Беги-спасайся

Первый урок пролетел как-то моментально. Студенты высыпали в коридор, мурлыча себе под нос новогодние песенки и чирикая, как на птичьем базаре, в предвкушении праздников. При этом они все, как надоедливые мухи, дико мешали хмурому Флинну Райдеру, который безжалостно всех расталкивал, пока семимильными шагами приближался главному претенденту на звание “самого популярного джентльмена школы”. Тот действительно выглядел так, будто только что вернулся со светского приема - по крайней мере, школьная форма сидела на парне так идеально, а волосы были аккуратно зализаны набок, что Райдера чуть не стошнило прямо на пол. Неужели этот придурок посмел перешагнуть через него и послать Рапунцель цветы и ту дешевую открытку? Вроде выглядит как порядочный гражданин, а на самом деле тот еще засранец. Ничего не подозревая о его мыслях, с преотличным настроением Ханс Вестергорд как раз вышел из мужской уборной, на ходу стирая последние капли влаги с ладоней, при этом с энтузиазмом напевая себе что-то под нос, как вдруг его схватили за грудки и совершенно неожиданно впечатали в стенку. - Эй, в чем дело?!.. Райдер? - Ханс не ожидал с утречка такой “приятной” встречи и недовольно прищурился, схватив шатена за запястья. Лицо местного короля не предвещало ничего хорошего. - Отпусти меня, Райдер. Ты мне воротник испортишь. Флинна бесило в этом парнем все, даже само существование. - Думаешь, если ты сын дипломата, то я тебя не трону? - прорычал он, начиная злиться еще больше. - Как бы не так! Думаешь, самый умный здесь? Думаешь, тебе позволено все?! Он хорошенько приложил изумленного Вестергорда головой о стену, немного не рассчитав силу, и, схватив за воротник пиджака, вновь вжал в бетон. Ханс автоматически коснулся ладонью затылка, потому что показалось, что голова вот-вот отвалится, и поморщился. - Райдер! - возмутился он. - Ты что творишь? Чего тебе надо? Флинн был не в том настроении, чтобы ходить вокруг да около: - Говори, как есть: это ты подкатываешь к Рап?! Ханс даже не сразу его понял: - О чем ты говоришь? Я подкатываю к Рапунцель? - Это я у тебя должен спрашивать. Что это было утром? Ты ей цветы прислал? Тут Вестергорд прозрел: - Ооо, - и вдруг ухмыльнулся, бесстрашно глядя сопернику в глаза, - а что, у тебя есть подозрения, что это был я? Флинн по глазам Вестергорда видел, что он понял, о чем речь. И что еще пользуется моментом и просто смеется над ним. - Я вижу, ты совсем оборзел, - вцепился в него Флинн еще крепче. - Я тебя предупрежу только раз: что бы ты ни придумал, Рап никогда не уйдет от меня, понял? Я нравлюсь ей. Только я. И никто другой ей даром не нужен. Ханс гордо дернул подбородком и оттолкнул Райдера: - Если ты настолько уверен, то почему сейчас выглядишь так, будто хочешь меня прикончить? Уверенностью тут даже не пахнет. - Вестергорд! - вспылил Райдер. - Не трать мое время. Отвечай: розы ты прислал? Ханс некоторое время скептически смотрел на парня, затем выдохнул и засунул руки в карманы брюк, не отводя взгляд: - Нет, - спокойно, но настойчиво ответил тот. - Я не стал бы чужой девушке дарить цветы. Это поставило бы ее в неловкое положение. Тем более, если она моя подруга. Тем более, если я знаю, что ей нравится другой. Так что если ты хотел выяснить, кто за твоей спиной подкатывает к Рапунцель, то это не я. Я не такой подлый человек, - он выразительно дернул бровями, словно напоминая Флинну о его давних грешках. Райдер скрипнул зубами и отвернулся к окну, крепко сжимая кулаки. В его душе клокотали торнадо. Как же его бесила вся эта дурацкая ситуация! Он не понимал, лжет Вестергорд или нет. Голос одноклассника блондинки вывел его из состояния раздумья: - Эй, Райдер, если хочешь узнать, кто хочет увести у тебя Рап, то навостри уши. Ты, как я понял, далеко не прекрасный принц. Да и с самообладанием у тебя полная катастрофа. Если уведут ее, что будешь делать?... Райдер едва не вмазал ему по роже, но Ханс даже бровью не повел. - Подумай на досуге, какой