Do I wanna know?

В комнате было холодно и пахло сигаретами. На полу повсюду разбросаны бутылки, куча вещей валялась в разных углах. Ева лежала на кровати и бездумно смотрела на пустую пачку от таблеток, медленно покачиваясь в такт игравшей в телефоне музыки. Чувство было такое, будто сердце раз за разом попадает в воздушную яму, но каким-то образом до сих пор бестолково бьется в её груди. Она медленно потянулась к рюкзаку, дрожащими руками достала пакетик с белым порошком, насыпала неровную дорожку, сделала вдох и нервно улыбнулась. Сейчас будет легче. *** Прошло ровно два с половиной месяца. 76 никчемных дней, за которые она превратила свою привычную жизнь в кромешный ад, когда Кристофер решил сбежать от того, что было у них. Сбежать от неё. Первое время ей казалось, что все будет хорошо, мол люди и не такое переживают. Но как же горько она заблуждалась. Первая неделя тянулась словно год. Вторая была сродни веку. На третью неделю Ева стала выглядеть как жалкая копия себя прежней. Ее некогда рыжие волосы потускнели, глаза казались стеклянными, скулы стали острыми, на лице не было и намёка на прежний румянец, и лишь одна Сана пыталась до неё как-то достучаться, потому что Нура была в своём чертовом Лондоне, а Вильде и Крис не могли заметить слишком очевидных вещей. Но переломным моментом стала четвёртая неделя. Ева пришла на какую-то глупую вечеринку в надежде напиться. Но реальность превзошла все ожидания. Она стояла на кухне и пила виски, слегка покачиваясь от градуса в крови. Дверь тихо заскрипела, на секунду оглушив девушку громкой музыкой из гостиной, когда в комнату вошёл парень. Кажется, его звали Томас, и он закончил ее школу год назад. Он хищно улыбнулся, медленно подходя к Еве и сказал: -Вижу, вечеринка не пришлась тебе по вкусу? Она лишь хмыкнула и сделала глоток прямо из бутылки. Глаза начали слезиться, алкоголь перестал помогать, а только лишь усугублял ситуацию. -Хочешь?,-он протянул ей маленькую баночку с белыми таблетками. -Что это?-, хрипло спросила Ева. -Просто поможет тебе забыть, чтобы тебя там не мучило. Ева взяла пару таблеток и положила себе их в рот, запивая содержимым своей бутылки. Именно в эту минут Ева Мун пропала окончательно. *** Еве действительно стало легче. Она чувствовала невероятную лёгкость во всем теле. Все мысли уходили на задний план. Оставалась лишь она и это хрупкое спокойствие, которое давали таблетки. В следующую пятницу она с маниакальным блеском в глазах приняла три таблетки. Спустя пару дней ей понадобилось ещё. Потом таблетки стали её ежедневным питанием вместе с кофе и алкоголем. Здоровый рацион для растущего организма, шутила она про себя. А на полдник можно выкурить парочку сигарет. Но вскоре таблетки перестали давать желаемый результат, и Ева, бледная и измученная, пришла к Томасу. -Что, милая, уже недостаточно?,- посмеиваясь спросил он. На что она лишь кивнула, и он протянул ей два пакетика с белым порошком. -Спасибо!-,запинаясь сказала Ева и схватила пакетики трясущимися руками. -Только не переусердствуй, хорошо? Если понадобится ещё, ты знаешь, где меня найти. И снова в маленьком мирке Евы наступило хрупкое спокойствие. Наркотики творили с ее сознанием удивительные вещи: одна дорожка перед сном-и она счастлива. Ей чудилось, что Шистад рядом, шепчет ей, как обычно, всякие глупости, тихо посмеиваясь, а она, счастливая, проваливается в желанный сон, чтобы утром снова проснуться одной с чувством ломки во всем теле. Измученное сознание подсовывало эти незамысловатые картинки, от которых в итоге становилось только хуже. Нура сотни раз звонила ей по скайпу, просила Сану достучаться до Мун, грозилась вернуться в Осло и выбить из неё всю дурь. Но Нура не знала, как глубоко застряла Ева, что она стала чертовым психом, зависящим от белого порошка и алкоголя. А самое главное, Нура не знала, что причина тому-Кристофер Шистад, который как последний трус бросил ее одну, поставив свой привычный образ жизни выше неё. Ева Мун скатилась на самое дно пропасти без надежды на спасение. *** Именно так Ева и оказалась вечером субботы в своей холодной комнате, совершенно одна, с остатками белого порошка в пакетике и половиной бутылки вина. Почему-то именно этим вечером все казалось хуже обычного, а сердце все так же нещадно колотилось, заставляя ее жадно вдыхать в свои лёгкие воздух. Мун медленно легла на кровать, обняв руками колени и закрыла глаза. Мысли лихорадочно метались в голове, словно раненые птицы. Ей не становилось лучше. Только хуже. С каждым днём. С каждой минутой. Сколько она ещё протянет, пока эта