Незримая связь.

      Поттер ожидал, что его встретят как минимум презрительные, осуждающие взгляды. Но, судя по радостным приветственным возгласам, Джинни так никому ничего и не рассказала. — О, Гарри, — счастливо улыбнулась Гермиона, — ты вовремя, мы как раз на ужин собираемся. — С возвращением, дружище! — жизнерадостно крикнул Рон, хлопнув по плечу. — Ну, давай рассказывай. — Да что рассказывать-то? Ничего интересного. Снейп наконец доварил зелье, мы его выпили и все, да здравствует свобода. Лучше расскажите, как вы тут без меня? — Наша Герми влюбилась, — громким шёпотом поведал Рон, косясь на зардевшуюся девушку. — Но, это страшная тайна. Она никому не рассказывает кто это. — А мне всегда казалось, что вы вместе, — немного удивился Гарри. — Да с чего такие мысли?! — всплеснула руками подруга. — И ты туда же? — Не понимаю, почему все так упорно пытаются нас поженить? — поддержал ее Рон. — У меня, между прочим, Лаванда есть. И я, в отличии от некоторых, своих отношений не скрываю. Надеюсь, это хотя бы не Снейп?! — Фу, что ты такое говоришь?! — возмутилась Гермиона. — Он же старый!       Гарри захотелось крикнуть, что это не так, и в постели тот может быть очень привлекательным и сексуальным, не с ним конечно, но друзья бы его не поняли. На душе стало почему-то совсем паршиво. То ли из-за крамольных мыслей, то ли ещё отчего. — Я, пожалуй, не пойду на ужин. Что-то ни кого видеть не хочется. Принесёте мне пару пирожков? — с вымученной улыбкой попросил Гарри. — Понимаю, — кивнул головой Рон. — Особенно опостылевшую рожу Снейпа.       Поттер не стал разубеждать друга, кивнул на прощание и поднялся в опустевшую спальню, где возле кровати обнаружился сундук с его личными вещами. Видимо, домовики по приказу зельевара постарались. — Поспешили побыстрее избавиться от любого упоминания обо мне, профессор? — прошептал Гарри с горечью. Некстати вспомнилось, как он накосячил напоследок, все окончательно испортив. Хотя, что там было портить? Северусу он был неинтересен. — Да, о чём я вообще думаю? Мне этого всего тоже не надо. Не надо же? А вот врать себе не хорошо, нехорошо, мистер Поттер.       Вздохнув, Гарри прямо в одежде завалился на кровать. Но пострадать ему не дали. Скрипнула дверь, в спальню зашла Джинни и, скрестив на груди руки, уселась на кровать Рона. — Мне тут братец передал, что ты вернулся. И что мне теперь, от радости прыгать? Иди, говорит, Гарри наверно же так соскучился. Три ха ха. Ну, расскажи, как ты скучал без меня, любимый. — Прости, Джинн. Я так виноват перед тобой. Надо было раньше поговорить, да всё как-то момент подобрать не мог. Всё тянул, тянул и вот что из этого вышло. — Бросить меня значит решил? Я догадывалась, только верить не хотела. Ты меня вообще любил? Понятно, можешь не отвечать. Знаешь что, это я тебя бросаю! — Джинни поднялась и, открыв нараспашку дверь, крикнула в коридор. — Между нами всё кончено, Поттер! И можешь даже не умолять меня! Я тебя не люблю! — Я могу надеяться на твоё прощение хоть когда-нибудь? Мы ведь можем остаться друзьями? — Я пока не готова простить тебя. Но я подумаю.       Вернувшийся с ужина Рон, которому уже донесли последние новости, долго возмущался поведением сестры и сочувствовал другу. Гарри же было стыдно рассказывать правду, он только твердил, что Джинни не виновата. — Рон, успокойся. Это же жизнь. Нельзя заставить человека любить, — поддержала его Гермиона. — Что поделать, так получилась. Гарри ещё найдёт себе достойную невесту.       Искать себе новую девушку Поттер не спешил. С кратковременными романами он завязал. Как-то противно стало за своё распущенное поведение. Чувств никаких эти девицы к нему не испытывали, так же как и он к ним, а секс без любви уже не приносил прежнего удовлетворения. Хотелось большего. Каждую ночь Поттеру продолжали сниться сны с участием Снейпа. Только теперь всё было не столь развратно, как обычно. Северус ласково гладил его по лицу, прежде чем нежно прижаться к его рту губами. Глаза его светились любовью, а не похотью. Гарри грустил и ругал себя за малодушие, вспоминая совместное проживание с Северусом и его шуточки неприличного характера. А мысль заняться сексом с мужчиной уже не вызывала отторжения. Может, надо было побороться за своё счастье? Но как подойти к профессору он не знал, боясь отказа, и всё больше впадал в уныние. Все же списывали его убитое настроение на расставание с младшей Уизли.       