17 неправильных решений.

Светская беседа с чашечкой чая с самим собой — что может быть хуже? Люк и иллюзия в виде него самого. На улице тускло светило солнце. Они сидели за стеклянным столиком. Люк озадаченно смотрел что-то на «Facebook», а «оно» качалось на стуле. Вечеринки, смешные фотографии друзей, влюблённые парочки…новостная лента была заполнена именно таким. — Смотри, а они живут интереснее тебя, — усмехнулось «оно». Бекер не обращал ровно никакого внимания на назойливый голос сбоку. Спустя какое-то время Люк (иллюзия) начал бить по столу ложечкой и ждал, что на него обратят внимание. — Так ты расскажешь, как всё было? — Ты и так всё знаешь, — не выдержал парень. — Не знаешь, я хочу услышать это от тебя, — «оно» покачнулось на стуле, а потом прикусило губу, когда положило руки на стол. — Давай, рассказывай. — Что тебе сказать? Что я был слишком горд, чтобы сказать ей о своих чувствах? Оно похлопало в ладоши и откинулось на спинку стула. — Это не должно забавлять. — Как думаешь, почему я появляюсь тебе? — Потому что я болен? — И я хочу тебя свести с ума, — оно коварно улыбнулось и дёрнуло бровями, ожидая рассказа. — Хрен с тобой, всё началось с разговора с отцом, который дал мне несколько наставлений и одну неприятнейшую новость о маме…

***

7 января 2017 года. С самого раннего утра пришло SMS на телефон. На экране появилась фотография отца. «Что-то срочное». — Подумал Люк, ведь они сейчас на берегах в Валенсии. «Сын, нам нужно срочно поговорить. Встретимся в Риджентс-парк через два часа, » — гласило сообщение от отца. Взяв ключи с тумбочки, Люк отправился на встречу с Томом. По пути он надеялся перехватить чашечку бодрящего кофе в Starbucks и хоть немного успокоить свои нервы. Эта встреча была обыденной, как ему казалось, но почему-то он нервничал. Сердце было не на месте. Будто на шею к Люку привязали огромный камень, и он тянет его вниз. Кроме кофе в руке Бекера неизвестно как оказалась сигарета. Но в данный момент это было лучшее сочетание. Это успокаивало. Вождение дорогой тачки, горячий кофе и сигарета — что ещё нужно парню, чтобы привести свои нервы в порядок? Подъехав к парку, Люк увидел припаркованный рядом Audi Q7 отца и стремительным шагом направился к мужчине пятидесяти лет, с тёмными каштановыми волосами. При приближении к нему можно было увидеть седину, коснувшуюся шикарных волос отца. На лице Тома залегла складка между бровей, которая говорила о том, что отец нервничает. Оценивающе взглянув на отца, Люк отметил, что он как будто постарел лет на десять. — Отец, что-то случилось? — взволнованно спросил Люк, даже не поприветствовав мужчину, которого не видел около двух месяцев. — Да, можно сказать и так. — Тяжело вздохнув, ответил Том. — Твоей маме стало хуже… и она сейчас находится в больнице Веллингтона. Я бы не просил о встрече, если бы всё было не настолько серьезно. — Как она? — дрогнувшим голосом спросил Люк. Сейчас в его душе творилось что-то невообразимое. Как будто его сердце вынули заживо и на его же глазах безжалостно сжимали. Но и это не опишет того, что на самом деле испытывал Люк Бекер. Эрин… Боже, в их последнюю встречу он наговорил ей столько дерьма. И это была его ошибка. Если отец сейчас скажет, что он им больше не сын — он это примет и просто уйдёт, больше не потревожит. Да, ему будет больно, но он уйдёт. Как будто все его кости ломали одновременно, делали операцию без анестезии и сжигали заживо — вот, что он чувствовал. — С каждым днём