парень нужен Рапунцель. Тогда поймешь, какой человек на самом деле может стать твоим соперником. И научись контролировать свои эмоции и держать себя в руках. Иначе такими темпами допрыгаешься до того, что ее не уведут, а сама сбежит от тебя... Затем Ханс ушел, оставив Райдера захлебываться собственным ядом и недоумением. Значит, если верить Вестергорду, это был не он. Еще до него утром Флинн невольно предположил, что это отец внезапно решил напомнить о себе таким способом, но этот вариант был сразу отметен в сторону, потому что каким бы пронырливым и скользким ни был Том Райдер, на территорию школы он бы не попал - охрана на входе его бы просто не пропустила. Да и не стал бы он так сильно заморачиваться. Так что следующим под подозрение попал Вестергорд. Изначально Ханс был вторым - и, вообще-то, последним - вариантом Флинна. Но, твою мать, если это не новенький, то кто?! Флинн чувствовал себя так, словно его кто-то подсидел. Как будто он - независимое государство, а на него втихаря катят бочку с порохом и покушаются на суверенитет. Неприятнейшее было чувство. Хотелось остановить время, чтобы собрать мысли в кучу и отсортировать нужные от барахла. Потому что внутри все кипело так сильно, что терпение лопалось на огне ревности, как пузырьки пара - в кипящей воде. Весь день он практически ни на шаг не отходил от Рапунцель, не считая времени, проведенного на разных уроках. Друзьям он напоминал сторожевого пса, тенью следующего за своей принцессой - абсолютно на всех переменах он вился около Рапунцель, а его рука будто приросла к талии блондинки. Внутри Флинна поднималась какая-то волна до этого совершенно незнакомого ему чувства. Это была не только ревность. Это было похоже на злость, и ему это катастрофически не нравилось. Что это за анонимный парень? Чем он может быть лучше него? Несмотря на то, что сам недавно втолковывал Вестергорду, что Рап его ни на кого не променяет, ведь они столько вместе пережили, волнения это ничуть не уменьшало. Ему в жизни не приходило в голову, что он может быть недостоин какой-то девушки. Он был популярным, внешность тоже была привлекательной - девушки, постоянно просящиеся к нему на коленки, были ярким тому доказательством. Лишь недавно, после того, как сам перестал посылать девушкам приглашения, они немного оставили его в покое. Невольно шатену закрадывалась в голову мысль: он ведь всего за пару недель в этой школе стал всеобщим любимчиком - но по какой причине? Раньше его это не волновало, потому что принималось, как само собой разумеющееся. Только ли из-за тех приглашений и приятной наружности? А Сандроп он за что понравился? Тоже из-за этого? Он ведь вел себя, как козлина, глумился над ней и ее чувствами, выставлял ее на посмешище, называя ее мировоззрение наивным. А она не побоялась дать ему отпор. Даже когда вся школа начала над ней смеяться, она не сдалась. И все равно после всего осталась с ним. А он? Что бы он сделал? Смог бы не переубивать любого, кто ему слово поперек скажет? Слишком вспыльчивый. Вестергорд ткнул его в самый нос. Вот Хэддок, к примеру, в этом плане был больше похож на Рапунцель. Он бы тоже вышел из этой ситуации с гордо поднятой головой. Райдеру иногда казалось, что даже ядерная бомба не способна сломить самообладание его друга. Флинн задумчиво повертел в руках ключи от машины. Мама сегодня планировала собрать совет директоров, чтобы обсудить, кто дальше займет должность Президента “Yujin”. У самого шатена еще не было права голоса на таких собраниях, но послушать обсуждение у него право было. Вот только мысли у него сейчас были максимально далеки от дел компании. Какое вообще ему дело до того, кто будет сидеть в президентском кресле ближайшие несколько лет, пока Флинн не получит высшее образование, если прямо в эту секунду кто-то хочет нагло стащить у него Сандроп? Он уже отпросился у учителя по семейным обстоятельствам, но чем больше смотрел на стеклянные двери компании, тем больше ему казалось, что он хочет