Глазами друг друга

Тина Голдштейн всегда мечтала увидеть хоть один даже самый неинтересный сон, хотя единицы студентов из Ильверморни могли этим похвастаться. В детстве она услышала от мамы историю о том, что красочный сон — это высшая награда и ее получают лишь те, кто удостоились встречи с их судьбой. Тине казалось, что это было очень глупо просто закрывать глаза каждую ночь и даже не замечать, как она прошла, помня лишь сплошную тьму. Мама рассказывала, что долго не могла понять, кем же являлся уготовленный ей судьбой волшебник — мистер Голдштейн и вспоминала обо всем с легкой улыбкой на лице, придаваясь приятным воспоминаниям. Встретились они совершенно случайно на ярмарке, что поистине казалось волшебным стечением обстоятельств. Но когда Тина окончила Академию, она уже не надеялась увидеть даже самый короткий сон — ей совсем не везло. Многие волшебники женились и проводили всю жизнь в неведении, так и не встретив свою судьбу. Тине Голдштейн казалось, что ей уготовлена такая же не воодушевляющая и скучная жизнь. Первый свой день в Аврорате Тина запомнила надолго, сразу же выделившись. В плохом смысле этого слова. Она умудрилась нагрубить Главе Отдела у входа в Конгресс, а потом еще обсудить его манеру игнорирования сотрудников, в то время, когда он стоял за ее спиной и внимательно слушал. Ее грозный начальник Персиваль Грейвс в тот день вечно кидал на нее недовольные взгляды и хмурился, когда она умудрялась сморозить какую-нибудь глупость. К тому же, Тина умудрилась упустить подозреваемого во время своего первого рейда, из-за чего осталась на ночное дежурство. Во время которого успешно заснула на своем рабочем столе, удобно привалившись на толстую папку. К удивлению Тины, она правда увидела то, что так горячо желала. Предназначенный ей судьбой волшебник не спал, и она успешно видела все, чем он занимался. Перед ее (его) глазами раскинулся широкий темный кабинет, в котором горела лишь одна лампочка, тускло освещающая массивный стол из дорогого дерева, на котором лежали бумаги, аккуратно разложенные по стопкам. Он что-то писал на бумаге ровным почерком, изредка останавливаясь и задумываясь. Тина попыталась вчитаться в написанное, но волшебник поднялся из кресла и пошел к едва заметной в полумраке двери, широким шагом пересекая кабинет. Он распахнул дверь, оглядывая помещение. Тина не могла поверить тому, что видела: его глазами она видела себя, удобно разместившуюся на одном из столов. — Голдштейн! — рякнул Грейвс, останавливаясь напротив девушки. Тина буквально подскочила, с нескрываемым шоком глядя на Главу Аврората, но не из-за того, что он застал ее спящей на рабочем месте. Совсем не из-за того. — Вы в первый же день решили проспать все дежурство? — Нет, сэр, извините, — Тина отвела взгляд и опустила его на свои ботинки. Она никак не могла понять, почему ей так не повезло?! — Чтобы такого больше не повторялось, — сухо бросил мужчина, удаляясь в свой кабинет. Разочарованно выдохнув, Тина опустилась на стул и недовольно сжала губы. Она была уверена, что с таким мужчиной у нее точно ничего не будет. Хотя в голове и мелькнула мысль о том, что он потрясающе выглядел в этой рубашке. Пару дней спустя Тина увидела красочный сон, в котором она бродила по улицам Нью-Йорка, отлично проводя время с Куинни. Видимо, мистер Грейвс тоже спал, вот она и не увидела мир его глазами. Ее буквально передернуло от появившейся мысли: что, если он будет спать, когда она решит переодеться? Тина решила, что лучше бы она так и не видела эти дурацкие сны.