"Невеста" Дьявола

Утром половина кровати, принадлежащая Люциферу, была пуста. Витя потянулся, не придав этому особого значения. Он неспеша сполоснулся, оделся попроще, в свои земные выстиранные и высушенные вещи, и отправился на поиски кого-нибудь знакомого. Сразу по выходу из покоев Виталий столкнулся с портным. «Какой сюрприз! Он живой, но до сих пор не связанный с Властителем по правилам. Настолько хорош в постели? Не мог же Люцифер поверить в бредни Лила?» - сделал свои выводы Адрамелех. - Доброе утро, прекраснейший! – льстиво воскликнул Адрэ. – Как самочувствие у самого тёмного бриллианта из сокровищ Владыки? Гот смутился и, глазом не моргнув, соврал, что предсказатель ждёт его в саду. - Какая досада! За окнами сегодня ветрено. Смертным легко простудиться. Я дарю вам это, - портной снял с собственной шеи мягкий алый шарфик. - Благодарю. Без задней мысли человек надел подарок и заторопился сбежать от чудаковатого демона. Он примостился на одном из подоконников второго этажа и включил усовершенствованный плеер. Витя тихо подпевал песням, большинство из которых волшебным образом гармонировали с его личными переживаниями. И гот, увлечённый музыкой, как многие другие сметные, перестал замечать происходящее вокруг. Полчаса мелькнуло для парня, словно мгновение. «Опять! Он надо мной издевается!» - Люцифер скрежетал зубами, обнаружив пропажу. Человечек пах одним зарвавшимся портным, превратившимся для Дьявола в помеху. Властитель, не окликнув Витю, ринулся прочь. Разговор с бабочкой так и не состоялся. - Я выиграл пять тысяч грешных душ! – ликовал предсказатель, следуя за подозрительно хмурым Люцифером. – Они все не верили, что вы любите Витю. Гадали, когда ему придёт конец. А я сразу заявил – не дождётесь! «Люблю? Да как он смеет?» - застыл на месте Владыка. - Я не умею любить, - отрезал Дьявол. – Ты такой наивный, Лил… Больше слушай Асмодея. У него трезвый взгляд на мироздание. Мне абсолютно всё равно на эту бабочку. - Да? – ухмыльнулся Лилиан. – Тогда почему вы храните ему верность? Предсказателю выбило воздух из лёгких от сильного удара спиной об стену. Правее него свалился с крепления декоративный факел, со стуком покатившись по полу коридора. Люцифер подошёл впритык к морщащемуся из-за боли в спине подчинённому. Лилиан укоряюще взглянул в ясные голубые глаза Дьявола. - Тебе не кажется, что моя личная жизнь – не достояние общественности? – лица демонов были в паре сантиметров друг от друга. – Я не храню никому верность и могу хоть сейчас это доказать. - Только попробуйте, - прошипел Лил. - И попробую! – дыхание Дьявола вводило в искушение. Всех кроме предсказателя. Люцифер прижался к плотно сомкнутым губам блондина, но тот не ответил, будучи напряжённым, как под пыткой. - Не изображай недотрогу. Раньше тебе нравилось. Хочешь десять тысяч душ? – Люцифер повторил попытку сломить сопротивление. А тем временем Витя держал путь к повару. Он, беспечно напевая мрачный мотивчик, не уставал удивляться убранству Первого Замка. Готу было интересно, нет ли у его благоверного замков под другими номерами. Виталий даже размечтался о медовом месяце где-нибудь в райском уголке. Мечты рассыпались карточным домиком. Витя протёр глаза. Нет, целующий Лилиана Люцифер никуда не делся. Порыв гнева, требующий отвесить хороших тумаков обманщикам, парню удалось пригасить. Закусив губу, Витя нашарил подарок Велиара на груди. Сказка закончилась, и человеку следовало проснуться. Перемещение сработало со спецэффектом в виде вспышки. Люцифер резко обернулся, но за спиной таял след от исправного функционирования артефакта. Лилиан изо всей силы ударил Властителя в солнечное сплетение. - Раньше мне нравилось, потому что я так же был слеп. А теперь я люблю и любим. Отойдите, Владыка. Отныне я не ваш предсказатель. Ищите другого идиота. А вам от меня последнее напутствие… Люцифер отшатнулся, потому что демон, глядящий сквозь него, поистине пугал. Властитель позорно пятился, а когти Лилиана цепко держали Дьявола за горло. - Ты запятнан позорною славой, Мол, разбойник и редкий злодей. Плащ положен таким лишь кровавый. И девиз: «Всё, что любишь – убей». Я тебя не боюсь, Ваша Мрачность, И скажу я тебе, не таясь, Упиваясь любой неудачей, Не докажешь всесильную власть. Кто-то видит не хуже слепого, Ну а кто-то навеки прозрел. Что в любви неотступно-плохого? Ведь любовь, как и тьма, не предел. Доверять – это значит не слабость. На колени вставать – не порок. Безбоязненно в страсть можно падать. Это мой тебе главный урок. От судьбы отступить не удастся. Что угодно ты против скажи. И сегодня же ровно в двенадцать Ты невесту искать поспешишь. Лилиан пропал с последними словами. Передёрнувшись и пробормотав что-то вроде «полная чушь», Дьявол покинул эту часть Замка. Голуби, со свистом рассекая воздух крыльями, в панике отлетели от внезапно свалившегося на лавку неформала. Гот пришёл в себя в знакомом парке. Как будто ничего не изменилось. Кроме погоды, пожалуй. Ветра не было. Даже листы