всё слабее и слабее. Врачи делают всё возможное, но болезнь не остановить. Эрин сказала, что вы созванивались пару дней назад, но у неё так и не хватило духу сказать, что она в больнице, — тем временем продолжал мужчина, то и дело поправляя волосы. Сначала до Бекера не дошёл смысл сказанных слов, но потом он понял. Эрин ничего не сказала отцу. Ничего. После всех этих жестоких слов, что вылетали из его рта, словно яд, она не проговорилась мужу. Любить эту женщину ещё больше казалось нереальным. Каким же он был дураком, раз не звонил своей матери. Пусть не родной, но той, кто вырастила его как собственного сына. Идиот. — Когда… когда её можно навестить? — охрипшим голосом пробормотал Люк. — Сын, она всегда будет тебя ждать, в любое время, — похлопав по плечу сына, Том немного расслабился. Немного помолчав, мужчина направился к своему автомобилю. — Отец, на самом деле у меня к тебе серьёзный разговор, — собравшись с силами, начал парень. Он должен был рассказать это отцу. Больше было не у кого просить совета. Да и кто бы ему помог? Джей, с которым они на дух друг друга не переносят? Аманда, которая к нему и близко сейчас не подойдёт? Зак, который сейчас отбывает наказание в тюрьме? Хотя на его счёт Люк даже не переживал. Зак получил по заслугам. — У тебя что-то случилось на учёбе? — Не совсем. Пожалуй, начну с самого начала, как только я поступил в Оксфорд, — присев на скамью, начал свой рассказ Люк, — Я разработал 17 пунктов, чтобы выжить из жизни все соки. Но в первый же день всё пошло наперекосяк. И с тех пор всё так и идёт. И, если честно, я не знаю, что делать… — Всё начинается у тебя в голове. Ты должен понять, кто ты и чего ты хочешь. ХВАТИТ уже ныть и жаловаться на обстоятельства. Ты готов поднять свою жизнь на уровень выше? Чем бы ты ни занимался, главное, чтобы в твоей голове была ЦЕЛЬ, — уверенным голосом говорил Том, — Действуй, наконец.Всё, что дается легко, это для слабаков, запомни. Это были самые серьёзные слова, которые слышал Люк в свой адрес за все девятнадцать лет. Отец говорил правильные вещи, и к ним нужно было прислушаться. Кто бы ещё сказал что-то подобное? Да никто и никогда! Каким же он был слепцом, раз сразу не обратился к близким людям. Да и считал ли он их близкими? Нет. И это было его главной ошибкой. — Я… даже не знаю, что сказать, — растерянно произнёс Люк, вцепившись в свои волосы. — Сынок, ничего и не нужно говорить. Просто подумай над моими словами. Проанализируй. Тебе нужно осмыслить то, что я сказал тебе, и то, что сейчас происходит в твоей жизни. — Спасибо, отец, — посмотрев в глаза мужчины, с благодарностью произнёс Люк. — Всегда пожалуйста. Знай, что бы ни случилось — я рядом, — обняв на мгновение и так ошарашенного парня, Том поднялся, — а сейчас мне нужно ехать на работу. Был рад видеть тебя снова, — улыбнувшись, мужчина сел в свой автомобиль и уехал. Люку срочно нужно было подумать обо всём. — Ага, ты всё обдумал вместе со мной, и что дальше? — А дальше мне пришла смс-ка от моего заклятого врага с местом встречи… Люк подъехал к месту назначения. Там уже собралась некоторая массовка из волчьей компании. У них у всех были биты. У кого-то металлические, у кого-то деревянные. Когда Люк подъехал на своём «Aston Martin», из этой взбучки выскочил Джей. Как будто его кто-то толкнул, а тот растерялся. Он был в спортивном костюме от «Reebok». Если бы он знал заранее, то не надевал бы джинсы. Бекер вытащил чип-ключ и вышел из машины. Молодые люди