Прости, но я убью тебя

      Медленно приближалась середина осени. Самое прекрасное время на стыке двух сезонов. Лето всё ещё иногда продолжало напоминать о себе короткими ясными тёплыми деньками. Яркая осенняя листва весело вспыхивала, озаряемая бликами солнца. Цвет совершенно чистого неба был таким насыщенным и глубоким, что если ненадолго взглянуть вверх, то вмиг утонешь в этой опьяняющей бесконечности. Колледж, в котором училась Виктория, восемнадцатилетняя стройная и высокая девушка, обладавшая тёмными волосами средней длины и холодными зелёными глазами, во взгляде которых иногда проскальзывали какие-то злобные и совершенно дьявольские искорки, находился достаточно далеко от дома. Никто не мог вынести этой долгой пытки под пристальным и не отражающим эмоции взглядом Виктории. Весь общий вид этой странной девушки отторгал. Те, кто осмеливались незаметно следить за ней, очень часто замечали жуткую ухмылку, то и дело гротескно-искривляющую её бледные губы. Казалось, что она мысленно общается с каким-то чужеродным существом, видимым только ей одной. Возможно, именно по этой причине у Виктории не было друзей в колледже. Да и похоже, девушка сама не стремилась заводить с кем-либо дружбу. Одногруппники и учителя думали, что у Виктории что-то не так с головой. И они были совершенно правы. У девушки было раздвоение личности. Та его самая ужасная вариация, когда вторая личность, это безумное чужеродное альтер-эго оказывается настоящим воплощением зла. В таких случаях пациент становится ущемлённым, вторая личность начинает доминировать. Так было и с Викторией, её вторую личность звали Гоуди. Она появилась в голове девушки в тринадцать лет. Тогда, будучи ещё совершенно безобидной и очень милой, маленькая Виктория упала с качели и ударилась головой. Удар был неопасным, боль прошла очень быстро, буквально через десять минут. Но на следующий день в голове девочки раздался громогласный повелевающий голос. Виктория пыталась сопротивляться, но ничего не вышло, злобная Гоуди полностью завладела сознанием девочки и начала приказывать. Эти приказы заставляли содрогаться. Сначала Гоуди заставила Викторию убить родителей. Причём сделать это ужасающе-изощрённым способом. Девочке пришлось подчиниться, но задание оказалось слишком сложным. Но Виктории удалось напугать своих родителей. Они не стали долго думать и скоропостижно переехали в другую страну, оставив своей спятившей дочери двухкомнатную квартиру в пятиэтажном доме и большой деревянный дом, затерянный среди густого леса недалеко от города. К тому же, родители каждый месяц пересылали Виктории достаточно крупную сумму денег. Но о местонахождении своих родителей девушка не знала. Гоуди смирилась с тем, что Виктория не смогла убить родителей. Вторая личность радовалась пересылаемым деньгам и полной свободе. В тринадцать лет Виктория совершила своё первое убийство. Жертвой была вредная учительница из школы. Каждый год Гоуди выбирала одну жертву и заставляла Викторию убивать. Теперь уже девушка могла совершать изощрённые преступления, и никогда ни в чём не подозревалась. Гоуди научила её прятать трупы так, чтобы никто не смог их найти. В последующие годы вторая личность выбирала жертв в основном из тех девушек, которые нравились Виктории. Текущий год подходил к концу, а Виктория ещё никого не убила. Сначала Гоуди хотела выбрать жертвой одногруппницу, которая когда-то нравилась Виктории. Но ничего не вышло. Девушка уже давно перестала чувствовать к ней хоть что-нибудь. Поэтому альтер-эго было злым как никогда, а Виктория втихомолку где-то в глубине запуганной души надеялась избавиться от него. День был достаточно прохладным и пасмурным. Виктория накинула на мускулистые плечи косуху и оседлала свой любимый мотоцикл. Девушка всегда добиралась до колледжа таким способом, когда позволял сезон года. А тем временем, двадцатипятилетняя Юлия подходила к этому же колледжу. Тоненькая миниатюрная фигурка, длинные каштановые волосы, которые опускались на плечи милыми завитушками и выразительные карие глаза. Девушка только что устроилась в колледж, и сегодня был её первый рабочий день. Юлия поёжилась от резкого порыва холодного ветра и в изумлении замерла у самого входа, услышав рёв мотора. Виктория как всегда эффектно тормознула на парковке колледжа, ласково потрепала рукой свой транспорт по сиденью и направилась к зданию, на ходу изучая новую учительницу. А Гоуди в этот момент успела подметить, кто будет следующей жертвой. Юлия очнулась только тогда, когда Виктория подошла вплотную. Ученица открыла дверь и добродушно сказала, указав рукой на вход: — Прошу. — Эм, оу, спасибо, — не переставая удивляться, Юлия прошмыгнула в открытую дверь. Девушка боялась оглянуться, почти физически ощущая, как эксцентричная незнакомка изучает её фигурку. Юлия скинула пальто, протянула его гардеробщице дрожащими руками и только тогда осмелилась оглянуться. Но к счастью, эта странная девушка уже куда-то пропала. Учительница выдохнула и позволила себе расслабиться, но ненадолго, как оказалось. С трудом ориентируясь в незнакомом помещении, Юлия всё-таки нашла расписание. — Так, четыреста восьмой. У меня сейчас деловой английский у переводчиков третьего курса, — тихонько произнесла девушка и отправилась на поиски кабинета. Толпа галдящих студентов сбивала с толку, поэтому учительнице удалось найти нужный кабинет только через пять минут после звонка. — Простите, дети, — на ходу произнесла Юлия, не успев даже взглянуть на студентов. Девушка уселась, вздохнула, окинула взглядом аудиторию и в страхе замерла. В кабинете было всего два ряда. На первом ряду первая парта по привычке пустовала, а за второй партой сидела та эксцентричная незнакомка, только теперь уже без косухи, а в необъятной чёрной футболке с жутковатой эмблемой какой-то рок группы. А Виктория лишь мило улыбнулась, тоже узнав Юлию. Девушка сейчас наслаждалась приятным ароматом духов, который плавной всеобъемлющей волной раскатился по всей аудитории. Настолько сильный и запоминающийся запах. Казалось, что он был везде, стал частью каждого. — Кгхм, я ваша новая учительница. Меня зовут Юлия Юрьевна. Я буду преподавать у вас стилистику, деловой английский и теорию и практику перевода. А теперь я хочу познакомиться с вами. По очереди говорите своё имя, фамилию и хобби, ну или то, что нравится, — учительница мило улыбнулась и указала на Викторию, разрешая ей начать. Виктория села в одну из своих вальяжных поз и сказала с некоторой усмешкой в голосе: — Меня зовут Виктория Золотова. Мне нравятся девушки, коньяк и кровь. А на досуге я люблю наблюдать за тем, как мучаются люди. На секунду Юлия подумала, что это сон. Потому что вся группа сидела спокойно и никак не реагировала на такое смелое заявление, а это очень удивляло. — Эм, ну хорошо, давайте продолжим, — после минутного ступора продолжила девушка. Когда все ознакомительные формальности были улажены, Юлия приступила к уроку. — Я раздам вам лекцию, вы перепишите всё, что отмечено, а на следующей паре будете пересказывать. — Давайте я раздам, — вызвалась помочь Виктория. — А, хорошо, спасибо, — Юлия села на место, вручив листки ученице. Вскоре воцарилось молчание, все были заняты переписыванием, а учительница украдкой изучала Викторию, делая вид, что сидит в телефоне. — Я нашла нам новую жертву, — довольно сказала Гоуди. — Но она мне даже не нравится! — возразила Виктория. — Мне лучше знать, — ухмыльнулось альтер-эго. Девушка оторвалась от лекции и встретилась взглядом с Юлией. Учительница замешкалась и чуть не выронила телефон. Вдруг дверь резко открылась, это напугало Юлию ещё больше. Но это был просто завуч, а не зловещий всадник апокалипсиса, как уже начинало казаться. — Юлия Юрьевна, вам нужно заполнить личные дела ваших студентов. Надеюсь, вы не забыли, что вы куратор у второго курса, — строго сказала вошедшая пожилая дама и положила на стол огромную кипу бумаг и папок. — Да, я помню. Я всё сделаю, — опомнилась Юлия. — Это срочно! — сказала завуч напоследок и ушла. Учительнице осталось лишь вздохнуть и приступить к нелёгкому делу. Пара неумолимо близилась к концу, но поручение строгого завуча было выполнено. Юлия снова окинула взглядом группу и остановилась на Виктории, которая пристально изучала учительницу. Юлии показалось, что перед ней сидит пантера, готовая в любой момент ринуться на жертву и вцепиться клыками в нежную шею, где в напряжении пульсировали венки. Учительница потёрла шею, как бы проверяя, что на ней нет опасных ран и негромко сказала: — Вик, вы можете мне, пожалуйста, помочь. Все эти папки нужно отнести на второй этаж. А то их так много, я на лестнице всё развалю. — Конечно, — охотно согласилась брюнетка. «Боже мой, зачем я это делаю» — пронеслось в голове Юлии, но было уже слишком поздно. Прозвенел звонок, и Виктория мягкой поступью хищника подошла к столу. Учительница дописывала последнее дело, а девушка стояла как мраморная статуя и изучала руки, а затем и ключицы Юлии. Учительница закончила своё дело и подняла глаза. Снова дрожь. «Когда-нибудь я привыкну к этой Виктории, но не сегодня. А она лишь стоит и улыбается. И почему она такая жуткая, с виду добродушный человек». Пока они спускались по лестнице, Юлия мысленно поставила у себя в голове дилемму — столкнуться в тёмном переулке с маньяком-рецидивистом или Викторией. Что страшнее? Решив, что страшнее всё-таки Виктория, учительница постучала в дверь на втором этаже. — Всё готово, как вы и просили, — с улыбкой сказала Юлия, пропуская вперёд ученицу. — Спасибо, Вик. Девушка кивнула и сказала: — Вы ещё сегодня у нас последней парой. Так что, не прощаюсь. «Да они издеваются, ещё одну пару я не вытерплю. Почему она меня так пугает? Может, просто мне стоит узнать её получше. Ведь это же самый лучший способ преодоления страха». На том учительница и решила, а затем пошла проверять свою группу. — Ты что опять устроила? — сердито спросила староста у Виктории. — Зачем ты пугаешь наших новых учителей? — Катюш, я никого не пугаю, — спокойно ответила брюнетка, зловеще улыбнувшись. — У всех просто нервы какие-то слабые. — Нервы?! Ты издеваешься, — разошлась Катя. — Да бедная Юлия к концу пары наполовину седая была. Виктория встала и медленно пошла к парте старосты. Катя напряглась и уже пожалела обо всём, что сказала. — У тебя есть ко мне какие-то претензии, Катюша? — с расстановкой произнесла Виктория, нависнув над бедной девушкой. — Да нет, никаких в общем-то и нет претензий, — запинаясь ответила староста, с ужасом вспомнив тот день, когда Виктория чуть не изнасиловала её в раздевалке. — Ну вот и хорошо, — добродушно улыбнулась брюнетка, провела холодной рукой, пальцы которой были увенчаны массивными серебряными перстнями, по маленькой изящной руке Кати и села на своё место. Староста вздохнула с облегчением и решила, что больше никогда не станет связываться с Викторией. Но кто же знал, что всё это не Виктория, а её злобное альтер-эго. Гоуди очень редко давала девушке такую свободу, как недолго побыть самой собой. В основном, в случаях, когда нужно было куда-то завлечь жертву, ну или втереться к ней в доверие. Пятнадцать минут последней пары уже неминуемо прошло, а Юлии всё ещё не было. — Однако Виктория замочила нашу новую учительницу, когда помогала относить те