Беги-спасайся

Джек отпустил водителя восвояси и, обойдя уличный фонтанчик в виде пары каменных дельфинов на площадке перед родным домом, переступил порог холла. Он сразу уловил некоторые произошедшие изменения - в доме словно нарочно был приглушен свет, а из небольших настенных динамиков звучала какая-то современная песня, словом, царила какая-то неестественная романтическая атмосфера. Едва Джек снял уличную обувь и поставил ее в на нижнюю полку шкафчика, как веселая ритмичная музыка прервалась на середине такта и неожиданно какой-то записанный на флешку голос иностранного оперного певца затянул соло. Джеку этот фальцет тут же скрутил уши, и он невольно выпрямился и огляделся. По высокой деревянной лестнице ему навстречу вдруг, сверкая бронзовым загаром кожи и упругой пятой точкой, едва прикрытой новеньким шелковым халатиком, вышла Стелла собственной персоной. - Джекки, мальчик мой! - завизжала она, несказанно обрадовавшись появлению парня и при каждом удобном случае стараясь сверкнуть превосходным педикюром на ногах. Ни капли не заинтересовавшись ни соблазнительными бедрами мачехи, ни ее нахально выглядывающим из-под халата полупрозрачным кружевным бельем, ее “мальчик” холодно опустил взгляд на часы на своей руке - пол одиннадцатого вечера, какого хрена эта ночная бабочка тут порхает? - Ты чего не на вечеринке? Ты же любишь всякую подобную фигню, - на ходу снимая с себя пиджак школьной формы, спросил блондин. Это был не дружеский вопрос, а скорее проявление искреннего раздражения. Какое упущение! Когда он соизволил вернуться домой, эта антипатическая особа оказалась именно здесь, а не на Северном полюсе. Джек чертыхнулся. Он и без того каждый божий день тянет до последнего, порой возвращается домой далеко за полночь, не желая ни одной лишней минутки торчать в радиусе визуального соприкосновения с собственной мачехой. Обычно ему везло - Стелла могла поехать кутить в какой-нибудь ночной клуб или напрочь забыть о времени, гуляя по бутикам и разбрасываясь деньгами муженька. Сегодня, к великому разочарованию, Фрост обнаружил прямо противоположное. - Твой отец попросил водителя отвезти меня на вечеринку, но я сказала, что у меня болит голова и осталась дома, - всем своим довольным видом демонстрируя чудесное самочувствие, кокетливо ответила брюнетка. - Яс-сно, - ни капли не веря, безразлично бросил Джек и направился в гостиную. Стелла, полы халата которой при каждом шаге будто специально подпрыгивали вверх и оголяли ягодицы, заторопилась за ним. Диван в гостиной был широким и просторным, но Джек нарочно опустился в кресло, чтобы прилипчивая брюнетка не смогла подсесть к нему, но та умудрилась занять совсем узкий подлокотник его кресла и умышленно потянула край своей накидки вверх, чтобы обнажить бедра. Джек даже ухом не повёл, он взял пульт и начал без разбору переключать каналы. Стелле подобное пренебрежение к своей яркой персоне надоело мгновенно: - Где ты сегодня был, Джек? Я уже хотела поехать тебя искать, - ласковым и сладким голоском спросила она, кладя ладони ему на плечи и пальцами сминая его мышцы. Джек силой оттолкнул ее руки: - А что меня искать? Я сам найдусь, уже не маленький, - фыркнул он. Стелла вдруг выдернула из его рук пульт и быстро пересела к нему на колени. Она обхватила ноготками шею блондина, впиваясь в белую кожу, и заставила взглянуть на себя. - Хочешь меня? Ты ведь хочешь, я знаю это, - Стелла с кокетливой ухмылочкой наклонилась к парню и поцеловала его в шею, облизнув языком его кожу. Джека перекосило от презрения, и он без предупреждения поднялся с кресла, стряхивая мачеху с колен: - Похоже, тебе совсем нечем заняться! Надо сказать отцу, чтобы нашел тебе работу, - холодно отрезал он. Видел бы ее сейчас его