Вау. Кажется у нас служебный роман!

Алек медленно садится на постели и открывает глаза. В голове туман, солнечный свет из окна подобен прожектору, а тело болит, как после хорошей драки с парочкой демонов. Но Алек твердо уверен, что драки не было. Не с демоном во всяком случае. Попытка вспомнить что-нибудь о вчерашнем, приносит новую порцию головной боли и, кажется, добавляет в этот коктейль мигрень. Коктейль… Ну конечно! Воспоминание накатывает вспышкой. «Магнус, вопреки моим словам, решил отметить свое счастливое неудачное покушение и закатил вечеринку. Пришла толпа народу, я всюду следовал за ним. Потом Бейн, кажется, попросил подержать его бокал, и я, задумавшись, сделал из него глоток, а дальше….» А дальше туман. Алек морщится и вновь медленно опускается в постель. Шелковые простыни приятно холодят кожу, даря покой тянущим мышцам. «Стоп. Шелк!?» Алек в мгновение ока резко садится на кровати, тут же об этом жалеет и начинает оглядываться по сторонам. То, что он видит, приводит его в шок. Во-первых, он голый. Абсолютно. Во-вторых, его вещи хаотично разбросаны по всей комнате. В-третьих, эта комната принадлежит Магнусу Бейну. И, в-четвертых, тот самый Магнус находится в этой же самой комнате, на этой же кровати и тоже явно не одет. Алек тяжело сглатывает и внимательно рассматривает мага, бледнея на глазах. Вся его спина испещрена глубокими бороздками царапин. Некоторые из них покрыты корочками запекшейся крови. И их наверно можно было бы принять за раны, например от удара кнута, если бы не воспоминание, которое нещадно пытается залезть в голову: « …Низкий стон, тяжелое дыхание, быстрые страстные движения. Неистовое, сладкое удовольствие, растекающееся по всему телу от кончиков ног до головы буквально за мгновенья. Хриплый вздох и протяжное «Але-е-е-ек», за которым следует неразборчивый шепот, среди которого иногда выделяются «…Мой ангел!...», «…О, все демоны бездны!...», «мой, только Мой…», « Мой нефилим…» и обжигающее наслаждение, усиливающееся с каждой секундой, выворачивающее на изнанку, задевающее каждую клеточку организма, заставляющее ногти впиваться в спину…» Лицо Алека стремительно заливается алым, а в груди резко начинает не хватать воздуха. Пытаясь отвлечься, Алек переводит взгляд на шею мага и вновь застывает, видя огромные кровоподтеки покрывающие ее. И снова вспышка. Из более… раннего периода. «Алек резко прижимает Магнуса к стене и вновь впивается в губы, увеличивая напор. Магнус глухо стонет, все еще находясь в некой прострации, а может и шоке от нестандартного поведения Алека. Кажется, теперь он будет заставлять его пить на любом мероприятии... или нет. Больше ни капли. Алек тем временем медленно и с усердием продолжает вылизывать его кадык, что-то мурча под нос. Резкий укус в основание шеи заставляет Магнуса вздрогнуть всем телом, а глаза застилает мутной поволокой. Сквозь стиснутые зубы вырывается тихое «Ох» и глухое «Не здесь, Алек»,после чего пара исчезает за дверьми спальни. Алек так и не отцепился от безумно сладкой шеи Магнуса.» Теперь Алек в еще большей панике. На лице написан ужас, а руки дрожат, как у алкоголика со стажем. В голове он сотый раз повторяет, как мантру: «Больше ни капли, никогда, ни за что, ни на какие праздники, никогда…». В голове полный сумбур, а на лице можно жарить яичницу. Хотя нет. Сгорит. Алек пытается отвести взгляд, но он цепляется за цветные пряди, среди черных волос. Вспышка. « -Магнус!- Алек, медленно пошатываясь, подходит к магу и опирается о стену. -Алек? Что случилось? Почему ты так.… О господи, мой коктейль! Ты ведь не пьешь! А он и меня уносит достаточно быстро! -Я хлебнул ликш папельку *-, язык у него заплетается весьма забавно, - Магнус послушай. Я тебя люблю! Или хочу? Не. И то и другое!!!- выкрикивает охотник, радостно улыбаясь. Бледные руки неожиданно резво вскидываются вверх и вцепляются в волосы. -Я тебя люблю! И твои глаза! Их вообще в особенности! По-честному? Они у тебя просто потрясающие! Шикарные! Фееричные! Как и ты. И впивается в губы мага страстным поцелуем.» Лайтвуд продолжает истерично дышать, понимая, что такими темпами не далеко и до панической атаки, ведь легкие наотрез отказываются принимать кислород. А еще он не понимает, как объяснит все родителям и конклаву. В частности то, что переспал с тем, кого должен был охранять. И, кажется, все же признался в любви. Раз так эдак двадцать - тридцать Слева слышится возня и глухой вздох. Магнус по-кошачьи выгибается и садится на постели, щурясь под лучами восходящего солнца. - Вижу, ты уже проснулся милый? Все хорошо? – голос мага немного обеспокоен. Алек пытается дышать ровно и, стараясь не выдать чуть не начавшуюся истерику, медленно кивает. Лицо Магнуса расплывается в улыбке. - Кстати. Так и не успел сказать. Я тебя тоже люблю, даже не сомневайся. Алек резко выдыхает, мгновенно расслабляясь. Его не отшили, сказав, что это секс по пьяни. Это немного успокаивает. А потом до него доходит ВЕСЬ смысл фразы, и Алек в шоке пялится на Бейна. Вдруг мягкая улыбка мага сменяется загадочной ухмылкой. И через секунду с его стороны слышится тихое «Вау». На вопросительно поднятые брови Лайтвуда, следует незамедлительный ответ: - Кажется, у нас с тобой случился служебный роман. Просто потрясающе! И эта хитрая улыбка на лице мага приносит непонятное спокойствие в душу юного нефилима. Эта улыбка дарит надежду, что все будет хорошо. - Я тоже люблю тебя, Магнус. И это и, правда, здорово.