папки, — пошутил один одногруппник. Кто-то рассмеялся, а некоторые, кому «посчастливилось» близко столкнуться с брюнеткой, например, Катя, совершенно не отреагировали на это остроумное замечание. А Виктория лишь молча усмехнулась. — Что, Золотова, нравится тебе наша новая училка? — прицепился самый дерзкий. — А? Ты б ей вдула? Ну, Вика, ответь. Но тут дверь открылась и заглянула завуч: — Кто преподаватель? — Эта новенькая. — Как её там? — Ну, такая с кудряшками и стойкими духами. — Юлия Юрьевна, — ответила Виктория. Завуч молча закрыла дверь и отправилась на поиски учительницы. — Она даже имя её запомнила! — продолжал самый дерзкий. — Ну всё, попала наша Юлия. Ой, то есть твоя. — Юлия Юрьевна, что это такое? — накинулась с расспросами завуч, отыскав потерянную учительницу. — У вас испытательный срок, а вы в первый же день опаздываете на пары. — Ой, так у меня сейчас пара? — поддельно удивилась девушка. — Простите, всё уже бегу. Я просто ещё не привыкла к новому коллективу и прочее. Кто у меня там, не подскажете? — Третий курс переводчики, четыреста восьмой кабинет, — чётко выговаривая каждое слово, ответила завуч. — На первый раз прощаем. И не вздумайте кого-то отпустить раньше. Дети очень наглые. Мы следим за вами через камеру. Если кто-то выйдет от вас с вещами, я сразу замечу. — Хорошо, я уже бегу, — засобиралась учительница. — А мы вас так ждали, Юлия Романовна, а вас всё нет и нет, — у самого дерзкого сегодня, видимо, было отличное настроение. — Я Юлия Юрьевна, — исправила учительница, стараясь не смотреть на Викторию, которая пожирала своим взглядом охотившейся пантеры. — Ой, простите, простите, — затараторил всё тот же. — А в вас тут Виктория втюхалась. Юлия вздрогнула. — Ну всё, — шепнула брюнетка и встала. Группа замерла в предвкушении чего-то неминуемого и страшного. Учительница боялась даже произнести малейший звук. А Виктория с настойчивостью танка двинулась на главного задиру группы. — Ох как ты меня сегодня достал, — сквозь зубы процедила Виктория и начала шарить по карманам. Но ножа, который девушка так искала, не оказалось. Виктория знала, на что способна Гоуди, и всегда проверяла, что в карманах одежды нет оружия. — Опять! — злобно крикнула Гоуди. — Я разберусь с тобой позже! Виктория подошла к месту задиры, подняла парту и швырнула вперёд, целясь прямо в голову. Этот ужасный грохот вытащил Юлию из ступора. Учительница вскрикнула и встала, увидев, что один из её учеников лежит на полу, придавленный злополучной партой, а из его носа тонкой струйкой сочится кровь. Брюнетка ухмыльнулась, схватила свои вещи, остервенело глянула на замершую в немом шоке учительницу и вышла, хлопнув дверью. В коридоре Виктория не забыла продемонстрировать всевидящей камере средний палец, забрала косуху, оседлала мотоцикл и умчалась прочь под лёгкий шум начинающегося дождя. — Да что у вас тут происходит?! — завуч влетела в кабинет. Юлия по-прежнему ничего не могла ответить, в то время как будущие переводчики суетились, помогая своему одногруппнику и обсуждая выходку Виктории. — Золотова опять чудит? — спросила завуч скорее сама у себя, чем у группы. — Привыкайте, Юлия Юрьевна, Виктория у нас с проблемами. Бедного задиру отвели к врачу, большая часть группы, пользуясь невообразимой шумихой, ускользнула домой. Прозвенел звонок, остальная часть покинула аудиторию, а учительница всё ещё стояла и молча смотрела на то место, где совсем недавно сидела Виктория. — У неё какие-то проблемы. Нужно с этим разобраться, — прошептала наконец Юлия и, на автомате собрав вещи, вышла из кабинета, где на полу всё ещё поблёскивала свежая кровь. Виктория сидела на крыше высотки и курила. День подходил к концу. Девушке открывался прекрасный вид на огненный закат с нежно-розовыми переливами. — Нужно действовать! — сказала Гоуди. — Юлия будет нашей самой лучшей жертвой. И она, кажется, заинтересовалась тобой. — Да с чего ты взяла, что она мне нравится? — в который раз возразила девушка, раздражённо отбросив недокуренную сигарету. — Я знаю больше, чем ты, — тихо сказала вторая личность. — Возражения не принимаются. Разве ты не хочешь немного побыть настоящей собой? И тут она была права. Для Виктории недолго побыть самой собой было настоящей наградой за всё то, что ей приходилось терпеть от Гоуди. Виктория поднялась с нагретого места и спустилась вниз, где был припаркован её верный транспорт. Девушка уже закинула ногу, чтобы сесть, но увидела Юлию, неспешно идущую по улице. Учительница пока ещё не заметила Викторию, которая была всего в нескольких шагах. — И снова здравствуйте, — с улыбкой остановила Юлию девушка. Молодая учительница вздрогнула и с удивлением уставилась на Викторию. — Где вы были всё это время?! — немного сердито отчитала её Юлия. — Ох, простите меня за всё то, что я сделала на вашей паре. Но этот идиот по-настоящему вывел меня из себя. А у меня, знаете-ли, есть некоторые проблемы с самоконтролем. Я приходила в себя на крыше этого дома, расслабившись за сигареткой. Могу я искупить свою вину, и подвезти вас до дома? — Виктория выбрала для оправдания свой самый снисходительный тон. — Да я тут недалеко живу, — попыталась отказаться учительница. — Ваше право, — покорно согласилась девушка и завела мотор. — Но хочу заметить, что погода начинает портиться. Юлия поёжилась от холода, зачем-то оглянулась по сторонам, как будто собиралась совершить что-то запретное, и согласилась: — Это верно. Я приму ваше предложение. И почему вы такая разная? Где была ваша учтивость несколько часов назад? — Прошу покорно меня извинить, — как ни в чём не бывало повторила Виктория. — Держитесь крепче за меня. Я терпеть не могу низкую скорость. Юлию это испугало, и девушка тут же что есть силы обхватила студентку за талию руками и прижалась к ней всем телом. Виктория довольно ухмыльнулась и тронулась с места. — Говорите, куда ехать? — пытаясь перекричать ветер, спросила девушка. — Вот здесь налево, а там прямо, — крикнула в ответ Юлия, всё сильнее прижимаясь к Виктории, возможно, теперь уже от холода, а не от страха. Девушка остановила мотоцикл около нужного подъезда. Юлия ослабила хватку и собралась уже идти, но остановилась. — Может быть зайдёте ко мне домой? — ласково предложила учительница. — Такой холод. Вам нужно выпить чаю, чтобы не заболеть. — Спасибо, я бы не отказалась, — улыбнулась Виктория и припарковала свой транспорт. — Моя квартира на первом этаже, даже не придётся далеко идти, — сказала Юлия. Вскоре девушки оказались в очень уютной квартирке, где витал всё тот же прилипчивый аромат духов учительницы. Идеальный порядок удивил Викторию. — Вы, видимо, слишком любите чистоту, — шутливо предположила студентка. — Да, люблю, чтобы всё было на своих местах, — крикнула учительница из кухни. — Вы проходите, не стесняйтесь. — Да я особо и не стесняюсь, — Виктория возникла неожиданно прямо за спиной Юлии. Учительница ощутимо вздрогнула. — Боитесь меня? — усмехнулась студентка. — Правильно делаете. — Да, нет, просто к вам нужно привыкнуть, — сказала правду Юлия. — О, это дело сложное, — протянула Виктория и села за стол. Учительница села напротив. Воцарилось молчание, и лишь только чайник шумел и временами протяжно посвистывал. — Завуч сказала, что у вас какие-то проблемы, — начала Юлия. — Я вам уже рассказала про них, — отмахнулась девушка. — Уже поздно, а вас не ищут родители, — учительница не собиралась сегодня отступать, и решила узнать о своей странной студентке всё. — Я не знаю, где они. — Как это? — удивилась девушка. — Они оставили меня очень давно. И сейчас, возможно, где-то засели, а может быть и переезжают с места на место, чтобы я их ненароком не нашла, — Виктория рассмеялась даже как-то чуть-чуть зло. — Но каждый месяц они перечисляют мне порядочную сумму, чтобы я могла жить, ни в чём себе не отказывая. — Но почему они оставили вас? — спросила учительница, разливая чай по кружкам. — Сказать вам правду, Юлия Юрьевна? — заискивающе спросила Виктория. — Я только на это и рассчитываю, — девушка поставила на стол кружки и тарелку с конфетами и печеньем. — Я вас внимательно слушаю, — сказала Юлия, усаживаясь напротив. — Они боятся меня, потому что однажды я их чуть не убила, — быстро произнесла студентка и тут же скорчилась от невыносимой боли в области висков. — Ты что творишь?! — злобно кричала Гоуди. — Ты решила перехитрить меня?! Решила всё завалить?! С каждым годом мне всё сложнее тебя контролировать! — Прости, прости, прости, — Виктория шептала эти слова как мантру, раскачиваясь из стороны в сторону и сжимая руками голову, словно была одержима всеми бесами сразу. Юлия напугалась и напряжённо обхватила пальцами край стола, в немом шоке наблюдая за беснующейся студенткой. Но тут боль и шум в голове утихли. Виктория осторожно убрала руки от головы и испуганно оглянулась по сторонам, словно не понимала, где находится. — Вик, с вами всё хорошо? — осторожно поинтересовалась учительница. — Может быть вызвать скорую? — Нет-нет, со мной всё хорошо. Просто устала и голова жутко разболелась. Я, пожалуй, пойду домой, — Виктория отодвинула нетронутый чай и быстро засобиралась. — Нет! — остановила её Юлия. — В таком состоянии я вас никуда не пущу. Вы же можете разбиться на этом своём мотоцикле. — Я поеду на автобусе, — перебила девушка, избегая зрительного контакта. — Нет! — уверенно повторила учительница, загородив собой дверь. — Вы переночуете сегодня у меня. Я обещаю, что больше не буду мучить вас расспросами, но, пожалуйста, останьтесь. — Ответ отрицательный, Юлия Юрьевна, — ухмыльнулась Виктория и резко посмотрела на девушку. Учительница испугалась и попыталась отпрянуть, но сзади была крепкая дверь. — Мне нужно домой, не вынуждайте меня принимать крайние меры, — пригрозила Виктория, приближаясь. Но в кои то веки у Юлии появилась храбрость: — И какие они, эти меры? Убьёте меня? — Для этого часы ещё не пробили полночь, — сказала Виктория и, крепко обхватив учительницу за талию, поцеловала. Юлия не смогла ничего понять, напрасно она пыталась освободиться, а студентка, не прекращая совершенно уничтожающий поцелуй, мягко отодвинула её от двери, и, резко отстранившись, выбежала в подъезд. Дальше учительница запомнила лишь гулкий рёв мотора и стук железной двери домофона. — Вот так нужно действовать, а не как ты, — назидательно сказала Гоуди, когда Виктория была уже далеко. Юлия в растерянности стояла около открытой входной двери, облокотившись на косяк, и прокручивала всё случившееся за этот безумный день от начала до конца, снова и снова, пока окончательно не пришла в себя. Учительница захлопнула дверь, в панике закрылась на все замки, как будто Виктория собиралась вломиться в это ненадёжное убежище, и села на стул, смотря куда-то в пустоту. — Твою ж мать, — прошептала Юлия. На следующий день новенькая учительница вообще не появилась в колледже. Главный задира группы переводчиков, на носу которого теперь красовался пластырь, не осмеливался сказать что-либо во всеуслышание, но всем своим друзьям шептал, что Виктория убила Юлию. И он был прав. Она действительно убила всю прежнюю Юлию Юрьевну. Сегодня утром учительница проснулась, не понимая, как она раньше жила без Виктории. Но всё это так пугало молодую девушку, что она решила не приходить в колледж, возможно, с недельку, ну, или хотя