Начало

       Через час я поставила ещё один пышный букет белых роз в трёхлитровую банку и накрывала на стол ужин. Черная бутылка вина с поэтичным названием «Южная ночь» от объединения Абрау Дюрсо решительно не хотела поддаваться. Я же не придумала ничего лучше, как поставить ее на холодный пол и протолкнуть деревянную пробку с помощью железной вилки просто в глубь бутылки.        — А меня попросить не судьба? — Саша вышел из душа с желтым полотенцем в руках. От него приятно пахло свежестью и моим шампунем.        — Дай сюда, — он забрал бутылку и отдал мне взамен влажное полотенце. Потом быстрым и резким движением он закрутил штопор и я ощутила терпкий запах вина.        — Я почти справилась, — но мой тон, явно говорил об обратном.        — Да я так и понял. Ты же должна отвыкать все делать сама, я кажется тебе уже говорил, — он разлил красное вино по прозрачным бокалам, и мы приступили к позднему ужину.        —  Я думала ты и так устал из-за этих событий, — мне хотелось плавно перейти к теме, которая так волновала, нужно же знать, что же все-таки сегодня случилось и скажет ли он мне правду. И он понял это. Секунда, цепкий взгляд и его усталая улыбка — он положил вилку на стол.        — Да все нормально, просто перепутали ребята. А я свежий и бодрый, — он говорил это явно желая сменить тему диалога.        — Сань, это не ответ, — я начала осторожно объяснять ему ситуацию. — Сегодня Оля приходила ко мне после ареста Пчелы и, пока собиралась, нашла в вещах пистолет, — он медленно сделал глоток холодного винного напитка и перевел взгляд на белоснежный потолок. Дальше я продолжала говорить, словно уже оправдываясь за собственный вопрос, но мне действительно надо было понимать события настоящего, чтобы избежать того будущего, которое я помнила и очень боялась.        Я не знала этого временного периода. А в голове мелькнула неприятная мысль, что наивность — это все-таки второе счастье.        — Я ей сказала, что охранное агентство этим занимается, и оружие зарегистрировано. Но это не так же? — не расскажет он мне ничего. Эта простая и банальная истина, которую я так упорно игнорировала, подтверждалась. Мне не удастся что-то изменить, если он мне не поможет.        Странно, но он вообще казался каким-то ужасно спокойным. Невозможно было понять, о чем Саша думает. Он перевел взгляд на меня, слегка наклонил голову и произнёс:        — Кать, я не хороший или плохой. У меня есть работа и мы действительно, кхм, даем охрану некоторым людям, это я тебе рассказывал, — он говорил еще это таким тоном, будто объясняет ребёнку избитые истины в сотый раз. И в эти редкие моменты меня раздражала такая манера речи. — При этом обязаны сохранять свой бизнес — это ты тоже знаешь, да, в этом мы выходим за рамки закона. Я выхожу. Чтобы нас не задушили, когда мы только начали подниматься. Сейчас нет закона, есть только бабки, оружие, и некоторые люди могут тебе помочь, — он на секунду замолчал, как будто подбирал необходимые, правильные слова, — в тех или иных вопросах. Не я это придумал, но я живу согласно своим понятиям. Я все решил, такого больше не повторится. Все. В чем проблема? Зачем к этому постоянно возвращаться? Есть работа, а есть жизнь, и давай ты не будешь смешивать все в один котел и при этом обострять ситуацию.        — Ты считаешь, что я влезаю в твои дела? А я тебе тогда кто? — меня это неожиданно задело и разозлило, хоть он со своей точки зрения все правильно сказал. Я встала и приоткрыла окно и взяла из пачки сигарету, которая валялась на подоконнике. Если бы можно было ему все рассказать.        Я почувствовала, как он подошёл сзади, а потом забрал у меня сигарету и выкинул ее на улицу.        — Повернись ко мне, пожалуйста, — его горячее дыхание обжигало мою шею, аромат его свежести опьянял лучше, чем от любого вина. — Не обижайся на меня, я люблю тебя и обещал — в первую очередь себе — беречь тебя, хочешь ты этого или нет, — тихим низким голосом прошептал самый любимый человек. Тебе незачем копаться в этом дерьме, — я ощутила легкое прикосновение мягких губ к шее. Я повернулась к нему, и он взял меня за руку, а я положила голову к нему на грудь. Мне почему-то стало так жалко нас. Я чувствовала, как сильно бьётся его сердце. Он нежно гладил мои волосы, и мы молчали об одном и том же. А за окном все также горел яркий фонарь.        — Саша, а ты в судьбу веришь? — я немного отстранилась и посмотрела ему в глаза.        — Когда как, — он пожал плечами. — Мы сами строим судьбу, но есть вещи, которые нельзя изменить. Я, например, уже не смогу без тебя, — он сделал шаг и накрыл мои губы своими, а потом увлек в долгий и страстный поцелуй. Мы словно тонули в друг друге. По коже пробежали знакомые мурашки, а ноги стали словно ватными, он аккуратно взял меня на руки, и я уже не заметила, как мы оказались на кровати. Он одним движением снял с меня белое платье и резко расстегнул лифчик, а я помогла неумело снять с него одежду. Хотя руки дрожали очень сильно, и мне казалось, что я уже ничего не соображаю, а сердце бешено стучало, словно пробежала огромную дистанцию. Я не заметила, как он оказался надо мной. Его поцелуи становились все жарче и постепенно полностью уничтожали чувство неловкости, а от прикосновений сильных, но ласковых рук, кожа будто горела. Он целовал каждый сантиметр тела, а потом хрипловато, но нежно прошептал на ухо:        — Потерпи секунду, — и я ощутила резкую боль, но он опять нежно начал меня целовать не давая опомниться, словно стараясь заменить боль на нечто новое… Удовольствие приятными волнами накрывало с каждым движением. Острыми ногтями, я наверное расцарапала ему всю спину, но счастье окутывало нас с головой, словно самое мощное цунами. Мы стали единым целым, в этот момент ничего и никого не осталось, да и не было никогда. Только он и я, хотелось чтобы это никогда не заканчивалось. Я слышала свои стоны, его учащённое дыхание будто откуда-то издалека. Беспощадное время потеряло свою власть над нами. Вдох-выдох, только он и огромная вселенная. Или он и был моей вселенной и эта была действительно неоспоримая судьба. И кроме как любить нам нечего оставалось.        Утро наступило слишком резко и быстро. Словно хотела наверстать упущенное, ведь мы выиграли у нее время. Я медленно открыла глаза, и мне показалось, что все это был сон, ведь Саши рядом почему-то не было, но посмотрев на правую руку, я увидела золотое обручальное кольцо. «Странно, а где же он? — на секунду пришла мысль, — Может он подумал, что все было невероятно ужасно?»        Я медленно встала и надела голубой сарафан. На сером небе пробивались лучики солнца, которые озаряли невзрачную кухню. На убранном столе я нашла записку, написанную красивым, немного размашистым почерком.        «Катюша, я скоро буду. Я надеялся, что успею вернуться еще до того, как ты проснешься. Люблю. Твой АБ»        И я тебя люблю… М-да, а вот в фильмах героини надевают рубашки своих мужчин. Все не канонно у нас.        Приведя себя в порядок, я придирчиво посмотрела в зеркало, словно хотела найти в себе какие-то изменения. Но все также — ничего не изменилось. Черные длинные волосы, карие выразительные глаза и слишком бледная кожа или это просто красные щеки так выделяются, ведь перед глазами всплывал вчерашний вечер. Я открыла кран и умылась несколько раз холодной водой.        Через час, я услышала как открылась входная дверь. Зашёл довольный Санька, снял обувь и из-за спины достал зелёное ведро.        — Доброе утро, малыш, — он поцеловал меня в щечку.        Я недоумевающе смотрела на ведро, и Сашка усмехнулся:        — Это тебе новая ваза для цветов, собирайся. А, и зайди на балкон. Я так понял, что ты туда не заглядывала.        Пустой ранее балкон был усеян множеством совершенно разных роз. Белых, красных, желтых, и аромат, по-моему, начал даже попадать через открытую балконную дверь. От красоты у меня начали разбегаться глаза…        — Это еще не все, — он показал мне лист бумаги. — Тебе надо только подписать и через две недели нас распишут.        — Как ты это все успел? И как через две недели? Ты говорил, через месяц вроде?        — Нет, я такого не говорил. Через месяц нас и так бы расписали, а я не хотел бы так долго ждать, — он обнял меня.        — А как мы все успеем? Зал, меню, список гостей, — я ощутила, как паника начала атаковать со всех фронтов.        — Не переживай, я зал приметил, гостей утрясем, а одежду мы сегодня выберем. Да и ты не одна же будешь. Я тебе маму и Катю дам в помощь, — невозмутимо заметил он.        — А кого ты хочешь взять шафером и.? — он поцеловал меня, не давая договорить.        — Кого? Да вон Фила возьму, тоже проблема.        — Сейчас, — я вырвалась с объятий и пошла за ручкой и блокнотом, пока у Сашки было настроение и время. — Сань, иди сюда, — я позвала его на кухню и услышала тяжёлый вздох.        — Что? План Барбаросса составляешь? — он поставил железный чайник.        — Белов, ты иногда невыносим. И так. У меня дружка будет Оля.        — Что ходите к другу другу, да? Тебе без сахара? — пошутил он и начал готовить кофе.        — Да без сахара, ходим. А почему ты Пчёлкина не позвал?        — Я был у него, и я уже крестный папа, как-то в общем, не совсем правильно, короче. А тебе че, кандидатура Фила не нравится?        — Нет конечно, просто интересно стало, — он поставил кофе и вальяжно сел напротив.        — А за ресторан сегодня придумаю, — он сделал глоток и, по-моему, вообще не переживал.        Я попробовала кофе. Он был крепкий и немного горький, как я и любила.        — Спасибо. А меню? Я хочу большой торт, да и из гостей кого будем приглашать? Нам нужно еще музыкальное сопровождение.        Он неожиданно стал очень серьёзным:        — А твои родители приедут? — он пальцем водил по лакированному коричневому столу.        — Нет, я им звонила, и они не смогут выбраться, — как же не хотелось лгать ему.        — И я так понимаю, что не могу с ними хотя бы по телефону поговорить? — он пристально и сосредоточенно посмотрел на меня.        Я не знала, что ответить. И, кажется, начинала понимать Сашу. Иногда мы не можем просто сказать правду.        — Ладно, — словно не замечая моего замешательства, продолжил он. — Короче, список примерно такой, — он начал загибать пальцы, — моя мама, Катя (вот она шума наведёт), потом Пчела с Ольгой, Фил, он там начал встречаться с кем-то и будет не один, Кос тоже будет по-любому с очередной дамой, и я хочу еще его отца пригласить. Он нам здорово помог тогда. Там подтянуться несколько десятков братвы с Урала. Ну, пацаны могут не понять, если не пригласим, и они мне нужны, — опережая вопросы ответил он. — Надо брать зал человек на человек сорок-пятьдесят в общем-то. А музыкантов вон с перехода выдерну.        — Белов, блин.        — Да шучу! Так, а ты кого хотела бы?        — Как ты хорошо все обставил, — я быстро все записывала, чтобы ничего забыть.        — Предъявляешь мне, да? — весело ответил тот.        — Типа того. Я думаю, что можно пригласить мою начальницу. Она мне все время помогала, да и мы неплохо общаемся.        — Хорошо, — он взял меня за руку. — Вот, а ты переживала. Сейчас поедем, купим еще тебе платье, и будешь ты похожа на принцессу, хотя ты и без платья королева.        Но тут раздался навязчивый звонок телефона.        — Что? Любовник звонит? — пошутил он.        — Конечно, — я встала и услышала голос Вити, который спросил, не у меня ли Саша.        — Сань, тебя Пчёлкин.        Он забрал трубку и сказал:        -Да? Что? — он нахмурился. Потом нервно продолжил: — Я не понял, а кто? Сидите и ничего не делайте, сейчас буду. Пчела, такое не катит, ясно? Все, короче, скоро буду.        Ну вот и выбрали. Он постоял несколько секунд в задумчивости и выдохнул.        — Катюш, мне уехать надо, а ты там выбери что надо, — Саша достал портмоне и вытащил пачку денег. — Бери, — безапелляционно заявил он. —Сходите там может с Олей по магазинам, я доверяю твоему вкусу. Да и платье невесты нельзя типа смотреть перед свадьбой, и все дела. За ресторан, я все решу сегодня, и вечером еще поговорим.        — Ладно, давай уже едь. И спасибо тебе, — я его поцеловала.        Он в ответ сильнее поцеловал и добавил:        — Это все мелочи, главное это мы с тобой. Я люблю тебя, маленькая. Не скучай, малышка.        — И я тебя люблю, родной, если бы ты только знал как сильно.        — Знаю, — и тут он лукаво улыбнулся. Жалко конечно, что не успеем еще раз, — он ухмыльнулся.        — Иди уже, — чувствуя как щеки начинают гореть, я открыла входную дверь. Умеет все-таки испортить романтичный момент. Я повернула ключ и побежала посмотреть в окно, как он подходит к машине. И он будто знал, что я смотрю, и поднял голову, а я ему в ответ помахала рукой. Это все похоже безумие, но мы справимся. Я точно знаю