Friolento

Джозеф что-то бормочет о том, что уже пора идти. Невольно прерываю объятия с Дженной, улыбаясь. Хоть кто-то на моей стороне и я действительно благодарен ей. Джош молча берет рюкзак и свою бейсболку, надевая ее козырьком назад, начинает искать ключи. На самом деле мне вовсе не хотелось прерывать идиллию, царившую в дружбе этих двоих и вовсе непонятно — зачем я вообще поехал в этот тур? Это оставалось загадкой даже для меня. Ах, да. Пытаясь избежать очередной депрессии я предложил эту идею, а если Дан загорится чем-то — отговорить его не удастся. Закидываю свой рюкзак на плечё и облокачиваюсь на стену, продолжая внимательно разглядывать Джошуа. Казалось, я могу заниматься этим целыми днями. Он — определённо моё любимое произведение искусства. Наконец-то находит свои ключи и выходит из дома, слегка щурясь от солнечного света. Погода была прекрасной — не слишком жарко, но и не слишком холодно. Здесь такие дни были редкостью и я был очень рад такому раскладу. Он быстро закрывает дверь на ключ и, по-дружески хлопая меня по плечу, идет за Тайлером и Дженной. Казалось, этот такой незатейливый жест со стороны Джоша мог заставить сердце биться чуточку быстрее. Один из тех вопросов, на которые я сам так и не мог дать ответ: Почему же я, вроде бы взрослый мужчина, краснею, как влюбленная школьница, стоит Джоши оказаться рядом? Flashback. 2009 год. Я, как обычно, сидел в своей гримерной в очередном городишке. Концертный график был очень плотным, но внезапное решение Райана и Джона покинуть группу окончательно сбило с толку. Брент ушёл из группы ещё три года назад - это не так сильно отразилось на группе, чему сам Уилсон был явно расстроен. Но это уже совсем другой разговор. В этом отношении наша группа являлась буквально шлюхой - участники менялись раз за разом. Эрик и Бартрам тоже были классными ребятами - но по истечении временного контракта поспешили свалить. Этот раз ударил по группе и мне сильнее всего. Ладно, Джон. Я понимаю, у нас иногда возникали разногласия и мы были всего-навсего друзьями по группе, но… Райан… Мой маленький милый Райан. В последнее время он действительно стал холоднее относиться ко мне. Никто не знал, что происходило между нами и все считали, что мы были лучшими друзьями. Но были чем-то большим. Я делал им прямые намеки во время концертов и Райан отвечал на них. Они считали, что это всё шутки. В любом случае, я чувствовал себя подавленно. Покинув группу, Райан буквально свёл на нет все наши связи. Почему он сделал это? Он больше не любит меня — это то, чего я боялся больше всего. Я боялся, что он не захочет целовать меня больше. Я боялся, что его мягкая ладонь больше не будет ласково поглаживать мою щёку. Я боялся, что мы станем никем друг для друга. Неужели, всё так и будет? Что я натворил, Райан? Я готов сделать что угодно, чтобы ты снова полюбил меня. Боюсь, что сейчас это невозможно. Страх захлёстывает меня. Слёзы накатывают с новой силой. Сажусь на пол и забиваюсь в угол. Как прекрасно было бы сейчас просто перестать существовать.

***

На интервью Спенсеру приходилось отвечать за двоих. Поток вопросов не иссякал, но он держался молодцом — говорил нейтральные фразы, часто переводил тему. Знаете, он был бы прекрасным политиком. Серьёзно. Мои опухшие глаза полные печали никогда не ускользали от прессы. Я отвечал довольно холодно и коротко, но их это, кажется, совсем не останавливало. Затем я начал избегать интервью. Спенсер был прекрасным другом — он врал интервьюерам, что я работаю над новыми синглами для альбома. Они радостно верили. Вот только это было неправдой. Я отсиживался в своей квартире, постоянно думая о нём. Чёртов Райан Росс. Спенсер приходил по вечерам. Иногда он выпивал со мной, а иногда просто сидел рядом, оказывая огромнейшую моральную поддержку. Обычно, на утро я ничего не помнил. Но был уверен, что рассказал ему всё о Райане. Мои опасения подтвердились, когда он сел на край моей кровати, протянул стакан воды и произнёс: — Не волнуйся — я никому не скажу.

***

Поползли слухи о том, что кто-то из фанатов видел глубокие порезы, оплетающие мои запястья кровавой полосой. Я не хотел выглядеть жалко. Вот только это было правдой. End of flashback. — Брендон, мы сейчас уедем без тебя. — его бархатистый голос снова вытаскивает меня из забытья. Окидываю его взглядом — как обычно по-доброму улыбается и забирается в старый добрый концертный автобус. Медленно следую за ним.