бы несколько дней. Юлия не знала, как она теперь будет смотреть на свою студентку. Боялась и Виктория, потому что поняла, что Гоуди была права. Девушка всем сердцем полюбила эту наивную простушку, которая так похожа на иностранку. Вторая личность же коварно ухмылялась, понимая, что скоро будет новая жертва. — Теперь я передаю бразды правления тебе, но, если ты только подумаешь о том, чтобы рассказать о нас всю правду, я причиню тебе такую боль, что ты забудешь даже своё имя, — сказала Гоуди после пар, которые по причине отсутствия Юлии Юрьевны закончились очень рано. — А сейчас мы поедем к ней домой, и ты попытаешься вытащить её в кафе. И как ты это сделаешь после вчерашнего случая, я не представляю, но ты должна это сделать. — И почему я должна расхлёбывать кашу, которую заварила ты, — недовольно пробурчала Виктория. — Сама теперь перед ней извиняйся. — Так, мне кажется, или кто-то что-то недопонял? — пригрозила Гоуди. Виктория схватилась за виски, но боль была не очень сильной. — Ты едешь к Юлии и вытаскиваешь её гулять, — повторила вторая личность. Виктория кивнула и села на мотоцикл. Через несколько минут студентка уже топталась под окнами учительницы в глубочайшей нерешительности. — Я даже её телефон не знаю, — возразила Виктория. А вторая личность молча разносила волны боли по голове бедной девушки. — Ладно, сейчас что-нибудь придумаю, — сердито сказала студентка. — Только прекрати так делать. Я похожа на сумасшедшую, когда неожиданно хватаюсь за виски и морщусь. Юлия и так уже наверно подумала про меня невесть что. Гоуди послушалась. — Спасибо. Виктория постучала в окно. Шторку нервно отдёрнули и показалась учительница в одном лишь нижнем белье. — О, тебя встречают во всей готовности, — довольно усмехнулась Гоуди. — Возможно, я даже дам тебе с ней развлечься перед убийством. Юлия побледнела от ужаса, чуть не упала в обморок, затем обнаружила, во что она одета, вскрикнула, накинула халат и снова вернулась к окну. Виктория написала в телефоне «Простите за вчерашнее. Могу я искупить свою вину и сводить вас в кафе? P.S. Приставать не буду» и показала экран учительнице. Юлия кивком указала на дверь, призывая войти. Виктория улыбнулась и набрала номер квартиры на домофоне. Ей молча открыли. Учительница грозно стояла на пороге, скрестив руки на груди. Студентка почувствовала себя провинившимся щеночком, которого теперь не впускали домой. Наконец, Юлия отошла от двери, и Виктория смогла войти. — Простите, пожалуйста, я вчера была сама не своя, — накинулась девушка с извинениями. Юлия молча подняла руку, дав студентке понять, что ей лучше замолчать. — Вы не пришли в колледж, и я начала волноваться, — не останавливалась Виктория. — Ну не молчите. Вы меня пугаете. — Ещё кто кого больше пугает, — наконец несмело произнесла учительница. — Ладно, я приму твоё предложение. Но это будет в первый и в последний раз. Мы сходим в кафе как друзья, и больше никогда подобного не повторится. — Я согласна! — обрадовалась Виктория. Но Юлия обманывала саму себя. Девушка просто боялась. Боялась быть осужденной обществом и родителями. Боялась, что не сможет теперь остановиться. И, наконец, боялась даже Викторию, которая сейчас, на удивление, казалась слабой и неуверенной. «Да ладно, ты взрослая девушка, Юль, ты легко сможешь со всем этим покончить» — думала учительница, подбирая наряд. А в прихожей Виктория нетерпеливо перетаптывалась с ноги на ногу, довольно понимая, что всё наконец-то начинается. Но девушка не позволит себе окончательно влюбиться, чтобы в нужный момент дать слабину и не убить эту наимилейшую учительницу, которая так похожа на иностранку. Девушки сели на мотоцикл. Юлия крепко обхватила Викторию, раздался рёв мотора, и студентка спросила: — Надеюсь, у вас нет морской болезни? — Нет, а что? — удивилась учительница. — Тогда прекрасно, — улыбнулась Виктория и тронулась с места. — Хочу отвезти вас в плавучее кафе. Там на другом берегу, кстати, мой дом в лесу. — Я не поеду с вами в тот дом! — сразу же перебила Юлия. — А жаль, — разочарованно вздохнула Виктория. — Да я шучу. Никто вас не заставляет туда ехать. Я просто излагаю вам факты. Но там очень мило и уютно, особенно зимой. Учительница быстро разогнала сладкие мечты о том, как они в обнимку сидят у тёплого камина, где потрескивают ароматные поленья, наслаждаясь горячим шоколадом. Где-то немного позади разноцветными огнями сверкает ёлка, а за окном кружится густой пушистый снег. — А как вы добираетесь туда зимой? — поинтересовалась Юлия. — У меня есть небольшой снегоход, — ответила Виктория. — Вы и в правду можете позволить себе всё, что только душа пожелает, — удивилась учительница. Виктория ухмыльнулась и спросила: — А когда у вас день рождения, Юлия Юрьевна? — Двадцатого ноября, — на автомате ответила учительница, пребывая в глубокой задумчивости. — А… Зачем это вам? — Просто интересуюсь, — успокоила её Виктория, на ходу придумывая, какой подарок ей подарит. — Это будет ровно через месяц. — Ох, уже так скоро, а я даже не знаю, как и с кем его отпраздновать, — грустно сказала Юлия. Девушки прибыли на набережную и вошли в кафе. — О, мой маньячина приехал! Да ещё и с дамой! Какой сдвиг, какая удача! — тут же завопила девушка лет тридцати. Она была довольно красивой, но со своими странностями. Рыжие короткие волосы, торчавшие вверх ярким хохолком, бритые виски. Пирсинг на губе и брови. Всё тело в замысловатых татуировках. А пальцы украшены серебряными массивными кольцами. Юлия заметила, что некоторые из них совершенно идентичны кольцам Виктории. — Привет, Натаха, — радостно, но немного устало произнесла Виктория и пожала ей руку. — Юлия Юрьевна, познакомьтесь, это Натаха, моя старая добрая Натаха, неотъемлемое составляющее этого кафе. — Приятно познакомиться, — добродушно сказала учительница, пожав протянутую руку. — И мне очень приятно, — обходительно произнесла Натаха и галантно поцеловала хрупкую руку Юлии. Это заставило учительницу отдёрнуть руку и сердито посмотреть почему-то на Викторию. — Натаха, не пугай даму, — предостерегла студентка. — Всё-всё, маньячина. Я никого не трогаю. Ты же знаешь, что во мне умирает джентльмен, — пожаловалась Натаха. — А что тогда не вернёшься в клуб? Там можно джентльменствовать всласть, — посоветовала Виктория. — Да, есть проблема, туда моя бывшая устроилась, а я ой как не хочу постоянно с ней пересекаться, — понизив голос сказала Натаха. Но Юлия всё равно отчётливо слышала каждое слово. — А, этот косой взгляд полный боли и разочарования, — оживилась Виктория. — Я тебя понимаю. — Во-во, — рассмеялась Натаха. — Понимаешь? Ты же всех своих бывших убиваешь. Ладно-ладно, я шучу. Ну, что ты надумала? — Что? — не поняла Виктория. Юлия насторожилась. — Ну, татуировку, что-что, — разъяснила Натаха. — А, да всё никак не могу найти ту, которая понравится. В вечных поисках, как и всегда. Но как только, так сразу, — улыбнулась Виктория. — Мы это, как бы, поесть пришли. — А, ой, извините! — засуетилась Натаха. — Присаживайтесь и делайте заказ. На палубе у нас холодно уже. Садитесь внутри. — Я думала, у вас нет друзей, — тихо сказала Юлия, когда Натаха ушла на кухню, напевая что-то себе под нос. — Она не то чтобы друг, — замялась Виктория. — Бывшая? — предположила учительница. — Нет! — студентка едва заметно поморщилась. — Просто хорошая знакомая. Я предпочитаю фемок. — Прости, кого? — Ой, долго объяснять, забудьте, — улыбнулась Виктория. — Давно вы с ней знакомы? — поинтересовалась Юлия. — Года три или четыре. Давайте уже сменим тему. Или вы готовы говорить о чём угодно, лишь бы не вспоминать вчерашнее? — вздохнула Виктория. Учительница напряглась. — Да, ладно, расслабьтесь. Об этом никто не узнает, — с усмешкой успокоила её студентка. — Можете не общаться со мной. Но, да, наш задира был прав, вы мне очень нравитесь. Юлия уже пожалела, что согласилась на всё это. — Спасибо, — тихо сказала учительница, избегая тяжёлого испытующего взгляда Виктории. Девушка вздохнула и отвернулась к окну. — А вот и ваш заказ! — радостно вылетела Натаха. — Ой, а что вы такие грустные? Музыку, может, включить? — Нет, спасибо, Натаха, если что-то понадобится, мы скажем, — серьёзно сказала Виктория и попыталась выдавить из себя что-то наподобие улыбки. — Всё-всё, оставляю вас наедине, — понимающе улыбнулась официантка и удалилась. — Юль, расслабьтесь хоть немного, чтобы мне не казалось, что я вас пытаю, — умоляюще попросила Виктория через несколько минут. — Пожалуй, я бы выпила чего-нибудь крепкого, — улыбнулась учительница. — Натаха! — тут же позвала Виктория. — Юлия Юрьевна хочет выпить чего-нибудь крепкого. Что ты можешь нам предложить? — О, только сегодня все крепкие напитки за счёт заведения! — затараторила официантка. — Я бы порекомендовала вам ром. Он подаётся в бокале, похожем на пиратский бочонок. Виктория вопросительно посмотрела на Юлию. — Ну, давайте, — улыбнулась учительница после недолгих раздумий. — Я впервые попробую ром. — Тогда я рекомендую вам пить осторожно. От него очень быстро пьянеют, — предостерегла Виктория. — Вы же не будете пить? — напряглась Юлия. — Нет, я, пожалуй, выйду покурю, — успокоила её девушка. Натаха принесла напиток и, заметив, что Виктория ушла, подсела к учительнице. — Вы не бойтесь Вику, — начала официантка. — Она хоть и странная, но очень преданная и ласковая. И у неё действительно проблемы. У Виктории раздвоение личности. И её альтер-эго, которую зовут Гоуди, очень пугающее. Вика даже сказала, что она заставляет её делать ужасные вещи, например, убийства. Но я в это не верю. А вот про раздвоение личности — это чистая правда. Вике удалось рассказать мне всё несколько лет назад, тогда она впервые попробовала ром, и Гоуди ненадолго отрубилась. Вы уже замечали, что иногда Виктория хватается за виски и корчится от боли. Вот, это Гоуди таким образом её контролирует. Только ничего не говорите Виктории. Последствия могут быть очень неприятными. Вика считает, что я её единственная надежда на спасение, поэтому нам с ней приходится хранить всё втайне от Гоуди. А вы не представляете, насколько это сложно. Переборов всё своё удивление, Юлия кратко ответила: — Хорошо. — Всё, я вам ничего не говорила, — торопливо сказала Натаха и ушла, заметив, что Виктория возвращается. — Ну, как у вас дела? — добродушно спросила девушка. — У вас такое лицо, как будто вы увидели русалку. — Это всё ром, — усмехнулась учительница, не отрывая взгляд от Виктории. — Эм, понимаю, — сказала девушка, стараясь не обращать внимание на странный продолжительный взгляд. — Кажется, я уже достаточно пьяна, — неожиданно рассмеялась Юлия. — Вы же отвезёте меня домой, и не воспользуетесь моим беспомощным положением? — Что вы. И в мыслях не было, — убедила её Виктория. — Я довезу вас прямо сейчас в целости и сохранности. Натаха, мы ушли, деньги на столе! После этого прошло две недели. Юлии, как ни странно, удавалось сдерживать своё обещание. Но Виктория не унималась, подгоняемая угрозами Гоуди. Напрасно девушка пыталась подкараулить учительницу после пар, чтобы проводить до дома. Мотоцикл пришлось забросить, снег выпал слишком рано. Юлия умело скрывалась, пытаясь лишний раз не пересекаться с Викторией. До дня рождения учительницы оставалось две недели, поэтому студентка решила идти на крайние