отец. Да она бы в один миг оказалась на улице. Стелла надула пухлые губы и попыталась вновь обнять блондина за пояс, только Джек ударил ее по руке, и она разъярилась: - Я же и так все делаю ради тебя! - истошно завопила она и вдруг набросилась на Джека с кулаками. Парень без труда оттолкнул ее, так что она упала на диван, и отвернулся. Но ему в спину вдруг чуть не прилетел горшок с гибискусом - Стелла лишь на пару дюймов промахнулась. - Не нарывайся на драку, - серьезно предупредил ее Джек, чувствуя, как спину пробирает ледяная дрожь отвращения. - А то что? Что ты сделаешь?! - продолжала брюнетка визжать и швыряться цветочными горшками. - Пожалуешься на меня своему папочке? Я не боюсь тебя! Ты за целых полгода это не сделал и сейчас не сделаешь! - Да будь он сейчас здесь, а не в командировке, я бы уже давно ему все рассказал! Стелла уже сделала пару шагов с нескрываемой целью распустить руки, как к дому подъехала машина, и спустя секунд пятнадцать в гостиную зашел старый и худощавый мужчина в черном фраке. Перебитым цветам на полу он не придал особого значения - ему был известен вспыльчивый характер молодой хозяйки, и он уже привык везде убирать за ней, да и не в его компетенции было судить ее. Он был всего лишь дворецким в этом доме. - А, Стэнли, - без особого удовольствия поприветствовала его помрачневшая Стелла. - Как прошла вечеринка? - Миссис Фрост, мистер Фрост приобрёл сегодня для вас это украшение, - сохраняя невозмутимое выражение лица, он поднял крышку темно-зеленого бархатного футляра с известным логотипом, и на свет показалось широченное колье с бриллиантами и изумрудами. Оно искрилось и переливалось, периодически подмигивая то огромным зеленым каменным глазом, то россыпью прекрасных чистых бриллиантов, и Стелла отвернулась от Джека и с интересом всем телом развернулась к новоприбывшему. Не прошло и секунды, как стационарный телефон зазвонил, и Джека, взявшего трубку, предупредили о международном звонке. - Папа, привет, когда ты домой вернешься? - сразу спросил Джек в трубку. В динамике мягко и снисходительно рассмеялись: - Сынок, это же бизнес, ты ведь знаешь, что открытие филиала - дело непростое. - Но не на полгода же! - воскликнул Джек, затем встретил дерзкий взгляд мачехи и вспыхнул от раздражения: - Почему ты тогда Стеллу с собой не заберешь? - ему настойчиво хотелось сказать “эту ведьму”. Папа был настроен миролюбиво: - У Стеллы очень нежная кожа, она не переносит палящего испанского солнца, - пояснил он, и Джек закатил глаза. - Сынок, она там рядом? Передай ей телефон, я хочу удостовериться, в порядке ли она. Джек небрежно протянул брюнетке телефон и сложил руки на груди. - Стелла, солнце моё, как твоя голова? Еще болит? - Стелла на это однозначно кивала. - Ты получила мой подарок? Надеюсь, он поможет тебе быстрее поправиться и поднимет настроение, - воодушевленно произнес мистер Фрост. - Это из новой коллекции, такое ты ни в одном журнале еще не найдешь. Это только для тебя. Джек презрительно смотрел, как Стелла принимает подарок из рук дворецкого и при этом торжествующе улыбается своему “пасынку”. Она почему-то каждый раз оставляла его с носом. Джека пробрал приступ тошноты. Поняв, что ещё секунда и белый ковер на полу будет не спасти, он развернулся на месте и пошёл в свою комнату. Настроение было испоганено просто донельзя, и он знал на сто процентов - сегодня из-за лезущих в голову паршивых мыслей он так и не уснет. *** Флинн остановил машину на парковке и, шумно выдохнув, уставился на свои руки, лежащие на руле. Они даже не дрожали - внешне шатен на редкость был спокоен, но вот внутри него что-то все время скрежетало и билось о железные прутья клетки. Шатен обеспокоенно слушал громкий стук собственного