стали оправляться, как будто всей толпой налетят на него. Джей передал биту Эрику и сделал пару шагов навстречу сопернику. Обстановка накалилась. Компания Рамзи сделала пару шагов назад, а сам он снял олимпийку и отбросил в сторону. Эрик достал телефон и подтолкнул пару раз Алекса, который только и делал, что противно улыбался. Конечно, это зрелище, которое должно выйти в прямой эфир. Люк Бекер напрягся, но в первую очередь он пришёл не драться. Он хотел поговорить. — Я думал, что ты струсишь, — Джей улыбнулся и оглянул местность. Безлюдно. — Ну, я не ты, — Бекер огрызнулся и сделал пару шагов к нему, чтобы подойти вплотную. — Боишься, что копы пройдут? Сдать ещё раз хочешь? Люк толкает противника, а тот уже не собирался «мирно болтать», Джей сжимает руку в кулак и наносит ему удар в челюсть. От этого Бекер попятился назад, но когда кровь в его жилах вскипятилась, он нанёс ответный удар. Он больше не жмёт на тормоза и бьёт прямо по лицу соперника. Блондин поначалу позволяет ударить себя, чтобы сэкономить свои силы и вымотать парня, а потом начинает уклоняться. Люк сделал пару ударов в голень Джею, чтобы тот начал хромать. А ещё лучше, чтобы он упал. Джей начал чувствовать лёгкую боль, шок, но не бессилие. Это был всего лишь план, чтобы вымотать Люка. Он специально «придумал» манер падающего парня, чтобы Люк применил в ход боя ноги. В этот момент Алекс крикнул ему: «Лови». Джею прилетела бита, которую он и дожидался. Честного боя никто не ждал. Рамзи схватил её как можно удобнее и нанёс Люку удар по ребрам. Вылетел первый стон. Он согнулся пополам. И тут Рамзи наносит последний удар. По спине. Люк громко кричит и падает на землю. В это время блондин победоносно смотрел вниз. Он посмотрел в сторону парней, где те снимали всё происходящее. Джей поставил ногу на череп Люка и сказал: — Это тебе за Аманду, — яростно сказал, — План он, блять, придумал. Джей немного пошатал ногой, и Люк завыл от боли. Это шоу доставляло победителю огромное удовольствие. Ассоциировал себя со львом. Вот он загнал бедную овечку в угол. Отомстил. Рамзи ещё немного посмотрел на проигравшего и махнул своим «волкам» или «львам», как угодно. Те взяли биты с земли, побежали к машине Бекера и стали бить по стёклам. Всё это время Люк не двинулся с места, от этого Джей немного вспотел и наклонился вниз. Он пощупал пульс — есть. Дыхание слабое. — Пацаны, скорую вызывайте, — крикнул Рамзи и пошёл прочь от тела, — В машину прыгайте. Быстрее, мать вашу. — Ты же его… — Он жив, — резко сказал Джей и завёл машину. Он быстро сдал назад и поехал прочь от Фабрики Millenium Mills. Всё это время парни обсуждали и хвалили его, а тот лишь поддакивал. Надеясь, что Люк останется жив. Попасть за решётку не очень хотелось. Рамзи высадил парней возле общежития и поехал в родительский дом. По пути он созвонился с Сарой, которая поможет ему с запёкшейся кровью и маленькими ранами. Через полчаса он уже находился возле бежевого особняка. Он посигналил дважды, и третий гараж отрылся автоматически. Внутри было несколько гитар, которые Джей оглянул своим холодным взглядом. Он вытащил ключ из машины и пошёл к двери, которая вела прямиком в дом. Сара как всегда лежала на диване и листала «Instagram». А что, немало вероятно, снимала историю со своими ногами. Когда до барабанных перепонок донёсся звук захлопывающейся двери, она подпрыгнула от страха (думала, что отец). Но увидела она лишь усталое лицо Джея, несколько запёкшихся ран возле