меры. На перемене Юлия решила никуда не выходить из класса. Учительница сидела, уставившись в экран телефона, чтобы не встречаться с пылким взглядом своей настойчивой и самой любимой студентки. К парте Виктории подошла рыжеволосая одногруппница и попросила переведённый текст по профессиональному английскому. — Сколько можно всем меня использовать? — разозлилась брюнетка. — С этого дня я не буду давать вам списывать бесплатно. Это заявление заставило учительницу оторваться от своего бесполезного занятия и посмотреть на студенток. — Хорошо, — вздохнула рыжеволосая. — Какова твоя цена? Что ты хочешь? Виктория внимательно посмотрела в зелёные глаза девушки и ответила, злобно усмехнувшись: — Поцелуй. Один страстный и долгий поцелуй. Юлии показалось, что кто-то ударил её по голове чем-то тяжёлым. Ноги и инстинкт самосохранения настойчиво просились вон из аудитории, но любопытство одержало верх. Учительница вспомнила, как её тогда поцеловала Виктория, и вокруг шеи тут же начала обвиваться змейка-ревность. Рыжеволосая, которую звали Анастасия, всегда была отчаянной и готовой совершать любые безумства. — Хорошо, — с шаловливой улыбкой кивнула одногруппница. — Прямо здесь? Перед Юлией Юрьевной? — Гомофобов прошу выйти, — крикнула Виктория, приобнимая усевшуюся к ней на колени Настю. — Это касается всех. В аудитория было немного человек. И все они пожелали остаться. Юлия, с ужасом в глазах, наблюдала за девушками. Виктория внимательно посмотрела на учительницу, сердито усмехнулась и устремила свой взгляд на Анастасию. Рыжеволосая улыбнулась и поцеловала брюнетку. Виктория прижала девушку ближе к себе и полностью растворилась в поцелуе. Учительница нервно царапала парту, но продолжала наблюдать за происходящим. Сзади послышался свист и улюлюканье одногруппников. — Теперь ты дашь мне списать? — срывающимся голосом спросила Настя, оторвавшись от поцелуя. — Конечно дам, но если ты хочешь продолжить… Рыжеволосая не дала ей договорить, и стала целовать брюнетку намного отчаяннее. А Юлии Юрьевне хотелось подойти, оттащить Настю за эти раздражающие рыжие волосы, и самой сесть на колени к Виктории. — Как ты это делаешь? — удивлённо спросила Настя, наконец закончив поцелуй. — Почему ты так действуешь? Скажи, что ты свободна, и будь моей девушкой! Виктория расслабила объятия и сказала: — Не хочу тебя огорчать, но у меня уже есть девушка. Брюнетка быстро и незаметно для других посмотрела на Юлию. — Держи свой текст, — спокойно сказала Виктория, резко прижав толстую тетрадку к вздымающейся груди одногруппницы. — Жаль, — печально вздохнула рыжеволосая и, забрав тетрадь, села на своё место. — Вечером это будет на Ютубе! — крикнул кто-то из одногруппников, выключая камеру на телефоне. Виктория довольно улыбнулась ему и снова перевела взгляд на учительницу. Юлия вздрогнула и сердито уставилась в экран телефона. Студентка же тихо хмыкнула. На перемене после второй пары Виктория вышла на улицу покурить. Благо для этого соорудили специальную курилку, и больше не приходится уходить за забор или во дворы. Курить после второй пары было старой привычкой Виктории. Девушка начала так делать ещё на первом курсе. Густой пушистый снег видимо намеревался завалить весь город, чтобы новый год не нашёл сюда дорогу. Было не очень холодно, но Виктория, выбежавшая покурить без куртки, раздражённо куталась в широкие полы синей фланелевой рубашки, под которой была ещё и чёрная футболка с эмблемой какой-то рок-группы. Тонкая сигарета с ароматом вишни подрагивала в длинных изящных пальцах. Сквозь комья падающего снега Виктории с трудом удалось разглядеть приближающуюся к курилке стройную маленькую фигурку — это была Юлия Юрьевна. — Вы же не курите, — удивилась Виктория. — С тобой и невинный младенец начнёт курить, — пробурчала учительница, получше закутываясь в шерстяную шаль. — Что это было на той перемене? — Понятию не имею, о чём вы, — невозмутимо ответила брюнетка, выкинула сигарету и взяла новую. — Так будете курить? — Нет! — начинала сердиться Юлия. — Вы срываете уроки, творите что попало на переменах и выбегаете на улицу без крутки в такой холод! — А что я вас так стала заботить? — удивлённо спросила Виктория. — То вы не обращаете на меня внимание, будто меня вовсе не существует, то накидываетесь с претензиями. Что вам от меня нужно?! Брюнетка выкинула недокуренную сигарету и собралась уходить, но учительница перегородила дорогу. — Ясно, — вздохнула Виктория. — Когда-то вы уже пытались меня остановить. Мне опять прибегать к кардинальным мерам? Но на этот раз Юлия сама решила использовать эти меры. Учительница впечатала студентку в железную стену курилки и легко поцеловала, собираясь тут же уйти, но Виктория не позволила это сделать. Девушка крепко обхватила Юлию за талию и перешла к более страстным и глубоким поцелуям. Учительница не сопротивлялась, а послушно следовала за действиями студентки, как стадо овец следует за старым уважаемым вожаком. — Нас могут увидеть, — прошептала Виктория куда-то в шею учительницы. — Меня это не волнует, — быстро ответила Юлия, вновь целуя девушку. — Звонок на вашу пару, — предостерегла брюнетка. — Вы хотите, чтобы опять зародились сплетни по поводу того, что нас с вами всё ещё нет. Напоследок поцеловав студентку, учительница потащила её за руку в колледж. — Мы так и будем играть с вами в кошки-мышки, или вы своим поведением дали понять, что между нами всё понятно? — спросила Виктория, когда они поднимались по лестнице. — Будем играть в кошки-мышки, — улыбнувшись, ответила Юлия. — Мышкам нужно лучше остерегаться острых когтей и мышеловок, — предупредила Виктория. — Зайдёте в аудиторию через несколько минут и скажете, что вас задержал директор. Растерянная учительница осталась на лестнице около большого окна, выходившего во двор старого завода, и начала проклинать себя за слабость. Оставшиеся до своего дня рождения недели Юлия снова делала вид, что Виктории не существует, и между ними ничего никогда не было. Всю неделю до воскресенья — дня, когда Юлии Юрьевне исполняется двадцать шесть, Виктория усердно всё подготавливала, не забывая советоваться с Натахой. Гоуди пока ушла в подполье и появлялась лишь иногда, давая девушке понять, что ей не удастся перехитрить альтер-эго. А учительница так и не решила, где и с кем праздновать день рождения. Суббота. Последняя пара. Деловой английский. Юлии Юрьевны нет уже пятнадцать минут. Виктория начинает беспокоиться, потому что, если она не увидит учительницу сегодня — это может заметно усложнить задачу с завтрашним сюрпризом. Но вот дверь скрипнула и вошла она. Всё тот же сладковатый аромат духов заполнил всю аудиторию, разливаясь в воздухе плавной волной. Виктория по привычке вдохнула его полной грудью и прикрыла глаза, смакуя каждую нотку этого волшебного парфюма. Юлия дала задание и уткнулась в бумажки. Виктория быстрее всех закончила и отдала тетрадь на проверку. Учительница по привычке одобрительно улыбнулась, потому что иногда Виктория могла хорошо учиться. А сейчас был действительно особый повод. Ничего не подозревающая Юлия открыла тетрадку и вздрогнула, увидев надпись, сделанную карандашом — «Завтра в десять утра в кафе Натахи. И нет, даже не пытайтесь скоропостижно придумывать отговорки, я знаю, что вы так и не решили, где праздновать. Если не придёте, будет плохо всем». Последнее предложение было подчёркнуто несколько раз. Учительница нервно сглотнула и вопросительно посмотрела на девушку. Виктория лишь усмехнулась. Юлия недовольно покачала головой, просмотрела задание, поставила оценку и сердито закрыла тетрадь. Вика медленно поднялась с места и осторожным шагом направилась к учительскому столу. В голове Юлии Юрьевны опять промелькнуло сравнение с пантерой. Группа с интересом наблюдала за происходящим. Учительнице стало страшно, ей начинало казаться, что надвигается что-то неминуемо опасное. Девушка внимательно вглядывалась в лицо своей ученицы, пытаясь угадать её намерения. Но это было безуспешно. Вика была непредсказуемой. — Они спят, инфа сотка, — шепнул самый дерзкий своему другу. — Ты видишь? Видишь это сексуальное напряжение, повисшее в воздухе? Сейчас что-то будет. С задних парт донеслись смешки. Виктория наконец дошла до учительского стола и, продолжая просто уничтожающе смотреть в глаза Юлии, забрала свою тетрадь, резко развернулась и села на место. Самый дерзкий разочарованно вздохнул. Учительница снова смогла владеть собой, кашлянула и уткнулась в бумажки, как будто ничего и не было. Но в голове у девушки царил настоящий хаос, мысли носились буйным вихрем, сметая преграды здравого смысла. Юлия поняла, что падает, падает в глубочайшую тёмную пропасть, имя которой Виктория. Лучше бы девушка не устраивалась в этот колледж. Чёрт её вообще дёрнул сделать это. Прозвенел долгожданный звонок, Вика подмигнула учительнице и быстро вышла. Юлия совершенно не знала, что теперь делать. Всё оказалось слишком запутанным, сложная игра в кошки-мышки, и учительница была здесь далеко не кошкой. Зачем она вообще тогда разрешила её подвезти? Ведь могла же пройти мимо без этих расспросов. Могла же не приглашать потом к себе домой. Одни лишь сожаления. И чем я только думала — пронеслось в мыслях девушки. А Виктория запрыгнула в автобус и через полчаса уже сидела с Натахой в плавучем кафе. — Ты не представляешь, как мне страшно, — нервничала Вика, потягивая коктейль. — А вдруг она не придёт, вдруг всё пойдёт не так, как я запланировала. — Мать, ну ты что опять? — Натаха шлёпнула рукой по деревянному столу. — У нас с тобой очень чёткий план. У нас всё продумано до мелочей. Чего ты боишься, маньячина? Она придёт, я тебе отвечаю. — А если нет?! — почти крикнула Виктория, прикусив трубочку. — Воу, я тебя не узнаю, — покачала головой Натаха. — Походу наша Вика влюбилась. От услышанного в глазах девушки промелькнул испуг. Натаху это насторожило, и она поспешила сменить тему: — Да всё будет хорошо, подруга, не шебурши. Она придёт, а если нет, то мы придём к ней сами, но у нас всё будет идеально. Виктория ласково посмотрела на подругу и улыбнулась: — Блин, Натаха, спасибо. Реально. Если бы не ты, я бы не знаю, что со мной было. — Всё будет хорошо, — девушка улыбнулась в ответ и ласково потрепала Вику по руке. Большую часть ночи Вику мучала бессонница, да и не только её. Юлия пила чай и напряжённо думала. Она уже тысячу раз сначала решалась пойти, но потом резко сдавала назад. Нервы были на пределе. Всё это казалось учительнице концом. Если она согласится, то уже не сможет вернуться обратно и сделать вид, что ничего не происходит. Да и, в какой-то степени, она уже устала притворяться. Пора собрать себя в кучку и признать уже, что по уши влюблена в Викторию. Но что будет потом? Как Юле справиться с Гоуди? Могут начаться проблемы на работе, проблемы с родителями. Страшно делать этот отчаянный прыжок в омут, зная, что назад уже не вернуться, что ледяная вода неминуемо накроет с головой. А что будет там на дне? Вдруг опять в конце останутся одни лишь сожаления. Девушка измученно посмотрела на часы и решила, что утро вечера мудренее, а сейчас нужно лишь одно — хорошенько отдохнуть. Виктория же за этот вечер выкурила наверно две пачки сигарет. Девушка волновалась, а теперь ещё и боялась, потому что Гоуди была очень спокойна и