сердца, который вторил пульсирующим в голове мыслям. Он не знал, что и думать, все сегодняшнее утро обдумывал, но так и ни к чему разумному не пришел. Вчера Сандроп ухаживала за ним, но почему? В чем причина вспышки такой внезапной заботы? Что она хочет за это? Что ей нужно взамен? Эти вопросы раз за разом пропускали на крупной терке камень его самообладания, и его железная воля растерянными стружками ложилась ему под ноги. Райдер постучал указательным пальцем по рулю, глубоко дыша, и, немного погодя, вышел из машины. Он огляделся и с облегчением увидел поднимающихся по крыльцу всегда спокойного Хэддока и с неохотой плетущегося за ним Фроста. По лицу последнего было так очевидно, что он не выспался, что прозорливому Флинну, хоть голова у него и была сейчас забита своими мыслями, не составило труда догадаться. Подойдя ближе, он ощутимо хлопнул друга по плечу, как приветствие: - Эй, Фрост, ты какой-то сонный сегодня, - все еще хрипловатым после болезни голосом усмехнулся он. - Выглядишь так, словно с тебя всю ночь не слезала Стелла. - Почти угадал, - мрачно бросил ему Джек. - Сначала эта истеричка перебила половину горшков с цветами в доме, потом полночи стучалась ко мне в комнату, требуя выйти, - его передернуло от еще свежих воспоминаний. - Как же она меня достала! Вы бы видели, во что она вчера нарядилась! - Насчет этого, - попутно вставил вдруг Иккинг, толкая двери в храм наук и заходя первым. - Флинн, говорят, что вчерашнюю ночь ты провел с Рапунцель Сандроп. Полусонное состояние молниеносно покинуло Джека. Он резко остановился, и Райдеру, который зашел в школу аккурат за ним, пришлось резко притормозить, иначе он влетел бы в его сумку. - Флинн, я думал, что после того случая ты больше не втянешь Рапунцель в эту историю с “приглашениями”, - возмущенно и на эмоциях произнес он. Флинн обмер, и внезапно почувствовал острую необходимость защитить себя, накрывшую его, как коврик для йоги, утыканный гвоздями. - Я ее не приглашал, она сама пришла, - вдруг ощетинился он. Его сердце быстро-быстро застучало в горле. Несколько секунд он сосредоточенно смотрел на рюкзак Джека, как будто пытаясь пронзить его рентгеновским зрением, затем поднял взгляд на молчащих друзей. Те оба странно на него смотрели. Спустя только секунд десять до Флинна дошел смысл их внимательных переглядов: - Ничего не было, - честно ответил он им. Джек запихнул руки в карманы брюк и со вздохом уставился на особняком идущую впереди них Рапунцель, которую постепенно принялись обходить стороной все старшеклассники, а некоторые девушки начали провожать ее ненавистными взглядами. - Ты это толпе своих поклонниц объясни, - протянул Фрост, и Хэддок с Райдером синхронно посмотрели в ту же сторону. То, что обстановка в школе накаляется, заметил каждый из них, потому что еще с самого горизонта были заметны надвигающиеся грозовые тучи, в изобилии набитые молниями и дождями из кактусовых иголок. - Мы не всегда видим то, что есть на самом деле, Флинн, - серьёзно произнёс Иккинг, нарушая тишину и заставляя задумавшегося друга моргнуть. - Наша фантазия может приукрасить реальность, но из-за этого не должны страдать невинные люди. Флинна пробрала дрожь, и он резко повернулся к Иккингу: - Ты уже не в первый раз такое говоришь, Хэддок. Вижу, эта девушка тебя очень сильно волнует? Но знаешь, беспокойся лучше о своей невесте, - довольно хлестко проговорил он, - когда она там приедет, кстати? Райдер хотел смутить Иккинга, но у него это не вышло: - Через неделю, - спокойно заметил тот. - Вот и посмотрю я на твою “счастливую” рожу через неделю, - огрызнулся Флинн. Он шумно втянул воздух и бросил быстрый взгляд на неторопливо двигающуюся по коридору блондинку. Затем, развернувшись на