губы, скулы, брови и на переносице. — Мамочки! — Крикнула Сара, и её телефон упал вниз. — Быстро садись на пол и снимай футболку, а я… а я… — Ты слова забыла? — огрызнулся Джей — Заткни свой грязный рот! Я не думала, что всё так серьезно! — Возмущался ангел. — Ты просто паршивец! Даже не хочу знать, кому так не повезло… С этими словами она побежала в ванную комнату, где и находилась аптечка. Там всегда было самое необходимое. Ей лишь надо было взять миску с водой. — Так, не дёргайся, — приказала брату и аккуратно начала смывать кровь. Джей сощурился, потому что ощутил боль. Он сжал кулак и прикрыл глаз. — Хреново выгляжу? — Ты всегда хреново выглядишь, — ободрила его сестра и откинула его голову назад. На его лице были не глубокие, но, тем не менее, шрамы. После десяти минут оттирания запёкшейся крови Сара достала перекись и начала капать прямо на шрамы. — Тупая твоя голова! — Крикнул Джей, когда ему чуть не скатилась капля перекиси в глаз. — Ватный диск намочи, а не капай в глаза. — Я думала, как бы… — В этом и ошибка, ты думала, — после этих слов Рамзи вскочил. — Джей, я не… — Закончила. Ты закончила. Джей был явно не в настроении. Он посмотрел на своё лицо. «Ничего серьёзного, заживёт, » — пронеслось у него в голове, и он рухнул на постель. Завтра ему нужно было объясниться с Амандой.

***

Люк (иллюзия) аплодировал стоя. — Как жаль, что я свистеть не умею, — продолжая хлопать, говорило оно. — Я хорошо рассказываю, да? — дёрнул бровями Люк. — Дава-а-ай, — протянуло оно. — Когда будет поинтереснее? — Ну, когда пришла Аманда и рассказала, что она рассталась с Джеем, — прикусил губу Бекер. — В больнице? — Угу, — кивнул Люк. — Ах ты засранец! Давай, расскажи теперь это от лица… Джея. — Ну, представляешь, он приходит в университет, а тут его Аманда… Аманда хватается за свое лицо, пытаясь сдержать боль, слёзы, крик (точнее вопль) и бранные слова. — Ты…ты! — Я на пьяницу нарвался, — прошипел Джей и взял под своё крыло девушку. — Так я тебе и поверила! — вырывается из объятий парня и достаёт телефон. — Это машина Люка! (на фото разбитые стёкла и довольная рожа Эрика). — Пацапались, с кем не бывает? Аманда снова сдерживает все бранные слова, которые хочет выговорить ему, и поворачивается, чтобы уйти. — Ээээй, послушай. Послушай меня. — говорил Джей, схватившись за рукав девушки. — Отпусти, — приказным тоном прошипела. Джей схватил Аманду за талию и пристально стал смотреть в глаза (на многих это действует). Потом он провёл своей рукой по лицу Рассел и сделал максимально серьёзное лицо. Но в ответ ему не пришли слова утешения. Прилетела сильная пощёчина, отчего он приоткрыл рот и… — Бей меня! Ещё и ещё! — крикнула иллюзия. — Не перебивай, — приказал Люк и вернулся к своему рассказу. — Он приоткрыл рот и как настоящий мужчина он начал плакать? — Нет, он не выдаёт ни слова, а Аманда ему начинает… — Ещё раз тронешь его, мудак, — сквозь зубы говорила Рассел. — я прибью тебя. — Я наберу те… — Не вздумай. Иллюзия уже била по столу со смеху, а Люк пытался сдержать смех, отчего «оно» стало ещё больше смеяться. — Да-да, так всё и было, — вытирал слёзы от смеха. — Ну, согласись, — Люк начал жестикулировать. — Что было бы неплохо, если б всё так и происходило. — С чего ты взял, что она с ним рассталась? — Да ты перебиваешь всё время, мы не дошли до больницы… Больница принцессы Грейс (Princess Grace Hospital) — это частная больница премиум-класса, расположенная в фешенебельном квартале Лондона