"ГП"

Чимин, в принципе, мог сказать, что жизнь у него удалась. Быть драконом все-таки не так уж и плохо – только и знай что отыскивай периодически сокровища, да отпугивай незваных рыцарей. К плюсам так же относились уютная пещера на опушке леса (Чонгук, что к несчастью прослыл его лучшим другом, пренебрежительно называл сие место «обычной дырой», но Чимин просто сворачивался в клубок и пропускал его слова мимо ушей), прекрасная чешуя красно-золотого оттенка (а уж как на солнце блестит – залюбуешься!) и отсутствие каких-либо забот в принципе. Пока не случилось "ГП". "ГП" у драконов расшифровывается как «Грандиозное Происшествие» и обычно заключает в себе: А) поджог деревни и угон всех крестьян в рабство (уже не актуально, ибо крестьяне шумные и бесячие, и держать их подальше от себя оказывается гораздо приятнее, нежели держать их в рабстве) Б) кража принцессы (актуально, но не слишком, так как нынешние принцессы по бесячести иногда обгоняют всю деревню крестьян вместе взятых) В) бой с рыцарем (тоже актуально но не слишком, ибо этот пункт напрямую связан с предыдущим. Просто так рыцари, к сожалению, биться не приходят. Ну, или разве что разок в сотню лет забредет уж совсем отчаявшийся). "ГП" случилось конкретно у Чонгука, а Чимин, как узнал подробности, мгновенно дал сей аббревиатуре другую расшифровку. Гребаный Пиздец. Потому что по сути у Чона пункт «Б». Только вот вместо принцессы у него принц. И Чонгук его не крал, а наглое человеческое создание само забрело к нему в покои лунной ночью, вопя при этом что-то типа: «задолбался в королевстве, батя прессует с женитьбой, лучше уж этой твари на съеденье». Дракон, что в тот момент очень удачно был в человеческом обличье (спать так удобнее, ну!) успел лишь недоуменно поинтересоваться спросонья, кого тут называют тварью. Парнишка, увидев вместо пресловутой крылатой ящерицы вполне себе симпатичную особь мужского пола, внезапно покраснел, помялся чуть-чуть, а после скороговоркой заявил, что это место ему по вкусу, как и сам хозяин, а кстати, меня Тэхен зовут, и ой, можно я тоже прилягу, а то устал совсем с дороги. И пока офигевший, мягко говоря, Чонгук осознавал происходящее, к его боку уже прижалась теплая тушка. И то ли этот человек был бесстрашным, то ли просто идиотом, но не прошло и пары секунд, как до тонкого слуха дракона донеслось тихое сопение. Уснул. Уснул под боком дракона, твою мать. От такой наглости Чон даже огнем на него плеваться не стал. Усмехнулся только, окинул непонятным взглядом длинные, подрагивающие ресницы и интересного оттенка лиловые волосы, и сам провалился в сон, справедливо рассудив, что спровадить нежданного гостя можно будет и завтра. Только вот как-то так получается, что завтра Тэхен спроваживаться не желает категорически. Не действуют ни угрозы («пф, у нашего королевства магическая защита, ему крылатые ящерицы не страшны»), ни увещевания («волнуется? Мой отец за меня волнуется? Он тебе сам полказны отпишет, если ты ему скажешь, что я у тебя в плену. В качестве благодарности»), ни просто «да отвяжись ты, драконью оспу тебе в поколения, я хочу просто тишины и покоя!». На последнее, кстати, Тэхен возмущенно сверкает красивыми глазами (Чонгук просто так заметил, честно) и парирует «а я тебе что, мешаю, что ли?». На это Чону нечего ответить, как и зашедшему в гости Чимину, что имел счастье наблюдать весь диалог от начала до конца, в голове которого и появилось новое значение старых букв: «Гребанный пиздец». * Проходит одна неделя. Тэхен выпроваживаться все еще не хочет, да и Чонгук усердствует не так сильно, как по началу. Парень оказывается смышлёным и знает много интересных историй. А для драконов сказки да байки разные что наркотик для обычного человека. Для принца стало нормой по вечерам облокачиваться на теплый чешуйчатый бок (ну, или не чешуйчатый, в зависимости от того, какое состояние предпочел Чон на этот раз) и вещать что-то глубоким низким голосом. Иногда к ним присоединялся и Чимин, которому забавное человеческое создание пришлось очень даже по душе, ибо вышеупомянутой «бесячести» у принца не наблюдалось, к облегчению двух драконов. Так незаметно пролетает и вторая неделя, а за ней следует третья… Тэхен каким-то немыслимым образом прижился окончательно, да и Чонгук выгнать его уже совсем не пытается. Скорее уж наоборот, если судить по тому, как он недвусмысленно обнимает парня, когда находится в человеческом обличье. Чимин на это ехидно скалит пасть, а Чон делает вид, что ничего не понимает, хотя слегка запунцовевшие скулы выдают его с головой. Прекрасные деньки, в общем. Ну, или были прекрасными деньками, пока у Чимина не случился его собственный "ГП". * Все началось ранним утром. Прошлой ночью дракон снова задержался у друзей, слушая нескончаемые истории Тэхена, и в свою уютную пещеру Чимин завалился лишь под утро. Не потрудившись даже принять драконий облик (посиделки с Чонгуком и Тэхеном зачастую проводились в человеческой форме, дабы было проще контактировать с обоими), Чимин рухнул на свое ложе и благополучно уснул. И вот сейчас он силится распахнуть глаза под аккомпанемент чьих-то громких воплей. - Чудище, я за братом своим прише… пришла! А ну, покажись, да скажи мне, где, блять, этого долбоеба черти носят! Чимин, невольно восхитившись красноречивости