудные времена с тобой. Но это уже слишком. Куда ты ввязываешься? — она сделала небольшую паузу. — Мне кажется, тебе не стоит общаться с такими людьми, как Арсений. — В смысле? — В прямом, Арсений больше не появится в нашем доме. — Давай я сам буду решать с кем мне общаться. — Антон. — Что, Антон? Вы не можете вечно всё за меня решать. Хватит с меня, — и меня понесло. Я уже не мог остановится. Я понимал, что скажу много чего лишнего, но я уже не мог скрывать то, что чувствую. — Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о нем, ясно? — родители в шоке смотрели на меня, не зная, что ответить, в первый раз видя меня в таком состоянии. — Мы вместе, ясно? Неожиданно, правда? Он мой парень, мам. — Антон, ты что пьян? Что за глупые шутки? — Я не шучу. Я люблю его, понятно вам? И мне всё равно, что вы скажете. Видите это? — я отгородил толстовку и оголил шею. — Прошлой ночью мы были вместе, —в глазах матери застыл испуг, и она просто молча сверлила меня безумным взглядом. Я перевёл взгляд на отца, который тоже стоял в шоке. Его кисть медленно сжималась в кулак, и я уже пожалел о том, что сказал. Но обратно вернуть слова уже было невозможно. — Ты серьёзно ударишь меня? — я подошёл почти вплотную к отцу, заглянув в его дикие глаза. — Ударишь собственного сына только из-за того, что я рассказал правду? Давай, бей! И он ударил. Впервые в жизни меня ударил родной отец. Сильный удар последовал в район носа. От неожиданности я упал на пол, чуть не ударившись головой об стену за моей спиной. Я приложил руку к носу и почувствовал, как кровь бордовой струйкой потекла по моим пальцам. — Андрей, что ты творишь? — мама, отойдя от шока, двинулась к отцу, отталкивая его от меня. — Он же твой сын. — Пошёл вон! — холодный голос отца громко прозвучал на всю кухню. — Убирайся! Я медленно поднялся с пола и посмотрел на него пару секунд. — Нет проблем, — безэмоционально проговорил я и пошёл в сторону двери, замечая, как мама побежала следом за мной. — Антон, куда ты? — Я слушаю отца, не видишь? — У тебя кровь, давай я вытру, — она потянулась к моему лицу, но я не дал себя трогать, выставив руки перед собой. — Не надо. — Антон, мне кажется, нам стоит поговорить спокойно. — Спасибо, я уже наговорился, — я снова вытер кровь рукавом толстовки. — Всего хорошего, —я вышел из дома, с грохотом захлопнув дверь и слыша, как мать выкрикивает моё имя. Впервые я почувствовал свободу и самостоятельность. Я впервые открылся им, рассказал правду и уже мог этим гордиться. Я знал, что они не поймут меня, никогда не понимали. Такой исход был ожидаем. Ещё легко отделался. Идти мне было, конечно же, не к кому, кроме одного единственного человека. Я вызвал такси, и как можно быстрее добрался до дома Арсения, в надежде, что парень уже не спит. Так, к счастью, и оказалось. Сонный парень, зевая, открыл мне дверь уже со второго звонка, но когда он меня увидел, желание спать у него испарилось. Брюнет пропустил меня в дом и тут же закрыл дверь. — Антон? Что случилось? — с нескрываемым волнением в голосе спросил парень, медленно протягивая руку к моему лицу и вытирая кровь. — Кто тебя так? — Я поговорил с родителями, рассказал им правду. О нас, — Арсений удивленно посмотрел мне в глаза, но продолжил молчать. — Отец не очень счастлив, как видишь, — продолжил я, проходя в ванную. — Я не могу пока вернуться домой. Арс, мне некуда больше идти. — Ты идиот, Антон? Конечно, оставайся. Думаешь, я куда-то пущу тебя в таком состоянии? — Извини. Они... они были очень злы, особенно отец. Что я натворил? — Эй, — Попов подошёл чуть ближе, взяв за подбородок и заставляя посмотреть на него. — Ты всё правильно сделал, слышишь? Ты молодец. Они поймут, просто дай им время. Поживи пока у меня. Тебе стоит обработать рану. — А как же твой отец? Он не будет против? — Шаст, он не бывает дома. Всё будет хорошо. Ты же мне веришь? — Да, — тихо ответил я. — Спасибо. — Умывайся, а я пока сделаю нам завтрак, хорошо? — он тепло улыбнулся мне, втягивая меня в уютные объятия, и я просто не мог не улыбнуться в ответ.