Мэрилебон. Частная больница, куда перевёл Том своего сына после ужасного избиения молодого человека. Сначала думали, что у Люка переломаны рёбра, но после рентгена показало, что есть две трещины. Сильный удар обошёлся в области спины. Там был огромный синяк, из-за чего Люк не мог пошевелиться и сутки. Сейчас молодой человек лежит в отдельной палате, где работают одни из лучших докторов Лондона. Его ждут впереди курсы по восстановлению мышц спины. Врачи говорят, что ему повезло с Божьей помощью, так как скорую помощь вызвали очень вовремя. Дело в том, что от испуга и шокового состояния Люк был в отключке в течение суток, и сильная боль поспособствовала этому. На данный момент парень уже в сознании, но ему нужно отлежаться и побыть в больнице. А потом уже ходить на курсы по восстановлению. Всё это время Том не находил себе места и пытался разузнать о тех, кто избил его сына. Когда Люк очнулся, он лишь мог сказать, что на него напали огромные байкеры. Якобы он не пропустил одного из них при вождении. Он не очень любил сдавать людей. Лучше он сам разберётся, когда станет лучше.

12 января 2017 года.

В палату зашла темноволосая девушка, которая буквально бросилась к парню. Глаза расширились от увиденного. Аманда схватилась за руку парня. Она смотрела на парня глазами «я-тебя-люблю». Жила чувством всё-блять-будет-хорошо или я-буду-рядом-всегда. В голове мелькало столько моментов, которые она пережила с этим человеком, и посмотрите-ка, он лежит перед тобой и не двигается. Спит после ужасного избиения. Горстка воспоминаний и измученная душа. Аманда смотрела на него и дрожала. Хваталась за волосы, пытаясь сдержать слёзы. Всё, что она испытывает сейчас — сильнейшее переживание. Напряжение. — Я не могу тебя видеть, когда ты… весь избитый, — она еле говорила, ком в горле мешал ей выдавливать хоть какие-то звуки. — Такой…беззащитный после этого жесткого… нападения. Я должна была прислушаться к тебе, когда ты говорил, что Джей не ангел с крылышками. Она крепче сжала его руку. — Ты будешь в порядке. Ты сильный и всегда, чёрт возьми, всегда не сдавался и надирал задницу каждому, кто дорогу перебежит. Минута молчания. А стоит ли вообще говорить? — Знаешь, я всё поняла, — тихо говорила Рассел — Зак… он же просто хотел продать дурь и сдёрнуть с тебя деньги. Ну, крышу снесло, и решил домогаться до меня. Конечно, я и тебя не оправдываю, — выдавила фальшивый смешок — но можно было обратиться за помощью к специалисту с наркозависимыми. Снова молчит несколько минут. — Ладно, знаешь что? Я скучаю по тебе и по твоим грубым подколам. Ты же мой демон, я же так тебя… — И я тебя,  — хриплый баритон парня пронзает её тело. — Не говори, отдыхай! — выпалила девушка и сжала руку крепче. — Мне уже л… лу… лучше. — Почти поверила. — Мне на мизинчиках поклясться? — Люк немного пошевелил рукой и отодвинул мизинец. Сжал челюсть, когда поступила боль. — Когда тебя выпишут, я тебе… — Такое устрою, — дополнил вместо неё. — Именно. От этого диалога Люк начал улыбаться. На лице появились ямочки, от которых стало так тепло на душе. Аманда невольно вспомнила, как Люк говорил: «Что претендует на неё и их детей». Три года назад. Девушка искренне улыбнулась и сказала: — Ненавижу эти ямочки. — Они всех с ума сводят, — признался Люк. — Знаешь, мне приснился сон, что ты упала с моста. — Суицидальные наклонности меня привлекают… — засмеялась тут же. — Могла бы и не говорить такую глупость. — А чего ты ожидал? — Явно не этого, — прошептал