All Cheaters go to hell

      Утро субботы выдалось не таким уж и плохим. Роуз напекла панкейков по маминому рецепту, так что, Джас чувствовал себя почти счастливым, если отбросить боль от ран и слабость в теле.       За завтраком, едва поместившись вокруг небольшого кухонного стола, все чувствовали себя как минимум неловко. Судя по обеспокоенным лицам Розали и Эмметта, сидевших напротив, они размышляли над тем, почему Хейл решил покончить с собой. Но во время еды такого не спросишь, да и парочке было довольно неловко спрашивать блондина об этом — они думали, что Джаспер еще не пришел в себя.       Но, судя по всему, сам блондин ощущал себя довольно неплохо. Окунув который по счету панкейк в сладкий сироп, мужчина положил его в рот, одновременно разжевывая мысли о том, что такого сказать Элис, дабы она не появлялась здесь сегодня.       — Аппетит — это хороший знак, — Роуз решила нарушить неловкую тишину, поднимаясь из-за стола.       Как ни странно, большую часть стряпни действительно съел Джаспер. Он искренне не понимал, почему у его гостей не было аппетита. Даже у Медведя. Последний изучал Хейла тяжелым взглядом, то и дело поджимая губы. Наверное, МакКарти поговорит с ним после, когда рядом не будет Розали и здоровяк позвонит в течение дня.       Впрочем, Джас собирался провести субботу с Эдвардом, как и обещал. Ему отчаянно нужен был совет слизняка по поводу происходящего. Оставалось надеяться, что Каллен скажет что-то дельное, а не посчитает его психом.       — А с вами что? Панкейки просто отличные, — неловко улыбаясь с набитым ртом, поинтересовался блондин, затем, проглотив блинчик, он наконец сделал обжигающий глоток чая.       От его зеленых глаз не укрылся брошенный на Эмметта взгляд сестры, полный беспокойства. Она словно молча что-то спрашивала. Да, похоже, они действительно считали, что Джаспер не в себе. Но, чёрт возьми, он не делал этого, он не хотел себя убивать! Это же просто абсурдно.       — Аппетита нет, — нервно рассмеявшись отозвалась блондинка, но её голос заглушил шум воды.       Медведь, допив свой чай, поднялся, чтобы отнести чашку в раковину. Он ненадолго замер около возлюбленной, положив на её плечо свою огромную ладонь и что-то коротко шепнул ей на ухо.       Темные брови Хейла нахмурились. Нет, он должен что-то предпринять, чтобы то, что они видели, не вышло за пределы этой квартиры. Он был готов посвятить в происходящее Эдварда, но никак не Элис или своих родителей.       Кашлянув, чтобы привлечь внимание парочки, Джас произнес, пристально глядя сестре в глаза:       — Роуз, обещай, что отец и мать ничего не узнают. Как и Элис. Прошу.       В комнате повисла неловкая пауза. Зеленые глаза блондинки нервно забегали по лицу брата. «Нет-нет-нет, только не говори, что ты уже успела что-то сообщить матери, пожалуйста, Розали!» Только вчера Джаспер мысленно хвалил её за сообразительность.       «Ну же, ты не можешь быть настолько глупой!»       — Джас…- Блондинка неуверенно протянула имя брата, потупив взгляд в пол. Кто бы мог подумать, что самоуверенная сучка Розали Хейл может чувствовать себя настолько скованно.       — Пожалуйста, — давяще произнёс мужчина с мольбой в глазах.       Судя по прозрачной капельке пота, выступившей на напудренном лбу сестрицы, она нервничала. Эмметт, глядя на эту сцену, напрягся.       — Ладно, Джас, но…ты уверен, что с тобой не происходило ничего странного за последние пару недель? — девушка нервно тряхнула волосами, чтобы скрыть страх, скользнувший во взгляде.       Хейл видел, как МакКарти собирается открыть рот, чтобы что-то сказать, но Джаспер резко поднялся на ноги. Встретившись со здоровяком взглядом, блондин в миг сменил выражение лица на более жесткое и коротко покачал головой. Эмм вздохнул, молчаливо говоря о капитуляции.       — Уверен, малышка, не переживай обо мне. Это просто стресс, знаешь, новая работа, ещё и эти похороны, не то что бы я сильно переживаю, просто…- Джаспер понимал, что несет откровенную чушь, но не собирался останавливаться.       Розали прервала его своими объятиями, по-детски пряча лицо у него на плече. Он чувствовал её сбивчивое дыхание, скользящее по шее. Кажется, она собиралась расплакаться. Ох, нет, это уже второй раз за такое долгое время.       — Эй-эй, чего ты? — неловко забормотал мужчина, гладя Хейл по спине, при этом глядя Эмметту в глаза. Медведь неодобрительно покачал головой, всем своим видом давая понять, что не поддерживает тактику Джаспера.       Боже, а что он мог ещё сделать?! Признаться в том, что он не совершал? Он и не думал себя убивать, а то, что у него появилась любовница, никак не связано с этим происшествием. Не рассказывать же об этом сестре. «Хэй, Роуз, знаешь, вчера я хотел убить себя, но ни черта об этом не помню. Кстати, на досуге я трахаю прекрасную докторшу и пудрю мозги своей девушке. А твой бойфренд покрывает меня. Удачного дня!»       Блондинка шмыгнула носом, смущенно отстраняясь и машинально проводя кончиками пальцев по лицу, словно могла на ощупь определить, в порядке её макияж или нет. Слава богу, Роуз не расплакалась, но, судя по влажности глаз, она была к этому очень близка.       — Я совсем забыла отдать тебе кое-что, — слегка хриплым голосом сообщила блондинка, запуская пальцы в карман джинсов.       Джаспер не успел спросить, что именно, так как девушку помахала перед ним серебряной цепочкой с небольшим, тонким крестом.       — Где ты его достала? — пораженно выдохнул Джаспер, зажимая прохладную цепь в своей ладони.       Розали просияла, словно несколько мгновений назад и вовсе не собиралась утопить все в слезах.       — Спросила у мамы, когда мы были на юбилее отца. Я так и думала, что ты забудешь о нем.       «Да, Роуз, ты чертовски сообразительна.»       Хейл улыбнулся, зажав крест в ладони и ещё раз обнял сестру.       — Спасибо, Рози, я знал, что на тебя можно положиться.       Блондинка подмигнула ему, а затем, собственноручно надев на брата крест и застегнув тонкую цепочку, она выпорхнула из объятий, после чего направилась в прихожую вместе с Эмметтом.       Кажется, всё в самом деле было не так уж и плохо.       Взглянув на часы, Джаспер понял, что до прихода Эдварда у него было ещё несколько часов. За это время он должен будет придумать, что ему сказать Элис по поводу происходящего. Он не мог позволить ей появляться здесь ещё пару дней, пока порезы не заживут. Если она вернется и дело пойдет к сексу — все пропало. Начнутся расспросы, истерики. Самое страшное, что Хейлу действительно нечего было ответить.       Проводив парочку, блондин решил тщательно обследовать ванную на предмет каких-нибудь зацепок. Чёрт, ведь он даже не помнил, что делал большую часть дня. Всё, о чем он думал — это какой-то тяжелый, мутный сон. В нем Белла убила Элис, а затем собиралась отрезать его член. А затем ему привиделось, что Свон была в его квартире. Но это не могло быть правдой — девушка всё отрицала, и, судя по фото, действительно была на дежурстве. Что с ним произошло после того, как он вернулся с кладбища? Неужели он так сильно перенервничал, что ему отшибло память на полдня? Может быть, он что-нибудь выпил? Наверное, нужно было прекращать столько пить. Возможно, ему стоит наведаться к доктору, чтобы узнать, что с ним происходит. Врач выпишет какие-нибудь таблетки или вроде того и тогда, возможно, все наладится.       Тяжело вздохнув, Хейл включил свет в ванной комнате и переступил её порог. Длинная белая ванна выглядела так, будто ничего и не было. Словно он вчера не лежал здесь весь в крови. Розали, должно быть, всё вымыла, поэтому нельзя было сказать, что здесь что-то произошло. Он даже не помнил, каким из ножей делал себе надрезы.       Нет, нужно начать с того, что он этого не делал. Но что если… это сделал кто-то другой?       