пятках, пошел в совсем другую сторону. Вчера эта девушка и вправду его выручила, но он не понимал, с какой стати? Его обуревала неизвестность, и в то же время он твердо знал, что не должен попадаться на эту уловку - строит из себя святую невинность, а его друзья и рады ей помочь. Флинн не выдержал и всё-таки оглянулся - не дожидаясь команды свыше, Иккинг и Джек, как две ракеты ближнего действия, как бы случайно прорвались сквозь надвигающуюся на Рапунцель группу старшеклассниц, и, приобняв блондинку за плечи, вывели ее из опасной зоны. Райдер громко фыркнул себе под нос - пусть другие на такое попадутся, но не он. *** Удивленная малость странным поведением друзей школьного короля, которые настойчиво проводили ее прямо до дверей кабинета истории и затолкали вовнутрь, Рапунцель проводила их немного ошарашенным взглядом и пересекла порог своего класса. Все одноклассники - малое число просыпающихся в шесть утра и прибывающих в школу к ранним 07:30 - закрыли рты и, держа языки за зубами, начали потихоньку к ней приглядываться. Не подозревая о возникших вокруг себя сплетнях и будучи в прекрасном расположении духа, Рапунцель с улыбкой протанцевала к своей парте и воздушной снежинкой опустилась на свой стул. С плохо скрываемой радостью она вытащила свои учебные принадлежности и оглядела кабинет - сейчас ей не составило бы никакого труда добровольно помыть доску или полить цветы. Однако оценить степень увлажненности комнатных растений ей вдруг помешала стайка девушек, занимавшая широкий подоконник. Рап встретилась взглядом с несколькими представительницами параллельного класса, которые с нескрываемым любопытством и неодобрением на нее поглядывали, и Рапунцель заметила среди них свою лучшую подругу. Туоф была одета в точно такую же укороченную школьную форму, что и старшеклассницы, и на ее шее красовался фирменный красный платок этой группы. - К крутым переметнулась? - себе под нос буркнула Рап, чувствуя неприятную желчь на языке и обиженно глядя на подругу. После вчерашнего разговора на эмоциях они с Туоф больше не общались, но Рап не чувствовала себя виноватой. По-нормальному они вообще должны были поссориться еще тогда, когда выяснилось, что Туоф переспала с Райдером, зная, что он нравится Рапунцель. Старшеклассницы с параллели ушли, а подруга, немного погодя, подошла к Рап. Она неуверенно подергала кончик своего тонкого фирменного шарфика и, видя, что ей трудно начать разговор, Рапунцель первой подала голос: - Привет. Красивый платок, - без привычной улыбки проговорила она. Улыбаться Туоф не было никакого желания. - А, это… Это получает каждая, кто вступает в группу... фанаток Флинна, - возникла неловкая пауза, и Рап помрачнела. Вот, значит, что это за клуб, с которым теперь тусуется ее подруга? И именно в нее можно вступить, переспав со школьным королем? Можно было и догадаться - эта группа ведь начала свое существование как раз в начале учебного года, когда в их школу перевелся Флинн. У них и собственная атрибутика была - красный шейный платок. - Значит, он давно у тебя есть? - блондинка немного повысила голос, глядя на платок, завязанный на шее Туоф. Ей так хотелось съязвить ее, мол, почему она раньше его не надела? Стыдно было? Но она вовремя прикусила язык, чтобы не начать сыпать ядом. Вместо этого она благоразумно решила пойти прогуляться и развернулась на месте, но Туоф догнала ее уже у двери: - Рап... Ты что, получила повторное приглашение? – наконец, спросила она то, что хотела, и Рапунцель автоматически нахмурилась. - О чем ты? Туоф еле дышала, было видно, как тяжело ей дается этот разговор. Она чувствовала себя не в своей тарелке: - Говорят, что ты вчера ездила к Флинну домой и... - Кто говорит? - вздыбилась Рап. И откуда в их