парень и прикусил губу следом. — Не говори так, как будто тебе захоронено счастье заживо. — Эй, ты ранишь мои чувства, — снова в палате зазвучал звонкий голос Рассел. После этого они молча смотрели друг на друга и улыбались. Глазами без-тебя-жизни-нет. Это было нечто большее, чем вы можете представить. Нет тебя — нет меня. Звучит, как лозунг? Лозунг маленьких детей, которые не видели ни трудностей, ни печали. Как бы ни был прекрасен этот момент, в душе она понимала, что сердце уже принадлежит другому. Тому, с кем она день и ночь готова воевать, но стоит только на секунду задуматься, что его нет — всё пропало. Она любила Люка, без сомнений. Была ли она влюблена в него? Нет. Это не значит, что нужно разрушать эту линию передач. Бывшие любовники смотрят друг на друга и у одного ничего не прошло (пиши — пропало), а у другой хоть война или ядерный взрыв. Ну не может она больше с сердцем его в игры играть (а если может?). А у него в душе черти танцуют свадебный вальс. Ну не вырвешь из сердца воспоминания о ней, особенно, когда она сидит и улыбается. Вот зараза! И он бы хотел, чтобы она открылась ему и сказала, что чувствует к нему. Заставляет ломать себе голову. Ведь он даже не знает, что думать. То «не подходи ко мне», то «я люблю тебя». Думаю, вы бы тоже свихнулись. — Ну да, ну да, — говорила иллюзия. — Одну минуту «без тебя жизни нет», а в следующую она уходит. Да, да, да. Прям как тогда, когда она ушла. С н о в а. — Не мешай мне рассказывать. Иллюзия сжимает толстый, указательный и средний палец, проводит по губам. Делает вид, что застёгивает на замок рот и выкидывает «ключ» в окно. — Так бишь о чём я? — сделал задумчивое лицо — Ах, точно. Наступил день выписки через восемь дней, и мы собрались идти навестить Эрин… — Не нервничай так, — одёрнула его Аманда, прикоснувшись к руке. — Не могу, — упрямо заявил Люк, в очередной раз наматывая круги возле палаты Эрин. — Успокойся, — взяв в свои тёплые ладошки лицо Люка, Аманда внимательно всмотрелась в его глаза, — она твоя мать, и всё будет хорошо. Между ними повисла гнетущая тишина. Люк смотрел в прекрасные глаза Аманды и понемногу приходил в себя. Он справится. Раз эта девушка верила в это, то и он должен. — Хорошо. Я готов, пошли, — взяв девушку за руку, он повел её в палату к Эрин. В нос моментально врезался запах медикаментов, отчего юноша скривился. Сама палата была стерильная и в какой-то степени даже уютная. Отец позаботился о том, чтобы мама не нуждалась ни в чём. Возле больничной кровати стояла красивая ваза с букетом жёлтых лилий — любимых цветов Эрин. На самой кровати лежала мама и казалась такой хрупкой. Она исхудала с их последней встречи. Тонкие руки сейчас казались ещё более тоньше, лицо вытянулось, и глаза на её кукольном лице стали ещё больше. К рукам были прикреплены многочисленные трубки, а в палате то и дело пищали разнообразные медицинские аппараты. — Мама…— прошептал Люк, — прости меня. Но эти слова прозвучали в комнате, как будто он их прокричал. На лице Эрин расплылась широкая улыбка, а по лицу покатились слёзы. Это были слёзы счастья и прощения. Женщина подняла свою худую руку и поманила сына. Люк упал на колени перед кроватью и начал целовать руку матери. Даже среди всех запахов больницы он ощущал родной запах матери. В углу комнаты стояла Аманда и тихонько рыдала, тронутая этой сценой. Что может быть трогательнее этого момента? — Я люблю тебя, сынок, — прохрипела Эрин, поглаживая парня по лицу. — Несмотря