особо не тревожила уже целую неделю. А это означало, что Вика влюбилась в учительницу. Всё шло так, как и хотело альтер-эго. И сейчас Вику бросало в дрожь только от одной мысли о том, как в её голове звучат эти жуткие слова: «Сейчас. Пора убивать. Время настало». Обе девушки проснулись очень рано. У Юлии, к величайшему удивлению, было замечательное настроение. Она даже решила принять предложение Вики, потому что, в конце концов, мы живём один раз, да и что может такого случиться? Мир от этого точно не рухнет, а всё остальное решаемо. Учительница решила продумать каждый элемент своего наряда, сделать отличную причёску и сногсшибательный макияж. Всё будет хорошо. Виктория тоже зря времени не теряла, теперь она чувствовала уверенность и точно знала, что Юлия придёт. Да куда она денется? А если вдруг и начнёт мудрить, можно всегда завалиться прямо к ней в дом со всеми подарками. Учительница была готова. Она надела элегантное чёрное платье, плавно спускающееся по стройному хрупкому телу до пола, и наполовину скрывающее замшевые ботильоны. Надела комплект из серебряной цепочки, браслета и серёжек. Волосы как обычно миловидными завитками касались ключиц, кожа на которых была нежнее самой мягкой ткани. Помада тёмных тонов и дерзкие, но аккуратные стрелки. Вика тщательно выгладила белую рубашку и узкие брюки. Надела бабочку и пиджак. Идеально уложила волосы. Коротко подстригла и подпилила ногти. Всё будет так, как и запланировано. Ровно в десять утра Юлия зашла в кафе. — О, именинница, здравствуйте, — обрадовалась Натаха. — С днём рождения! И всего вам того, что пожелаете. — Спасибо, — улыбнулась Юлия Юрьевна. — Наш мачо немного задерживается, — вздохнула Натаха, посмотрев на часы. — Ээх, где это видано, чтобы дама ожидала. Вы присаживайтесь, сегодня все напитки и блюда только для вас за счёт заведения. Желаете чего-нибудь? — Нет, спасибо, — доброжелательно отказалась учительница и присела за столик. Через пять минут в кафе влетела Виктория с огромным букетом красных роз и необъятным плюшевым мишкой. Юлия не ожидала такого. А Натаха умилённо улыбнулась, быстро смахнув скупую слезинку. Учительница встала и принялась обнимать девушку: — Вик, это так приятно. Спасибо. — Это ещё не всё, — довольно улыбнулась Виктория. — Вы поедете со мной и возражения не принимаются. Девушка лишь покорно кивнула, вдыхая аромат роз и с трудом пытаясь удержать подарки. — Давайте, я вам помогу, — прибежала на помощь Вика. — Ну, удачи вам и хорошего праздника, — улыбнулась Натаха и подмигнула подруге. Девушки улыбнулись ей в ответ, и ушли. — Я могу знать, куда мы едем? — поинтересовалась Юлия. — Нет, — улыбнулась Виктория. — Просто доверьтесь мне. — Хорошо, давайте тогда перейдём «на ты». — С радостью, Юль, — улыбнулась девушка и открыла дверцу старой Волги, которая, вероятно, перешла по наследству от отца. Девушки переехали через мост и выехали на просёлочную дорогу. — Я так понимаю, мы к тебе домой, — усмехнулась учительница. — О, а ты не так проста, как кажется, — улыбнулась Вика, ласково посмотрев на девушку. — Я тебя не обижу. Через двадцать минут машина поравнялась с двухэтажным деревянным домом. — Мы приехали, моя королева. Дом располагался на небольшой опушке, окружённой пушистыми соснами. — Идеальное место, — прокомментировала учительница. — Никто не мешает, не беспокоит. Только тишина, уединение и лес. В прихожей девушек встретила яркая надпись «С днём рождения!» и множество разноцветных шариков, которые были абсолютно везде: на полу, на потолке, на стенах. — Тебе нравится? — спросила Виктория, с трудом затаскивая в дом игрушечного медведя. — Очень! — крикнула Юлия от восторга. — Мне ещё никто никогда не делал таких сюрпризов. — Проходи, — ласково сказала студентка, помогая учительнице снять шубу. — Туда, направо. Юлия прошла в огромный зал. В камине уютно потрескивали дрова. Стены украшала длинная гирлянда, мигающая разноцветными огоньками. Посередине стоял огромный стол, ломившийся от всяких блюд и напитков. — Ого, Вика. Это так неожиданно и так… так приятно! — учительница не могла сдерживать эмоции и снова кинулась обнимать Викторию. — С днём рождения, Юль, — нежно шепнула студентка. — Так, давай поставим букет в вазу, а потом сядем за стол. — С радостью, мне не терпится всё здесь попробовать. — Только я не буду много пить, — сказала Вика. — Ещё рано. — Хорошо, — улыбнулась учительница, — сейчас почти час дня. У нас столько времени впереди. Девушки сели за стол друг напротив друга. — Всё такое вкусное, — восторгалась Юлия. — И у тебя дома так приятно пахнет. Так расслабляет и успокаивает, что это? — Арома-свечи, — улыбнулась Виктория, внимательно изучая черты лица девушки. — Ты так смотришь на меня, — засмущалась учительница. — Ты очень красивая, — сказала Вика. — И тебе так идёт это платье. — Спасибо, — улыбнулась Юля. — Может выпьем вина? — О, конечно, — засуетилась студентка. — Белое, испанское, никогда не пробовала, — сказала девушка, изучив бутылку. — Попробуй, моё любимое. — О, тогда нужно обязательно попробовать, — сказала учительница, подняв бокал. — За тебя, — произнесла Виктория. — Чтобы всегда была красивой и радовала этим всех окружающих. Девушки чокнулись и выпили. — О, мне нравится, очень вкусное вино, — похвалила Юлия Юрьевна, внимательно изучая каждую отдельную нотку. — Хочешь потанцевать? — поинтересовалась Виктория, отставив бокал. — Оу, ну я не знаю, — замялась учительница. — Да, давай. Я же не кусаюсь, — успокоила студентка. — Да я не боюсь тебя, — улыбнулась Юлия Юрьевна той улыбкой, которая появляется после нескольких бокалов хорошего вина. — Я не очень хорошо танцую. — Я тебя научу, — пообещала Вика. Студентка включила музыку и протянула руку сидящей девушке. Она встала и подошла ближе. — Клади руки мне на плечи, — сказала Виктория. — Почему ты смеёшься? — Я никогда раньше не танцевала с девушкой, — улыбнулась Юлия Юрьевна. — О, всё когда-то случается впервые, — сказала Вика, нежно обхватив руками талию учительницы. — Ты слишком напряжена. Расслабься. Я держу тебя. Ты не упадёшь. А Юлия падала. Сегодня утром она отважилась прыгнуть в пропасть неизведанного и теперь стремительно летела куда-то. Падала, когда смотрела в эти зелёные глаза, в которых иногда отражалось что-то жуткое, суровый взгляд сменялся нежным и заботливым. И так до бесконечности. Учительница больше всего сейчас хотела поговорить про Гоуди, но она знала, что это опасно, что ей ни в коем случае нельзя первой начинать этот разговор. — Ты о чём-то напряжённо думаешь, — задумчиво произнесла Виктория. — Тебе так кажется, — улыбнулась Юлия. — Выпьем ещё вина. — Сейчас всё будет, — рассмеялась студентка. — Садись на диван. И, кстати, у меня же ещё есть для тебя кое-какой подарок. — Ой, ещё? Ты и так столько всего сделала для меня, — засмущалась учительница. Сделав вид, что не услышала этих слов, Виктория быстро поднялась на второй этаж и спустилась уже с небольшой бархатной коробочкой. — О, что там? — поинтересовалась Юля. — Открой, — загадочно улыбнулась девушка. Учительница открыла и увидела изящную и очень тонкую, искусно выполненную серебряную цепочку. — Я знаю, что ты любишь серебро, — сказала Вика, с умилением наблюдая за радостной реакцией своей учительницы. — Позволь я надену её на тебя. Девушка обошла диван и встала сзади Юлии. Вика аккуратно, словно Юлия была сделана из хрупкого стекла, сняла старую цепочку и надела подарок. Учительнице стало жарко от этих случайных касаний. А Виктория уже вернулась к столу, налила вина и подошла к дивану. — Нравится? — спросила студентка, протягивая вино. — Очень, — горячо воскликнула Юлия Юрьевна, не в состоянии забыть эти касания. Хитрый мозг мигом стал придумывать картинки, от которых дыхание учительницы всё больше учащалось. — Что-то не так? — едва заметно усмехнулась Виктория, присаживаясь рядом, как можно ближе. Боже мой если эта зеленоглазая чертовка ещё раз так на меня посмотрит, я окончательно перестану себя контролировать. — Юль, всё хорошо? — поинтересовалась девушка, слегка поправив учительнице волосы. — Да, — кратко ответила та и залпом выпила бокал вина. — О-хо-хо, Юлия Юрьевна, я вас не узнаю, — пошутила Виктория, сделав также. — Кажется я сейчас сделаю то, о чём потом буду жалеть, — призналась учительница, внимательно и даже как-то умоляюще посмотрев в глаза студентке. — Не будешь, — пообещала Вика, отставляя бокалы. Юлия набросилась на девушку словно зверь на кусок свежего мяса. — О, как я давно об этом мечтала, — сказала Виктория, и сильнее обняла учительницу. Они целовались так страстно и рьяно, как будто это последний день на земле. Юлия понимала, что уже даже не видит края пропасти, с которого она так отчаянно прыгнула. Но тело слишком пылало, чтобы останавливаться. Разум отключился, здесь была только Она — Виктория, милая и опасная. Где-то в глубине души Юлия Юрьевна боялась её до ужасной дрожи, но этот страх возбуждал ещё больше. Включенная Викторией музыка уже давно сменилась тяжёлым роком. По поведению студентки учительница поняла, что Гоуди отчаянно пытается захватить власть над происходящим. Вика спустилась к нежной шее, оставляя на ней следы. Юлия рванула бабочку, служащую студентке украшением, резко расстегнула рубашку. Мозг наконец-то перестал истерично повторять один и тот же вопрос — «что ты делаешь?». Учительница покорилась какой-то неведомой силе, которая могла снести всё на своём пути, которая за пять секунд растворила бы все льды Антарктиды. Вика нащупала замок на платье. Юлия приподнялась, помогая раздеть себя. Под платьем скрывались чёрные кружевные чулки. — О, боже мой, всё, как я люблю, — задыхаясь, воскликнула Виктория и ей окончательно снесло крышу. Сейчас даже Гоуди не смогла бы её остановить. Вика провела горячим языком по этой нежной линии кожи между кружевным бельём и таким же краем чулок. Нежно целуя ключицы, девушка сняла с Юлии лифчик. Учительница оставляла засосы на шее Виктории. Студентка спустилась ниже к выпирающим соскам. Она осторожно провела по ним руками, затем языком, слегка прикусила. Это заставило Юлию Юрьевну прогнуться навстречу. Виктория вернулась к сладкой шее, запахом которой можно было наслаждаться бесконечно долго, продолжая ласкать руками грудь. Юлия смогла дотянуться до застёжки лифчика Вики и снять его. Одним быстрым движением, проворно, словно кошечка, учительница оказалась сверху. Виктории такой расклад дел не понравился, но Юлия прижала руки девушки к дивану и припала к её груди со страстными поцелуями. Вика расслабилась и даже перестала сопротивляться. Тогда учительница расстегнула девушке брюки. Виктория помогла их снять и, воспользовавшись моментом, вернула Юлию на прежнее место. — Мы даже сейчас продолжаем играть в кошки-мышки, — усмехнулась Юлия Юрьевна. — Держись, мышка, — пригрозила Вика, — кошка вышла на охоту. С этими словами студентка резко стащила с учительницы чулки, а затем и бельё. Виктория снова вернулась к своей любимой шее, лаская руками каждый сантиметр горячего тела, по которому иногда пробегала дрожь наслаждения. Вика пропустила руку между телами и нежно провела рукой по клитору. Со слегка распухших губ Юлии сорвался первый стон. Виктория стала плавно опускаться ниже, нежно целуя и прикусывая кожу, продолжая ласкать клитор. Учительница