Моя лестница ведущая вниз

POV Женя

Все это время я ходил, как на иголках. Чонгука найти мне не удалось, их почти сразу тогда куда-то забрали. В общежитии их не было несколько дней. Юнги все так же не отвечал. Шихеку захотелось, чтобы трейни показали, чему научились за это время, и нам дали три дня подготовить какой-то номер, который бы смог показать, как мы улучшили навык. Мне абсолютно ничего не хотелось. Хотел забить хрен и просто проебать это мероприятие, но мой друг, из-за которого случился конфуз, сказал, что там будут бантаны и я понял. Вот он мой шанс объясниться. Я решил спеть ему песню. Чтобы понял только он. Все три дня я упорно готовился. Ли Юн безумно переживал из-за того, что случилось. Он не переставал извиняться передо мной. Ему было дико стыдно и неудобно. Он сам хотел все Юнги объяснить, но их не было.

***

Настал тот день. Я больше не боялся, я должен был сказать ему все. И разобраться с Чонгуком. Когда все собрались и бантаны зашли в зал, Юнги кинул на меня свой презрительный взгляд. Ожидание было невыносимым. Я должен быть последним. Мне было противно смотреть, как Юнги о чем-то шептался с Чонгуком, смотря на меня, а потом хитро хихикая. Это раздражало. Чонгук явно настраивал моего… Уже бывшего парня… Против меня. Это ранило мое сердце. Мне было больно и обидно от своей беспомощности.

***

Моя очередь. Медленно поднимаюсь и подхожу к стойке с микрофоном. Не спеша поднимаю взгляд на него. Это была песня: Please don’t go (Joel Adams). Мой голос будто пропитан был болью. Каждое слово было для него. Мне хотелось, чтобы он меня «услышал». Чтобы понял. Я видел, как он внимательно смотрел на меня. Чонгук пытался его отвлечь, но он никак не реагировал. Мы подозрительно долго смотрели друг на друга. Некоторые начали замечать это. Шихек тоже это понял. Но в эту секунду Юнги повернул голову в сторону, а затем вовсе опустил ее, нервно царапая ногтями джинсы. Он больше не смотрел на меня. А я, все еще не мог отвести от него свой взгляд. Когда я закончил, Шихек объявил конец, всех поблагодарил и Юнги тут-же выбежал за дверь. Чонгук побежал за ним. Я сделал тоже самое. Догнав его и Чонгука, я пытался подойти к Юнги, объясниться, но что-то пошло не так. — Зачем ты здесь? Уйди! — грубо сказал Чонгук. — Я сам разберусь, когда мне уходить. — Юнги молчал. Он смотрел на то, как мы ругаемся. Но ничего не делал. — Ты вообще ублюдок, Чонгук! Как ты мог так поступить? — Как поступить? То, что я рассказал Юнги правду о том, какая ты шлюха? — язвительно сказал Чон. — Шлюха? Ты даже не знаешь, что произошло! Как ты можешь такое говорить? — Я достаточно видел. Ты зажимался с тем трейни. У тебя были закрыты глаза. Ваши лица были ооочень близко друг другу. И я думаю, если бы я не был шумным, то вы бы и поцеловались. — Это не правда! — закричал я. — Неправда? Ты хочешь сказать, что я лгу? — Я не целовался с ним и не собирался этого делать. Ты… ты. Ты не знаешь, что там было и вообще. Какого хрена ты лезешь? И зачем ты ему об этом рассказал? — Ну конечно не целовался, маленькой шлюхе просто помешали. Хватит врать и меня обвинять в том, что ты шалава. Ты с ним зажимался - это факт. — Пока он морально на меня давил, Юнги все также молчал. Меня бесил тот факт, что ему будто плевать. Он тупо наблюдал за нашей перепалкой. Будто его это совсем не касается. — Да пошел ты нахуй, Чонгук! Ты ничего не знаешь. Ты не знаешь почему так случилось. Не суди. И вообще, Юнги! — Мин поднял на меня свой взор и молча ожидал, что же я скажу. — Ты тоже считаешь меня шлюхой? — в воздухе повисла тишина. Он тупо смотрел и молчал. Мои руки затряслись. Я не мог поверить в это. Он даже не хочет меня выслушать. Ему будто совсем все равно. Я же люблю его, почему все так? — Почему ты молчишь? — еле сдерживая поток слез, срываюсь я. — Что мне сказать? Ты не отрицаешь всего того, что говорит Чонгук. Что я еще могу о тебе думать? — Что?! Я не отрицаю? Я… Я… — Ты просто шлюха, Женя. Вот и все. Хватит устраивать этот цирк. Если тебе понравился тот парень, будь счастлив. Я уже понял, что это за трейни мог быть. Вы с ним и на свидание уже ходили. Все ясно с вами, голубки, будьте счастливы. — Я не верил тому, что слышал, мои глаза расширились от охуевания. Это не может быть правдой. Он не мог этого сказать. Этого не может быть. Мои глаза стали влажными. Я не должен был разреветься при нем. Не сейчас. Он не достоин моих слез. — Ты сделал такие выводы, даже не выслушав меня… Не дал мне объяснить. — Женя… — снова начал Юн. — Нет! — остановил его я. — Будь счастлив, — из последних сил промолвил я и убежал прочь с того места в сторону выхода из здания.