***

Прошло несколько дней, а я всё ещё жил у Арсения. В школу я не ходил, потому что знал, что родители будут меня там искать, и, скорее всего, уже поставили в известность моих учителей. Мама звонила мне много раз, но на третий день я выключил телефон, чтобы не дёргаться каждый час. Мне было хорошо и спокойно с Арсением. Все эти дни, проведённые вместе, были замечательными. Мы просыпались во второй половине дня. Попов иногда уезжал по делам, но в основном всегда был дома со мной. Вечерами мы смотрели фильмы в гостиной на просторном диване и поедали вредную пищу. Такие вечера стали идеальными для меня. Иногда мы прерывали просмотр на секс, но в основном я просто засыпал, положив голову на колени брюнета. В один из таких вечеров в дверь позвонили. Я вздрогнул и почувствовал, как Арс медленно высвободился из моих объятий, стараясь не разбудить меня. Он пошёл и открыл дверь, и спустя несколько секунд сквозь сон я услышал голос матери. Я немного напряг слух, пытаясь расслышать слова. — Здравствуй, Арсений, — спокойным, но не доброжелательным тоном проговорила она. — Добрый вечер, — Попов старался держаться непринуждённо, но по его голосу было заметно, как он нервничал. — Антон здесь? — Как же вы узнали мой адрес? — вопросом на вопрос ответил он. — Было несложно это сделать. Я ищу сына. Он у тебя? — её тон стал злее. — Да, но я не впущу вас внутрь. — Мне нужно с ним поговорить. — Антон спит, — теперь уже у Попова голос стал серьёзнее. — Я думаю, если он захочет, он сам с вами поговорит, — я услышал, как моя мама тяжело вздохнула, после недолгого молчания. — Что ты сделал с моим мальчиком? — Ничего такого, чего бы он сам не хотел. Это выбор Антона, понятно? Вам нужно научиться его уважать и принимать. Вы же любите его? — Люблю. Именно поэтому я постараюсь всеми силами отгородить его от этого всего. — Вы так ничего и не поняли. Мне жаль. Всего доброго, — Арсений с силой захлопнул дверь и вернулся в комнату. Увидев, что я уже не спал, а просто лежал с открытыми глазами, он медленно сел на диван, положив руку мне на спину. — Твоя мама приходила, — сказал он, поглаживая мою спину. — Я слышал, — он немного помолчал, не зная, что ответить. — Не хочешь поговорить с ней? — Я... я не могу сейчас. Я обещаю, что скоро поговорю. Мне просто нужно немного времени. И ей тоже не помешает. — Хорошо, — он коротко поцеловал меня в макушку. — Не хочу на тебя давить. — Ты не давишь, о чём ты? Я сам прекрасно понимаю, что мне не избежать этого разговора. Но... я не могу, — я взялся за голову обеими руками и закрыл глаза. — Господи, я так устал, почему всё так сложно? — Сложно, лишь когда ты сам всё усложняешь. Они не звери, Антон. Они же твои родители. Рано или поздно они всё равно всё поймут, и вы помиритесь. Обязательно. — Ты, наверное, прав. Думаешь, мне стоит съездить к ним? — Хочешь я поеду с тобой? — Думаю, они не обрадуются, если увидят тебя. Я лучше пока один, — я заметил, как он погрустнел, но скрыл это за небольшой улыбкой. — Если хочешь, ты можешь отвезти меня и подождать у дома? — Конечно, — он быстро поцеловал меня куда-то в уголок губ и встал с дивана, собирая пакеты от съеденных чипов. — Хочешь чего-нибудь ещё? — я отрицательно помогал головой. — Всё будет хорошо, — он заглянул мне в глаза, и я постарался улыбнуться. Надеюсь...