зараза не добьёт ее? Ей давно следовало понять, что проще быть зависимой от того, что можно купить по поддельному ID или взять у барыги. Ты получаешь кайф и живёшь дальше. Ты не чувствуешь терпкого вкуса потери, когда родители бросают тебя, когда твоим друзьям никакого дела до тебя нет, и, в конечном счете, когда человек, в котором ты сосредоточила своё жалкое существование, оставляет тебя на произвол судьбы, не желая расставаться со своими старыми привычками. По телу пошла лёгкая дрожь-наркотик начал своё действие. Слегка приоткрыв глаза, Ева дотянулась до телефона и включила музыку погромче. Закусив до крови губу, она смотрела в потолок и медленно считала про себя: один...два...три...четыре... Где-то в соседней комнате послышался стук и тихие шаги. Дверь с громким звуком отлетела к стене и из коридора показался тёмный силуэт. -Ну и какого черта ты не отвечаешь на мои звонки, Мун? Ева широко распахнула глаза и уставилась в темноту, пытаясь глазами отыскать источник голоса. Все. Баста. Она окончательно свихнулась. -Уходи, ты не настоящий, тебя здесь нет.-, рвано дыша сказала Ева. -Что ты несёшь? Крис в изумлении оглядывал тёмную комнату, пытаясь среди хаоса отыскать Еву. Он быстро включил свет и в ужасе смотрел на развернувшуюся перед ним картину: пустые пачки из под сигарет, много бутылок, лежащих в разных местах, какие-то упаковки, и, наконец, она, одетая лишь в безразмерную футболку, до ужаса худая, бледная, с искусанными в кровь губами и огромными глазами, которые бессмысленно взирали на происходящее. Крис дернулся, будто получил удар в солнечное сплетение и сжал кулаки. -Что ты натворила, Ева? Что ты, черт возьми, натворила? Он быстро подлетел к ней. Ева дёрнулась всем телом, отползая от него на другой край кровати, судорожно прижимая коленки к груди и что-то бессвязно бормоча себе под нос. И тут Крис увидел самое ужасное: на тумбочке лежали маленькие пакетики и остатки порошка. -Ева, пожалуйста, скажи, что это не то, что я думаю. Скажи, что это неправда! Скажи, что ты блять не стала долбанной наркоманкой! И тут она взглянула прямо ему в глаза и засмеялась. Громко, жутко, запрокидывая голову назад. Крис схватил ее за худые плечи, желая встряхнуть, вытрясти из неё все это. -Это не можешь быть ты, это все наркотики. Ты уехал, а я окончательно сошла с ума. Это не ты! -Как ты докатилась до этого? Ответь! Как? Я не твоя галлюцинация, Ева! Посмотри на меня! Ева подняла затуманенный взгляд и посмотрела на него. Медленно к ней приходило осознание. Вот он. Здесь. Прямо напротив неё, как будто не было этих месяцев, как будто он не бросил ее, а она изо дня в день не уничтожала себя. Она резким движением хватает бутылку вина, лежащую около кровати, и начинает жадно пить. Он смотрит на неё во все глаза, все его тело напряжённо, а лицо вытягивается в злом оскале. Крис вырывает бутылку из ее рук и кидает в стену. Вино разбивается, капли завораживающе скатываются по стене, а осколки разлетаются по всей комнате. Ева вздрагивает всем телом и мелко дрожит. -Что тебе нужно? Что ты здесь забыл? Ты ушёл, помнишь? Ты решил, что все твои шлюхи важнее! Ну так катись отсюда, слышишь? Уходи!-, Ева кричит, плачет, задыхается слезами. Он видит, что она под наркотиками, видит, что она сотворила с собой. -Идиотка, ты в край обдолбана!-, зло рычит Крис, хватает ее за талию, отрывая от кровати, и несёт из комнаты. Ева сыплет в него проклятиями, пытается вырваться, но ее сил едва ли хватит на что-то. Он ногой открывает дверь, опускает Еву в ванну, одной рукой удерживает ее, а другой берет лейку от душа и включает холодную воду, направляя на Мун. Она мечется словно раненый зверь в клетке, плачет так, что его сердце разрывается, и в один момент затихает и обмякает всем телом, утыкаясь головой в свои острые коленки, тихо плача. У Криса внутри стихийное бедствие, чертов торнадо, который бушует под его кожей, когда он смотри на то, что осталось от Евы. Он разрушил ее. Разрушил их обоих. И если он хоть как-то держался на плаву, то Ева пошла на самое дно, столкнувшись с разрушительным айсбергом в лице Криса. Он опустился на колени рядом с ванной, отрегулировал воду на более тёплую и ласково погладил ее по голове. -Тише, тише, все хорошо. Все будет хорошо, слышишь меня? Прости меня, пожалуйста, прости меня. Прости, что я оказался таким слабаком, что я оставил тебя, потому что испугался того, что ты делала со мной. Ты будто пробралась под мою кожу, Ева, залезла в мою голову, и шипами пробралась в мое сердце. Я испугался, впервые в жизни я в ужасе бежал от чего-то. Я думал, что уеду, что