***

Затянулся сигаретой, которую мне дала Мия. Я решил встретиться с теми, кто отчаянно помогал мне все это время. А я, как последняя сволочь, тупо использовал их. Я слишком много и долго был не прав. Это не Чонгук был скотиной, это я был скотиной. Я, Мия, Кэтрин и Кристина, которую я встретил в самолете, а потом которая стала моей напарницей, решили вместе провести вечер, отдохнуть. Я вел себя так, будто ничего не случилось. Смеялся, как в последний раз, пил, будто это последняя рюмка алкоголя в мире, признавался друзьям в любви, будто больше никогда их не увижу. Это был лучший вечер в моей жизни. Попросив Мию и Кэт переночевать у них, они пустили меня в мою старую комнату. По счастливой случайности, сосед их съехал пару дней назад, а нового еще не было. Зайдя в нее, я оглянулся вокруг. Почти ничего не изменилось. Неспеша закрыв дверь, я прикрыл глаза. Слезы покатились по щекам. Я вспомнил, как в этой комнате готовился к прослушиванию в Биг Хит, как плакал от того, что натворила Лили, наговорив Юнги кучу гадостей. Как пищал от счастья, когда Мин позвонил мне и пригласил на прослушивание. Как в этих стенах писал ту самую песню для него, которую я пел на прослушивании. Те слова ему: «Я покажу тебе, на что способен, Мин Юнги!» Поток слез не останавливался. Но на моем лице появилась еле заметная улыбка. Каждое воспоминание будто сжимало мое сердце. Каждое из них, будто разрывало его. Я открыл глаза и подошел к тому самому письменному столу. Мягко провел подушечками пальцев по поверхности. Отодвинув стул, присел за стол и достал из кармана штанов телефон. Зайдя в видеозаписи, я включил то видео, которое очень часто пересматривал, когда еще жил в России. Видео с того самого концерта, когда я впервые увидел его вживую. Именно сейчас мне особенно больно его смотреть. Но я должен. Должен это сделать. Немного промотав видео, в кадре я увидел его. Такого красивого и счастливого. Я улыбнулся сквозь слезы. Провел пальцем по экрану, будто гладил щеку Юнги. Бесподобный. Самый лучший. Но тут появился тот момент. Момент, когда мое сердце в тот день трепетало как никогда. Он подходит к камере и машет мне рукой. Я помню все, будто это было вчера. — Я люблю тебя, — повторяя за собой в видео шептал я. «Я тоже тебя люблю» — Услышав это, я кинул телефон на стол и, закрыв рукой глаза, разрыдался еще сильнее. Мне не верилось, что все это закончилось. Не мог поверить, что это конец. Вытерев кое-как слезы, выключил видео и решил позвонить Лили. Найдя в телефонной книге ее номер, нажал кнопку вызова. Я не знал: поднимет ли она телефон или нет. Но я должен был ей сказать пару вещей. — Алло, — послышалось на том конце провода. Я сглотнул и ответил: — Привет, Лила. Это Женя. — Повисло секундное молчание. — Женя, как ты? С тобой всё нормально? Почему у тебя такой голос? Прости меня за то, что я сделала тогда. Прости меня. Я была дурой. Я… — Забудь. Это я должен извиниться. — Что? — она была в шоке. — Спасибо тебе за все. Спасибо, что ты была настоящим другом. Ты сделала все, чтобы я был счастлив наплевав на себя. Ты лучший человек на свете. И я… — еле сдерживался, глотая слезы. — Я никогда тебя не забуду. — Женя… — Последнее, что услышал я и бросил телефон. А после, занес ее номер в черный список. Затем набрал номер Джигука. — Неужели ты решил обо мне вспомнить? — услышал голос Джигука на том конце. Я слегка усмехнулся. — Джигук, спасибо за уроки корейского. — Эм… Да ладно. Это было давно уже. — И за тот секс, я хоть потом не растерялся. Знал что делать. — О, так вы с Юнги все-таки переспали? — Но в постеле ты просто отвратительный, скажу тебе. И от тебя дико несло алкоголем, — будто не слыша его продолжал. — Ну спасибо, друг, — грустно ответил мне он. — Тебе спасибо. Ты хороший друг, хоть и сволочь, — и сбросив вызов, тоже отправил номер в черный список. Отложив телефон в сторону, я встал из-за стола и подошел к окну. Была уже ночь. Звезды ярко сияли на небе, а легкий ветер колыхал листья деревьев. Я открыл окно и полной грудью вдохнул. «Как же вы прекрасны» — подумал я внимательно рассматривая все, что было на улице. Этих пьяных людей, которые идут домой и галдят. Эти деревья, которые густо поросли листьями. Это небо, далекое и недосягаемое. Чистое и невинное. Я выдохнул и обернувшись снова посмотрел на письменный стол. Вернувшись обратно за него, я взял лист бумаги и ручку. «Хм, как удивительно. Всё, что я писал на этом столе, было для него. И только для него. Вот только тогда, я писал ему песню, а сейчас реквием.»