***

На следующий день мы всё-таки поехали ко мне. Я, как мы и договорились, оставил Арсения ждать в машине, а сам пошёл в сторону дома. Открыв дверь своими ключами, я тихо прошёл в прихожую, а затем заглянул в гостиную. Мама сидела в одиночестве и смотрела какую-то программу про здоровье. Отца дома не было, чему я был рад. Синяк всё ещё был на моём лице, мне было неприятно вспоминать о том, что он меня ударил. — Мам, — она вздрогнула и перевела на меня взгляд. — Привет. — Антоша, — она вскочила с дивана и кинулась ко мне с объятиями. — Ты вернулся! — Я пришёл просто поговорить. И... и забрать некоторые вещи. — Тебе не обязательно снова уходить. Не обращай внимание на отца, он уже не злится. — Что? Серьёзно? Он не злится, мне надо радоваться? Может ещё прощение у него попросить, как думаешь? — Антон, ты тоже не прав. Его можно понять. — И чем же я не прав? — Во многом. Что же этот парень с тобой сделал, как же я не уследила. — Давай не будем трогать Арсения, пожалуйста. — Я хочу, чтобы ты вернулся домой, Антон. — А я не хочу. — Ты совсем свихнулся с этим мальчишкой. Что ты делаешь с собой? Зачем тебе такая жизнь, Антон? Не надо мне говорить сейчас про какую-то любовь, ладно? Ты не знаешь, что это такое. У вас максимум мимолётное увлечение, — она сказала это с отвращением. — Неужели ты не хочешь нормальную семью? Детей? Ты лишаешь меня внуков, в конце концов. — Ты сама себя слышишь? Что за чушь ты несешь? — Сам подумай. Каким ты видишь себя в будущем? Хочешь, чтобы все показывали на тебя пальцем? Смеялись над всей нашей семьёй? — А тебя, я смотрю, только репутация и волнует, да? — ответил я, стараясь держать себя в руках. — Наплевать на то, что я чувствую? — Антон, ты такой глупый. Ты на самом деле думаешь, что нужен этому избалованному парнишке? Да, он оставит тебя при любом возможном случае. Знаешь сколько у него таких, как ты... — Если ты думаешь, что я буду вестись на эти абсурдные провокации, ты ошибаешься. Я вообще, видимо, зря приехал. Я думал, что ты хоть раз в жизни поймёшь меня. Между прочим, это он послал меня приехать и поговорить с тобой. — Я должна сказать ему спасибо? Серьёзно, Антон? — Знаешь, забудь. Я просто заберу вещи и уеду, — я стал подниматься в комнату. — Арсений меня ждёт снаружи, — я откопал в шкафу какой-то старый рюкзак и стал скидывать туда свои вещи. — Антон! — мама старалась выхватить их и выложить обратно. — По-хорошему ты не понимаешь. Меня с отцом не жалеешь, значит. Но пожалей хотя бы Арсения, — я замер на мгновение с футболкой в руках. — Не очень здорово в его возрасте попадать под статью. Не забывай, что тебе нет восемнадцати. — Не верю, что вы настолько опустились, чтобы угрожать, — неприятное чувство разлилось где-то внутри. Я всего ожидал от родителей, но не знал, что это как-то может отразиться на Арсении. — А ещё из пистолета пропал патрон, и я не думаю, что на оружии только твои отпечатки, так ведь? — Он защищал меня. — Мне всё равно. Когда-нибудь ты поймёшь, что мы хотим, как лучше. — Оставьте его в покое! — я не сдержался и закричал на неё. — Тогда сделай с ним тоже самое. Не порть жизнь мальчику. Оставь его. — Нет. — Твой отец в состоянии сделать жизнь этого выродка райской. — Заткнись, — в горле застрял ком. — Его отец тоже на что-то способен. — Я знаю, — улыбнулась она. — Он способен лишь откупаться от проблем сыночка. Ему нет до него абсолютно никакого дела. — От этой проблемы тоже можно откупиться. — Ты, возможно, забыл, кто твой отец, — она подошла к окну, проигнорировав мой испуганный взгляд. — Нельзя, — мама отгородила занавеску и взглянула на машину, которая ждала меня у дома. — Будет лучше, если ты сам скажешь ему и покончишь с этим, пока этого не сделали мы. — Зачем вы так со мной? Неужели я не заслужил счастья? — Рано или поздно ты поймёшь, что мы это делаем ради тебя. А сейчас я хочу, чтобы он уехал, а мой сын вернулся в семью. — Пожалуйста... не надо. Я... я люблю его, мам. Прошу, оставьте его в покое. У него и так много проблем, — мой голос надломился, я готов был зарыдать. — Это должно закончиться. Сделай это, пока не стало хуже.