ни на что. Господи, каким же он был глупцом, раз смог отказаться от этого. От этой любящей и прощающей женщины. От этого сокровища, которое называет семья. Люк прижал руку матери к своим губам. Чертовски дрожало его тело, но он поцеловал её кисть. К глазам уже поступали слёзы, он прижал её ладонь к щеке, чтобы вытереть единственную слезу, которую он позволил проронить. Эрин улыбнулась и отодвинулась в сторону. — Полежи со мной, — прошептал тоненький голосок, и Люк кивнул. Несколько раз кивнул. Он отодвинул одеяло в сторону её худощавого тела. Положил руку под её голову и начал петь песню, которую в детстве пела ему, когда Люк не мог уснуть. Называется: «BedtimeLullaby». Эрин прикусила губу и устроилась поудобнее. Спустя несколько минут она уснула в его руках. Если честно, он боялся пошевелиться, лишь бы не разбудить маму. Она так спокойно дышит. Парень пролежал с ней так минут пятнадцать-двадцать. Он смотрел в окно, где ветер гнал деревья. Люк не хотел уходить, но врач сказал, что не больше сорока минут можно находиться в палате. Она была ещё слаба. Аманда сидела и грустно улыбалась. Бекер потихоньку убрал руку и накрыл женщину одеялом. Лёгким и нежным поцелуем прикоснулся к её лбу. Шептал, что они скоро увидятся, и он купит самое большое мороженое по случаю её улучшению состояния. Бесспорно. Врачи сказали, что через несколько дней она сможет отправиться домой. Люк сделал несколько шагов навстречу к Аманде, и она подала ему трость. Он ещё не мог быть без опоры. Девушка взяла за руку его свободную руку, они удалились из палаты. — Ты всё правильно сделал, — тихо сказал Аманда, прикрывая дверь. — Не хочу в общежитие. — Тогда куда? — Я… Девушка оказалась прямиком перед ним, и не знаю, как она осмелилась на это. Но она сократила всё расстояние, которое может только быть между ними. Посмотрела ему в глаза, на губы. Нервно дышит и всё ещё смотрит туда-сюда. Аманда встала на цыпочки и медленно, очень медленно прикоснулась к его губам. Словно это было необходимо. Так отчаянно оба нуждались в утешении своих чувств. Один к ней же, она же к другому. Кого это беспокоило сейчас? Это было нужно. Двоим. Хотелось любви чистой и непорочной. Такой, как описывают в книжках. Светлой. — Так вы переспали? — Переспали, — ответил он иллюзии, как будто оно не знает, какой горячий был секс. — Что было после? — Ты не хочешь услышать, каким тигром я был в постели? — Опусти подробности, ради всего святого и не. — Утром, когда мы собирались на пары, произошло неизбежное… — Люк, пожалуйста, не воспринимай эту ночь серьёзно. — Ты ведёшь себя несерьёзно. «Господи, не говори. Ты же ранишь меня». — Я не могу тебе помочь. — Она скользила руками по его лицу, и глаза уже становились стеклянными. — Мы не будем с тобой расходиться и не общаться, просто нам нужна была эта ночь. Мы сделали то, что хотели, и… всё.

***

— После этой фразы наступили холода в их сердцах. — А что было с иллюзией-то? — А ничего, это была «светская беседа». — Почему нет обогрева? — прохрипела девушка. — Потому что в их душах -50 градусов. После этой истории всегда окна начинают покрываться узорами. Вокруг покрыто снежным покрывалом, а в душе живёт маленькая и крохотная надежда. — В лице Аманды Рассел, — подметил мужчина. — Именно. — Так она спасёт его? — Если мы будем спасать всех да каждого, кто же спасёт нас? Этот вопрос экскурсовода застал всех врасплох. В автобусе стоял вопрос: «Что случится с бедной девочкой?» и «Когда включат обогрев?».