сейчас находиться не здесь. Ну вот что - его ведь упрекнули в том, что он не ухаживает должным образом за Рапунцель? Он докажет всем, на что способен Флинн Райдер. Он покажет другим парням, что по сравнению с ним, у них нет ни единого шанса даже постоять рядом с его девушкой, даже дышать в ее сторону. И пусть все тайные поклонники Сандроп больше не смеют высовываются из своих крысиных норок. А если посмеют, их ждет смерть, мучительнее того, что Райдер сейчас чувствует, в миллиарды раз. *** У Сандроп сегодня было весь день сногсшибательное настроение. Она буквально светилась изнутри, и это просто нельзя было не заметить. Учителя улыбались, глядя на нее, некоторые одноклассники и старшеклассницы с параллели, которые раньше даже не обращали на нее внимания, здоровались с ней в коридорах и просили сфотографироваться и дать автографы. Рапунцель чувствовала себя окрыленной, вдохновленной. Хотелось летать от счастья, улыбаться, дарить тепло и нежность всем вокруг. У нее и в личной жизни все было хорошо, и в учебе - на тесте по истории ей поставили оценку “отлично”, и отношения с одноклассниками начали более-менее теплеть - после публичных ссор с Флинном с ней давно никто так нормально не разговаривал. Даже несмотря на то, что сам Райдер словно вообще забыл, что они с Рапунцель когда-то враждовали. Перед последним уроком, как и было условлено, Рап зашла в класс и, игнорируя взгляд Туоф и других девчонок у окна, опустилась за свою парту. На математике она сидела одна - у Ханса занятия проходили в другой аудитории. В таких случаях, когда шатен находился вне поля ее зрения, блондинка просто искренне надеялась, что старшеклассницы не загоняют Вестергорда куда-нибудь в угол и не срывают с него одежду, чтобы всласть полюбоваться его телом или чем-то еще. Не счесть, сколько раз Рап слышала от других девчонок, как они им восхищаются. Чаще, чем Вестергордом, они восхищались, пожалуй, только Райдером. Но если Райдер был привлекателен как-то по-дерзки, был, так сказать, сексуальным королем, то Ханс считался рыцарем в белых доспехах с глазами невинного оленёнка. Рап усмехнулась себе под нос и, вспомнив о лежащем в шкафчике букетике цветов, который она каждую перемену брызгала водой, чтобы не засох, весело постучала указательным пальцем по поверхности парты - определенно, это был замечательный день! - Ну что, ребята, весь класс здесь? Тайный Санта на подходе! - в класс зашел учитель математики, чей предмет в расписании сегодня стоял последним, и потряс перед носами старшеклассников красным, расшитым серебряными снежинками мешком. Одноклассники Сандроп моментально восторженно завопили и расселились по своим местам. Рап тоже подобралась, в предвкушении даже поерзав на стуле. - Итак, правила вы все знаете: как обычно, по-очереди засовываете руку в мешок и достаете записку с именем и классом человека, которому должны будете подготовить за эту неделю пять подарков. Времени у вас предостаточно. Традиционно сумму на подарки не устанавливаем - исходите из того бюджета, который у вас есть. Постарайтесь придумать что-то оригинальное, хорошо? - учитель начал ходить между рядов с протянутым мешком, и все по очереди начали засовывать руку внутрь. - Никому не показывайте, даже мне. В этом году учителя тоже решили участвовать вместе с вами. Если я достанусь кому-то, не говорите мне, я хочу сам угадать, - от математика так и веяло энтузиазмом. Все знали, что он страшный любитель детективов и только грезит о том, чтобы примерить на себя шкуру Шерлока Холмса. - А если у меня нет фантазии, что делать? - хохотнул один из парней-спортсменов, когда учитель проходил мимо их группы. Учитель весело ему улыбнулся: - Постарайся тогда с юмором подойти к этой проблеме, хорошо? Одна из девчонок, стоявших у окна, с которыми теперь общалась Туоф, переступила с каблуков на пятки и смерила парней высокомерным взглядом: - Может, тебе посчастливится, и кто-то, наконец, подарит тебе мозги, Подс? Тогда и с фантазией проблем