Особое поручение

- Ты это сейчас серьезно, братишка? - Давай без нервов, Жано! – Дан выпрямился в кресле командира румской дивизии, любезно уступленном генералу для допроса двух полковников. - Не могу я без нервов! – вспылил Веньяр, оглянувшись на сидящего в углу Райана. Скотти прижимал к левому плечу пакет со льдом и молча смотрел на командиров. – Ты сам себя слышишь? - Слышу, - отрезал Дан, прилетевший в Руму рано утром, еще до того, как шаттл забрал их с Райаном в расположение штаба 21-й воздушно-десантной дивизии, - а теперь прошу услышать меня. У тебя нет свидетелей, Жан, ты лично позаботился о том, чтобы так получилось! - Мне не стыдно за приказ не брать пленных! - огрызнулся полковник. - Понимаю, - криво усмехнулся Дан, - но ты даже не пытался спрогнозировать ситуацию. - А я не рвался на командную должность! – взвился Веньяр. – Разжалуй меня! Давай! Дай танковую роту, я тебе только спасибо скажу! А лучше - сразу на пенсию! - Жан! – прикрикнул на него Райт. – Не доводи до абсурда! Я чуть не свихнулся, когда мне сообщили, что вы запросили поддержку с воздуха. Все бросил, отменил встречу с премьер-советником, чтобы прилететь сюда и узнать, что гарнизона Гатти фактически нет. Вы двое меня с ума сведете когда-нибудь! - Ладно-ладно, - сбавил тон Жан. Он понимал, что неправ. Из-за него Дан снова оказался между двух огней. Вместо помощи получилось, что Веньяр его еще и подставил, втянув в злоебучие разборки с безопасниками. – Но ты пойми, если бы не этот ворюга Джилли, ничего бы не случилось. Я же почти прижал его, Дан! Он так обосрался со страха, что отправил своих упырей задушить нас со Скотти. Смотри сюда, видишь? – полковник рывком отодрал с шеи порядком поистрепавшуюся повязку. – Удавкой сработали, ты такое видел? - А кто может подтвердить, что так все и было, Жан? - Моего слова тебе уже мало? – обиделся Веньяр. - МНЕ достаточно, а военному суду будет мало. Джилли знаешь какие песни тут поет? Что Моргулис замешан в заговоре и сам, вместе со старым завхозом, продавал винтовки бандитам. Дескать, назначенный штабом Шилз обнаружил недостачу и пригрозил сдать майора, за что тот едва его не отправил на тот свет. - Вот дерьмо! - А взрыв на шахте, а сокрытие побега военнослужащего? Рагварн уже в курсе, рвется прилететь и лично разобраться с твоим майором. - Это вряд ли, Моргулис еще даже не пришел в себя, - Жан подумал, что надо отыскать Молли и спросить, не нужна ли ей какая-нибудь помощь. - Боюсь, приходить в себя он будет в Гурверсте, Жано. Дан опустил лицо в ладони и надавил основаниями на глаза. Чтобы успеть в Руму к их прилету, ему пришлось встать в три часа ночи. - А ты что скажешь, Райан? – спросил он. Скотти отложил лед, встал и подошел к столу, за которым расположился Дан. Молча сунул руку в нагрудный карман. Жан с тревогой наблюдал за его скупыми из-за ушибленной руки движениями. Райан вытащил и положил перед Райтом цепочку с обгоревшим жетоном. Все, что осталось от славного парня Уилла. - Старший лейтенант четвертого батальона двадцать первой воздушно-десантной дивизии Уильям Блейз погиб при попытке остановить террористов, - тихо безэмоционально оттарабанил Скотти, - он вызвал на себя огонь авиации. - Я знаю это, Райан, - Дан заговорил с ним мягко, как со смертельно больным или опасным психом с гранатой в руке, - наградной лист уже отправлен. - Главное, что волновало Уилла перед смертью, это судьба его командира, - перебил его Скотти, - полковник Веньяр