схватилась за спину девушки, оставляя на ней красные полосы, которые возможно будут видны и завтра. Вика наконец дошла до своего пункта назначения, заменив руку языком. Юлия судорожно вцепилась в диван. Она забилась в сладкой судороге, и протяжно застонав, ослабла. Виктория вернулась к шее и нежно, почти неощутимо поцеловала. Юлия коварно улыбнулась, скинула с себя Вику на другую часть дивана и нависла над девушкой. А затем со всей страстью, как будто в неё вселился неудержимый демон похоти, принялась ласкать всё тело Виктории. — Твой запах сводит меня с ума, — с трудом проговорила девушка. — А ты давно свела меня с ума, с нашей первой встречи, — призналась Юлия Юрьевна. — И теперь я заставлю тебя сойти с ума от наслаждения. Учительница спустилась в самый низ, разгоняя по телу Вики сладостные волны. Вернулась наверх, подарив ей обжигающе-страстный поцелуй. Такие поцелуи не забываются, как бы ты ни старался. Виктория незаметно протянула руку между телами и осторожно проникла в Юлию. От неожиданности девушка вскрикнула, но затем, коварно посмотрев на Вику, устроилась поудобнее и вошла в неё пальцами. Подстраиваясь под движения друг друга, девушки наконец-то уловили темп. Слишком тесная связь, полная синхронность, всепоглощающая страсть. Через некоторое время они уже в обнимку лежали на диване — свидетеле недавнего проявления бурных чувств — и пытались восстановить дыхание. — У нас ещё есть торт и мороженое, — вспомнила Виктория. — От этого я не откажусь, — улыбнулась Юлия Юрьевна. — А сколько время вообще? — Девять вечера, — ответила студентка, взглянув на часы. — Ого, мне же нужно домой! — запаниковала учительница и принялась искать свою одежду. — Юль, — Вика схватила девушку за руку. — Останься со мной, пожалуйста. Ну куда ты сейчас? Лучше заведём будильник часов на шесть или даже пять. Утром я отвезу тебя домой, чтобы оставить подарки, и потом поедем в колледж. Учительница прекратила свои поиски и нежно обняла девушку. — Вот, так-то лучше, — довольно промурлыкала Виктория. — А если нас заметят вместе? — насторожилась Юля. — Ничего не бойся. Если кто-то начнёт распускать о нас сплетни, я их уничтожу, — успокоила Вика, целуя девушку в шею. — А теперь, пойдём есть десерт! О, сейчас я принесу нам халаты, чтобы было комфортнее. — Где вообще моё платье?! — Я не знаю, — улыбнулась Вика. — Но у меня твои… трусы-ы-ы. Студентка подняла бельё над головой, словно это был великий трофей, и, хохоча, унеслась на второй этаж, размахивая чёрными трусами. Вскоре Виктория вернулась с халатом для учительницы. — Так, а где мои трусы? — спросила Юлия Юрьевна, одеваясь. — Где-то, — засмеялась Вика. — Я оставлю их себе на память. — Это уже извращение. — О, ты не знаешь, что такое настоящее извращение, — возразила студентка, жадно посмотрев на девушку — Я могу это показать. — Я не сомневаюсь в этом, — улыбнулась Юлия. — Но давай оставим это на потом. Я хочу десерт и свои трусы обратно. — Я выполню только первую часть твоей просьбы, — сказала Виктория с усмешкой в глазах. — Вот хитрюга, — шутливо обиделась учительница. Вика быстро поцеловала девушку и умчалась на кухню за десертом. Покончив с ним, девушки наконец-то отправились спать. — Я так люблю тебя. Спасибо за прекрасный день, — прошептала Юлия Юрьевна, прижимаясь к Виктории. Девушка довольно улыбнулась и страстно поцеловала учительницу: — Спокойной ночи. — И тебе. Будильник, заведённый на пять утра, разрушил всю идиллию неистовым звоном. — Я первая занимаю ванную, — шепнула Юлия и резко встала. — Э, так не пойдёт, — начала возмущаться студентка. — Это моя месть за похищенные трусы, — игриво улыбнулась учительница, выглядывая из-за дверного косяка. — Ну держись у меня, — пригрозила Виктория и ринулась за девушкой. Юлия вскрикнула и побежала на первый этаж, планируя спрятаться в ванной. И ей это удалось. Учительница закрыла дверь на щеколду и облегчённо выдохнула. Но вдруг дверь со всей силы дёрнули. — У тебя есть пять секунд, чтобы добровольно открыть дверь, — послышался серьёзный голос Вики. Юлия вздрогнула и инстинктивно схватилась за ручку, потянув её на себя. — Раз. — Ну нетушки! — крикнула Юлия, крепче удерживая дверь. — Два. — Три! — Вика, мы опоздаем, — предостерегла Юлия. — Четыре. — Пять!!! Виктория дёрнула дверь со всей силы и сломала замок. Напуганная Юлия потеряла равновесие и начала падать вперёд вместе с дверью. Вика поймала учительницу и затолкнула её в ванную, закрыв дверь. — Хотела спрятаться от меня? — спросила Виктория, снимая с девушки халат. — Тебе не жалко свою дверь? — Да что дверь по сравнению с милой девушкой без трусиков, — отмахнулась Вика, скидывая с себя халат. — Ты мне их вернёшь! — приказала Юлия. — У, сначала посмотрю на твоё поведение, а потом подумаю, — сказала Виктория, хитро прищурившись и лаская грудь учительницы. — Мы можем опоздать, Вик, — продолжала беспокоиться Юлия, закрывая глаза от наслаждения. — Можем, но не будем, — улыбнулась Виктория, включая воду. — Поэтому я завела будильник на пять, а не на шесть. — Вот блин, у тебя на шее остались засосы, — напугалась учительница, поглаживая шею студентки. — Это не страшно. Пусть эти придурки говорят про меня, что хотят. Но тебя впутывать в эти сплетни я им не позволю, — уверенно сказала Вика, целуя девушку. — Ох, после такого бодрого утреннего развлечения мне нужно ещё поспать, — призналась Юлия во время завтрака. — Да, секс занятие утомительное, — усмехнулась Виктория. — Сколько время? — настороженно спросила учительница. — Как раз успеваем, — ответила Юлия. — Признаюсь честно, у меня ещё никогда не было такого отличного дня рождения, — сказала учительница, улыбнувшись и взяв студентку за руку. — Спасибо. Собравшись и доставив подарки до дома Юлии Юрьевны, девушки поехали в колледж. — Так, пока никого нету, выходи, а я приду через несколько минут, — сказала Виктория на стоянке около учебного заведения. — Ты у меня второй парой. — Люблю тебя, — сказала Юлия, поцеловала девушку и быстро ушла. — О, у Золотовой была крутая ночка. А? — сказал самый дерзкий, показывая неприличные жесты языком. — А что, завидуешь? — усмехнулась Виктория, кидая старую сумку на парту. — Ну расскажи нам, какова Юлия Романовна в постели? — не успокаивался парень. — Юрьевна. Она Юлия Юрьевна, — устало исправила девушка. — Пора бы уже запомнить. — О, ну у меня же с ней не такие тесные отношения, чтобы запоминать отчество, — грустно сказал парень, продолжая издеваться. — И всё же. А сиськи у неё какие? А? Мне же интересно. — Слушай, я вижу, у тебя нос уже зажил, — начала Вика. — Не чешется, нет? А то я могу почесать. И знаешь, мне так не нравится его форма. Ужасно хочется подправить пару раз. — У, да ты опасная, — отступил студент. — Помогите, сейчас потеряю сознание от страха. — Ну всё, ты нарвался, — злобно воскликнула девушка и бросилась на него с кулаками. — Так! Что тут опять происходит? — сказала учительница по экономике. — Уже был звонок на пару. — Мы ещё не закончили, — пригрозила парню Виктория, сердито сев на место и подарив учительнице такой взгляд, от которого кровь стынет в жилах и ещё неделю снятся кошмары. — Что вы там не закончили? — строго спросила учительница, сверля взглядом Вику. — Изучение закона спроса и предложения, — нашёл ответ самый дерзкий. — Ну-ну, — ответила ему женщина. — Вот выходи и рассказывай мне этот закон. — А почему сразу я? — возмутился парень. — Пусть Золотова идёт. Она любит экономику. Виктория злобно развернулась и кинула в одногруппника ручку. — Золотова! — сердито воскликнула учительница. — Ты пойдёшь следующей. Девушка скривилась, словно перед ней поставили тарелку с жирными личинками, и взяла в руки телефон. На экране высветилось одно непрочитанное сообщение от Юлии Юрьевны — «Уже скучаю». Злое лицо Виктории тут же озарила улыбка. «Я тоже, малышка» — в ответ. — Что у вас там, Золотова? — спросила учительница. — То, что вас никаким боком не касается, — ухмыльнулась Вика, отложив телефон. — А если я это изыму. — А если я сорву пару. — Да как ты смеешь, Золотова! — учительница не на шутку разозлилась. Переводчики начали кричать и свистеть. Учительницу экономики здесь ненавидели все. — Прекратите или я вызову завуча или даже отправлю вас к директору! — женщина поднялась на ноги и пригрозила пальцем. Виктория подала знак Насте. Рыжая радостно кивнула и заняла позицию около двери, отрезав учительнице выход. — Вы страшные люди, — учительница нервно вытерла пот со лба клетчатым платочком и села на место. — Что вам от меня нужно? Виктория вошла во вкус. Девушка подошла к учительскому столу своей походкой охотящейся пантеры. Учительница экономики отпрянула назад, с ужасом наблюдая за студенткой. Переводчики затихли, с интересом наблюдая за происходящим, самый дерзкий снимал всё на камеру. — Ну, у нас есть кое-какие требования, — начала студентка, облокотивший на стол. Учительница на минуту пришла в себя: — Да что тут происходит?! Всё, хватит с меня. Я иду к директору. Женщина поднялась и собралась выйти отсюда, даже несмотря на верную Настю. — Сидеть, — остановила Виктория, толкнув учительницу на стул. — Вы исправляете оценки за контрольную всей группе, и я вас не трогаю. — Да что вы себе позволяете? — возмутилась женщина. — Я добьюсь того, чтобы вас отчислили. — А вот этого я не советую вам делать, — злобно сказала Виктория и схватила учительницу за волосы. — Солнышко, оставь её, — промурлыкала Настя, обняв девушку сзади. — О, у меня есть идея, — воодушевилась Виктория, отпустив учительницу. — Вы же у нас жуткая гомофобка. Помнишь, Настя, как она злилась, когда увидела, что ты сидишь у меня на коленях? — О да, мне нравится ход твоих мыслей, — подмигнула рыжая, трогая девушку за грудь. Учительница скривилась. — Слушайте! — крикнула ей Виктория. — Или вы исправляете оценки или мы закатим тут настоящую содомию. Женщина растерянно смотрела на всех. — Ладно, — кивнула Вика, повернулась к Насте и страстно её поцеловала. Послышались посвистывания с задних парт. Учительница схватилась за грудь и охнула. — Смотрите-смотрите, — сказала Виктория, расстёгивая на девушке рубашку. — Ох, прекратите! — начала возмущаться женщина. Виктория только улыбнулась, не разрывая поцелуя, и усадила Настю на учительский стол. Учительница истошно завопила и подпрыгнула со своего места: — Хорошо-хорошо, я исправлю, только прекратите. — О! — довольная Виктория оторвалась от Насти. — Вот и славно. Я знала, что мы с вами поладим. Уйди со стола. Брюнетка спокойно вернулась на место, с наслаждением наблюдая за тем, как учительница исправляет плохие оценки. Настя разочарованно вздохнула, застегнула рубашку и грустная села на место. — Ну ты даёшь, Золотова, — восторженно сказал самый дерзкий на перемене. — Извини, что дразнил тебя. Был неправ. Ты крута. — Я с тобой ещё когда-нибудь разберусь, — несерьёзно пригрозила Виктория. Сейчас девушку больше занимали мысли о Юлии. Учительница пришла вовремя — вот как любовь меняет людей. Поздоровавшись со всеми и украдкой подарив Вике нежный взгляд, Юлия Юрьевна села за стол и приготовилась принимать лекции у студентов. — Можно рассказать первой? — отважно вызвалась Виктория, вызвав этим всеобщее удивление. — Что это с ней в последнее время? — шёпотом спросила Настина соседка по парте — Кристина. — Просто ей хватает