не будет, - насмешливо фыркнула она. - А кто-то тебе подарит противозачаточные, Эйвери? - охотно поддержал тот ее игру в колкости. - Гляди, как бы не залетела от Райдера. Тогда твои проблемы будут гораздо хуже моих. Рап вздрогнула и вдруг почувствовала, что ее щеки стремительно краснеют, хотя она в этой перепалке даже не участвовала. Когда учитель сравнялся с ее партой, она плотно сжала губы и быстро вытащила из мешка свою записку. Даже не прочитав имя, она неосознанно начала мять записку и скатывать ее в бумажный шарик. Учитель, шикая на учеников, чтобы сменили неприличную тему, подошел к соседке Рапунцель, когда черноволосая Эйвери показала Подсу средний палец и громко фыркнула: - С какой стати мне об этом волноваться? Это вон пусть Сандроп парится - это она уже месяц не вылезает из постели Райдера! Рап показалось, что все волосы на ее голове встали дыбом, она перестала крутить шарик. Замечательное настроение сдуло как ветром, и на душе остался один холодный осадок. Блондинка почувствовала на себе пристальный взгляд учителя, и ей захотелось провалиться сквозь землю. - Хотя, видимо, даже Райдер не в силах ее удовлетворить, раз она не отпускает от себя новенького. С виду вроде тихоня, а внутри та еще развратница. - Думаю, достаточно подискутировали сегодня на эту тему! - громко оборвал их математик, наконец, раздав всем записки и перекладывая мешок в другую руку. - Сейчас вернусь, у меня еще тут три класса ждут своих записок. А вы не болтайте и начинайте решать задачи по теме прошлого урока. Вернусь - спрошу обязательно. Учитель свалил. Но, разумеется, о том, чтобы открыть учебники и начать решать задачки, и речи быть не могло. Все с интересом наблюдали за развернувшейся сценой. Эйвери прямо переклинило. Она смотрела в упор на замершую на месте Сандроп, и ее лицо было искажено от возмущения: - Ты хотя бы понимаешь, как это эгоистично, Сандроп? Знаешь, что каждая из нас уже имеет на Райдера полное право? Даже больше, чем ты! - она вдруг выхватила пакет, который до этого висел у ее соседки на крючке под партой, и, стрелой подлетев к месту Рапунцель, вывалила содержимое пакета прямо перед носом блондинки. Красные конверты, целая горка, посыпались один за другим и даже полетели с парты на пол, потому что наверху им просто не хватало места. - Теперь понятно?! - воскликнула от души Эйвери, хлопнув ладонью по столу. Рап подняла на разогнавшуюся девушку изумленный взгляд. Если всю эту огромную кучу они собрали в своем клубе, то… получается, именно столько девушек Флинн Райдер поимел в этой школе. Оказывается, она и понятия не имела, сколько их было. Потому что слово “несколько” явно не подходило масштабам и размахам этого парня. Рапунцель показалось, что ей публично влепили пощечину. Глаза щипало. Но вместо того, чтобы покраснеть и зареветь от обиды, она вздохнула поглубже и, глубоко заткнув обиду за пояс, уверенно дернула подбородком и уголком губ. Да они просто шлюхи, им все равно, с кем спать. Флинн тут ни при чем. Флинн ни при чем… Господи, да сколько же тут этих конвертов? Уязвленное сердце предательски заныло, словно в него ткнули ржавой иголкой. Она же забыла, напрочь забыла о них всех! Так тщательно стирала их из своего сознания, что в какой-то момент даже получилось - она простила Флинну все прошлые огрехи. Но эти девчонки не забывали. Никогда. Ждали подходящего момента, чтобы напомнить о себе. Напомнить даже скорее не о том, что Райдер не ее собственность, а о том, где ее место. Потому что в последнее время она и правда забылась. Рапунцель помрачнела и косо посмотрела на Туоф, которая тоже стояла в кучке с другими двумя девушками из группы поддержки Эйвери. Рап знала, что не только Эйвери на самом деле думает так о Райдере, - их было много. Брюнетка вовсе не была самой главной или единственной. В этом и было их преимущество. Рапунцель приходилось одной противостоять всей бешеной компашке. У нее больше не было лучшей подруги. Сандроп опустила взгляд на блестящий