деревьев не шевелились в полуденный зной. Прохожие прятались по офисам с кондиционерами, по домам с вентиляторами, по пляжам с более-менее прохладной водой. Словно наступило лето. Вдалеке стоял передвижной холодильник со скучающим мороженщиком-подростком. Витя с огорчением понял, что денег у него нет, а значит, домой к матери придётся топать пешком. - Извините, какое сегодня число, месяц и год? – полюбопытствовал Витя, проходя мимо мороженщика. - Солнечный удар схватил? Пятое июля две тысячи семнадцатого, - нарочито медленно проговорил подросток, роясь в холодильнике. – На-ка вот, пожуй. Вите был протянут вафельный стаканчик с пломбиром, крошащийся в руках. С одного бока виднелись следы зубов. Чуть слышно продавец пробормотал: - Всё равно я его погрызть успел… - Опять товар переводишь? Гришка, ну погоди! – к ним заспешила обмахивающаяся веером полная рыжеватая женщина с каким-то пакетом. – Просила же просто последить! Поблагодарив мальчишку, Виталий бросился наутёк. Гот брёл по улицам, доедая мороженое. Голову ему припекало, поэтому парень повязал сверху шарф на манер платка. Навскидку температура зашкаливала за тридцать градусов по Цельсию. - Вить? Не ты ль? – остановил парня окрик у родного подъезда. – Стой, кому говорят! - Здравствуйте, баб Зин, - буркнул неформал. - Явился, непутёвый! – на лавке восседала неугомонная старушка-соседка, словно ещё больше сгорбившаяся с момента отсутствия Виталия. – Мать все морги обзвонила, все больницы! А он, небось, по девкам шлялся? Гот подавил нездоровый смешок и ответ «по мужикам». До него никак не могло дойти, что прошло больше месяца. Что это не чья-то глупая шутка. - Да тебя в розыск объявили! Полиция с собаками ищет! А он, вишь, в ус не дует, - продолжала распаляться бабка. - Баб Зин, а мама дома? – проигнорировал нотации Витя. - Известное дело, дома. Тебя дожидается, ирода. И объявления в газеты строчит. Свет по ночам всё горит и горит, - вздохнула пенсионерка. Витя пошёл дальше. В подъезд, мимо сломанного лифта, по лестнице с бычками на ступеньках, до седьмого этажа. Ключи от дверей остались где-то на просторах цветущего ада. Теперь Витя знал, какой он, Люцифер. Но не мог перестать им восхищаться. Звонок разорвал тишину. Женщина за сорок в строгих очках, с лучиками морщин у глаз и седыми прядями в тёмно-каштановых волосах, стриженых под каре, появилась на пороге спустя секунду. Она ахнула, исчезла в коридоре и вернулась с пластиковой бутылкой. Витю окатило водой. - Мама, ты как всегда в своём репертуаре, - отряхивался парень. – Не вампир я и не умертвие. Даже не демон, к сожалению. Виталий поймал себя на мысли, что, возможно, принадлежность к одному виду дала бы им с Люцифером надежду на совместное будущее. Но куда там человеку? Бабочке, как презрительно отзывались о нём за глаза? Мать Вити ещё раз сбегала в коридор. Вернулась с иконой и перекрестила сына. Тот поморщился и едва не сплюнул. - Ага! А врал, что не покойник, - прищурилась журналистка и активистка Вера Ивановна. – Заходи-заходи. Низенькая дама затянула сына в прихожую за шкирку. - Ты мне почему не сказал, что из университета вылетел? – упёрла руки в бока женщина. – Скрываться от армии надумал, так хоть с матерью бы посоветовался! Значит так… Обалдевшему от развившей бурную деятельность маменьки Вите был предоставлен подробный план под названием «Как откосить от армии профессионально». Варианты с сумасшествием, хроническими болезнями и прочими путями были готом отвергнуты. Его маменька поджала губы и достала старый объёмный чемодан. - Собирайся. Вещи я твои не трогала. Даже «красавец» твой над кроватью так и висит. Поедешь к бабушке в деревню сейчас же. Вот деньги на первое время. Пойду баб Зину отвлеку, сообщу, что призрак к нам приходил. Иначе полиция точно приедет. Если она уже не сориентировалась… - Вера Ивановна оперативно испарилась с поля видимости сына. Неформал качал головой, но послушно выполнял указание. Какая разница, что случится с его жизнью далее, если он даром не нужен так называемому супругу? В чемодан отправился ворох чёрного белья, пара побрякушек и снятая с гвоздика над кроватью фотография певца в рамочке. Подумав, Витя запихал пару книг Энн Райс с полки. И вскоре по малолюдным кварталам крался парень в шляпе и чёрных очках. На ходу он жевал пирожки, периодически притормаживая, чтобы запить чаем из термоса и взять чемодан в другую руку. Редкие бабульки с инстинктом сыщика пытались названивать доблестным органам правопорядка, полные решимости разоблачить злоумышленника. Но полиция только отмахивалась. Пятого июля их чертовски достали звонки одной полоумной пенсионерки, видевшей некоего Виталия Левина, исчезнувшего более месяца назад. Парня давно похоронили всем городом. Одни думали, что гот нарвался на собрата-сатаниста и был добровольно принесён в жертву во славу Люциферу в местном лесу. Вторые уверяли, что Витя утопился, горюя из-за отчисления. Как бы то ни было, для общественности Виталия Левина не существовало.