это пройдёт, мы оба вылечимся, и все будет как раньше. Но я разрушил нас. Прости меня, малышка. Зачем ты сотворила это с собой? Наркотики, Ева, серьёзно? Что же ты наделала? Крис выключил душ, взял полотенце и поднял Еву на руки. Она больше не плакала, лишь дрожала и глубоко дышала, смотря в одну точку. Он аккуратно посадил ее на стиральную машинку, словно она хрупкая фарфоровая кукла, одно лишнее движение-разобьётся вдребезги. Взял полотенце и бережно укрыл ее им. Сам же достал сухую одежду и начал стягивать с Евы мокрую. Его руки затряслись, когда он увидел ее тело: острые ключицы, выпирающие ребра и позвоночник, несколько порезов на левой руке. Он тяжело задышал, одевая на Еву свою старую футболку, которую он как-то забыл у неё дома. Осторожно взял ее на руки и понёс в комнату. Ева уткнулась лицом ему в шею, и он почувствовал, как слезы капают на его кожу. Крис крепче прижал к себе девушку, жадно вдыхая ее запах. Если бы он знал, чем обернётся его отъзд для неё, то никогда бы не уехал, даже если это бы разрушило его. А теперь у него в руках Ева, и все вроде бы должно быть хорошо. Но она сломана до основания, а виной всему он. Крис положил Еву на кровать и лёг рядом, прижимая к себе. Ее тело было напряжено, она пыталась что-то сказать, но слова упрямо отказывались связываться в предложение. Крис терпеливо ждал, растирая ее ледяные руки, желая передать ей хотя бы частичку своего тепла. -Зачем...зачем ты вернулся? Он вздохнул, смотря в её расширенные зрачки. -Я не смог больше без тебя. Ева, удивлённо и не веря, посмотрела на него, будто ждала, что он сейчас засмеётся и скажет: ''Ты что, идиотка, Мун? Я просто пришёл ещё немного над тобой поиздеваться, а потом пойду и трахну пару девок в клубе!'' Крис заметил этот взгляд и крепче прижал ее к себе: -Я серьёзно, Ева. Я больше не уйду. Мун зло посмотрела на него и пыталась вырваться из его железной хватки: -Ты думаешь все так просто, да? Ты ушёл, сказал, что меня слишком много в твоей жизни, что тебе нужна гребаная свобода, а я лишь сдерживаю тебя, будто ты в клетке! Но кому от этого было лучше? Тебе? Ну что же, поздравляю! Ты был мне нужен, Крис, чертовски нужен, я загибалась без тебя, а ты где-то там наслаждался этой своей свободой! А теперь ты пришёл и пытаешься меня винить за то дерьмо, что я сделала в твоё отсутствие? Что, не нравятся бракованные игрушки? Уходи! Я справлюсь, выживу! А если и не выживу, то все хотя бы подойдёт к своему логическому завершению!-, каждое слово отдавалось гулким эхом в голове Криса, до ужаса пугая его, но он не может уйти. Он не оставит ее. -Мне плевать, бракованная ты или нет! Неужели ты не понимаешь? Я даже уснуть без тебя нормально не могу! Всюду вижу твоё лицо, оно будто отпечаталось на подкорке моего сознания и не давало мне покоя ни ночью, ни днём! Я надеялся, что тебе будет лучше, чем мне, что ты отпустила меня и живёшь дальше! А потом мне позвонил Вильям и сказал, что Нура подозревает, что ты вляпалась в какое-то дерьмо! И я примчался сюда! Я не могу исправить прошлого, Ева, не могу купить билет на ушедший поезд, но я могу исправить будущее. И я больше никуда не уйду, ничто и никто не заставит меня сделать этого, даже ты. С тобой все будет в порядке. С нами все будет в порядке. Ева слушая каждое его слово и не могла поверить. Он лжёт. Если бы она действительно для него что-то значила, он бы никогда ее не оставил. А теперь слишком поздно. Ее уже не исправить. Вдруг она почувствовала его сильные руки на своей талии, он прижал ее к себе, как делал это всегда перед сном. Ева спиной чувствовала это забытое тепло и уткнулась лицом в подушку, пытаясь сдержать слезы. -Если бы ты вернулся хотя бы на месяц раньше, все можно было бы исправить. Но уже слишком поздно, Крис. -Никогда не поздно, слышишь? Он обнял её, нежно поцеловал ее в висок и накрыл их одеялом. -Спи, завтра все будет лучше. И Ева начала приваливаться в беспокойный сон. А Крис не мог сомкнуть глаз, лишь держал ее в своих объятиях и смотрел на подрагивающие ресницы. Ему казалось, что ещё минута, и она испустит свой последний вздох, что ее тело навсегда станет холодным, а Крис уже не сможет ничего исправить. Она казалась такой хрупкой и болезненной. Он не мог поверить, что эта любовь уничтожала не только его. Что это коснулось и Еву. Она всегда казалась такой сильной, даже когда он уходил, она лишь молча смотрела на его удаляющийся силуэт и не произнесла ни слова. Но эта болезнь настигла и ее, оставляя от прежней Евы лишь жалкую оболочку. И виной всему Крис. Но сейчас он здесь, с ней. И он все исправит.