Записки инсайдера

— Бахнем по-быстрому, да я побежал! — проговорила зеленая драконья голова, просовываясь в дверь гримерки. — Я перед выходом на сцену пить не буду, — качнул головой Хосок. — Юнги пил и нам велел! — буркнул Джиен и разлил виски по пластиковым стаканчикам. — Ты же мировая звезда, не мог, что ли, в райдере нормальные бокалы для виски прописать? Хосок расхохотался: — Ага, чтобы завтра сасэны по всем телеграм-каналам расписали, что у меня тут пьянки перед каждым выступлением? Нет уж, спасибо! Крепкий алкоголь немного обжег нёбо, зато расслабил голосовые связки. То, что нужно. — А где Ёнбэ? —Да у него там какая-то хрень с костюмом, - пожал плечами Дракон. — То ли не дошили пуговиц на кофту, то ли лишние пришили… Короче, зачем ему вообще кофта? Менеджер Джиена постучал в дверь, напоминая, что время. — Короче, после всего, как и планировали, встречаемся в максимально секретном отеле на нейтральной территории. Там такое местечко нам нашли – закачаешься. С видом на парижскую помойку. Точно никому в голову не придет нас там искать. На сцене Ёнбэ жал Хосоку руку с ехидной улыбкой. — Мы закуску не брали, не забудь свой большой круассан, — пробормотал он одними уголками рта, чтобы наиболее рьяные нетизены не смогли прочитать по губам. Джиен позади него прыснул и покраснел. Где-то за кулисами менеджер гневно заломил брови: у него от компании был целый список активностей для Хосока, и уж пьянка с рептилоидом со товарищи в нем никак не фигурировала. Но когда Дракон спрашивал разрешения? — Ты должен выйти на виверс, — потребовал менеджер от мокрого и вконец заебавшегося Хосока, которого только что выпустили с фотоколла, пообещав, что больше ни одна президентская чета не попросит с ним фотки. — Выйду, — кивнул Хосок. — Как и планировали. Намджун не звонил? — Не, — качнул головой менеджер. — У него репетиция какая-то серьезная, наверное, занят. — Странно, — Хосок расстроился. Договаривались созвониться сразу после выступления. Зато позвонил Джин. Причем Джиену. Как только виски было разлито по бокалам, а Дракон поднял один из них, чтобы сказать одну из своих проникновенных мотивирующий речей. Енбэ обычно называл эти речи «театром одного актера», потому что Джиен увлекался так, что начинал озвучивать свою мысль по ролям, умудряясь напевать параллельно тут же сочиненный саундтрек. — Опять с голой шеей? — начал Джин без предисловий, хмуря брови по видеосвязи. — Зато в шапке! — заступился Тэян. — Он всегда в шапке, не выгораживай своего дружка! — включил бантановский старшехён режим «яжматери». — Я быстренько из машины в самолет перебежал и все, — проныл Дракон и сунул в экран телефона бокал. — Выпьешь с нами? — Вы мне там Хосока не угробьте, алкоголики и тунеядцы, — погрозил Джин своим очаровательным указательным пальцем, и Джиен предсказуемо покраснел. — Ты чего красный такой? — всполошился Джин. — Не лихорадит? — Есть немного, — прохрипел Дракон и прокашлялся, — палец от экрана убери. Джин обоюдно покраснел и палец убрал. — Чего там Хосок в телефон бубнит? — виртуозно сменил он тему разговора. — Мин Шуга звонит, — пояснил Тэян. — Бросание микрофона анализирует. Достаточно ли мягкая у Хосока была кисть, когда он ронял на сцену эту дорогостоящую бутафорию. — Вооооот! Им, значит, все можно, а меня хейтили, когда я на сцене колонку разъебал! — обиженно поджал губы Дракон. — Потому что все знают, что у бантанят хватит ума сделать бутафорский микрофон, а у тебя хватит дури разъебать настоящую колонку — вот и весь секрет! — пояснил Ёнбэ. — Кстати, закуски-то у нас все еще нет! Хосок нервно дернулся и огляделся. — Я тот гигантский круассан с собой не брал, — начал оправдываться он. — Его как шило в мешке — хрен просто так по улице пронесешь. — Значит, придется пить без закуски, - вздохнул Енбэ. — И менеджеров мы отпустили. Чего будем делать? — Доставку можно заказать, - предложил из телефона Джин. — Ага, чтобы утром наши пьяные фотки продавали парижские курьеры? — хихикнул Дракон. — Если вы будете пить без закуски, то завтра утром ваши пьяные фотки увидят даже все парижские пенсионеры — это будет главная тема новостей, - мрачно заметил из телефона Шуга. — Мы можем потихоньку сходить в ближайший магазинчик, — выглянул Енбэ в окно. — Райончик тут… такой… не особо освещенный… Глядишь, нас никто не узнает. — Его точно узнают, — ткнул Дракон пальцем в Хосока. — Его физиономия по всему городу на баннерах трепещет. — У меня хотя бы волосы не зеленые, — парировал Хосок. — Не самый незаметный сейчас для Парижа цвет. — Вам надо замаскироваться, — предложил Шуга. — И, судя по геолокации, под бомжей. — Джиену, получается, даже переодеваться не придется, — хихикнул из телефона Джин. — Это ж надо было в Пер-Лашез забраться. Увольте своих менеджеров. — Нам сказали, что это лучший район, чтобы затаиться, — пояснил Дракон. — Никто же не думал, что мы по нему ночью разгуливать будем. А мы, получается, будем. — Я знаю, что вам нужно сделать, — раздался из хосочьего телефона голос Чимина, который тихо присоединился к трансляции и внимательно слушал последние препирательства. — Всем привет. — Да, я тоже знаю, — заглянул в камеру Чонгук. — Вам надо позвонить Тэхену. У него в знакомых – половина Парижа, если не больше. Кто-то из них вам закуски привезет. Хотя я бы по ночному бандитскому Парижу прогулялся бы… — Никто в этом не сомневается, поэтому слава богу, что тебя из армии еще не выпустили, — проворчал Джин. — А будешь себя плохо вести, я позвоню и попрошу, чтобы тебя на второй год оставили. Тэхен возник на экране как ясно солнышко — сразу ослепив присутствующих светом фонарика. В последнее время доблестный спецназовец приветствовал всех знакомых только таким образом. Всех, кроме Шуги, от которого после первой же попытки посветить ему в лицо выхватил таких пиздюлей, что раз и навсегда решил для себя, что с Шугой лучше не связываться даже спецназу, а то оборвет руки вместе с фонариком. — Итак, друзья, я слышал, вам нужна моя помощь? — провозгласил он, и если бы у него был плащ супермена сейчас, то он в него бы драматично запахнулся. — Мой человек уже спешит к вам, откройте ему дверь: условный знак – три фиолетовых стука. В это самое время в дверь постучали. За процессом втаскивания в номер двух автоматов с закусками и напитками следили три пары настоящих и пять пар онлайн-глаз. Потому что, кажется, такое совершалось впервые в истории пьянок в отельных номерах — чтобы закуски доставляли с таким пафосом, скрежетом и грохотом. СОВЕРШЕННО НЕ ПРИВЛЕКАЯ ВНИМАНИЯ. — Блять, Тэхен! — заорал Хосок, вежливо поблагодарив работников отеля, которые наотрез отказались брать деньги. — Мы хотели купить закуски максимально тайно! Мы специально для этого максимально тайно забронировали этот номер, максимально тайно сюда приехали и максимально тайно решили напиться! Чтобы об этом не узнали ни арми, ни випы, никто! Тэхен выслушал его крики крайне внимательно и вежливо, наблюдая, как глаза Тэяна, впервые видевшего орущего Хосока, восхищенно становились все шире и шире. — Это все крайне прекрасно, — ответил он, когда Хосок умолк, — но вы максимально тайно смогли попасть в этот отель с кучей спиртного именно по той причине, что хозяин отеля — арми и мой друг по совместительству, а половина сотрудников отеля — арми и випы. И именно по этой причине они были так добры, что сделали вид, будто понятия не имеют, кто вы такие, но поклялись на пушечный