Под одной крышей

Это произошло ночью. Ночью Виктория внезапно встала и, поцеловав на прощание спящую Авер, ушла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Она поднялась на крышу. Туда должен был прилететь вертолёт. Операция экстренная, поэтому стремительно быстрая и очень рисковая. Нельзя было терять ни минуты, повсюду камеры. Она подмешала снотворное в чай смотрящим за камерами и некоторым стражам порядка, но скоро смена караула. Да и кто-то может заподозрить неладное. План был до банальности прост. Прилетает вертолёт. Спускается верёвочная лестница. Виктория поднимается к брату, дверь закрывается. Пилот жмёт на газ, и они стремительно улетают. В безопасность, к оппозиции. Домой. Виктория от волнения начала покусывать ногти. Вертолёт показался на горизонте буквально через минут пятнадцать. Он всё ближе. Девушка подпрыгивала на месте от нетерпения. Она надела его любимое голубое ситцевое платье в цветочек. И пусть оно жутко мало. И пусть клочок от него она оставила в саду несколько лет назад, когда наблюдала за Авер. Это ничего. Главное, что ему будет приятно. Вертолёт остановился. Лестница. Виктория начала карабкаться. Она уже видела лицо брата, видела счастливые слёзы, катящиеся по его щекам, и сама начала плакать и смеяться от радости. Ступенька. Другая. Ещё чуть-чуть. Они соединили руки. Виктория разрыдалась в голос, когда почувствовала его тепло, его шершавую ладонь, твёрдую руку. Она вдруг осознала, как все эти годы она скучала по своему старшему брату. Остался один рывок. - Скоро будем дома, сестрёнка. - родной, тёплый, бархатный голос. - О, Сэм, я... Резкий свист. Брошенный клинок перерезает край лестницы. Виктория висит на одной руке, отчаянно цепляясь за пальцы брата. Авер. Она не оборачивалась, но уже знает, что это она. Ещё один клинок угодил прямо в ладонь Сэма, но он держится. Пытается затащить её в вертолёт. - Следующий будет ему в глаз, Виктория! - слышится крик Авер. Издав отчаянный возглас, Тори отпускает руку. - Нет! Тори, нет! - Сэм, лети. Лети, а то хуже будет, - шепчет она, лёжа на крыше резиденции, прямо как тогда, при прошлом побеге. Позже она зайдётся в рыданиях. Позже. Сейчас главное сохранить решимость. На крышу сбегается охрана, услышавшая шум. - Тори, я вернусь за тобой! - обещает он как в тот раз. И улетает. Не возвращайся, - успевает подумать Виктория, прежде, чем отключиться. Очнулась она уже в комнате Авер. На полу. Её даже не удосужились положить на кровать. Авер сидела в своём любимом кресле, пила вино - или кровь - и смотрела в окно на ночную столицу. Виктория со стоном поднялась. - Мисс, я... Авер подняла руку - Молчать. - в воздухе повисло напряжение. Хоть ножом режь. - И это твоя благодарность, да? Я лелеяла тебя как родную и... - Лелеяли как родную?! - девушка резко подошла к ней и нависла сверху над её хрупкой сидящей в кресле фигурой. Авер смотрела безразлично: такие выходки на неё давно не действовали. Даже когда Виктория один раз замахнулась на неё её же клинком, та лишь удивлённо приподняла бровь и рассмеялась. - Да Вы били меня! Вы насиловали меня! Для Вас я всегда была лишь очередной игрушкой, триумфом власти над оппозицией! Вы знали всё. Про меня и про моего брата. И молчали. Да если бы и правда я была Вам родной - Вы бы рассказали мне. Вы бы вернули мне память. Вы бы были со мной честны. А так... только один у меня родной. Брат мой. Сэм. - Закрой рот, Блэк. - Моя. Фамилия. Линтон. Выстрел. Авер стояла и держала револьвер в упор к Виктории. Ещё выстрел. И ещё. Пока Виктория не упала без сознания. В тот вечер мисс была как всегда у себя в комнате. Изящно присев в кресло, она наблюдала за тем, как девчонки из обслуживающего персонала снуют туда-сюда, убирая лишние вещи. Таковыми оказались несколько комплектов скромной одежды, маленький сундучок и старая холщовая сумка на длинной лямке. Одетые в одинаковые красные платьица до колен, служившие им формой, девчонки проворно вытаскивали за дверь всё это скромное имущество одной несчастной особы. Руки их дрожали, а глаза горели ненавистью. Но на сидящую в кресле они не смели поднять испепеляющего взгляда. Хотя это, пожалуй, было их единственным желанием сейчас. - Подождите, - леденящий душу голос остановил их, когда они уже собрались покидать комнату, - это оставьте. Мисс кивнула на сумку. Девушки переглянулись. Они хотели оставить это себе, как память, но не решились. Сумка легла на пол около кресла. - Убирайтесь. Спустя полчаса мисс, после ежедневного принятия душа, забралась в постель. Сумку она рассматривала бесцельно. Скорее, просто шарила руками по ней. "Всегда было интересно, что она там прячет" Пальцы, скользящие по содержимому сумки, нащупывали медальон, несколько монет, расчёску, упаковку таблеток и остановились на маленькой книжице в потрёпанном кожаном переплёте. Дневник. Мисс открыла первую страницу. Это была история той, что стала для неё самым близким и самым отвратительным человеком. Завтра похороны...