школе всё так быстро приобретает огласку? Она задумалась, как такое возможно, но последовавший вопрос Туоф выбил почву у нее из-под ног. - Вы все-таки переспали? – неожиданно спросила она, и Рап поперхнулась втянутым воздухом. - Что за чушь?! - фыркнула она. Туоф внезапно схватила ее за руку и предупредительно прошептала: - Это не чушь, Рап, те девчонки, они же от тебя не отстанут. Если ты переспала с Флинном, то ты должна носить их красный платок. - Так вот какой у него смысл? Не было ничего, Туоф, и скажи тем девчонкам, пусть отстанут от меня со своими сексуальными причудами, - Рапунцель вырвалась и, хмурясь, с немного испорченным настроением потопала к автомату с колой. Она не поднимала голову до самого первого этажа, потому что категорически не хотела наткнуться взглядом на еще каких-нибудь обладательниц подобной “метки”. Честно говоря, ей не хотелось знать их точное количество. Ей нужно не портить себе настроение, а поднять его, поэтому она взяла в автомате освежающий зеленый чай в жестяной баночке и, когда выпрямилась, неожиданно встретилась взглядом со стоящим позади нее объектом недавнего обсуждения. Райдер стоял здесь явно не первую секунду, но молчал и внимательно на нее глядел. Первые несколько секунд Рап тупо на него смотрела: - Привет, - затем резко прочистила она горло и, немного обежав взглядом все поле зрения, всё же решилась остановить взор конкретно на собеседнике. - Как твое самочувствие? Флинн смотрел на нее с каким-то ему одному ведомым подозрением: - Нормально, - коротко прохрипел он. Если сравнивать с его вчерашним маньячным голосом, сегодня ему явно было лучше. Его кожа даже визуально не была такой бледной, что успокоило душу Рап, потому что она порядком за него волновалась. Если бы он сегодня не пришел в школу, она, скорее всего, вообще вызвала бы скорую к нему домой. - А кстати, - вспомнила вдруг она и, порывшись в кармане своего пиджака, достала оттуда пачку зеленых таблеток. – Это шалфей, очень помогает от кашля, - сказала она и по-доброму улыбнулась. Никак не ожидавший подобного с ее стороны Флинн изменился в лице и не сразу протянул руку за лекарствами. Некоторое время он просто недоверчиво смотрел на маленькую протянутую ладонь и размышлял. Затем нерешительно и крайне медленно, словно в любое мгновение готовый передумать, забрал пастилки. Райдер открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, и возникла еще одна долгая пауза в его реакции. Затем он сипло спросил: - Во сколько ты вчера ушла? Просто когда вернулись родители с вечеринки и разбудили его, он обнаружил себя спящим на диване в гостиной, надежно завернутым в плед, как гусеница в кокон, и при этом голова у него уже не стреляла пулеметными очередями. Ладони у него тогда почему-то пахли кокосовым молоком, и этот запах с тех пор преследовал его все утро. Рапунцель задумчиво прищурилась, силясь вспомнить: - Не знаю, я заказала такси, потому что было уже темно, а до автобусной остановки было слишком далеко идти, - честно ответила она. Флинн кивнул и, не спеша, повертел в руках пастилки. Ему хотелось спросить что-то еще, но он лишь облизнул губы и, увидев, что позади них уже образовывается целая очередь к автомату, кивнул ей - не то на прощание, не то из благодарности за таблетки - и пошел к своим друзьям. Рапунцель сначала не знала, как реагировать на такой странный разговор. Но затем она заулыбалась радостно и непринужденно. Пусть она и не услышала “спасибо”, для нее это утро уже было самым прекрасным за последние дни. Все-таки впервые в беседе с Райдером, пусть и такой непонятной, не звучали оскорбления и попытки поссориться. Так что Рап от всей своей вновь окрыленной души понадеялась - такой разговор у них с Флинном был не последний.