выстрел не подпустить к вам ни местную шелупонь, ни папараццей. Не благодарите. — Наш Тэхенни — лучше всех, — захихикал Чимин, озираясь. — Мы с Чонгуком уходим, пока нас не вычислили. — А вы вообще где там сидите? Что за снежные горы вокруг вас? — полюбопытствовал Джин. — Это горы грязного постельного белья, — с улыбкой до ушей пояснил Чонгук. — Мы тут с Чимином нычку нашли — в прачечной! Тихо, спокойно, тепло, и никто сюда не заходит. Зато очень удобненько отсюда выходить на связь. — Но сегодня не очень удобненько, потому что банный день, так что меняют постельное белье, — вздохнул Чимин. — Так что мы пошли. Не напивайтесь слишком сильно. — Поздно, — махнул рукой Хосок в сторону Джиена и Ёнбэ. — Эти два миллионера пытаются с помощью штопора и ножика раскурочить автомат с закусками, чтобы получить их бесплатно. Сказать им, что он и так открыт и все бесплатно? Или пусть еще помучаются? — Намджун так и не позвонил? — встревоженно поинтересовался Юнги. — Нет, и это странно, — развел руками Хосок. — Надеюсь, с ним что-то случилось, потому что если он просто забыл, то с ним точно что-то случится. Скорее всего, несчастный случай. Я обеспечу. И в этот момент в общей трансе замигал номер Намджуна. — Ну наконец-то! — выдохнул Хосок. — Надеюсь, у тебя достаточно веское оправдание… — Прости-прости-прости, — лидер очень правдоподобно сокрушался в камеру, — я утром уронил телефон в трубу! — Надеюсь, в канализационную? — хихикнул Джин. — Нет, в мою трубу… в смысле… — лидер почесал затылок характерным жестом, по которому всегда можно было выкупить, что он опять где-то в чем-то накосячил. — В музыкальный инструмент. — И что? — Хосок посуровел. – Ты его с самого утра оттуда доставал? — Нет, достал я его сразу, — мотнул головой лидер. — Но… — По частям? — догадался Юнги. — Как ты узнал? — испугался Намджун. — Уже в твиттер кто-то фотки выложил? — Нет, просто я слишком хорошо тебя знаю, — вздохнул Юнги. — Все, мне пора, я отключаюсь. Уверен, ничего нового я сегодня больше не узнаю. Дальше ты расскажешь о том, как раскрошил свой телефон, доставая из трубы, как гонял менеджера за новым, как менял сим-карту и пытался восстановить данные… Все, всем пока, тем двум громилам автоматов — мое почтение. — И? — Хосок, оставшись наедине с лидером, если не считать хрюкающего от смеха Джина в драконотелефоне, жаждал узнать подробности. — В принципе, — Намджун смутился, — Юнги все уже и рассказал. Пришлось телефон новый покупать… — Я даже не буду спрашивать, как ты умудрился сломать телефон, доставая его из трубы… Ты талантливый, ты и не с таким справлялся. Значит, ты не видел мое выступление? — Неа, — улыбнулся Намджун. — У меня все впереди. — Тогда я сейчас иду пить, а потом у нас состоится серьезный разговор, — заключил Хосок. — И убедись в том, что обломки твоего старого телефона правильно утилизированы… Ты же помнишь, сколько там фотографий, которые никто и никогда не должен увидеть. Лицо Намджуна вытянулось. — Ладно, пока. Мне надо бежать… Лидер отключился. — Думаешь, у него хватило ума отдать телефон в ремонт кому-то из своих сослуживцев? — закрыл лицо ладонью Хосок. — Ты же сам сказал, он у нас талантливый. У него ума и не на такое хватало. Надеюсь, успеет добежать и отобрать телефон. А потом сжечь его с максимальной жестокостью. Над Парижем занималась обычная зимняя французская заря — вежливо розовая с чуть голубоватыми толерантными проблесками. Миллионы арми и випов сладко спали в своих кроватках, и только несколько работников максимально засекреченного отеля сидели в фойе и ответственно несли свою службу, изо всех сил сожалея о том, что самую интересную часть Le Gala Des Pièces Jaunes никогда не покажут по телевизору.