хорошего секса. И я даже догадываюсь с кем она спит, — раздражённо ответила рыжая, сверля учительницу ревнивым взглядом. — Что она нашла в этой училке такого, чего нет во мне? — Мы можем лишить её хорошего секса, нужно просто показать Юлии Юрьевне эти видео, — нашла решение Кристина. — Хмм, хорошая идея, но мне кажется, что так я сделаю ещё хуже. Вот бы она сама на них наткнулась, — мечтала вслух Настя. — Итак, неологизмы, — начала Виктория, глядя прямо в глаза, прямо в душу. — Существует большое количество неологизмов. В основном они появляются благодаря техническому прогрессу и новым изобретениям. Некоторые неологизмы теряют свою новизну, прочно входят в наш язык и перестают считаться неологизмами. Например, слова «самолёт» и «лётчик» когда-то были неологизмами. Юлия Юрьевна не слушала историю про то, как неологизмы входят в нашу речь. Потому что невозможно выдержать этой сладостной пытки взглядом. Учительница знала, что Вика делает это специально, и уже планировала месть за это, а также за трусы, так и не вернувшиеся к своей обладательнице. — Молодец, Виктория. Садитесь, пять, — остановила учительница, удивляясь тому, что Вика выучила эту лабуду и так хорошо её знает. Когда она вообще успела это выучить? Не вчера же. Довольная Вика села на место и написала Юлии сообщение — «Сейчас бы взять тебя прямо на этом столе. Это стало бы новостью дня в колледже. Я бы сделала это жёстко». Учительница взяла телефон и сразу напряглась. Расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке, отложила телефон и сердито посмотрела на Викторию. Девушка усмехнулась и написала — «Ага, смотри на меня таким взглядом, меня это возбуждает ещё больше». Юлия ответила — «Поговорим после», и продолжила спрашивать лекции. Под конец пары в аудиторию вошла завуч и с порога начала отчитывать Юлию Юрьевну. — Что вы там понаписали? Кто так заполняет документы? А эти ваши объяснительные по пропускам. Могли придумать что-то более правдоподобное? Юля испуганно смотрела на кричащую женщину и всё больше вжималась в стул. Виктория решила заступиться за свою девушку. — Не кричите на неё, — сердито предостерегла Вика. Завуч чуть не подавилась от такой наглости. Женщина медленно повернула голову и совершенно изумлённо посмотрела на студентку. — А к тебе у меня отдельный разговор, — не растерялась завуч. — Учительница экономики написала на тебя докладную. У тебя будут большие проблемы, девочка. Виктория поднялась: — Нет, это у вас будут большие проблемы. По какому поводу вы повышаете голос на Юлию Юрьевну? — Вик, успокойся, пожалуйста, — тихо сказала учительница, находящаяся в шоке от происходящего. Виктория пропустила эти слова мимо ушей и продолжила: — Если вам так нужны эти тупые бумажки, которые вы требуете от Юлии Юрьевны, то исправьте их сами, это не её забота, а ваша. И виноваты здесь вы, потому что должным образом не объяснили, как всё это заполнять. — Ты сегодня целый день играешь с огнём, — пригрозила завуч. — И он уже начал перекидываться на твои руки. — Ты будешь ещё что-то тут говорить?! — Виктория кинулась к женщине, готовая разорвать её в клочья. Юлия тихонько вскрикнула, завуч попятилась назад, но Настя успела остановить беснующуюся девушку. Рыжая обхватила её руками и прижала к себе. Виктория начала вырываться и кричать. Девушка чуть ли не рычала от злости, потому что не могла дотянуться до завуча. — Боже мой, Вика, успокойся, — сказала Настя, с трудом сдерживая одногруппницу. — Она ненормальная, я всегда это говорила, — заключила завуч, отходя ближе к двери. — Надеюсь, в этот раз директор примет кардинальные меры. Ей самое место в психушке. — Что ты там сказала? Ну-ка сюда подойди, — Виктория начала вырываться ещё рьянее. — Настя, отпусти, я не хочу, чтобы ты пострадала. А затем Виктория просто потеряла сознание. Если бы не крепкая хватка Насти, девушка упала бы на пол. — Господи, что с ней? — перепугалась Юлия. — Позовите кто-нибудь врача, — посоветовала завуч. — У неё проблемы с психикой, разве вы этого не замечаете? Юлия быстро побежала за врачом, а Настя аккуратно уложила девушку на стулья. Врач быстро привела Викторию в чувства. Девушка села и пустым взглядом окинула всех, кто был вокруг неё. — Ты как, Вика? — тихо спросила Юлия Юрьевна, с надеждой заглядывая брюнетке прямо в глаза. Виктория посмотрела на учительницу так, словно видела её впервые, оттолкнула от себя Настю и выбежала из аудитории. — Ужас, что с ней? — задумчиво проговорила Настя, посмотрев вслед убежавшей девушке. — Доктор, вы можете сказать, чем вызвано такое поведение? — спросила Юлия, хотя и догадывалась о причине. — Ну, Золотова всегда была у нас немного того, — вздохнула врач. — Удивительно то, что все психологические тесты она проходит так, словно совершенно здоровый человек. Хотя все признаки расстройства, а может и чего серьёзней, налицо. Переводчики стали расходиться по своим делам. — Интересно, где она сейчас, — беспокоилась Настя. — Она могла пойти куда угодно. — Нужно найти её, — присоединилась Юлия Юрьевна. — Как думаешь, где она может быть? — Вам лучше знать, — усмехнулась рыжая. — Она, увы, не посвящает меня в свою личную жизнь. — Пойдём её искать, — предложила учительница Насте. — Хмм, ну пошлите. Девушки оделись и вышли на стоянку. — Машины нет, — констатировала Юлия. — Боже мой, она в таком состоянии села за руль. Где нам её искать? — Поедем на моей машине, — успокоила рыжая. Девушки сели в чёрную БМВ. — Так, машина у нас есть. А дальше что? — спросила Настя. — Нужно заехать к её подруге, может она что-нибудь знает, — решила Юлия. — У Вики есть друзья? — удивилась рыжая. — Только одна. Натаха — официантка из плавучего кафе, — ответила учительница. — Ого, такая с убойной причёской, пирсингом, и вся в татушках? — посмеялась Настя. — Бывшая моей бывшей. Старая знакомая. Когда-то мы с ней хорошо общались. Разочарование в одном и том же человеке сильно сближает. Сколько же долгих ночей мы проговорили с ней о нашей бывшей, запивая всё это водкой или пивом. Ну ладно, я отвлеклась, поехали к Натахе. Юлия влетела в кафе и накинулась на официантку с расспросами: — Здравствуйте, вы случайно не знаете, где Вика? Она не связывалась с вами сегодня? — Нет. Что-то случилось? — обеспокоилась Натаха. — Привет, Натаха, — Настя зашла, улыбаясь. — Ого, какие люди! — девушка всплеснула руками. — Сколько же мы не виделись? Ну иди сюда, обниму-у-у. Что у вас произошло? — Возможно, тут замешана Гоуди, — объяснила Юлия. — Вика сегодня целый день сама не своя. Она чуть не побила завуча, потом потеряла сознание, а когда очнулась, осмотрела нас совершенно пустым взглядом и куда-то убежала. Она ещё и за рулём. — Вы звонили ей? — насторожилась официантка. — Да, несколько раз. Она отключила телефон. — Это точно Гоуди, — с ужасом в глазах подтвердила Натаха. — Кто это? — не поняла Настя. — Долгая история, — отмахнулась официантка. — У нашей Вики раздвоение личности. И это альтер-эго — Гоуди — просто ужасна, она мучает Вику, заставляет её делать ужасные и мерзкие вещи. Такое неконтролируемое поведение, как вы сказали, означает только одно — Гоуди полностью контролирует Вику. Вика возможно пыталась вернуться, но потеряла сознание. Такое было уже не первый раз. — И чем всё это заканчивалось? — осторожно спросила Юлия. — Не хочу вас пугать, — вздохнула Натаха. — Но такое случается, когда наша Вика влюбляется. Происходит такой срыв, она куда-то пропадает, её девушка отправляется на поиски, а потом пропадает сама, а через несколько дней Вика становится совершенно нормальной, но говорит, что рассталась и теперь свободна. — И куда пропадают все её девушки? — удивилась Настя. — Вот в том-то и дело, что никто не знает, — задумалась официантка. — И самое странное то, что их никто не ищет, ни семья, ни друзья, абсолютно никто. — И тебя это не напрягает? — спросила учительница. — Конечно напрягает. Но Вика моя подруга, я понимаю её, но я ничем не могу здесь помочь. Только она сама сможет победить Гоуди. — Хорошо, где она может быть? — спросила Юлия. — Мне кажется, она дома, потому что там её проще найти, — ответила Натаха, подумав. — Только будьте осторожны. Гоуди намного опаснее, чем вы думаете. — А я и не знала, что у Вики такие проблемы, — задумчиво произнесла Настя по дороге к дому Виктории. — А ведь я знаю её дольше, чем вы. Что она в вас нашла? И нет, даже не думайте наивно убеждать меня в том, что между вами ничего нет. — Настя, я вижу, что она нам обеим небезразлична, но у неё сейчас проблемы, мы должны с тобой объединиться, — перебила учительница рыжую. — Небезразлична? — повторила Настя с горькой усмешкой. — Да вы хоть понимаете, что я до безумия люблю её уже несколько лет. И вечно оказываюсь в пролёте, пока она развлекается с другими. Вы ничего не понимаете. Ужасно так долго любить человека, которому ты совершенно не нужна. Только если для того, чтобы иногда расслабиться, когда уже совсем всё безнадёжно. Или только для своих личных целей, как сегодня, например. Она поцеловала меня только для того, чтобы позлить учительницу по экономике. Юлии показалось, что эти слова превратились в нож, который Настя бессердечно воткнула в спину, между рёбер. — Какова Вика в постели? А? — не унималась Настя. — О, думаю, что восхитительна. Ведь так? От вас пахнет Викой. — Настя, давайте будем соблюдать спокойствие, пожалуйста. Нам нужно найти Вику, а всё это оставим на потом, — с трудом проговорила Юлия, сжимая руки в кулаки. Настя раздражённо хмыкнула и свернула на просёлочную дорогу. — Тут её машина! — воскликнула Юлия, когда девушки приблизились к дому. Дверь в дом была открыта настежь. — Настя, подожди, Настя! — кричала учительница, пытаясь догнать студентку и всё время спотыкаясь о кочки. — Ты не знаешь, что там. Это может быть опасно. Девушка сердито сплюнула и остановилась. Запыхавшаяся Юлия опередила рыжую и осторожно вошла в дом. — О, я вижу, вы хорошо отпраздновали день рождения, — заметила Настя, заходя следом. — Тихо, — остановила Юлия, услышав грохот на втором этаже. С лестницы показалась улыбающаяся Виктория. — О, у меня гости! — радостно воскликнула девушка. — Нужно поставить чайник. Юлия и Настя удивлённо переглянулись. — Вика, ты как? — осторожно спросила рыжая. — Я отлично, дружище, — засмеялась Виктория и, покачиваясь, спустилась с лестницы. — Вика, ты пьяна? — Юлия подошла ближе. — О, любовь моя, да, я пьяна тобой, — запела Вика, подхватив учительницу и закружив её в танце. — Что случилось? — серьёзно спросила Юлия Юрьевна. — А что-то должно было случиться? — задумчиво спросил девушка, отпустив учительницу, и в ожидании посмотрев на Настю. — Ты помнишь, что произошло в колледже? — спросила Юлия. Виктория замерла, стала очень серьёзной и, страдальчески сморщившись и осев на пол, схватилась за виски. — Вика! — разом крикнули девушки. — Да! — резко ответила Виктория, вскинув голову и злобно ухмыльнувшись. Девушки в испуге отступили. — Что же вы, уже уходите? — обиделась Вика. — И вы откажетесь от вкусного травяного чая и торта? Брюнетка поднялась и, раскинув руки, направилась к девушкам. — Вы боитесь меня, — горько подытожила Виктория. — Меня это расстраивает. Настя, я не обижу тебя. Я всегда тебя любила, только поэтому ты ещё жива. Девушки вздрогнули и отступили ещё дальше. — Бу! — крикнула Виктория