аРабская сказка

— Хороший хозяин на дороге не валяется! — Два замурзанных тощих высоких парня уже неспешно шли по грязному городу, пересыпающему из часов Быка в часы Тигра, избегая камер, и оживленно спорили, обходясь, однако, без слов и жестов. И это была первая вырвавшаяся вслух фраза, заставившая обоих нервно оглянуться. — А лежит, — тихо и слишком ровно проговорил второй, указывая направление взглядом. В нише щербатой, когда-то ярко-выкрашенной, а ныне пестро-грязной бетонной стены, на криво осевшей одним углом на землю и гордо вздымающей одну ножку-лапу низкой лавочке действительно лежало тело, завернутое во что-то невнятно-полосатое, вроде бурнуса или разрезанного одеяла. «Живой. Человек. Физические повреждения отсутствуют. Возраст около двадцати стандартных лет. Мужчина», — парни переглянулись, обмениваясь информацией и, некоммуникативно, мыслями. «Нет!» — тот, что был чуть выше, крепче, двигался быстрее и увереннее, даже головой отрицательно повел. «ДА!» — его приятель с более живым и смазливым лицом радостно ухмыльнулся. — НЕТ. — твердо произнес каменномордый, роняя негромкий звук точно чугунную гирю на рыхлый бархан. Гиря уверенно упала и утонула в маниакальном энтузиазме, засветившемся во взгляде симпатичного. — ДА! — шепотом воскликнул тот, тут же перейдя на бесшумный обмен сообщениями: — «ДА! Это то, что надо! Он еще не втянулся, я по запаху чую. Проверь карточку!» — «Лучше свернем ему шею, труп спрячем, а карточку обналичим». — «Просто доверься мне! Разве я тебя подводил?» Менее темпераментный, но более внушительный товарищ промолчал и вслух, и по связи, но посмотрел на напарника долгим осуждающим взглядом собаки, которая точно знает, кому придется разгребать и разруливать последствия шалости, затеянной котом.

***

Аладдин всегда считал, что имя ему дали не в меру креативные родители исключительно ради того, чтоб судьба могла над ним издеваться. Вот и сейчас он смутно помнил, как решил расслабиться в кальянной, отмечая потерю очередной работы. На этот раз потому, что хозяин внезапно уверовал в нового Пророка, и так истово, что поспешил избавиться от бренной пыли житейской суеты в виде маленькой тандырной, передав ее, с помещением, оборудованием и персоналом, в праведные и богоугодные руки, которые первым делом уполовинили персоналу денежную часть зарплаты, а вторым - уполовинили персонал, объяснив, что Пророку и его богам совершенно не нужны низкоквалифицированные, недостаточно физически развитые молодые люди, не имеющие ни собственности, ни жен, ни детей, а значит Аладдин и его приятель Симба уволены еще со вчерашнего дня и сегодня работали исключительно в ожидании расчета. Такое хреновое сегодня требовало хоть какой-то компенсации, так что свежевыброшенный из тандырной молодой безработный решил, что без хотя бы одной чашечки журака завершать его нельзя ну вот вообще никак. А дальше… А дальше все было как-то непонятно. И странно. Аладдин еще не понял: продолжается ли это паршивое сегодня, или незаметно подкралось не менее «прекрасное» завтра, но то, что это день тотального постижения мудрости небес, отринувших людей и исторгших их в пучины бытия, было самоочевидно. Мир качался, пучился и пузырился, в голове козлинно пели иблисы, силясь заглушить пьяных гурий, желудок вознамерился вытолкнуть печень наружу, явно чтоб промыть ей рот от бараньего помета… а еще было холодно и мокро. — Господин пришел в себя? Господину дать еще воды?

***

— Еще раз. Кто вы, кто я, зачем вы, и что вы от меня хотите, беспородные сыновья шайтана! — О, высокородный сын шайтана, единокровный брат наших душ! Мы — твои верные киборги! Он — DEX (ты его не бойся, он больше не будет макать тебя в фонтан, душить и даже не убьет, если слушаться не перестанешь), я — Irien, и мы любим тебя, господин! Ты наш хозяин вот уже час и сорок три минуты стандартного времени. Ты купил нас в лавке у слепого Шурхафы у него! — грязный палец назвавшегося ириеном ткнул в названного дексом. — И слепой Шурхафа за семьдесят единиц изменил настройки в наших процессорах! Человек сжал голову, раскалывающуюся после… А хрен его знает, что он там вчера купил, прежде чем это вчера, бывшее сегодня, кончилось, и он уснул под шайтановой луной. Трижды правы люди, говорящие, что сон не под крышей ведет к беде и несчастьям. Ибо действительно слепой хакер Шурхафа был известным на Базаре торговцем краденой электроникой, и теперь заночевавший под звездами бедный Аладдин стал совсем безденежным владельцем самокраденного DEX’а и дексокраденного Irien’а. — Не рви на себе волосы, господин! Не жалей о деньгах! Ибо у нас есть план! О нет, человек, не тот, что курить! А тот, с которым мы покинем эту проклятую планету и купим три места на корабле отсюда! Сейчас ты умоешься в этом фонтане сам, я расчешу твою бороду и почищу одежду, намотаю чалму, и мы втроем пойдем на базар, где ты будешь сдавать нас в аренду! — Что? — часть слов показалась сознанию смутно знакомой, а еще часть напоминала о детских сказках, про корабли и дивную страну «Свалить-Отсюда!» — Ты тупой? — голос DEX’а был кусач и жесток как абразив, но доходил до мозга куда эффективней медово-патоковых витиеватостей второго проклятья блудливой ночи. — Хочешь жить — будешь делать, что мы скажем. Понял? — Понял, — Аладдин сглотнул едкую слюну. — Зачем я вам? — Потому что мы тоже жить хотим!