Утоли мою жажду

Начало урока. Громкий звонок, и все мигом в классе. Словно бусинки рассыпались по партам, в класс вошла строгая, но ещё трепетно-юная учительница. Алиса начала проигрывать пластинку а-ля мы - бездари. Я же, задумавшись, смотрела в окно, не понимая: дождь ли это? Да, определенно. - Джульетта, проснись! – она подошла ко мне настолько близко, что наши лица были в 3-4 сантиметрах друг от друга. Я же сонно повернулась к ней… Наши носы соприкоснулись. Ее зрачки расширились, она потерла мочку уха и быстро отошла от меня. Её дыхание мне в лицо на долю секунды… На мельчайшую часть жизни… Я же, хмыкнув, сложила руки на парту – «по-школьному» типажу. Краем уха до меня доносился её прелестный голосок, который за весь урок кричал несколько раз подряд, ещё срываясь, ибо не приучен к такому напряжению. Она безукоризненно посматривала в мою сторону, на выдохе закрывала глаза. Секунда. Снова болтовня по теме. Скучно, правда. Но её темперамент не давал вдаваться в свои мысли ежеминутно. Глаза (по - собственному желанию) не желали смотреть на неё, а тело заставляло лишь слушать, как она красноречиво и едко говорит... - Пошли на четвёртый этаж, там сядем и поболтаем, – сказала мне Настя после урока, -в том месте действительно потише, чем на втором этаже, - и мы мигом стали подниматься по непреклонным лестницам, где нас несколько десятков раз толкали в разные стороны: то эпично прижав к стенке, то без каких-либо извинений к жёстким перилам, то чуть ли не на сами ступеньки. Как оказалось, на чётвёртом этаже - пустота. Отдалённые споры и крики младших ребят, которые нам особо не мешали. Мы плюхнулись на довольно-таки мягкий диванчик, и только я принялась немного погрузиться в свои никчёмные мысли, говоря при этом с Настей, как вдруг та как-то странно на меня посмотрела. Меня это немного стеснило, и я моментально выпрямилась, глядя на неё. - Ты же теперь знаешь, что я нетрадиционной ориентации? – спросила она с некой надеждой на лице, уголки её губ невинно приподнялись, она скрестила руки на юной груди. - Да, конечно, - шумно сглотнула, не подала вида чуть испуганного человека. - Как моя единственная, еще более-менее близкая подруга должна знать, кто мне нравится! – сказала она с вздором и бодростью, речитативно и на вздохе. - Ну… - мне стало намного интереснее, своим тонюсеньким голосочком Настя пыталась с бойкостью донести, что сейчас нас ждёт серьёзный разговор. - Так, приготовься! – секунда молчания, видимо, перевела дыхание и собрала все мысли в кучу, - это Саша Мочкина. Она из нашего класса, наверняка ты ее не замечала, она не особо приметна, но боже! - сейчас она порозовела, даже губки налились сочным малиновым цветом, - ты видела ее голубые глаза и темные волосы? Это два таких элемента, что делают ее более утонченной. Господи, я, кажется, влюбилась, - тут она удобно "вдавилась" в диван и стала явно ждать от меня какого-либо ответа, рассматривая свои тоненькие пальчики. Я вздохнула с ощущением того, что это не первая ее любовь и дальше таких заявлений будет еще больше. - Я прямо-таки в шоке, Настя. - Будничный тон отключили. В режиме "лучшая подруга" со своеобразными эмоциями от диких восторгов до полного опустошения её изнутри. - Ну, я тебе ее покажу, пошли! – и тут прозвенел звонок. Геометрия. Первая в моей новой школе. Да и вообще, первая за мою жизнь, но геометрия это не биология. Логично же? Мы пришли в класс позднее всех и, конечно же, ещё когда мы спускались по той самой лестнице, Настя тихо мне пролепетала: «Она сидит на третьей парте среднего ряда». Хорошо, оценим особым величественным взглядом. Перешагнув порог класса, произвольно взгляд устремился... Странно, что я ее не замечала раньше. Длинные ресницы, аккуратный пиджак, узкие черные джинсы. Хорошо. Но одиночка. Рядом с ней сидит… черт Дима. Вот кто меня сверлит глазами, а не я кого-то. - Извините за опоздание, - произнесли мы вместе с Настей, и строгая учительница кивнула, пригласив на наши места. Мы сели за ту же первую парту, которую приняли считать своей. - Как я уже говорила, у вас, дети, это первая, не последняя геометрия в вашей жизни, - этот ненароком язвительный тон преподавателя. Наши первые темы, наши вырванные листы из тетрадей с подписью "для всех предметов" (наивные). Приближался конец урока. Тут в класс тихо пришла та персона, о которой я наконец-то не думала, теперь, наверно, буду думать на протяжение всего учебного и не только дня. - Ольга Леонтьевна, прошу прощения, я лишь хотела проверить, как сидит мой класс. На своих ли местах? – она внимательно осмотрела нас, и ее шальные глаза с огоньком остановились на мне, лишь на то прекрасное мгновение. – Так, Кристина и Лиза вместе не сидят, Лиза, сядь на свое место, а ты, Матвей, пересядь к Кристине, - чёткие командирские приказания, - у меня всё. Прошу продолжить, - очерченные бёдра с помощью узкой, но строгой юбки, кофточка, пахнущая издалека приятным и сочным нектаром цитрусовых, бесследно исчезли с поля зрения, громко захлопнув дверь и застучав пронзительно каблучками по пустынному коридору. "Не думать о ней, не думать... что за бред! Она учитель, я понимаю, что она снизила тебе оценку просто так, но не надо об этом так беспокоится. Хватит, перестань... Думать об этой Алисе Алексеевне!" «Прочь из моей головы! Оборвав провода, спутав карты, фигуры сметая с доски, Разбивая шлагбаумы на полном ходу, Оставляя разрушенными города. Из моей головы, где сферой становится плоскость, Где то горит фейерверк, то тлеет свечка из воска, Где музыка Баха смешалась с полотнами Босха И не дружат между собой полушария мозга». Звонок. Тихий. Умиротворённый. Закрыв на секунду глаза - она. Что за бред, люди...