и быстро перебежала к двери, закрыв её на ключ. — Всё, вы в ловушке. Ключик пока полежит у меня в трусах. Делайте всё, что я скажу, и останетесь живы. Девушки молча кивнули. Неожиданно во взгляде Виктории что-то изменилось. Он опять стал пустым. Девушка начала задыхаться, осела на пол и, пытаясь вдохнуть больше воздуха, стала умолять: — На втором этаже на полу бутылка водки. Принесите. Принесите мне её, пожалуйста. Просто принесите. — Быстрее, принесите, а я присмотрю за Викой, — крикнула Настя. Юлия бросилась на второй этаж и вскоре вернулась с бутылкой. Настя лежала на полу и целовалась с Викторией. Да, Юлии сейчас бы ронять бутылку на пол, чтобы она разбилась на мелкие осколки, а едкий алкоголь растёкся по блестящему деревянному полу — ведь именно так происходит в драматических фильмах. Но учительница кашлянула и поставила бутылку рядом на пол. Девушки не придали этому никакого значения. Через некоторое время Виктория отвлеклась от Насти и сказала Юле: — Убери это ужасное пойло. Сучка захотела меня уничтожить, но меня не проведёшь, я сильнее. — Гоуди, чего ты добиваешься? — неожиданно для самой себя спросила учительница. Виктория замерла, ухмыльнулась, взяла бутылку и кинула об стену. Девушки вздрогнули, Настя безуспешно попыталась спастись уползанием. Виктория присела на корточки, схватила одногруппницу за волосы и подтянула к себе: — Куда это мы собрались? Вы будете делать всё, что я скажу. Поднимайся. И ты, пошли за мной. Виктория крепко взяла девушек за руки и повела через другую малозаметную дверь на задний двор, в котором находился сарай. Это место найти достаточно сложно, поэтому Виктория так его любила. — Давай, Настя, вытащи ключ из моих трусов. И нежнее, — скомандовала Вика. Рыжая послушалась. — О, а что мы такие напуганные и серьёзные? — поинтересовалась Виктория. — Я просто хочу развлечься с вами. Безобидные сексуальные игры. Вика открыла дверь и затолкала девушек в сарай. Интерьер пугал. Сетчатая ничем не застеленная железная кровать, кушетка с ремнями и подставками для ног, на столе стояло две коробки. — Так, — Виктория окинула всё хозяйским взглядом. — Настю я привяжу к кровати, а вот для Юлии предназначено место на кушетке. — Что?! — вскрикнули девушки. Виктория схватила Юлю и потащила бедную учительницу к кушетке. — Вика, остановись, пожалуйста, — пришла на помощь Настя. — Настён, будь хорошей девочкой, и я тебя трахну, — остановила её Виктория. — Ты же хочешь этого. — Хочу, но это всё зашло слишком далеко, — напугано проговорила Настя, сжимая руку брюнетки. — Не беспокойся об этом, — успокоила Виктория, нежно улыбнувшись. Настя отступила, продолжая находиться в глубокой задумчивости и осматривая всё растерянным взглядом. Виктория толкнула Юлю на кушетку и быстро привязала руки и ноги девушки ремешками. Учительница продолжала брыкаться и кричать: — Пожалуйста, Вика, послушай, это же я. Борись с ней, борись. Ты сильнее её. Я люблю тебя, Вика! Юлия Юрьевна заплакала. Настя снова начала беспокоиться и попыталась остановить Викторию. Брюнетка резко повернулась к одногруппнице и сказала: — Не разочаровывай меня, Настя, иначе мне придётся сделать тебе больно. — Нет! — рыжая в ужасе попятилась. Но Виктория быстро схватила её и толкнула на кровать, положила девушку на спину и пристегнула обе её руки наручниками к кровати. — Вика, борись с Гоуди, пожалуйста, борись! — неистово кричала Юлия. — Откуда ты про меня знаешь? — сердито спросила Виктория, изучая содержимое своих коробок, где было всё необходимое. — Эта дрянь не могла тебе рассказать. Это Натаха, эта долбанная сучка, так и знала, что ей нельзя доверять. Наконец Виктория нашла то, что искала — в руке девушки сверкнули большие острые ножницы. Юлия забилась на кушетке, пытаясь вырваться. Вика решила не церемониться с одеждой учительницы. Девушка просто рванула рубашку, на пол посыпались пуговицы. Вика приступила к разрезанию ткани, чтобы появилась возможность полностью оголить тело. — Гоуди, остановись, — внезапно крикнула Настя. — Мы можем быть вместе, я тоже люблю тебя. — Нет, ты любишь Викторию, — горько усмехнулась брюнетка. — А Виктория должна убивать тех, кого любит, потому что я хочу этого. А ты будешь жить, потому что я люблю тебя. Юлия задёргалась ещё сильнее. — Моя дорогая, если ты будешь так дёргаться, ты поранишься о мои ножницы. Ты так хочешь собственной крови? Расслабься. Виктория покончила с рубашкой и теперь резала брюки. Затем брюнетка ловко расправилась с нижним бельём. — О, тебя это заводит, — игриво усмехнулась Виктория, любуясь обнажённой девушкой. — Знаешь, меня тоже. У всех нас в крови склонность к насилию. И даже те, кто пытается это отрицать, втайне мечтают, чтобы их связали и отымели. Брюнетка взяла нож, забралась на кушетку и оседлала девушку. Юлия пыталась дёргаться. Её терзали ужасные чувства. Это же была её родная любимая Виктория, но нет, это всего лишь внешняя оболочка. А та, кто сейчас целовала её шею, была не Викой, а каким-то жутким существом, которое не знает пощады и никогда не остановится. Виктория сделала небольшой надрез на плече учительницы. Юлия вскрикнула и попыталась сбросить с себя девушку. Настя с ужасом наблюдала за происходящим и безуспешно пыталась освободиться из наручников. Вика лизнула кровавую линию. — Ох, у тебя такая сладкая кровь, — простонала Виктория. — Я ещё никогда такую не пробовала. Я хочу, чтобы ты наслаждалась. Брюнетка слезла с кушетки, положив нож на пол, и подошла к коробкам. Вытащив из коробки странную коробочку с проводами и зажимами и вибратор, Виктория вернулась к кушетке. Закрепив ноги учительницы на подставках, брюнетка осторожно ввела в неё вибратор, включённый на полную мощность. Затем Вика прицепила зажимы на соски и включила коробочку. Юлия выгнулась и простонала. Аппарат пускал небольшие разряды тока. Виктория слизала кровь, выступившую на плече учительницы, и подошла к Насте. Одногруппница испуганно посмотрела на мучительницу и попыталась вырваться. Виктория молча усмехнулась и скинула с себя одежду. Затем девушка раздела Настю и принялась ласкать её. Несмотря на то, что обстановка была довольно пугающей, рыжая начала возбуждаться. Сколько, чёрт возьми, раз она представляла себе Викторию, правда на то, что творилось сейчас, у рыжей не хватило фантазии. Рядом неистово стонала Юлия, совершенно обезумевшая от наслаждения. Довести Настю до оргазма оказалось очень легко. Довольная Виктория оставила ослабевшую одногруппницу, вытащила из тумбочки кожаный фартук и надела его на голое тело. Брюнетка убрала аппарат и осторожно коснулась языком измученного соска. — Я люблю тебя, Вика, — как в бреду повторяла Юлия. Виктория вытащила вибратор и нежно провела рукой по клитору. Большего было и не нужно. По горячему телу учительницы пробежала судорога оргазма. Девушка застонала также, как в ту прекрасную ночь. Вика подняла нож и собралась отрезать сосок. — Я тебя люблю, — Юлия плакала и с надеждой смотрела в зелёные глаза, обездвиженные злой силой. В голове Виктории что-то щёлкнуло. Глаза ожили. Девушка увидела перед собой такую любимую, измученную и заплаканную учительницу и вздрогнула, нож беспомощно выпал из рук. Брюнетка начала плакать и дрожать. Виски пронзила острая боль — Гоуди пыталась вернуть власть. Девушка наклонилась и подняла своё оружие. Виктория, судорожно содрогаясь всем телом, замахнулась ножом и что есть мочи резанула по ремешку. Одна рука Юлии была теперь свободна. Блестящий ножик опять упал на пол, издав жалобный звук. Виктория подняла топор, скромно облокотившийся о тумбочку, и уверенно двинулась к кровати. Настя не на шутку запаниковала. — Вика, нет! Пожалуйста, нет!!! — рыжая яростно кричала и пыталась вырваться. Запястья кровоточили, натёртые холодным металлом. — Прости, но я убью тебя, — шепнула Виктория, замахнулась топором и обрушила его на голую, судорожно вздымающуюся грудь одногруппницы. Настя дёрнулась и замерла. В её безжизненных глазах застыл немой ужас. Юлия испуганно таращилась на девушек, открыв рот. Виктория вытащила топор и отбросила его далеко в угол. Струйка крови брызнула на белоснежную грудь брюнетки. Снова боль в висках и бешеный крик в голове: — Что ты наделала?! Ты убила её! Уничтожила мою любовь! Ты! Ты… О нет, я слабею. Виктория умоляюще оглянулась на Юлию и со всей силы ударилась головой о стену. Учительница вскрикнула и резко села на кушетке. Вика лежала на полу без сознания, на её голове виднелась кровь. Юлия свесила свободную руку, нащупала ножик и освободилась от ремешков. — Вика! Вика, — кричала Юлия, безуспешно пытаясь привести девушку в чувство. Рана была не очень большой, но без сотрясения не обошлось. Юлия быстро нашла в доме одежду для себя, сняла с Вики фартук и повезла девушку в больницу. Пока врачи спасали Викторию, Юлия уладила все проблемы, случайно наткнувшись на инструкцию о том, как правильно избавляться от трупа, улик и прочих последствий убийства, которую Вика написала когда-то давно по наставлению Гоуди. Юлию Юрьевну уволили из колледжа и заодно сказали передать Виктории, что она отчислена. Уже бывшая учительница решила, что это только к лучшему, они справятся. Как только врачи разрешили посещение, Юлия пришла узнать, как дела у Вики. Девушка накупила фруктов и сладостей, и даже небольшой букет цветов. Виктория была очень рада видеть свою любимую. — О, Вика, тебя не узнать! — похвалила Юлия, обняв девушку. — Ты стала живой, как будто совсем другой человек. — Я свободна, Юль. Гоуди уничтожена. Мы победили её, — радостно сказала Виктория. — Но мне очень страшно. Я убивала, понимаешь, я убила многих, я убила Настю. Боже мой, это так ужасно. Девушка заплакала. Юлия кинулась обнимать свою малышку: — Эй, солнышко, всё хорошо. Это была не ты. У нас теперь будет новая жизнь, мы забудем обо всём этом и будем счастливы. Тем более меня уволили, а тебя отчислили. — Юль, давай уедем, пожалуйста. У меня много денег. Нам хватит, чтобы уехать в другой город, а может даже и страну, и начать там всё заново, как будто прошлого и не было, как будто всё это жуткий сон, — умоляла Вика, продолжая плакать. — Хорошо, — кивнула Юлия, приподняв голову девушки и нежно всматриваясь в её глаза, теперь такие живые и добрые. — У нас всё будет хорошо. Виктория немного успокоилась, но по-прежнему не отпускала Юлию из крепких объятий. — И ещё, Юль, я хочу сжечь дом, — прошептала Вика. — Забрать все вещи, которые нам нужны, а всё остальное сжечь. Я хочу, чтобы прошлое кануло в пучину. Сделать всё так, чтобы ничего не напоминало об этом. — Я понимаю тебя, сладенькая моя, — Юля заботливо гладила девушку по голове. — Тебя выпишут через несколько дней. Мы сделаем всё, что ты хочешь, и навсегда уедем отсюда. И я даже знаю куда. Только не ругайся. Девушка вопросительно подняла голову. — Я связалась с твоими родителями и всё им объяснила. Они готовы снова общаться с тобой. И пригласили нас к себе. Они сейчас живут в одном из пригородов Лондона. Сначала мы наведаемся к ним, а потом, если ты захочешь куда-нибудь в другое место, мы уедем. И ещё, у тебя родилась сестрёнка — Полина — ей три годика, — объяснила Юлия. — О, это всё так неожиданно, — Вика снова заплакала. — Спасибо, Юль, я так по ним соскучилась. Быстрее бы уже уехать. — Это точно, — рассмеялась Юлия и поцеловала девушку.