прав, Моргулис ничего не знал. Что ему предъявят? Дан вздохнул, пробежал глазами подшитые в строгую черную папку листы дела. - Много чего. Даже если удастся доказать, что полковник Джилли - вор, на майоре вина за нападение на конвой и взрыв на шахте. Не говоря о том, что такой значимый стратегический объект, как аэровокзал, остался без охраны. В общей сложности погибло сорок пять человек. Военный прокурор может затребовать пожизненное заключение. - Бред какой-то! За что?! Да мы с тобой… - Жан! Райт резко оборвал обличительную речь о том, что полковник Веньяр, будучи командиром танковой роты, вынужден был стрелять по мирным нарьягам в затопленной Нарголле. А затопил ее, будучи беглым преступником, лично генерал Райт. Хорошая должна была получиться речь, но в кабинет вломился посторонний народ, и философский спор с лучшим другом накрылся медным тазом. - Господа, - подтянутый генерал с проседью в лысеющей шевелюре протянул руку поочередно Жану и Райану, - я командир 21-й дивизии Баррей. Полковник Веньяр, рад знакомству. Старший сержант, наслышан о вас. Позвольте представить вам заместителя военного прокурора Второго Перекрестка господина Валенштайна и старшего следователя Тукка. Полковника Джилли вы все уже знаете. Жан вскинулся. Он даже толком не разглядел этих двоих, устремив взгляд на стоящего у дверей ублюдка. Жан рванулся к Джилли, кто-то подвернулся под руку, полковник оттолкнул и в два прыжка оказался возле ухмыляющегося предателя. - Скотина, ты что тут болтаешь? Расстрелять тебя за такое мало! - За что, полковник? – громко, на публику спросил Джилли. – Я не виноват, что Моргулис промыл вам мозги. Вы доверились ему, и вот к чему все это привело! Но я не виню вас и не стану указывать в протоколе, что вы вымогали у меня миллион кредитов… Потрясенный Жан оглянулся и увидел, какими взглядами смотрит на него командующий дивизии и двое судейских. Скотти машинально шагнул к полковнику, даже в этой нелепой ситуации инстинктивно пытаясь защитить своего командира. - Это что еще такое, полковник? – прорезался голос у – как его там? – вроде, Валенштайна. - Это была провокация! Мы хотели… Жану не дали вставить даже слова. Все заговорили разом, превращая кабинет командира дивизии в какой-то базар. - Предлагаю всем успокоиться, - повысил голос Дан. Он обогнул стол и тоже встал рядом с Веньяром. – У нас тут возник спорный момент. - Слово одного полковника против слова другого, - дерзко тявкнул Джилли. - Слово предателя против слова героя Оримы, - глухо проговорил Скотти и положил руку на набедренную кобуру. Только этого не хватало! - Нет, погодите, - не отступал прокурор, - что это за история с взяткой? - Спокойно! – рявкнул Дан, сверкнув глазами. И все заткнулись. Локоть Забияки незаметно задел руку Жана. Несмотря на всю творящуюся хуйню полковник улыбнулся. Эта молчаливая поддержка стоила всех богатств мира. Скотти был напряжен и готов ко всему – доказывать правоту, лгать под присягой, драться, убивать, умирать… - У нас сложилась весьма щекотливая ситуация, - Дан бросился в бой, - трое офицеров оримской армии замешаны в заговоре против безопасности Империи. Это не шутки, господа! - Кража оружия – дело службы собственной безопасности, - потянул руку к лакомому куску Тукк. - Похоже, вы не понимаете всей серьезности ситуации, мистер Тукк, - сверкнул на него глазами Райт, - речь идет о репутации ОВС, которая и без того подорвана прошлогодними бомбардировками. И я не позволю вынести спор из