На уроках зельеварения Гарри украдкой следил за Снейпом, забив на выполнение задания и надеясь нарваться на отработку или хоть на какое-то внимание. Но профессор его игнорировал, словно Поттер был для него пустым местом или невидимкой. Так прошла зима и начало весны. Приближалась пора экзаменов, и надо было задумываться о будущем.       Идея принять полушутливое предложение Макгонагалл казалась всё привлекательней. С одной стороны это попахивало мазохизмом, а с другой, оставшись в школе, Гарри имел хоть какие-то шансы завоевать расположение неприступного профессора и быть может добиться взаимности. Поттер давно понял, что бороться со своим чувствами бессмысленное и пустое занятие. Да, он признался себе, что испытывает к Северусу не только влечение. Похоже, Гарри в жизни не повезло встретить безответную любовь. Но он не терял надежды.       Время летит быстро. Вот уже и экзамены позади, отгремел последний прощальный бал. И Поттер, наконец, решился поведать друзьям о своих планах по поводу профессии. Просто не до конца был уверен в правильности такого решения, да и Рону он давно пообещал вместе поступать на авроров. Но тот ничуть не обиделся, как опасался Гарри, видно тоже повзрослел.       В последний вечер пребывания в школе студентов Гарри, которому не надо было участвовать в предотъездной суете, ушёл к озеру, чтобы отдохнуть от шума. Там то его и нашла чем-то встревоженная Гермиона. — Гарри, нам нужно поговорить. Быть может, после ты не захочешь меня знать, но я всё равно скажу. Я замуж выхожу, — взволнованно сообщила она. — Ну, поздравляю. Мы вроде друг другу в вечной любви не клялись. Так с чего бы… — За Малфоя! — зажмурившись, выпалила девушка. — Э… Чё, правда? — удивился Гарри.- Во Хорёк даёт! И когда только успел. Надеюсь, вы будете счастливы. Всё же он редкостный засранец. — Ну, порой он бывает невыносим, — облегчённо рассмеялась подруга. — Но я всё равно его люблю. Я тоже, знаешь ли, не подарок. Ну, я пойду? Я так счастлива, что ты не осуждаешь меня. Только Рону пока не говори. Ладно? Он-то точно не поймёт.       Чмокнув друга в щёку, она убежала, но через пару минут вернулась. — Ещё не наболталась о своём любимом Малфое? — улыбнулся Поттер. — Что? О Мал… Да нет, я о другом спросить хотела. Ты какой-то печальный в последнее время. И я точно знаю, что мисс… Джинни тут не при чём. Что тебя гложет? Мы же друзья. — Не знаю, как ты догадалась, — вздохнул Гарри. — Я люблю одного человека, а он меня даже не замечает. — Да? И кто же это? — напряглась девушка. Гарри даже послышался скрип зубов. — Надеюсь, ты, так же как и я отнесёшься к моему выбору с пониманием. Это профессор Снейп. Можешь теперь смеяться. — Это шутка такая? — с обидой и не доверием прошептала подруга, но, заметив, что Поттер был серьёзен как никогда, просветлела лицом. — Ты же ничем это не показывал! — Слушай, а ты часом не беременна? — поинтересовался Поттер. — Ты сегодня периодами себя странно ведёшь. — Не имею понятия… то есть, нет, конечно, — развернулась она, чтобы уйти и нос к носу столкнулась со второй Гермионой. — Гарри, я совсем забыла… — начала та, но заметив двойника, остановилась как вкопанная и выхватила палочку. — Ты кто и что задумала? — Успокойтесь, мисс Грейнджер. Мистеру Поттеру ничего не угрожает. Да он и сам может за себя постоять. Не здесь, — повернулась к Гарри лже-Гермиона, видя, что тот хочет что-то спросить.       Ухватив Поттера за руку, она потащила его к замку. Настоящая Гермиона, не опуская палочки, не отставая последовала за ними. И только когда они зашли в покои слизеринского декана, Гарри начал о чём-то догадываться. Двойник вынул из кармана слишком просторной для девушки мантии пузырёк с антидотом. — Да что, чёрт побери, тут происходит! — воскликнула Гермиона, с недоумением наблюдая, как её хорошенький курносый носик на лице двойника превращается в крючковатый шнобель штатного Хогвардского зельевара. — Да, ничего особенного, — улыбнулся Северус, притягивая Гарри к себе. — Это просто любовь.       В полной прострации Гермиона вышла и тихо прикрыла дверь, оставляя за ней двух страстно целующихся мужчин.