брелок с серебристым сердечком, прикрепленный к ее телефону, который выглядывал из-под кучи конвертов. “Лучшие друзья навек” гласила надпись. И какого чёрта она до сих пор его хранит? Выбросить подарок бывшей подруги к чертям и дело с концом! На что она вообще надеялась? На чудо? - Что, в шоке? Нечего сказать? - фыркнула закадычная подружка Эйвери, присоединяясь к брюнетке. Рап перевела на ее хмурый взгляд. Она даже не ожидала, что в один из самых счастливых дней в ее жизни плотину этих девчонок все-таки прорвет. И ее затопят. С головой. - Язык проглотила? Рапунцель почувствовала, что сейчас взорвется, как динамит. Она медленно встала и свинцовой ногой сделала шаг вперед. Десятки взглядов одноклассников за ней наблюдали. Краем сознания она понимала, что все, что сейчас происходит, - это просто показуха. Но… это ведь все было правдой. Флинн спал с ними. Поэтому они так смело и нахально себя ведут. Блондинка чувствовала, как горят ее щеки. Как же унизительно это было! Да еще и перед одноклассниками, с некоторыми у нее только-только начало получаться хоть что-то, отдаленно напоминающее нормальные человеческие отношения. И сейчас все могло рухнуть, даже не начавшись. Внутри блондинки все скрипело, дробилось, заливалось едкой кислотой, дымилось и разъедало душу. Рап сама не понимала, как у нее получилось не захлебнуться слезами прямо здесь. Почему она должна все это терпеть? Она вовсе не обязана. Все это казалось кошмарным сном - и Эйвери, и ее конверты, и эта дурацкая ситуация. Она вот-вот проснется и окажется, что Флинн ничего такого не делал. Рап никак не могла себя заставить перестать думать о том, сколько тут конвертов. Ее взгляд бегал то влево, то вправо, подмечая имена и фамилии на приглашениях. Каждый раз разные. Слишком много, чересчур, чтобы Рапунцель могла быстро посчитать или хотя бы прикинуть в уме. Словно гадкая холодная ладонь коснулась ее вспотевшей от напряжения спины. - Тридцать два, - произнес голос над ней, и Рапунцель подняла взгляд. Наверное, девчонки догадались по ее выражению лица, о чем она так глубоко задумалась. - Что “тридцать два”? - переспросила Рап, хотя уже догадывалась. Ее голос на удивление прозвучал спокойно и даже не дрогнул. Две старшеклассницы с усмешками переглянулись, но Сандроп ничего не сказала больше. Ее взгляд исподлобья медленно разглядывал их. Они обе были очень хорошенькие. Вообще-то, все девушки, с которыми Райдер спал, были милашками или красотками - вероятно, он неосознанно или осознанно выбирал именно симпатичных. Девушки стояли, опирались на парту Рап, будто коршуны нависали над крольчонком. Они чувствовали себя здесь хозяйками, совсем не боялись ее реакции - очевидно, они даже ждали всплеска эмоций или чего-то такого. - 32. Именно столько девушек переспали с Флинном Райдером в нашей школе. Они внимательно следили взглядами за Рапунцель. Та и не собиралась притворяться. Если эти девушки рассчитывали посмеяться над тем, как она плачет, то зря. Сейчас она не заплачет. А вот потом, когда никто не будет смотреть, она просто пойдет и вырвет себе сердце. Рап наполнила легкие воздухом и, чуть приподняв подбородок, чтобы лучше видеть девушек, неожиданно для себя спросила: - Тридцать два, это с вами или без вас? Девушки начали ухмыляться: - Это в нашей школе. А в прошлой у него было 18, мы узнавали точно, в позапрошлой 15. У нас рекорд! Мы переплюнули всех. - Думаете, этим стоит гордиться? - Рап поднялась со стула и одарила девчонок ледяным взглядом. - Думаете, меня это волнует? - ее голос все-таки немного охрип. - Лишний раз вслух упоминаете о том, что вы просто шлюхи, которым плевать с кем спать! - процедила она. Затем посмотрела на кучу конвертов на своей парте и просто одним махом смела их все со своего стола. - Заберите это барахло. Меня оно не интересует. Еще раз подойдете ко мне с этой темой, я за себя не ручаюсь! Затем она схватила телефон со стола и, растолкав девчонок, быстро вышла, ни на кого не оглядываясь. В