***

На следующий день я собрался и, попрощавшись с подругами, направился в Биг Хит. По счастливой случайности, у входа я столкнулся с Хосоком и Чонгуком. Чонгук кинул на меня свой презрительный взгляд, но я одарил его улыбкой. Я выплакал уже все слезы за эту ночь. В моей душе и в моем сердце остались лишь только дикая боль, которая пронзала меня, как нож. Но я не должен больше быть в глазах других жалким. Не в этот день. — Хосок-хен, — я поклонился ему и продолжил, протягивая ему конверт, — я не могу это передать Юнги-хену, потому что ухожу на мост «Фонтан радуги». Пожалуйста, — я кинул на него жалобный взгляд. — Это мое последнее желание. Я больше никогда у тебя ничего не попрошу. — Слушай, харэ, твои письма никому не нужны, — влез Чонгук. — Чонгук, заткнись, хорошо? — Грубо заткнул его Хо, и уже обращаясь ко мне. — Я передам, не беспокойся. Только не делай глупостей, — добро ответил мне он и потрепал меня по волосам. Я улыбнулся ему и пошел в сторону выхода.

POV Юнги

«Да ты просто шлюха, Женя» Эти слова до сих пор не выходили у меня из головы. Может нужно было выслушать его? Но почему он молчал? Почему не пытался хоть как-то объяснить? Почему он так вел себя? Почему не отрицал, что слова Чонгука ложь? — Ха… Потому что не ложь. Неожиданно ко мне в студию забегает Хосок. Его лицо было очень перепуганным. Он протягивает мне конверт. — Ты должен это прочесть, немедленно! — чуть ли не крича сказал он. — Что это? — беря в руки конверт, спросил я. — Это от Жени. — Я резко остановился и кинул конверт на стол. — Я не буду читать. — Хён! Прочти! Ты обязан это сделать. — Зачем? Если ему что-то нужно, пусть придет и сам расскажет, — вальяжно развалившись на стуле ответил я. Хосок немного замялся и посмотрел в пол. Я внимательно уставился на него. — Мне кажется, он уже не сможет это сделать. — Почему? — быстро поднявшись со стула спросил я. — Прочитай это гребанное письмо. Он очень просил. Не будь мудаком, прошу. Ты должен это сделать! Я кинул взгляд на письмо лежащее на столе. Подойдя к нему и взяв в руки, я аккуратно его открыл и достал оттуда лист бумаги, который был в некоторых местах смят от высохшей воды. «Он плакал» — понял я.

      Юнги… Я долго думал, как тебе все объяснить. Я должен все-таки объясниться за тот случай. Ты можешь не верить. А учитывая, что ты думаешь, что я шлюха - я думаю, ты уже прямо сейчас хочешь прекратить чтение этого текста. Но прошу. Я не смогу уже тебе сказать ничего. Поэтому, прочти. Мне больше ничего не нужно.       В тот день, когда все случилось, Ли Юн, который якобы зажимал меня, чтобы «поцеловать», узнал о том, что мы с тобой встречаемся. Я любовался твоим фото на телефоне. И сказал вслух о том, какой ты классный. Он увидел это и сказал, что все знает про нас. Я думал он и правда знает. Я повелся, как дурак. Я попросил его никому не рассказывать. А он, оказывается, ничего не знал. Он просто взял меня на понт. Я такой у тебя дурак… Был… Он потом издеваться начал. Я хотел уйти, но он схватил меня и прижал к стене. Да, это правда. Но мы не зажимались, он просто не хотел, чтобы я убежал, подумав, что он будет дальше издеваться. Он сказал мне…