человеческого языка, выползает на божий свет, щуря янтарные глаза. У входа в пещеру стоит незнакомая девушка в простеньком черном платье. Короткие черные волосы развеваются на ветру, а лисьи глаза недобро щурятся, разглядывая субтильную фигурку дракона (его человеческое обличье щеголяло хрупкой комплекцией, симпатичным по человеческим меркам лицом и копной рыжих волос в придачу). - Каким таким братом? – зевает Чимин, плюя на правила этикета. Очередная принцесса, видимо, ну замечательно! - Тэхеном его звать, - Чимин давится зевком, - и я точно знаю, что эта образина у тебя! Мне колдун наш сказал, что держат его в плену у дракона, что живет в пещере в таком-то лесе. - Соседняя пещера, - бурчит раздраженно дракон. Разбудить его, да еще и по ошибке. День начинается восхитительно хреново. Принцесса как-то вдруг теряет весь свой апломб. - А вас тут… а вас тут много что ли? – неуверенно спрашивает она, а Чимин раздумывает, засмеяться ли ему сейчас или просто закатить глаза. В итоге он не делает ничего из вышеперечисленного, а просто вежливо отвечает на вопрос, как положено воспитанному дракону. Плюс, ну, принцесса была немножко симпатичная и грубить ей особо не хотелось, несмотря на то, что она разбудила его так не вовремя. Немножко симпатичная. Самую капельку. - Дофига, - доверительно сообщает он, - этот лес издревна был нашим домом. - Но… наши маги видели только одного дракона в своих видениях… - Если у вас хреновые маги, то тут уж не наша вина, - скучающим тоном протягивает дракон, потягиваясь на солнышке, - ну и мы маскируемся неплохо. Даже хорошо, видимо, если ваше королевство не замечает целое поселение крылатых ящеров у себя по соседству. Принцесса едва заметно бледнеет (кожа у нее сама по себе как алебастр), и Чимин внезапно чувствует себя виноватым, что ошарашил девушку таким количеством информации. - Могу тебя к брату проводить, - неловко предлагает он. Принцесса резко вскидывает голову и впивается темным взглядом, а дракон отчего-то нервно сглатывает, - ну, знаешь, если пообещаешь не отрубать голову мне и моему другу, и все такое. Она раздумывает минутку, а потом кивает. Внезапно ее тонкие губы украшает мимолетная улыбка, а Чимин чувствует странное ощущение где-то там, где по человеческим меркам у него желудок. - Меня Юн… джи зовут. Мин Юнджи, - внезапно говорит принцесса, протягивая тонкую руку. Чимин мешкает долю секунды, но затем аккуратно пожимает тонкую ладонь. - Пак Зааловель Доар Чимин. Но можно просто Чимин. * - Подъем, голубки, у нас гости, - орет Чимин во все легкие. Кучка одеял на огромном ложе начинает копошиться и через пару секунд являет миру лохматую макушку Чонгука. Через мгновение рядом появляется светлая голова Тэхена, и Чимин тихонько хихикает, глядя как стоящая рядом с ним принцесса роняет челюсть. - Ну зачем так громко-то, блин, мы же только… ой, привет, Юнги, - Тэхен заканчивает фразу каким-то блеющим нервным звуком. Чимин только хочет поглумиться над явно ошарашенной парочкой, как… - Ну за что мне братья долбоебы! – стонет вдруг Юнджи абсолютно не женским голосом, - первый насоветовал нарядиться в бабу, чтобы в лес пройти, ибо «сожрет дракон, Юнги, в ином случае, как пить дать сожрет», а второй спит с этим самым драконом, еб твою мать. Ты хахаля попроще найти себе не мог? Теперь челюсть роняет Чимин, наблюдая за тем, как «принцесса», подойдя твердой походкой к брату, начинает оттаскивать того за уши, абсолютно не стесняясь соседства офигевшего Чонгука. - Ай, хен, ну не злись! - Не злись, блять! Мы с Намджуном знаешь как переживали, что тебя кретина, уже в живых не осталось! – пыхтит Юнджи, или, скорее Юнги, не замечая, как парик потихоньку съехал набок, показывая светло-мятную макушку. - Ну живой я, живой, ай, прекрати, ты мне ухо оторвешь! - Батеньке-то нашему пофигу, он рад только, что от тебя придурка избавился, но нам-то, нам… Юнги внезапно перестает мучить Тэхена и порывисто прижимает его к себе. - … но нам-то нет, - глухо завершает он куда-то в плечо своему младшему брату. Повисшую было тишину прерывает тихое кхеканье. - Я, конечно, не люблю рушить семейные моменты, - начинает Чонгук и слегка заикается от взгляда, что бросает на него Юнги, - но как насчет того, чтобы обсудить все как порядочные люди и драконы за чашечкой чая? И Чимин с ним полностью согласен. * Как-то так получается, в итоге, что все устаканивается само собой. Тэхен так и остается жить с Чонгуком (дракон не уступил его даже старшему брату, что, кстати, было нелегкой битвой), а Юнги каким-то немыслимым образом поселяется у Чимина, притом не спросив разрешения самого дракона. Аргументируя тем, что «за этим придурком я должен присматривать самостоятельно, но натыкаться на их ванильную парочку постоянно я не желаю, а у тебя очень даже милая пещера», Юнги ужом проскальзывает как в жилище Чимина, так и в его жизнь. И что еще более невероятно, Чимин ни капельки не против. И вот так снова в их маленьком мирке воцаряется мир и покой, пока в одно замечательное солнечное утро вся опушка не оглашается громким криком: - Выходи, чудище поганое, буду мстить за братьев моих любимых! - О, Намджун приперся, - зевает Чимину в шею Юнги, устраиваясь поудобнее в его руках, а сам дракон думает, что здрасте, очередной "ГП". И почему-то радостно хихикает от этой мысли.