Чай с молоком

Из всех британских традиций Сузаку не мог понять только одну. Чай с молоком по своей сути приравнивался Сузаку к той кошмарной в сочетаниях еде, которую готовила Сесиль. Хорошо хоть в Японии Лелуш как-то опускал эту традицию. – Как ты это пьёшь? – девяносто девятый император Священной Британской империи, заставивший всю королевскую гвардию и всю королевскую рать вместе с аристократией ходить по струночке, поднимает глаза от книги, невинно улыбается и не может сдержать короткий смешок, глядя, как рыцарь фыркает и морщит нос. В такие моменты Лелуш больше похож на десятилетнего ребёнка, нежели на человека, захватившего мир. – Это полезно, – император пожимает плечами, всё ещё улыбаясь, и демонстративно отпивает из своей чашки. Ещё бы мизинец отставил, как благородные дамочки в пресловутых старых фильмах и романах. Как так можно издеваться над чаем - Куруруги не понимал. Поэтому он молча меняет чашку на мисочку с печеньем и суёт одну в рот, надеясь перебить неприятный вкус, осевший на языке. И не может отделаться от мысли, что Лелуш ему просто мстит: за кладовку, за все синяки и ссадины, за японские традиции, с которыми ему волей-неволей пришлось мириться. Отыграться решил, значит. – Все британцы такие злопамятные, или только ты? Лелуш не может сдержать издевательский смех.