Пока читал это откровение, я ходил по студии из угла в угол, периодически нервно поправляя волосы. С каждым словом, мое сердце сжималось. Я кусал свои губы.

      Сказал, что никому не расскажет. Что оставит в секрете. Я тогда закрыл глаза, потому что успокоился, что он не расскажет никому о нашей тайне. Мне казалось, что все пропало. Что нас раскрыли и нам будет очень плохо, что у нас начнутся большие проблемы. Мне было страшно. Но он успокоил. Он не пытался меня поцеловать. Он просто меня остановил и успокоил. И все. Узная, что случилось потом между мной и тобой, он долго извинялся. Хотел поговорить с тобой. Искал тебя, но тебя не было. Вы уехали. Я просто дурак, мне нужно было сразу все объяснить, но я был в шоке. Все было так неожиданно. Я не мог связать и слова. А когда ты назвал меня… шлюхой… Я при Чонгуке не мог тебе объяснить, потому что он морально на меня давил. Он набросился со своими «псевдо аргументами и доказательствами» на меня. Настроил тебя против меня. Лез вообще туда, куда ему лезть не нужно было. Я не собирался при Чонгуке выяснять наши с тобой отношения. Это наше личное. Я хотел отойти с тобой и все объяснить. Но… Ты сказал тогда то, что сказал.       Ты разбил мое сердце, Юнги. И мне больно, что ты не захотел выслушать меня. Даже не попытался.       Это твое право, я понимаю. Если бы мне все расписали в таких красках, как Чонгук, то мне бы тоже было сложно слушать. Но… Я бы выслушал тебя. Я бы дал тебе шанс.       Но, я ни в чем тебя не виню. Для меня ты все равно остаешься и навсегда останешься в моей памяти, как самый лучший мужчина на свете.       Я помню все, что ты для меня сделал. И ценю твою доброту ко мне и терпение. Проведенные со мной те дни и ту ночь вместе. Все те моменты, которые заставляют мое сердце биться все быстрее и быстрее. Я благодарен за каждое мгновение, которое ты подарил мне. Я ни на секунду не пожалел о том, что ты появился в моей жизни. Ты - мой подарок судьбы, мой воздух, моя жизнь. Без тебя, мне она не нужна.       Прости, что я был таким плохим.       Прости, что потрепал кучу нервов.       Прости, что был постоянной обузой.       Прости, что заставлял ревновать.       Прости, что я стал твоей ошибкой. Я испортил собой тебе жизнь. Ты отлично жил без меня и надеюсь, будешь жить дальше, так же хорошо, как и до этого. Пожалуйста, будь счастлив, мне больше ничего не надо.       Я больше никогда тебя не побеспокою. Исчезну из твоей жизни, будто меня и не было. Ты наконец-то станешь счастливым, заведешь семью…