коридоре она встретила математика, который спросил, куда она направляется, ведь идет урок, но Рап просто буркнула что-то про туалет. На самом деле она подлетела к своему шкафчику и, закинув туда основательно помятую записку и порывисто вытащив букет, крепко сжала голые стебли в руках. Подарок Флинна. Шипы больно впились в ладони, но девушка не хотела разжимать руку. Пусть лучше болит снаружи, чем все внутри выгорает от злости или безысходности. Она с силой сжала цветы и, с дрожащими от напряжения губами, вцепилась другой рукой в открытую железную дверцу шкафа. Если ее колени подкосятся, она просто грохнется на пол и заревет. - ...Рап, мне очень жаль насчет Эйвери, - послышался негромкий голос в паре метров от нее, и блондинка перевела резкий взгляд на взявшуюся как из ниоткуда Туоф. Шатенка неуверенно смотрела на нее с довольно безопасного расстояния, будто не решаясь приблизиться еще больше, опасаясь получить разрядом тока в печень. Ведь Туоф прекрасно знала, что тоже входит в “топ-32”. Даже вспоминать об этом гадко! Лучшая подруга, называется! Ее притворное сочувствие стало последней каплей. - Да может уже хватит?! - взорвалась Рапунцель, не жалея голоса. - Мы с тобой уже несколько месяцев не разговариваем, так какого чёрта ты сейчас ко мне подошла?! - Рап казалось, что ее щеки полыхают, как жареные на гриле сосиски. - Мне не нужно твое сочувствие! Оставь меня в покое, как делала до этого! В голове словно стоял густой туман. Сердце сжималось, клокотало от внезапно вспыхнувшей ярости. Сколько унижений она еще должна вытерпеть?! Неужели ей просто хоть один день нельзя побыть абсолютно счастливой?! Она с чувством завела руку с букетом над головой и швырнула цветы на пол. Это был какой-то мимолетный порыв. В другой день она бы ни за что так не сделала. Просто какое-то помутнение. Какое-то эгоистичное желание, до этого совершенно ей не знакомое. - Ого, а я думал, что они тебе понравятся. Долго ведь выбирал. От неожиданно мужского голоса рядом обе девушки вздрогнули и одновременно повернули головы на звук. Рап не сразу его вспомнила. Туоф же моментально напряглась и словно даже перестала дышать, тут же узнав. Их реакция была абсолютно разной, но высокий крупный парень, который оказался обладателем глубокого низкого голоса и пепельных волос, этого как будто не заметил. - Ну что, мои конфетки, не обнимете меня? Парень раскинул руки в стороны, затем улыбнулся по-мальчишески дерзко и так знакомо поиграл мышцами на широченных накаченных плечах, что у Рап вдруг отпала челюсть. И как она еще утром не вспомнила, когда получила вместе с цветами ту открытку?! “Конфетками” ее и Туоф называл только один человек на свете. - Банни?! - изумленно воскликнула она, узнав его. Ее челюсть просто потерялась где-то в ядре Земли. Как же он изменился! Хотя они с Туоф его только год не видели! - Он самый, - довольно ответил тот и еще шире раскрыл руки. Как делал всегда, чтобы они могли подбежать к нему и крепко обнять с двух сторон. Он обожал так делать. Рап не могла заставить себя даже с места сдвинуться, не то, что полететь в чьи-то объятия. Она, как вибрацию телефона, почувствовала напряжение слева от себя и с трудом повернула голову к Туоф - пришлось для этого даже челюсть с пола подобрать и захлопнуть рот. У Рап пробежал холодок по позвоночнику - совершенно белая от страха Туоф глядела на нее такими огромными глазами, что казалось, что она вот-вот заплачет или грохнется в обморок. И блондинка моментально сообразила, из-за чего у ее бывшей подруги было такое отчаянное выражение лица - проблема в том, что Банни всегда нравился Туоф, а у блондинки на нее теперь был супер-экстремальный компромат. И она может сдать ее и отомстить в любой момент, когда только захочет. Хоть прямо сейчас. Рап и самой казалось, что сейчас она способна на всё, - вдруг она почувствовала себя игроком футбольного матча. Мяч словно после долгих безуспешных попыток его перехватить вновь оказался у нее. Похоже, назревал 1:1.