***

1.Sarah Brightman – Eden Мой телефон завибрировал, и я обнаружил новое сообщение от Арсения. Он интересовался всё ли в порядке и почему я так долго. Моё сердце сжалось и я начал печатать ответ. Мои руки тряслись и не попадали по нужным буквам. Я знал, что этот ответ не устроит брюнета, и он придёт сюда. От: Антон Арс, тебе нужно уехать, пожалуйста. я остаюсь с семьёй кажется всё было ошибкой, прости Я выглянул в окно и тут же заметил, как Попов вышел из машины и быстрым шагом двинулся к моему дому. — Не надо говорить ему, что мы запрещаем и угрожаем. Так будет лучше, — холодным тоном сказала мама и села на кровать в ожидании потрясающего шоу. Я услышал громкие шаги по лестнице, и вдруг моя дверь распахнулась, я вздрогнул. На пороге стоял Арсений, держа в руках телефон, с непониманием на лице. Он подошёл чуть ближе, коротко взглянув на мою мать. — Антон? Что это значит? — спросил он, показывая экран телефона. — Мне не нравятся такие шутки. Ты уже поговорил? Мы можем ехать? — Арс, я... — я посмотрел на брюнета, стараюсь, как можно дольше протянуть паузу. — Я никуда не поеду. Я остаюсь здесь. — Вы помирились? — он снова обернулся на маму и вернулся ко мне. — Да. — Это же замечательно, — он улыбнулся, взяв меня за плечи. — Арс, ты не понял, — я опустил глаза в пол. — Тебе нужно уйти. Всё кончено. Руки Попова замерли на моих плечах. Я нервно сглотнул, стараясь не разреветься прямо при нём. Мне никогда не было так больно, как сейчас. И уж тем более я никогда в жизни не хотел бы причинять боль Арсению, потому что он не заслуживает такого отношения. Но я знал, что родители не соврут, они не оставят его в покое. Не хочу этого. Пусть он лучше будет злится на меня. — Антон? – прошло несколько мгновений, прежде чем его слова вернули меня к разговору. — Ты же несерьёзно? Что она тебе сказала? — он поднял мою голову за подбородок, вглядываясь в него. — Посмотри на меня? Что случилось? – я почувствовал, как он занервничал. В его глазах до сих пор было непонимание и страх. — Я понял, что не хочу... — я быстро посмотрел на мать, заметив её усмешку. — Такую жизнь. Уходи. Пожалуйста. — Что ты несёшь, Шаст? Ты в своём уме? — громко сказал парень. Хватит, Антон. Соберись. — Ты не понял? — я убрал его руки с плеч. — Убирайся. Всё кончено, ты оглох? — мои глаза наполнились слезами, но я старался держаться. — Антон, это не твои слова. Я не верю тебе. — Молодой человек, вы плохо расслышали? Мне кажется, вам пора, — подала голос мама. Проигнорировав её слова, он посмотрел на меня, взял мое лицо в ладони и с силой накрыл мои губы своими. Они были сухими, но такими родными. Я закрыл глаза и в последний раз насладился этим поцелуем, наплевав на то, что на нас сейчас с отвращением смотрела мама. — Я люблю тебя, — отстранившись, тихо проговорил Арсений. — Блять, Антон, я люблю тебя, слышишь? И ты меня любишь, я знаю это. — Нет. Не люблю, — слова давались мне с трудом. — Уходи, пожалуйста. И он ушёл. Внутри оборвалось что-то очень важное. Он ушёл. Так просто развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Он ушёл. Ушёл. Я взглянул в окно, заметив как его автомобиль на большой скорости удаляется от моего дома и исчезает из виду. — Антон, скоро ты поймёшь, что поступил правильно, — заговорила мама, и я обернулся на её слова. — Я вас ненавижу! — я громко закричал, уже не сдерживая слёзы. Она встала с кровати и пошла в сторону двери. — Когда мой сын вернётся, дай мне знать, — мама покинула комнату, оставив меня в полном одиночестве. — Я вас ненавижу! — крикнул я уже в пустоту. Только сейчас я осознал, что я натворил. Я отпустил единственного любимого человека. Просто взял и вышвырнул его. Со всей силы я снёс со стола все лежащие на нём вещи, разбив какую-то дорогую вазу. Я перестал себя контролировать. Разгромив комнату, я пошёл в ванную и стал умывать ледяной водой солёное от слёз лицо, но это не помогало. Я взглянул в зеркало, с омерзением посмотрев на лицо. Я ненавидел себя. Хотелось разбить это чёртово отражение, но стекло оказалось слишком прочным. Один удар, два... Я не чувствовал боли, ничего не чувствовал, лишь дурацкая пустота и одиночество съедало меня изнутри. Я бил всё сильнее. Костяшки пальцев уже кровоточили, а на стекле появлялись небольшие трещины. Пару минут спустя я обессилено сел на пол, облокотившись о холодную плитку. Я всё разрушил. Но самое важное было, что Арсений теперь в безопасности. Пусть не со мной, но в безопасности. Вот только как мне теперь вернуться к прежней жизни, я не знаю...