Отчаявшись найти хоть что-нибудь, мужчина опустился на колени, чтобы заглянуть под ванну, в надежде, что там, может быть, осталась его предсмертная записка или что-то в этом роде, если он действительно решил убить себя. К сожалению, под ванной не нашлось ничего, кроме батареи из порошков и моющих средств. И какого-то странного отростка. Нахмурившись, Хейл потянулся рукой вперед, зажимая предмет между пальцев. Это однозначно было какое-то растение, которое оставило на его коже коричневые следы от пыльцы. Но садоводом его точно не назовешь. Тогда что под его ванной делает тычинка от какого-то сорняка?       Через несколько минут, воспользовавшись интернетом, Хейл за кухонным столом пристально изучал экран ноутбука, скользя по фотографиям цветов в поисках похожей тычинки. Наконец, наткнувшись на лилию, он понял, что это, кажется, «его клиент». Но дилемма в том, что он никогда не приносил в дом лилий. Не мог же он как-то зацепить эту чертову тычинку на вчерашних похоронах, где, возможно, были эти цветы?       Даже не подумав о том, как глупо будет звучать его вопрос, он набрал номер сестры. Роуз взяла трубку почти мгновенно:       — Что-то случилось? — На выдохе спросила блондинка, словно ожидала, что сейчас Джаспер скажет ей, что снова забрался в ванну и вскрыл себе всё, что можно.       — Я хотел спросить…ты не приносила вчера лилии?       На том конце провода повисло молчание. Сестра, недоумевая, протянула через пару мгновений:       — Ммм… Нет. А почему ты спрашиваешь?       Вот блядство.       — Да так, я почему-то подумал, что ты приносила лилии. Скорее всего, мне это приснилось. Ладно, извини за беспокойство, спишемся вечером.       Наверное, он попрощался с ней слишком поспешно. Вот чёрт! Теперь сестра точно будет думать, что у Джаспера проблемы.       Нервно прикусив нижнюю губу, Хейл напряженно думал, глядя на фотографию белого цветка. Откуда здесь могла оказаться его часть? Определенно, она была свежей — пыльца оставила след на его пальцах. Стало быть, если Розали не приносила лилии и ничего про них не знает, он действительно принес тычинку на своей одежде, что фактически невозможно (на гладком стебельке нет никаких крючков и ворсинок), либо же кто-то был здесь с лилиями до прихода сестры. Но мужчина был точно уверен в том, что приехал домой один. Правда, между его приездом и визитом Роуз было около десяти часов, которые совершенно выпали из его памяти. Кто-то ещё был в его квартире. Может быть, его ограбили, а потом чем-то накачали и попытались инсценировать самоубийство?       Через полчаса, проверив все свои вещи, Джаспер отмёл эту версию. Ничего не пропало. Нет, его не ограбили. Здесь произошло что-то другое.       Резкий звонок в дверь заставил мужчину вздрогнуть и буквально подскочить на стуле.       — Дьявол! — выругавшись себе под нос, блондин поднялся из-за стола, чтобы открыть дверь.       Само собой, это был Эдвард. Если бы к нему вздумала заявиться Элис или Белла, то они бы, вероятно, открыли дверь своими ключами. Может быть, стоит сменить замок? Хорошая идея.       Каллен снял солнцезащитные очки и приветственно тряхнул перед Хейлом бумажным пакетом. Послышался звон бутылок.       — Пивас заказывали? — С усмешкой выдал мужчина.       Джас позволил себе улыбнуться и, забрав пакет, пропустил Эдварда в прихожую.       — Ты себе представить не можешь, какая хуйня со мной произошла вчера, — конец фразы мужчина произнес уже на кухне, куда направился, чтобы разобрать то, что принес гость. Несколько бутылок пива, чипсы и…канапе?       — О, нет, дружище, ты сначала послушаешь, что было вчера у меня, — загадочно произнес Каллен, удаляясь в гостиную.       