этого кабинета. Возразить никто не посмел. - Двое офицеров дают разные показания, - продолжил Райт, - третий пока еще ничего не говорит. Но мы можем провести допрос на полиграфе, думаю, это будет самым разумным выходом. Все-таки он умница. И лучший в мире друг. Теперь Жан был уверен, что Райт сразу придумал про детектор лжи, а с ним спорил просто для проформы. Чтобы на будущее тугодумный Веньяр не допускал таких глупых и преступных просчетов. - Полковник Веньяр, вы согласны на допрос при помощи полиграфа? – уточнил Валенштайн. - Согласен, - кивнул Жан. - Полковник Джилли? Предатель выглядел так, будто съел что-то несвежее. Он растянул губы в улыбке, пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре. Его бы, суку, на базу, да под минометный огонь! - Да согласен он, согласен, - в нервной тишине засмеялся Скотти. Повернулся к Джилли, - а это тебе за Уилла, козел! – и дал ему по морде. Сокрушительный удар отбросил начштаба к стене, на которой висел портрет Императора. Портрет не шелохнулся. - Старший сержант Скотти, - строго окрикнул Райт, - покиньте кабинет. Идите, охладитесь и пришлите сюда медика. Скотти лихо козырнул: - Есть, сэр, - и открыл дверь. Его вдруг повело. - Райан! - закричал Жан. Скотти ухватился за косяк, но пальцы соскользнули, и он ничком повалился в проем двери. Когда Райан открыл глаза, за окном шел снег, а окно было родное, домашнее. Он лежал на собственной кровати, в ногах сыто урчал Доходяга. На кухне что-то звякало, слышались шаги и приглушенный голос полковника. Скотти прикрыл глаза, восстанавливая в памяти последние события. Севилья с ее пальмами, шахта, кинотеатр, обстрел, маленькая фигурка на взлетном поле с горящими сигнальными шашками, ухмылка Джилли, удар, темнота. Скотти зашевелился, спихнул Доходягу. Кот обиженно мявкнул, спрыгивая на пол. - Райан, - раздался облегченный голос полковника. В мойке зазвенела недомытая посуда, а Жан бросился к нему, как мать к младенцу. – Проснулся, деточка мой! - Как мы оказались дома? Я ничерта не помню. Меня подстрелили? Сколько времени прошло? - Ого, сколько вопросов сразу! – обрадовался Жан. – Тебя не подстрелили, ты пережрал стимулятора, а я едва не свернул шею Ведьме. Спасибо Дану, заступился, а то быть бы мне убийцей женщины. Ты пить хочешь? Только скажи, я принесу. - Нет, я хочу наоборот - отлить. Сколько я провалялся? - Почти двое суток. - Всего? – Райан откинул одеяло, в которое его заботливо завернул полковник, и встал. Его качнуло. – А я думал, прошло не меньше недели. - Ты есть будешь? Нашей Таньке пора открывать ресторан, я таких вкусных ребрышек в жизни не пробовал! Скотти закрылся в сортире и привалился спиной к стене. Как просто вот так болтать и делать вид, что ничего особенного не произошло. Не было мира W:076, Блейза, Моргулиса, Молли. Он сделал свои дела, вымыл руки и открыл дверь. - Сегодня я разрешаю тебе поесть в постели, - великодушно сообщил Жан. - Это же вы обожаете тащить еду в кровать. - Ты тоже оценишь, как это круто! - Жан… - Ну, иди сюда, не заставляй тебя уговаривать. Они с Уиллом могли подружиться. Райан непросто сближался с людьми, а невысокий светловолосый Блейз ничем не напоминал Джона Стикера, но Скотти казалось, что они отлично поладят. - Райан. - Уже иду. Скотти вернулся в постель и оценил Танины ребрышки. В смысле, ребрышки, приготовленные мисс Татьяной. - Какой-то секретный ингредиент? - Дан сказал, она познакомилась с Ведьмой и переняла какие-то ее рецепты, - Жан