Хосок увидел, как из моих глаз нещадно лились слезы. Он крепко обнял меня. Я уже не мог сдерживаться, я понял, что это прощальное письмо.

      … У тебя будут прекрасные дети. Девочка или мальчик. А может двое. Не важно. Важно то, что у тебя будет нормальная жизнь. А не покалеченная, каким-то мальчиком-геем, который по уши в тебя влюбился. Который не представляет без тебя своей жизни.       Просто будь счастлив. Мне больше ничего не нужно. Только твоя улыбка. Это единственная моя мечта.       С любовью,       Навеки твой Женя P.S. Даже после смерти, я всегда буду тебя любить.

— Господи! — закричал я, поднимая лицо вверх. Хосок резко повернул меня к себе. — Он побежал на мост «Фонтан радуги». — И ты мне только сейчас об этом говоришь?! — истерично вскрикнул. Я быстро выбежал из студии и побежал к машине в надежде, что я смогу его остановить. Что еще есть, хотя бы немного времени. Что я успею. — Какой же ты урод, Женя! — злобно говорил самому себе я, садясь в машину и поехав к тому злосчастному мосту. Он собирался покончить с собой. Я точно это понял. Почти доехав до моста образовалась пробка. У меня не было времени, ждать, я выбежал из машины и побежал к мосту. Я нигде его не видел. Мое сердце просто разрывалось от того, что я… Опоздал. Но тут, я увидел его стоящего на мосту. Побежав к нему, как можно быстрее, я что есть сил закричал: — Зачем ты, долбоеб, это делаешь?!

POV Женя

— Юнги? — я услышал его голос и обернулся. Он бежал ко мне и кричал. Я слез с моста на асфальт и ждал, когда он ко мне подойдет. Подбежав, Юнги крепко обнял меня и начал плакать. Он сжимал пальцами мою кофту. А затем, отстранился и влепил мне смачную пощечину. От боли я дотронулся до щеки и ошарашено посмотрел на него. Его лицо выдавало кучу эмоций. Он был и счастлив, что успел. И ненавидел меня за то, что я хотел сделать. Но я не винил его. Он был прав. Я просто дурак. Просто сломался. — Какого хрена? Ты объяснишь мне? — Он вытащил сверток бумаги из кармана и кинул в меня. Это было мое письмо ему. Я тупо посмотрел на него: — Ты должен быть счастли… — Не успев договорить, меня перебили. — Да засунь себе в жопу такое счастье! Ты вообще охуел, идиот! Как бы я жил без тебя, если бы ты это сделал? — Счастливо бы жил. Ты был бы свободен, — с натянутой улыбкой ответил я. — Я не хочу, чтобы ты был с какой-то шлюхой. Ты достоин лучшего. — Как же мне хочется тебе врезать, — сжимая пальцы в кулак, произнес Юнги. — Я сделаю лучше, — и запрыгнув на перила моста, протянул ногу вперед и… Он схватил меня за ноги и крепко сжал. Я услышал всхлипы. Он заплакал. — Пожалуйста, не надо, — его голос сильно дрожал. Он умолял меня не прыгать. Я пытался вырваться, но он держал меня все крепче, а потом и вовсе силой спустил меня на землю. Я сидел на асфальте и смотрел на его зареванное лицо. Он сел на меня сверху и снова обнял. — Женя, я люблю тебя, — плача мне в плечо промолвил он. — Прости меня. Я такой болван. Трясущимися руками я обнял его за шею, и прикоснувшись губами к его виску, поцеловал его и прикрыл глаза. «Он успел ко мне. Успел» — Женя, я больше никогда не поступлю так. Чтобы там кто не сказал, я тебя выслушаю. Я дам тебе шанс объясниться. Прости меня дурака. Пожалуйста, прости. Не оставляй меня. Ты мне нужен. Очень нужен. — Затем, он поднял голову и посмотрел в мои глаза. — Давай будем вместе? — Всегда всегда? — улыбнулся я. — Всегда всегда. — Я мягко прильнул к его губам и нежно чмокнул их. — Я согласен. — Он неожиданно страстно впился в мои губы, одаривая жарким и желанным поцелуем. Как я скучал по нему. Безумно скучал. Мой Юнги. Мой самый лучший мужчина на свете.