Джаспер и Эдвард частенько собирались, чтобы порубиться во что-нибудь, потому звуки включения приставки его не удивили. Последний раз с Хейлом играла Белла. От воспоминаний о том, что было после игры, у мужчины по телу прошли мурашки. Нет, сейчас не время думать о ней. С ним творится какое-то полное дерьмо и без этого, но было бы лучше, если бы он наконец-то разобрался со своей чертовой любовницей.       — Откуда у тебя сраные канапе? — скептически изогнув бровь, поинтересовался мужчина, появившись в гостиной вместе с закусками и пивом, поставив их на кофейный столик.       Эдвард, по-хозяйски бросивший кожаную куртку на кресло и развалившись на диване, сверкнул улыбкой, которая говорила только одно — кажется, у кого-то вчера был секс.       — Джесс дала мне с собой. После похорон в её доме осталась всякая чушь, вроде этих штучек, — он подцепил одну, отправляя её себе в рот, а после, открыв бутылку пива, сделал большой глоток.       Джаспер не торопился пить или есть что-то. На улице было жарко, а от жары его мутило. Да и он был сыт. Впрочем, ради солидарности, он все же вскрыл бутылку, чувствуя приятный холод стекла в ладони.       — Ты ночевал у неё? — догадался блондин, внимательно глядя на адвоката, который, явно нагнетал обстановку и молча улыбался.       — Бинго, чувак. Я её трахнул, — после этих слов Эдвард беззаботно рассмеялся и покачал головой, словно был одновременно восхищен и разочарован девушкой.       Вот дерьмо. Несмотря на то, что уже две недели Джаспер изменял своей девушке, да ещё и успел случайно трахнуть свою троюродную сестру, он считал поступок Эдварда низким.       — Блять, Слизняк, она же вчера похоронила мужа, ты в своём уме? — протянул Хейл, всё же делая приятный глоток холодного пива.       Судя по всему, Эдварда не беспокоила моральная сторона вопроса, так как он спокойно продолжил поглощать полюбившиеся ему канапе, откладывая шпажки в сторону.       — Да брось. Она хотела, чтобы я её утешил, — Слизняк махнул рукой, делая ещё один глоток пива, прежде чем подняться с дивана и двинуться к стойке с дисками, чтобы выбрать игру. — Может быть, FIFA*, что скажешь?       Хейл кивнул, молча наблюдая за тем, как Каллен запускает игру и подключает джойстики.       Наверное, он должен был прочитать другу мораль по поводу того, что он сделал, но, зная Эдварда, можно было заранее сказать, что это пустая трата времени. Да и моральным воспитанием в их компании обычно занимался Эмметт. Джас, как правило, присоединялся к здоровяку. До недавнего времени.       Увидев озадаченное и уставшее лицо блондина, Каллен, протянув его джойстик и усаживаясь обратно на диван, произнёс:       — Да брось, Джас, ты так из-за этого расстроился? Это же Джессика, мать её, Стенли, главная потаскуха нашего класса. Ты думал, она поступит иначе? Лично я — нет. Впрочем, я кое-что разузнал, это может тебя заинтересовать.       Что ни говори, Эдвард был мастер интриг. Не зря же он работает адвокатом.       Поджав губы, Хейл сделал ещё один глоток пива и, всё-таки, взял одно канапе, слишком пристально разглядывая оливку, сыр, помидор и кусочек хлеба, сцепленные острой шпажкой, словно там было что-то поинтереснее того, что Слизняк собирался поведать.       — Ладно, валяй, — в конце концов, Джаспер сдался.       Каллен просиял, отложив джойстик. Судя по всему, играть они начнут не скоро.       — Майк. Джесс говорит, что в последнее время их отношения были натянутыми. Всё началось пару месяцев назад. Ньютон стал скрытым и нервным. На его теле то и дело появлялись странные царапины, синяки и порезы. Сначала она думала, что он подрабатывает каким-нибудь грузчиком или вроде того. Наивная. Затем он начал увлекаться всяким сатанизмом, откуда-то узнал латынь, однажды притащил домой мертвую кошку, прикинь?       Джаспер был удивлен, как минимум. Тот Ньютон, которого он знал в школе, был вовсе не таким. Обычный веселый парень, душа компании. Но сейчас…       — Возможно, он просто попал в какую-то секту или вроде того, — предположил мужчина, тряхнув светлыми волосами, словно старался избавиться от тяжелых мыслей.       — Я тоже так подумал. Ко всему прочему, я добыл фото нескольких записей в его ежедневнике, — Эдвард самодовольно хмыкнул и подмигнул ошарашенному блондину, поясняя, — один из моих знакомых копов имеет доступ к файлам, так что, считай нам повезло.       — Да ты шутишь, — выдохнул Хейл, подсаживаясь к Слизняку ближе, чтобы взглянуть на экран его мобильника.       — Видно так себе, надо увеличить, — проворчал Эд, движением пальцев увеличивая фото.       Почерк Майка был маленький и съезжал со строчек, словно он очень торопился, когда писал это.       «Он ищет меня. Нет-нет-нет, я не должен поддаваться ему. Господи, пожалуйста, помоги мне».       — Кто его ищет? — спросил Джаспер, наблюдая за тем, как мужчина перелистывает фото и вновь увеличивает его.       Буквы стали больше, а почерк стал размашистым.       «Нет, она отвергла меня, я не нужен ему, больше не нужен. Я не могу так, это сводит меня с ума. Убей меня, убей! Дай мне знак, если путь в твои врата открыт, я всё ещё служу тебе, как и прежде!».       — Какой-то сектантский бред, — Эдвард хмыкнул, убирая телефон обратно в карман, а затем мужчина потянулся к пиву, которое успело стать теплым.       — Кто его отверг? И кому он больше не нужен? — Джаспер спрашивал это, прекрасно понимая, что Каллен вряд ли знает ответ.       Слизняк лишь пожал плечами и поморщился от вкуса теплого пива.       — Какая-то хуета, я же говорю тебе. Надо поставить пиво в холодильник, — с этими слова он поднялся на ноги, забирая бутылку и у Джаспера тоже.       — Эй, а причем здесь неразделенная любовь? Пресса говорит, что он бросился с крыши из-за неразделенной любви, — Хейл крикнул это Каллену в спину, надеясь, что тот расслышит.       Вернувшись с кухни, друг не стал садиться на диван, а захватил из куртки сигареты и зажигалку, собираясь отправиться назад, чтобы покурить. Джаспер разрешал курить в своей квартире только на кухне, да и там можно было присесть на подоконник, широко распахнув окно.       — Сам знаешь, что пресса — это тупой сброд. Слышит звон, да не знает, где он.       Хейлу пришлось подняться вслед за Эдвардом, следуя за ним на кухню. Вскоре, распахнув окно и позволив теплому воздуху ворваться в помещение, Слизняк закурил, присев на подоконник, глядя в экран ноутбука, который Джаспер оставил открытым.       — Решил заняться садоводством? На тебя не похоже, — мужчина хрипло рассмеялся, стряхивая пепел прямо в окно.       Джас поспешно захлопнул ноутбук, словно мама только что застукала его за просмотром порно.       — Не совсем. Вчера произошло кое-что пиздецки странное…       Десять минут спустя он стоял перед Эдвардом в одних джинсах. Его толстовка висела на стуле. Слизняк, закончивший курить, внимательно рассматривал изувеченное тело блондина, хмуря густые темные брови.       — Бля, Хейл, только не говори, что тоже вписался в какую-то секту? — Каллен усмехнулся, неожиданно тыкнув пальцем в пластырь, закрывавший рану на одной из ключиц.       Джаспер поморщился, отпрянув от адвоката.       — Я, честно сказать, сам не понимаю, что за херня со мной происходит. Сначала я засадил Белле, абсолютно ничего не помня об этом. Затем — Джейн. Теперь вот это. Провалы в памяти в моём возрасте — это довольно редкое явление. Я болен?       Мужчины застыли друг напротив друга. Эдвард задумчиво обхватил подбородок пальцами, продолжая рассматривать раны Джаспера, словно хотел увидеть там что-то ещё.       — Похоже, что ты был под наркотой, иначе, как тебе вообще могла привидеться вся та чушь, вроде того, что твоя пташка заколола Элис и чуть не отрезала твой хуй.       Хейлу было что возразить.       — Но я не торчок.       Кажется, это несколько разочаровало Эдварда, так как теория была действительно неплохой.       — А вдруг ты… скрытый торчок? — мужчина потянулся за очередной сигаретой, отворачиваясь к окну.       — Это как? — Нахмурился Джас.       — Ну, кто-то тебя обработал, накачал. А ты и не в курсе. Я бы на твоем месте сдал анализы.       — Пожалуй, я так и сделаю, — буркнул блондин, взяв толстовку, чтобы натянуть её на себя.       Внезапно Эдвард громко щелкнул пальцами и бросился в гостиную, зажав сигарету в зубах. Хейл хотел сказать что-нибудь по поводу того, что Слизняк поперся вглубь квартиры с сигаретой, но он вернулся до того, как Джаспер успел произнести что-нибудь. В руках Каллена была зажата ручка.       — Что ты делаешь? — устало поинтересовался блондин.       Слизняк вынул сигарету из зубов, протянув её Джасперу и выдернув толстовку, которую он так и не успел надеть, бросив её обратно на стул.       — Минутку, у меня появилась одна теория, — отмахнулся от него мужчина, поднося ручку к бледной коже Хейла.       — Эй, блять, юный художник, курсы по боди-арту в другом квартале, — буркнул Джас, чувствуя, как Каллен что-то рисует на его теле.       — Да погоди ты, — напряженно одернул его друг, продолжая что-то рисовать.       Судя по движениям и ощущениям, он соединял раны между собой. Закончив, Эдвард отстранился, чтобы рассмотреть свою работу.       — Надеюсь, что это чей-то пранк, — наконец-то изрек мужчина, забирая у друга из рук сигарету и стряхивая скопившийся пепел в окно.       — Что там?       Хейл всё ещё искренне не понимал, в чём дело. Склонив голову, он ничего не увидел, кроме немного неровных линий.       — Лучше загляни в зеркало, — посоветовал Каллен, продолжая нервно курить.       Последовав совету, Хейл, выругавшись себе под нос, отправился в ванную. Через несколько мгновений раздался его недоумевающий голос:       — И что? Это означает, что я звезда или что?       Линии, нарисованные Эдвардом, соединяли его раны в пятиконечной звезде, которая смотрела вниз.       — Это пентаграмма, олень, — хрипло отозвался Слизняк, заглядывая в ванную и тыча в Джаспера телефоном, где была открытка, изображающая голову черта внутри подобной звезды. — Ад, сатана, все дела.       Хейл видел что-то подобное в фильмах. Но зачем он вырезал это на себе?       — Я даже не знаю, как она рисуется, — отмахнулся Джаспер, открывая кран, чтобы попытаться стереть синие линии со своего тела.       Каллен в очередной раз за день хмыкнул и, покачав головой, удалился в гостиную, бросив через плечо:       — Может быть, ты тоже попал в какую-то секту, как и Майк, где вас накачивают наркотой, а потом заставляют поклоняться дьяволу?       Это заставило Джаспера нервно рассмеяться. Слова Слизняка звучали довольно бредово, словно заезженный сюжет для дешевого хоррор-фильма. Закончив отмываться от чернил, мужчина вернулся на кухню, чтобы захватить немного подмерзшее пиво.       — Так вот, дело в том, что я нашел у себя под ванной свежую тычинку лилии, хотя, цветов здесь, в последнее время, не было, — сообщил Хейл, когда вернулся.       Взяв прохладную бутылку, Каллен сделал небольшой глоток, а затем, забросив в рот ещё одно канапе, потянулся за телефоном.       — Думаю, нужно позвонить эксперту по всяким мистическим штучкам, — сказал он.       — Шутишь? — Ошалело прохлопал глазами Джас.       Ему казалось, парень вот-вот скажет «да ты что, дурак, что ли?» и, хохоча, начнет напевать мелодию из «охотников за приведениями». Но, судя по тому, что он уже включал мобильник на громкую связь, тот не шутил. Так кому этот чёрт собрался звонить?! Конечно, в чём-то Хейлу безусловно повезло: Эдвард не отнесся к нему, как к сумасшедшему самоубийце, в отличие от Эмметта и Роуз.       — Привет, Эдвард. Если ты звонишь, чтобы позвать меня на свидание, то сразу говорю — нет, сегодня я занята.       Это была Виктория, официантка из бара.       Каллен закатил пронзительные зеленые глаза, тяжело вздохнув и прошептав Хейлу одними губами: «завали», когда увидел, что губы Джаспера дрогнули в улыбке.       — Привет, крошка Ви, нет, я не собирался тебя никуда звать. Мне нужны твои знания, сенсей.       Девушка на том конце провода облегченно выдохнула и рассмеялась:       — Ох, прости. Да, чем я могу тебе помочь?       — Есть ли какая-нибудь связь между пентаграммой на теле, кровью и лилией?       Джаспер приложил ладонь ко лбу, покачав головой. Слишком сумбурно и непонятно. Вряд ли Виктория сможет сказать хоть что-нибудь, так как это звучит, как полный бред.       На том конце провода послышался протяжный вздох и какой-то треск, кажется, рыжеволосая измеряла комнату шагами.       — Хм, удивлена, что ты вообще спрашиваешь о подобном. Не уверена именно насчет пентаграммы, но существует легенда, что лилия — цветок, олицетворяющий невинность, становится черной, если окунуть её в кровь грешника и пропащей души. А зачем тебе эта информация?       Хейл почувствовал себя дурно. Господи боже. Что за чертовщина здесь вчера творилось? Кому бы понадобилось приходить в его дом, чтобы окунуть какую-то сраную лилию в его кровь?       — Спасибо, детка, ты мне очень помогла. Да так, собираюсь позвать на свидание одну ведьму, не знал, чем её удивить. Вот, теперь куплю лилии и окрашу их своей кровью, — Каллен очаровательно рассмеялся, прежде чем отключиться.       — Ви, должно быть, просто пересмотрела всякие ужастики. Это даже звучит бредово, — эти слова прозвучали слишком нервно, словно Джаспер пытался убедить сам себя в том, что это чушь.       Каллен сделал ещё глоток пива, прежде чем ответить:       — Ты стал носить крест, между прочим. С каких это пор ты у нас подался в отряд верунов?       Слизняк не мог не заметить новое «украшение» Хейла, когда рисовал пентаграмму на его теле.       — Роуз настояла, — сухо ответил Джаспер, отрешенно глядя куда-то на стол, словно в блюде с чипсами внезапно нашлись ответы на все вопросы.       Слизняк присвистнул, хрипло рассмеявшись. Вряд ли он поверил.       — Розали и церковь? Вот так номер, не ожидал от неё.       Мужчина решил не комментировать данную реплику. Он и сам был в шоке.       Неожиданно его телефон в кармане завибрировал. Дьявол! Он совсем забыл про то, что так и не придумал никакой отговорки для Элис. К сожалению, ему звонила именно она. Эдвард, увидев это, лишь ухмыльнулся, потягивая пиво.       — Привет, малыш, — Джас постарался сделать свой тон, как можно более ровным, хотя, он чувствовал, что страх и тревога пожирают его изнутри.       — Привет, работяга! Я ждала, что ты позвонишь мне, но ты, должно быть, спал до обеда, я не стала тебя будить. Какие планы на сегодня? — Эл была весела и бодра, должно быть, её день неплохо начался.       Ну пиздец. Если он скажет, что собирается весь вечер зависать с Эдвардом дома, пить пиво и играть в приставку, то Брендон снова устроит скандал. Они ведь только вчера помирились.       — Тут… такое дело, мама затеяла ремонт. С самого утра весь замотался. Пришлось ехать вместе с ней в строительный магазин. Думаю, останусь ночевать у них. Хочет перекрасить стены уже сегодня.       Эдвард, едва сдерживая смех, показал Хейлу большой палец. Твою-то мать, Джаспер сам не понимал, что несет. Ложь сама складывалась в его голове и выходила наружу. «Главное — говорить уверенно» — Уговаривал он себя.       — Вот чёрт, я думала, мы с тобой побудем вместе сегодня…- протянула Эльф, грустно выдохнув в трубку.       — Прости, милая, я действительно не знал, что так получится. Напишу тебе позже, хорошо? Мы почти подъехали к дому.       Попрощавшись с девушкой, блондин смахнул выступивший пот со лба. Он чувствовал себя мерзким и жалким лгуном. Блять. Вся его жизнь катилась в задницу.       — Ты это только что придумал? — Слизняк подкололо его, вновь беря джойстик в руки.       — Молчал бы, — хмыкнул Хейл, сделав ещё один глоток пива и наблюдая за тем, как Эдвард выбирает себе футбольную команду.       Господи, в какое же дерьмо он влез.