вовсю подшучивал над ним и был почти таким, как раньше. До всего этого дерьма с подсаженной программой. - Ну, - отодвинув тарелку, спросил Скотти, - как все прошло? На полиграфе и вообще? Веньяр посерьезнел. Убрал поднос и примостился рядом с ним на краешке кровати. - Нормально, - успокоил он, - Джилли арестован. Правда, твой звездный хук сыграл ему на руку. Гад притворялся, что из-за сломанной челюсти не может пройти допрос на детекторе лжи. - Я сломал ему челюсть? - Я бы ему вообще шею свернул. Скотти удовлетворенно откинулся на подушку, но тут же подскочил снова. - А Моргулис? - Все еще в госпитале. Но не в Гурверсте, а в оримском военном. Молли не отходит от него. - Его арестуют? Жан покачал головой: - Дан убедил всех, что майор не знал о планах Джилли и его сообщников. А потом в штаб ворвался Бенбельдер с ребятами… - Кто? - Бенбельдер, сержант гарнизона, - с улыбкой пояснил полковник, - оказывается, о конфликте Моргулиса и начштаба знали многие. Так что майора у охранки отбили. - Не такие уж они долбоклюи, получается? - Да и вообще не долбоклюи, а отличные ребята! – с гордостью ответил Жан. - Правда, судить майора все-таки будут. Дан предполагает, что Дэйву дадут условное наказание и турнут из армии. - Оно и к лучшему, - подумав, согласился с решением генерала Райта Скотти. Майор Моргулис оказался честным офицером, но именно его упрямство и недалекость привели к тому, что произошло в Гатти. - Ага, - Жан подобрался к нему поближе, - больше вопросов нет? - Вроде нет, - Райан опасливо отодвинулся от полковника. Черт знает, что там сейчас у него в голове. – Какие у нас планы на вечер? Жан загадочно улыбался, и Скотти стало не по себе. - Вставать тебе нельзя, - обрадовал полковник, - поэтому я буду тебе читать. - Читать? – недоверчиво переспросил Райан. - Именно. - Ницше или Пастернака? Жан засмеялся и, к удивлению Забияки, достал газету. - Нет, я прочитаю тебе гороскоп. - Чо? - Ты не знаешь, что такое гороскоп? - Знаю, но… - Когда у тебя день рождения? - В марте, - принял игру Скотти. - В начале или конце? - В конце. - Хорошо, тогда слушай, - полковник сделал умный вид. Райан молча сотрясался от хохота, кровать вибрировала, и снова устроившийся в ногах Доходяга таращился на них с возмущенным видом. – Сегодня вам признаются в любви. - Да вы что! - Не перебивай, читаю дальше: не отвергайте этого человека. Возможно, с ним вы будете счастливы до конца своих дней. - Дайте мне эту газету! – Скотти ухватил за лист, потянул на себя, но Жан держал крепко. В его глазах прыгали смешинки. - Там вовсе не это написано! Скотти удалось отвоевать газету. Новостной лист оказался политической агиткой, и никаких гороскопов в нем не было в помине. - Райан… - Сэр? Жан опустил взгляд, посерьезнел, и сразу возле глаз и рта прочертились глубокие морщинки. - Райан… когда ты сорвался и удрал от меня в Гатти, я подумал… нет, не подумал, почувствовал себя – этого не объяснить словами – будто меня одновременно оглушили, ослепили и отрубили руки. Беспомощным, бесполезным куском мяса, понимаешь? Вот так я тебя люблю, Райан. - Сэр… - Ты себе не представляешь, что сделал со мной. - Сэр! - Ты, наверно, думаешь, у командира крыша потекла и все такое… - Вы дадите мне хоть слово вставить, сэр? Скотти спихнул Доходягу и, свесив ноги с кровати, сел рядом с полковником. Жан обнял его за плечи, Райан с удовольствием ткнулся щекой ему в плечо. И понял, что тоска, наконец, отступила. - Я вас тоже, сэр… Жан.