Пол года спустя

POV Юнги

«— В альбоме «Her» мы хотели показать разные виды любви. Без привязки к полу. У любви нет пола. В припеве «Outro: Her» говорится, что любовь — это не только счастье, не только радость, не только восторг. Если ты хочешь любить человека — тебе следует знать, что на ее изнанке могут быть и слезы, и даже ненависть. Я думаю, что любовь действительно включает в себя все это. — объяснил Намджун. Песней «DNA» — мы выразили юную страстную любовь. Лирика такова: «Мы двое изначально соединены судьбой, и наши ДНК - суть, единое целое.» — дополнил я. — Спасибо за ваши ответы на вопросы. Это были BTS с рассказом о новом альбоме. Оставайтесь с нами, не переключайтесь.»

***

Зайдя в гримерку, меня уже ждал Женя. Я подлетел к нему и приобняв нежно поцеловал его губы. Но нашу идиллию, как обычно, прервали. — Вы такая милая пара, — умилился Тэхен. — Ой, из-за того, что Юнги влюбился, мы весь альбом сделали под концепцию нетрадиционной любви, — заворчал Чонгук. — Это неправда, — возразил я. — Мы поем о любви. У любви нет пола, — продолжил я и подмигнув, снова прильнул к таким желанным и любимым губам. На что я услышал смешки мемберов.

***

После той истории, Чонгук извинился перед Женей и они помирились. Он понял, как сильно был неправ и старался подружиться с ним. Вроде получилось. Они постоянно секретничают. Женя решил, что быть айдолом - не его и, чтобы как можно чаще находиться со мной, устроился в компанию менеджером. Моим личным менеджером, если вы понимаете о чем я. Вроде никто из поклонников не догадался. Ну и хорошо. Во время съемок Бон Вояжа, я сделал ему предложение и мы тайно поженились на Гавайях. Конечно, у нас были мелкие ссоры, как и у всех - и это нормально. Но они наоборот давали нам больше сил, чтобы преодолеть их. Судьба ли то, что мы оказались вместе или случайное стечение обстоятельств? Не знаю. Но я благодарен всему, что есть на свете за то, что он приехал ко мне и пришел на прослушивание. За то, что увидел его тогда на том концерте и влюбился в него с первого взгляда. За то, что он подарил мне то, что я никогда не ощущал и не испытывал. За то, что научил по-настоящему любить.

Эпилог

Наши дни

POV Женя

      *Надпись на могильной плите* Тодоренко Наталья Петровна. — Как давно меня тут не было… — тихо сказал я, стоя напротив могилы. Со всеми этими приключениями, я очень долго не приходил к той, кто для меня был важнее всех на свете. Юнги прижал меня к себе и погладил по голове. Я помотал головой давая понять, что со мной все хорошо и подошел к могиле поближе, кладя на нее цветы. Я пытался не заплакать, но слезы сами лились из моих глаз. — Скучаю, — прошептал я. Юн подошел ко мне сзади и начал массировать мои плечи, а потом обнял со спины. — Пожалуйста, можешь подождать меня в машине? — Он медленно убрал свои руки и молча ушел. Я присел рядом с плитой и дотронулся до изображения своей матери, проведя пальцами по ней. Слезы не переставали скатываться по щекам. Я сглотнул и попытался успокоиться. — Думаю, ты бы мною гордилась. Я смог, мама. Смог.